"Сладкий запах мечты..."

      Поляк ушёл, а Торд готов был вновь разреветься от радости! Но сдержался. Он чувствовал себя счастливым, как никогда раньше. Неужели в его жизни, наконец, воцарил свет?       Ларссон сел на свой стул, улыбаясь. Его руки взяли, как прежде, ладони раненых друзей. Но парни не подавали признаков на пробуждение, лишь тихо дыша через кислородные маски.       Торд ждал их пробуждения. Он очень хотел снять бинты, обматывающие лица старых друзей. Но он боялся, что друзья не повернутся в его сторону, а лишь выскажут всё, что думают о нём. А потом уйдут, оставив того в одиночестве, или попытаются убить его, как года назад. -Они, наверное, считают, что я мёртв,- подумал норвежец, усмехаясь над своими мыслями. Ведь это очевидно. Если бы тогда не подоспели Патрик и Пол, то его тело уже сгнило на том обрыве, или же его похоронили. Но факт остаётся фактом, он умер для них во всех смыслах. Остался отдалённым воспоминанием, особенно для Томаса. Не будь тогда той ошибки, то всё было хорошо.       В содеянном одноглазый винил во всём ревность и собственную одержимость местью. Сейчас же он сомневался на этот счёт, всё же ревность тут хоть и важный фактор конфликта, но скандинавец не успел вовремя остановиться.       Механическая ладонь слегка дёрнулась от резкого движения под ней. Ларссон посмотрел на конечность, а потом на Мэтта. Кажется, тот стал пробуждаться.       Рогатый повернулся в сторону блондина, ещё крепче взяв за руку непонимающего Харгривза, в качестве поддержки. Меттью замешкался, бинты блокировали видимость, боль пронизывала его тело, а страх и воспоминания о недавних последствиях вызывали панику у парня. Он попытался что-то сказать, но маска и бинты не давали этого сделать. Поэтому вышло что-то вроде мычания. -Тссс, Мэтт. Всё нормально, не переживай, солдат,- пытался успокоить очнувшегося Ларссон, положив руку ему на грудь, слегка похлопывая.       В след за этими действиями, пронеслась короткая фраза, с вопросительной интонацией. Меттью узнал голос сероглазого, чему был, мягко говоря, шокирован. -Да, это я. Как ты чувствуешь себя?- Торд надеялся, что Мэтт жестом покажет свою состояние.       Мэтт сел и повернул голову в сторону одноглазого, снимая маску с лица.       Резкая пощёчина заставила скандинавца встать в ступор. -За что?- вот такого жеста он точно не ожидал от блондина. Тот же в свою очередь отодвинул лишнюю ткань с губ, жадно глотнув воздух. -Это... за моё лицо,- голос охрип от суточного молчания, да и боль отдавалась в нижней челюсти,-тот синяк долго не проходил. -Фух, тогда всё нормально. -Почему ты жив? Ты ведь умер. -Эм...-Ларссон был в замешательстве, хотя он ждал такого вопроса,- Воскрес? -Но люди не умеют оживать,- Мэтт попытался развязать узлы белой повязки на голове. -Давай помогу,-Торд стал помогать Харгривзу с бинтами,- Но только не волнуйся, тебя прооперировали. -Что? Что с моим лицом? -Эй, спокойней! Сам увидишь, но позже,- Ларссон снял повязку и посмотрел в лицо светловолосого.       На разбитом подбородке привинчена железная пластина, поддерживая и сохраняя форму нижней части лица. Правый глаз был заменён на механический. Тёмный сплав заменял глазное яблоко, а радужкой служил красный, светящийся материал. На лоб падала неаккуратная чёлка, закрывая почти все раны и синяки в верхней части лица. На щеках также были наклеены пластыри, закрывающие значительные порезы. Возле разреза целого глаза, чуть ниже, располагались стяжки нити. -Я потерял свою красоту?- тихо, хрипло, судорожно спросил блондин. -Человек индивидуален. Он всегда прекрасен,- Ларссон старался объяснить, что красотой обладает каждый, даже самый уродливый человек на Земле. -Но только не я. Я испорчен. Я больше не прекрасен! Торд?- Мэтт поник головой, а состояние находилось на грани срыва. -Что? -Где Том?- он вспомнил про своего друга, которого не смог дождаться из-за обстрела. -Он здесь, сам посмотри.- Норвежец встал и отошёл, показывая спящего Риджвелла. -Как долго мы здесь? -Около суток. Я удивлён, что вы так быстро пришли в себя. Я планировал минимум три дня. -А Эдда здесь нет? -Ты беспокоишься о нём?- если сказать, что Лидер был удивлён, то вообще ничего не сказать. Как можно волноваться за того, кто прямо в глаза плюнул своим друзьям? Вот этого он не понимал, но ощущал точно такой же груз на плечах от своей ссоры с родителями. -Да, ведь он мой друг! -Но только он тебя так таковым не считает. -Откуда ты знаешь? Ты ведь был мёртв, а говоришь так, что знал обо всём. -А ты думаешь я не видел чем вы занимались всё это время? -Нам пришло письмо о твоей смерти. Торд, а у меня реально всё так плохо с лицом? -Сейчас оно выглядит намного лучше, чем когда мы нашли тебя. -У тебя есть зеркало? -Да, сейчас принесу. Но обещай, что ты будешь вести себя адекватно! -Не обещаю, ведь я не знаю, что с моим прекрасным лицом. -Ладно,- норвежец вышел из комнаты, но через пару минут пришёл, принеся с собой небольшое зеркало, овальной формы,-Держи.       Меттью взял предмет, но посмотревшись, сразу положил его на постель лицевой стороной вниз. -Кто это сделал?- голос был твёрд, но полон грусти и гнева. -Пока это не важно. -Кто это сделал? -Хах, а ты настойчив... -Кто изуродовал меня? -Окей, окей, не прожигай меня взглядом. Это сделал Эдуардо. Доволен?       Харгривз замолчал, преподнеся зеркало к своему "прекрасному" лицу. Одной рукой он попытался собрать свои потрёпанные волосы в привычную причёску, но без расчёски и геля для волос это особо хорошо не вышло. -Торд, я прошу тебя, чтобы ты отвёл меня к главному в этом здании. -Мэтт, ты сдурел?- Торд прекрасно понимал, зачем Харгривз просит его о такой просьбе. -Я хочу отомстить за свою внешность. За то, что он уничтожил моё прекрасное лицо! За то, что он сделал с Томом! -Тебе не нужно никуда идти,-одноглазый сел на кровать. -Торд, мне очень нужно с ним поговорить. -Мэтт, Лидером этой армии являюсь я. Так что я приказываю тебе лежать на своём месте до полного выздоровления. Но если ты и вправду хочешь отомстить, то можешь присоединиться ко мне. Не делай ошибок, как Эдд, переходи на мою сторону! -Блефуешь? -Мэтт. Кхм, я даю тебе два варианта. Первое, ты можешь отправиться в безопасное место, где ты будешь жить спокойно. Но а второе, ты станешь служить мне до конца дней. И если ты выберешь этот вариант, то ты легко можешь погибнуть на перестрелке. Так что решай. -А что будет с Томом? -На Тома у меня другие планы. Скажу тебе, как своему другу, по секрету, я всё ещё люблю его, и, в этот раз, расставаться с ним не намерен. -Воу, я не знал, что ты его так сильно любишь. -Да, я сам не понимаю почему. Я старался избавиться от мыслей о вас, ведь вы были единственными моими друзьями за всю мою жизнь! Я не мог смириться, что вас предал. Но я это сделал, чтобы забыть вас, жить нормально, не вспоминав о тех лучших временах. К тому же у меня работа. А теперь и война. -Я выбираю второй вариант. -Если ты сейчас сказал это неосмысленно, то глупо поступил. -Нет, я всё решил. Я буду служить здесь, ведь теперь мне ничего прекрасного в жизни не светит. Может после войны я буду счастлив? -Ладно. Я и не против добровольцев. Тогда, Мэтт, ты выбрал верный путь. Но лучше бы отправился в другую местность. -Я хочу посмотреть на себя с автоматом в руках. Буду ли я выглядеть героически? -Ха! Увидим!- для Ларссона это было забавным. А его фантазия уже подбирала позы блондина с оружием (в более откровенных). -Торд, а что у тебя с глазом? Да и эта перчатка никак не сочетается с твоей формой. У тебя ужасный вкус. -Спасибо за замечание, дружище. Даже благодарен. Проблемы с глазом, почти как у тебя. А вот это не перчатка, как ты сказал. Дотронься.- Мэтт положил свои длинные, худые пальцы на протез одноглазого. -Робо-рука? -Да. -А твоя настоящая рука внутри этой штуки? -Мне пришлось её отрубить. Интересно, но с этим долго возились врачи.       Меттью был шокирован такой новостью, что чуть нервы не отказались функционировать. -Эм, ну ладно. Но стиль тебе нужно поменять. Я помогу тебе с этим, но только посплю немного. Что-то мне совсем плохо. -Да и я не подумал! Хорошо, отдыхай мой друг. Если что-то будет нужно, то нажмёшь на вот эту кнопку. - Рогатый указал на красный квадратик в стене. -Я люблю кнопки! Хорошо, если что, то нажму! -Вот и отлично, а теперь спи. -Доброй ночи, Торд. -Добрых снов.- Ларссон ушёл из комнаты, не став поправлять Мэтта, что сейчас был день.