Непыльная работенка для Брока...

Бартон видел свое будущее довольно просто. У него есть основа – сила, есть та, кто стала его главной ценностью, есть те, кто ему служат. Пока закавыка была в том, что его сила не настолько велика, чтобы он не опасался Хозяина – пусть бросать вызов он не собирался, но все равно бесило испытывать унизительный страх: а вдруг тот, кто сильнее захочет забрать его ценность, его сокровище? Кстати, об этом, его прекрасная драгоценность была совсем не в порядке – а эти тупые ублюдки, что трепетали перед ним, явно переставали быть полезными! Чуть ли не каждое мгновение приходилось присматривать за ними, без контроля эти слабаки быстро скатывались до скотского состояния, едва способные реагировать на самые простые команды. «Деградация» - всплывало в голове, и Клинт хмурился, отбрасывая неприятные скользкие мысли прочь. Иногда словно что-то толкалось в груди, что-то, что не давало ему быть спокойным. Казалось, он забыл что-то важное, но при этом ему не хотелось вспоминать это. У него были важные цели: драгоценность нуждалась в заботе, его людям требовался постоянный присмотр, а также было крайне необходимо избегать Хозяина! Вот и выходило, что чем быстрее его прекрасное сокровище поправится или хотя бы будет в состоянии перенести дорогу, тем быстрее он сможет заняться поиском и обустройством своего гнезда. Он не собирается переходить дорогу тем, кто сильнее его, но там, где он устроит свое гнездо – он будет самым сильным. Да, нужно быстрее починить сокровище! Он одним ударом разодрал жесткой лапой медвежий бок и принюхался. Странно, хотелось сожрать прямо так, не… он задумался. Посмотрел на грубую когтистую ла… руку. Запах крови настойчиво лез в нос, раздражая и путая мысли, Клинт осмотрелся, рядом порыкивали, ожидая разрешения полакомиться четверо ближайших и самых верных людей? Или уже зверей? Он вздохнул, помотал головой, желая обрести ясность. Люди. Они все люди, и он тоже. Точнее не совсем люди, но ведь и не животные. Зверь лежит перед ним, разорванный и жалкий, а он человек, он главный… Бартон злился, ему нужно мыслить ясно, но в голове все путалось, словно в тумане… Туман! Клинт резко поднялся на ноги, испугав присевших рядом с ним людей. Всему виной туман, нужно спешить! Мерзкая машина, оборудование, девушка, гнездо. Он кивнул, да, он не только сильный, но и умный, он не забыл, что должен делать! Повинуясь его движению, слабые и глупые людишки забегали. Очень скоро он получит то, чего хочет! Бартон сердито согнал потерявших не только человеческий облик, но и разум недолюдей в некое подобие шеренги и, мучаясь головной болью, попытался решить свои насущные проблемы. Он знал, что кто-то из этих жалких существ должен иметь знания, как помочь его драгоценности. В памяти тяжело ворочались полустертые воспоминания о белых обмотках и неприятных колючих сосудах. Клинт вроде сам умел оказывать первую помощь, но сокровищу она уже была оказана, ей нужны были лекарства! Да. Злость вновь помогла разогнать в голове путаницу, и он вспомнил, что нужно искать среди тех умников, что не отличались хорошим телосложением, и находились в вонючей машине. Осталось правильно донести до отупевших людей свое пожелание и добиться его исполнения. Клинт попробовал сказать, но столкнулся с непонимающими испуганными взглядами и гневно заклекотал… и вот это злое сочетание звуков неожиданно помогло. К нему пригнув головы, осторожно шагнули двое и заискивающе скульнули. Бартон сощурился и кивнул. Странно, но раз работает, то пусть, и вообще, его горловые звуки оказались гораздо действеннее и понятнее слов для этих несчастных. Драгоценность осторожно внесли в неприятную машину и все так же опасливо поскуливая, принялись ухаживать за рыжеволосым чудом, ради которого Клинт обещал убить любого. Цвет кожи сокровища улучшился, дыхание стало спокойным, и Бартона отпустило беспокойство. Теперь им пора убираться отсюда. В другую сторону от Хозяина. Мелькнула мысль о странном блеклом человеке, который ждал его… где-то там, где много опасного. Нет. Ему нужно место, где никто не сможет отобрать у него драгоценность! Машина осталась на дороге, по которой уходила цепочка нагруженных разным добром тех, кто раньше были агентами, учеными и воинами. Они шли за своим вожаком и с величайшей осторожностью несли носилки с Драгоценностью. Им нужно было найти место, где они помогут вожаку создать достойное его Гнездо и будут ему служить. Туман ластился к идущим, исподволь и неуклонно изменяя их все сильнее… *** Брок довольно потянулся, выпутавшись из осьминожьих объятий Стива. Нелегкий разговор с таким внезапным завершением прояснил немало, но и вопросов оставил еще предостаточно, только вот смысла допрашивать дальше он не видел, по крайней мере, пока. Золотко видать нехило приложило этим пакостным туманом, и если самого Брока спасли какие-то чудом оказавшиеся в нем гены, и развитая чуйка, то у Стива такого защитного барьера не оказалось, тем более после всего что с ним творили. Если верить… а смысл не верить? Свою новообретенную силу Брок чуял и сам, он в принципе и раньше всегда мог почти стопроцентно определить ложь, но сейчас это умение в нем перешло на новый уровень. Теперь он знает, как пахнет правда, сомнение, страх и да, возбуждение, последнего он нанюхался вволю и совсем ничего не имеет против того, чтобы продолжать это делать. Правда, кое-что его смущало – он ведь так пытался спасти от бессовестного себя своего сладкого малыша Баки, считая не вправе пользоваться тем, что бедолаге изначально не дали право выбора… но вот закавыка, золотко по ходу оказался в почти схожей ситуации. Конечно, на этом красивом засранце висит немало дерьма, он считай, с самого нежного возраста был заточен под полный пиздец, плюс химией его потравили настолько, что жидкость, текущую в его жилах нельзя было назвать кровью – скорее, сложносоставной дрянью с небольшой примесью крови. И ведь на этом не остановились, к этому уебанству ему еще мозги потрепали знатно. Выходило… чертовски убого выходило! Млять, двойные стандарты в действии! Оправдания, что он ни хрена не знал о прошлом золотка, тут не прокатывают. Брок посмотрел на сонно шарящего в его поисках парня, и вздохнул. Человек в нем с какого-то долбодятла принялся маяться совестью, а зверь недоумевал по поводу бессмысленного кипиша. Последний рассуждал просто – раз им хорошо вместе, все остальное не имеет значения. Ведь им действительно хорошо вместе. Все фантазии Брока с лихвой воплотились в лице золотка. О таком отзывчивом, жадном до ласки и совершенно бесстыдном партнере раньше он мог только мечтать. Во всем теле царила приятная истома, больше не хотелось ковыряться в себе и чувствовать вину, за что бы то ни было. Дело сделано, и потом, без Брока золотко вряд ли бы остался при разуме, пусть и почти обнуленном как сейчас, так что если пришлось за это взять плату натурой, то так тому и быть, в конечном итоге они оба получили что хотели, и многократно, такая вот обоюдная выгода! Зверь внутри довольно засопел и Брок перестал себя мучить, решив заняться делами насущными. Пора позаботиться о пропитании себя и сладкого золотка, пора обустраиваться более серьезно, лежбище должно быть более удобным, а не превращаться в клочковатые комки, портящие все удовольствие… да, именно так! И еще, возможно стоит совместить купание с рыбалкой? Брок довольно порысил к озеру, скрытому туманом в низине, прикидывая, что хорошо бы ему попалась крупная форель, о которой он столько баек слышал… Туман привычно отхлынул с его пути, рисуя причудливые фигуры на расстоянии. Размышления об этом феномене Брок также отложил на потом, не мешается под ногами и ладно. Для него было достаточно того, что эта дрянь теперь сторонилась не только его, но и его щенят. Так что в водную прохладу он нырнул совершенно спокойно, не зная, что слишком рано расслабился. Ну не ожидал он, что с форелью придется драться. Глупая рыба наивно решила, что она акула и попыталась сожрать сухопутного гостя. Брок поначалу охренел от неожиданности, а потом довольно оскалился и с азартом принялся «мочить» противника. Тупая тварь хоть и выросла до исполинских размеров, но вот разумом обзавестись не сумела. Двухметровая радужная красавица впечатляла внушительной пастью с мощными нижними клыками, теперь походя больше на саблезубого тигра, чем на рыбу. Впрочем, это было ожидаемо, ведь форель рыба хищная. А потом ей на свою беду удалось оцарапать Брока, что мгновенно перекинуло его в звероформу, и очень скоро на берегу вяло трепыхалась обезглавленная тушка будущего ужина. На запах крови быстро подтягивалась остальная живность, и Брок увлекся, весело выбрасывая на берег самую разнообразную добычу, но очень быстро его веселью помешали. Что-то произошло. Не рядом, не с малышом или золотком, но ощущалось это неприятным вызовом, словно кто-то посмел безобразничать на его территории. Это молниеносно выдернуло Брока из состояния спокойствия. Человеческая часть его недоумевала, с какого перепуга ему нужны разборки с кем-то или чем-то неведомым где-то хуй его знает как далеко, если он планировал прятаться в глуши, подальше от опасностей. Разум и чувства – пока они устраивали в его мозгах хаос, Брок успел не только из озера выпрыгнуть, натянув брифы, но и словно бешеная белка взобраться на ближайшую скалу, а потом изобразить из себя Кинг-Конга: только разве что себя кулаками в грудь бить не стал. Этот жуткий то ли рев, то ли вопль был схож с тем, каким он не так давно обозначил охоту на бедных пум, почти схож. Может силенок добавилось, а может, сыграла роль высота и отличная акустика, потому что от изданного звука у него самого уши практически в трубочку свернуло. Отголоски эхом разошлись во все стороны, множась и долго не утихая, а еще, кажется, отзываясь нехорошими и опасными звуками падающих камней и угрожающе трескающихся ледников. Из пещеры с злобным завыванием выскочил Стив, готовый рвать на части тех несчастных, что вызвали неудовольствие Брока, и где-то уже совсем близко отозвался встревоженный Баки, спешащий к нему со всех ног. Брок насквозь прокусил нижнюю губу слишком острыми клыками, в шоке наблюдая последствия своего идиотского поступка, все-таки его крыша реально поехала. Мир вокруг тоже был в ахуе, туман, словно прячась, недовольно отпрянул вниз, а те, кто потревожил рыбалку Брока и вовсе, кажется, замерли, боясь шевельнуться. Не то чтобы он это видел – все же нарушители находились слишком далеко, но отчего-то был в этом совершенно уверен. Так Брок почувствовал, и сомневаться в этом не видел смысла, потому что чего уж теперь. Подумал и разрешил тому, кем он стал поступать так, как ощущалось правильным в новых условиях. Прежний Брок, опутанный правилами и условностями прошлой жизни, словно отступил немного вглубь себя, не теряя контроля, давая больше свободы новому Броку, будто рассматривая себя со стороны. Позволяя себе услышать самого себя, принимая другого себя. И на него нахлынуло. Брок считал, что очень неплохо чувствует запахи и у него отличный слух? Ахах! Он был слепым кутенком, он чувствовал лишь тень, жалкие крохи того, что ему сейчас открылось. На него обрушилось осознание, как он был слеп. Человек в нем ошибался, потому что не понимал всего, не имея общей картины, делал неправильные выводы… Словно дождавшись этого момента, когда до него дойдет вся грандиозность происходящего, его обдало чем-то теплым, настороженным и восторженным одновременно, словно весь мир качнулся в его сторону. Мир оказался не просто живым, но и готовым к общению! Брока закидало эмоциями, запахами, звуками, с нездоровым энтузиазмом ошалевшему человеку принялись открывать тайники, таинства, тайны, делиться с ним знаниями и даже жаловаться! Он стоял на вершине, непривычно остро видя и чувствуя окружающее! Туман неохотно, но послушно отползал с тех мест, куда падал его взгляд и, к примеру, спроси сейчас кто Брока: где тут какой зверь и что делает – он ответит без запинки. Он теперь даже деревья блядь мог наперечет назвать и указать, какое из них болеет, какому не хватает света и у какого корни подгрызли наглые кабаны. Мир с радостью принял Брока, и Броку ничего не оставалось делать, как так же принять мир… Принять под свою ответственность, так сказать… И в этот странный момент возник вопрос, не сказанный, но ясно ощущаемый… - ...Уверен?.. Возьмешься?.. А ты осилишь?.. И Брок недоверчиво хмыкнув, свободно расхохотался, глупый мир, разве от такого предложения может отказаться такой как он, жадный мудак, всегда мечтавший получить что-то, чем сможет владеть по праву? - Ты согласен?.. И ответом на эти слова образы Брок лишь победно взвыл, ставя в известность всех, кто его мог услышать – он принимает это щедрое предложение, он согласен! Он по жизни привык следовать нехитрому правилу: дают – если не хрень какая, то бери и побольше, бьют – вмажь в ответ со всей дури, ну а дальше по ситуации: или ебашься до последнего, или вали быстрее ветра, правда бегать он не любил… А вот сейчас ему давали, не абы что, а часть мира под его контроль, ставили на хозяйство, так сказать, доверили его заботе небольшой кусочек земли со всем тем, что на нем находилось. То, что с ним общалось, являлось не человеком, а неким живым сообществом, обладающим своим странным разумом, которое решило предложить ему стать… не властелином, но хозяином и покровителем. Под его руку отводили весь заповедник и несколько ближайших к нему поселений... еще бы понять, как он эти границы определил: будто с высоты глянул и блядь все это пространство буквально разом прочувствовал! От самого маленького родничка, до изуродованной человеческой рукой и залитой бетоном земли. Прочувствовал и охренел от грандиозности задачи, того, что ему предложили. Маленький участок? Да тут за голову впору хвататься, потому что раз Брок согласился взять на себя обязательства, то должен все это контролировать. И тут сразу вылезло еще одно. То, чего он до этого не знал, хоть по обмолвкам чуйки уже опасался. То, что его напугало гораздо сильнее, чем можно было бы ожидать и притушило радостные эмоции. Люди. Изменения коснулись людей. ВСЕХ людей, притом настолько сильно, что опасаться, как бы его или щенят не пустили на опыты, теперь уже не стоило. А еще Брок нервно прочистил горло, вспомнив о Роллинзе и его семье. Дети, Молли. Вот кому он никогда не пожелал бы этого ужаса! Есть ли шанс, что им повезло, что их изменило так же разумно как Брока и его щенят? Очень хотелось верить в то, что Джек справился, что Роллинзу хватило сил и воли сделать все возможное для спасения своей семьи... Зараза в виде тумана повылазила по всему миру, не только в карантине, где его угораздило оказаться. Таких очагов заражения оказалось великое множество. Каждый водоем от родника до озер и рек стал эпицентром изменений. Разве что моря и океаны почему-то задело лишь краем, впрочем, их постепенно тоже затягивало белесой дрянью. А еще теперь можно сделать вывод, что Брок эволюционировал и все еще продолжал это делать, с тех самых пор как все это началось. Или даже раньше? Кто знает, механоиды могли не только тело ему усилить, но и подправить его геном или добавить чего. Так или иначе, он оказался достаточно силен и одарен наследием в крови, чтобы его изменения оказались не столь ужасны как у многих других. Звериного в нем добавилось, но при этом в выгодном варианте. Хоть он и разговаривал сам с собой, но ведь по делу и с пользой. Чутье ему всегда помогало, пусть в ту ночь и вопреки его разуму, и сейчас он этому был рад, потому что сама мысль о том, что он мог свернуть шею Стиву, теперь вызывала содрогание. Так что тут чуйка сыграла четко. Помогла ему создать свою маленькую стаю, подсказала, как пересилить волю Стива, который тот еще отморозок и мог стать опасен, не укроти его Брок. С Баки вышло проще, его механоиды уже создали с подчинением, малыш в стаю сам попросился. В ту ночь, на той поляне родился новый Брок, заявивший тем диким воем о себе как о вожаке. Потом случилась охота на пум. Тогда он бездумно сделал очередную заявку – объявил себя самым опасным хищником, хозяином этих мест… ага. Сначала заявил, а потом мир ему подыграл, подкинул фишек: типа, раз сел за стол, то играй на свой страх и риск. И вот сейчас он снова устроил звуковое шоу, но в этот раз заявление оказалось уже гораздо серьезнее. Теперь у Брока не только права, но и обязанности… Охуевший Брок растерянно перебирал полученный пакет данных, беспорядочный и слишком объемный, чтобы быстро и легко уложить все в голове. Эйфория быстро улетучилась, оставив тревожное послевкусие. Стоило подтвердить согласие на хозяйство, как по нему долбануло информационной посылкой. Хитрожопый зверек по имени чуйка, беспардонно втравив Брока в неприятности, нагло слинял вглубь, а разруливать ситуацию вытолкнул наружу человека, который нежданные подарки вообще-то яро ненавидел. С бегством зверя на задний план, у Брока по мозгам, словно освежающий ветерок прошелся, счищая замутненное восприятие и приглушая животные инстинкты. Так что было от чего схватиться за голову – успел Брок накуролесить от души. Думать о своем эпическом секс марафоне и его последствиях не хотелось от слова совсем, о своей жадности и самоуверенности по поводу шишки на ровном месте тоже, но на все это он уже подписался. Вот и придется принять исходные данные, как есть, а насчет полученной должности пора вникать и отрабатывать, разбираясь в сваленном на него наследстве. Полученное знание, к сожалению, не являлось сводом четких инструкций, где все расписано – что от сих до сих ты, а дальше тебя и очень крепко. Тут как в тех хитрых юридических бумажках – куча дребедени канцелярским языком и очень мелким шрифтом. И вроде как слова знакомые и должно быть понятно, но кроме того, что легче удавиться, чем прочесть микроскопический текст, и того, что тебя пытаются наебать, ничего до мозгов не доходит. Тут так же, сунули в зубы право рулить, воспользовались загребущей жадностью, но при этом бросили в омут: выплывешь – выживешь, а нет – так сам и виноват. Впрочем, чему удивляться, у Брока вся жизнь из вот таких заплывов и состоит. Теперь, после возвращения нормальной мыслительной деятельности, все произошедшее с ним, показалось аттракционом невиданной глупости и охеренной удачи. В отличие от многих и многих он оказался в той небольшой кучке счастливчиков, которых не размазало в звериных инстинктах до полного помрачения. Как ни странно, даже находясь под жестким прессингом своего животного начала, пусть и отчасти, но он контролировал себя, умудряясь вести почти осмысленные беседы и довольно трезво размышлять. Но что бы там его внутренний зверь в уши ни лил, а полностью собой Брок уже не был. Да, соображал, но не всегда и не то чтобы четко, а во многом и вовсе вел себя так, будто накачался наркотой или адреналином укололся. Может то, что он успел хлебнуть по жизни закалило и не дало ухнуть в состояние: «моя жрать, моя убивать», помогло пережить этот разлад между разумом и инстинктами! Черт, ему и впрямь повезло, особенно если учесть профит в виде двух щен… блядь, двух подопечных, потенциальных соратников и абсолютных подчиненных. Вон, даже подставляться с радостью и огнем в глазах готовы! Брок сплюнул в сердцах и глянул на караулящего его Стива. Даже штаны паразит натянуть не додумался, так и прискакал голышом на тарзаньи вопли Брока и светит тут понимаешь своими… очень даже завлекатель… блядь! - Прикрой яйца, парень, и займись-ка ужином, нечего меня караулить! – от сердитого ворчания золотко сник, и насуплено отправился выполнять указание, при этом даже жопка его выглядела обиженной, Брок едва удержал смешок от своих мыслей. Все же, дорвался старый мудак до сладкого, теперь будет тяжело себя обуздывать, после того как разрешение получено и плод уже надкушен. Брок бросил последний взгляд на простирающуюся перед ним величественную панораму и перестал себя накручивать. Что ни говори, а удачливый он черт, из такого дерьма умудрился выкрутиться да еще с прибытком! Пора ужинать, да и малыш уже на подходе, а впереди более насущная проблема, чем полученная в пользование территория. Очень насущная проблема: малыш и золотко! *** Форель оправдала ожидания, а может Брок просто аппетит нагулял хороший… но на самом деле было легче смаковать еду, чем пытаться разрядить напряжение между щен… блядь, вот же привязалось, а похрен, эти два обалдуя ведут себя ничем не лучше глупых псов, что борются за внимание суч… бляяя… Брок мысленно закатил глаза и принялся вновь медитативно поглощать рыбу. С того самого момента, как взмыленный Баки черным смерчем очутился рядом и едва сдерживая обиду отчитался за прогулку, начались гребаные пиздострадания. Стив тот еще фрукт, штаны надел, но застегнуть их не подумал, так и бродил, как чертова полуобнаженная модель для жаркого дрочева. С таким-то телом, с такой-то фигурой… весь в следах Броковой несдержанности. Ну и да, хоть Брок загнал золотко в озеро, но не понять и не почувствовать, чем они тут в его отсутствие занимались, не смог бы только слепой и тупой. Малыш таким не был. Кстати, после всех полученных бонусов его нового положения и новых знаний, Броку больше не требовалось посылать Баки на разведку к их хижине или куда-либо. Зверье, конечно, теперь вокруг водилось небезопасное, но и только. Впрочем, малыша он отсылал по другой причине, глупой и нецелесообразной, хотя и жалеть об этом не собирался. Правда на мгновение Броку все-таки стало совестно, от этих обиженно заломленных бровок и страдальческих глазок… но сытая истома в теле как-то не способствовала долгим угрызениям совести. Трахать Баки он не собирался, ну, по крайней мере, в ближайшем будущем, а монахом он быть заебался, так что тут без вариантов. Конечно, Брок мог попытаться объясниться или ультимативно расставить все точки над «и», но представил это и передумал. Ситуация щекотливая, малыш в его постель изначально был нацелен, точнее запрограммирован. При этом, не следует забывать то, что Брок для Баки является константой в этом мире, а в связи с новыми данными, шансы на то, что у парня выгорит стать нормальным и найти себе кого-то помимо Брока стали совсем грустные. Захотелось кофе и сигарет, удобный диван под зад, и хоть тот же Дискавери канал на плазме посмотреть. Получается, все его попытки уберечь от себя малыша яйца выеденного не стоят? Хотя… неа, все путем, пока Брок сам не готов приобщить Баки к своему телу в сакральном смысле, слишком уж он к этому парнишке прикипел сердцем, слишком привык оберегать от себя! Так что придется малышу смириться с его решением. Пока Брок ничего не мог и не хотел менять, даже несмотря на то, что от одного взгляда на Баки у него яйца поджимались и кровь кипела. Разум и чувства – все еще не пришли к единому решению. Ну не любил он отчитываться и разжевывать очевидное! И вообще, конкурентная борьба не даст парням закиснуть, а калечить им друг друга он не позволит, если же вздумай они объединиться против него… да не. Брок прикинул, как бы это выглядело, поправил вздыбившееся достоинство и еще усерднее принялся жрать, пытаясь выкинуть из головы слишком жаркие сцены. Две пары глаз подозрительно оглядели его, и вновь яростно скрестились, черт, Брок реально везунчик! *** - Так, Баки, Стив – морды друг другу не бить, подляны не устраивать, вы мне оба нужны. Здоровыми и целыми. Как поняли, щенки? – Брок хоть и улыбался, но говорил явно не в шутку, и противоречить ему ни у кого не хватило бы духу. Разве что уточнить. Потому что... Ну, бесила Баки эта довольная рожа напротив! - Командир, - Баки задавил в голосе любой намек на недовольство, даже более того, он практически мурлыкал, вон, как блондина от этого торкать стало! – Мы ведь тебе нужны оба ОДИНАКОВО? Баки прекрасно помнил, КАК заполучил, э… точнее заставил заполучить себя в стаю, поэтому никакой агрессии, лишь грамотное использование возможных ресурсов. А это значит, работаем губами, растягивая их в намеке на улыбку, прикусываем их, облизываем… о да, взгляд командира начинает плыть, но Баки знает – нельзя передавить! Поэтому в глазах абсолютная невинность, они широко распахнуты и ресничками не забываем хлопать, ведь он блядь невинная фиалка, потому что та сука блондинистая успела первой наложить свои гигантские лапы на командира! И вообще, он, между прочим, не хуже блондина выглядит, у него идеальное тело, только и здесь его обошли... Но Баки больше своего не упустит и тоже разденется невзначай в следующий раз, он больше не уступит блондину! Черт, никаких злых мыслей, впрочем, под взглядом командира его привычно ведет и он уже без всяких усилий демонстрирует полнейшую готовность повиноваться. Брок смотрит с подозрением, но оно быстро смягчается и да, командир прижимает его к себе, ероша волосы и окончательно придавая ему вид полного придурка. Только Баки на что угодно согласен, главное быть ближе к самому главному человеку в его жизни! Момент ясности мышления растаял от восхитительного тепла командира. В горле зародилось довольное урчание, и он блаженно прикрыл глаза, не замечая двух голодных взглядов. - Ох, сладкий… Баки уже не видит, как сияют глаза Брока при взгляде на него, не видит, как жадно раздуваются ноздри Стива, подавшегося к ним всем телом. Ему хорошо, он окутывается запахом командира и почти забывает злую жгучую обиду за одинокую прогулку к их брошенному впохыхах дому и за то, что должен мириться с присутствием наглого блондина, у которого оказывается два имени, и который все равно ему совсем не нравится! *** Брок посмеялся бы над собой и ситуацией в целом, но сарказм в нем очень быстро съебался подавленный волной какой-то болезненной нежности к малышу. Боже и все черти в аду – какой же малыш сладкий, он вжал в себя свое невозможное чудо и подумал, что жизнь реально повернулась к нему странным, сумасшедшим, но прекрасным боком. Потому что за это чудо в его объятиях он весь мир готов нахрен сжечь, лишь бы Баки оставался с ним… рядом шумно выдохнул Стив и Брок, притягивая к себе и блондина, поправился, потому что теперь его счастье без этого странного ушлепка уже не может быть полным. Да, он жадный мудак и ему повезло захапать себе два персональных чуда, два воплощения нежности и страстности… и это признаться, более чем достойная компенсация того пиздеца, на который он подписался. Потому как спокойной жизни ему уже точно не видать. Ведь на территории, за которую он обязался отвечать, безобразничали те, кто раньше были людьми и Броку, коль он тут теперь хозяин, нужно навести порядок как можно скорее. Мир вокруг был сказкой, хоть и не ванильной, эта сказка допускала пролитие крови только ради пропитания или выживания. Вот только не у всех, кто недавно был человеком, эти правила прижились и усвоились. Очень многие бывшие ранее людьми потерялись в кровавой вакханалии, убивая всех вокруг – бездумно, бессмысленно и глупо. Рамлоу позволил себе еще пару минут расслабленной неги в объятиях своих щенят и с грустью глянул на столь памятную теперь пещеру. Они еще вернутся сюда, ему тут понравилось, неплохое место для уединения. Дойти сюда не каждому под силу, а после полученных полномочий это место по его воле будет спрятано от всего мира до тех пор, пока он будет этого желать или до тех пор, пока он будет жив. Они втроем еще обустроят это логово самым наилучшим образом, но потом, а с утра их ожидает марш-бросок, который, скорее всего, может закончиться не самым приятным образом, и Броку возможно придется принимать сложные решения. Но одно то, что за его спиной будут эти два щенка – окупает все неприятности – он больше не один. *** Это было чудо, что связь хоть и с перебоями еще работала, пусть даже толка от нее было мало. Колсону удалось связаться со своим руководством, которому повезло оказаться в небе во время инцидента. С горем пополам он отчитался и на этом свой служебный долг посчитал выполненным. Фил отправлялся с горсткой оставшихся вменяемыми людей к месту, где возможно они найдут последнее пристанище. Оптимизма по поводу будущего как своего, так и мира он уже не испытывал, после того, свидетелями чему оказалась их группа, надежда угасла. То, во что превращались люди, то, какими они становились и главное, что творили, окончательно лишившись разума – уже не оставляло никакого шанса на возврат к нормальной жизни. А во что превратился коттеджный городок, куда отправили всех эвакуированных из заповедника туристов! Столько крови и дикости, столько бессмысленной жестокости. Они успели оторваться от погони не благодаря скорости транспорта, а лишь потому, что озверевшие преследователи отвлеклись на другую более доступную цель. Возможно, будь это раньше, или имей Фил под рукой хотя бы несколько вменяемых людей, он бы бросился на помощь, попытался спасти хоть кого-то. Но от него уже зависели те, кто ехал с ним и бросить их он не мог. Вот если бы этот нейтрализующий безумие эффект охватывал территорию побольше!.. Весь мир стал полигоном ужаса и беспредела, Фил в своей жизни многое повидал, он бывал в зонах боевых действий, не раз сталкивался с тяжелыми последствиями вооруженных конфликтов, но сейчас его выдержка сдавала. А мир все проверял и проверял его на прочность... Вокруг вместо мирных поселений в дымке жуткого тумана всплывали остатки домов выглядевших, словно оплывшие от жара восковые фигурки. Туман был полон дикими воплями, взвизгами, урчанием, везде велись бессмысленные схватки всех против всех. Неожиданно менялся рельеф местности. Странным образом, посреди широкой трассы возникали гигантские ямы, вспучивались холмы, вынуждая постоянно отклоняться от выбранного маршрута. При этом прослеживалась определенная закономерность – максимальным изменениям подверглась только та местность, куда приложил руки человек. Дома, дороги, безобидные детские площадки превращались в трудно идентифицируемые элементы ландшафта. Спустя некоторое время, устав уже ужасаться Фил равнодушно отметил очередную неприятность – монстры сбивались в стаи. Их шумный транспорт приводил эти стаи буквально в безумное состояние. Бросить бы транспорт, но пешком им далеко не уйти, оставалось полагаться на судьбу. Пока им везло, оказавшись поблизости, разъяренные монстры на пару спасительных мгновений впадали в ступор, позволяя выиграть беглецам крохи времени в этой гонке на выживание. Конечно, рано или поздно везение закончится и тогда, скорее всего, путешествие закончится их не самой легкой смертью. Фьюри и Пирс еще несколько раз пытались выйти на связь с нереальными требованиями обеспечить им безопасное место, на что Колсон лишь сухо передал им координаты базы… не той, куда он отправлялся сам. Будь Фьюри один, он бы рискнул, но напыщенный Александр Пирс вывел его из себя одним только приказом: найти где-то бродящего в этой местности его личного агента и обеспечить с ним связь! От несдержанного ответа спасла ухабина, их дребезжащее убежище сильно тряхнуло и рация, наконец, решила прекратить свое существование. С этого момента он и его люди окончательно были сами по себе. Фил вспоминал о том спасателе, что предупреждал их, о дерзком Бартоне и несчастной девушке, обо всех людях, кто оказался совершенно не готов к наступившему концу света. Потому что это случилось. Конец света для людей, где странным образом он, неприметный агент оказался одним из последних свидетелей происходящего, не сошедшим с ума. Колсон спокойно выбирал дорогу, отслеживал происходящее и не выказывал никакой паники. Что бы ни происходило, пока это в его силах, он будет оставаться человеком и вести себя как должно. В конце концов, единственное, что он может сейчас – быть человеком и умереть как человек… в который раз. *** Идти за командиром было ПОЧТИ привычно. Все, что помнил Баки – это Брок. Все, чего хотел Баки – это Брок. Все, что ему было нужно – это Брок. И все было ПОЧТИ хорошо. Только вот этот блондин. Он стал странным, Баки помнил их первую встречу, тогда Крис был другим, более опасным и жутким. Теперь этот парень не только отзывался на другое имя, так еще и вел себя совсем по-другому. Но больше всего напрягало то, что от Стива фонило жадностью. Баки не знал, почему именно так воспринимал это, но в каждом взгляде, движении блондина он чувствовал жадное внимание… и не только к командиру. Баки знал, что он красавчик, его создали идеальным для Брока, на него пускали слюни все способные видеть, даже если он не пытался понравиться, ну разве что командиру. И он нравился командиру, хотя не настолько, чтобы Брок выбрал только его, потому что вот этот белокожий гигант смог получить Брока и теперь… и теперь, словно хочет получить еще и Баки! Может, ему это только кажется? Все же он пока не особо разбирается в людях. По словам Брока, он не совсем «расчехлился» в эмоциональном плане и у него маловато реального опыта, который всегда имеет преимущество перед пустыми знаниями. Поэтому Баки пообещал себе внимательно следить за каждым шагом этого подозрительного типа и держаться подальше. Потому что ему было не по себе рядом с блондином, его нервировало то, как тот принюхивался, стоило Баки оказаться поблизости, и то, как блондин караулил каждое его движение. Если поначалу Баки был уверен, что тот ревнует Брока, как и он, но чем дальше, тем больше в этом сомневался. Потому что если раньше этот парень полез бы с ним в драку, то теперь… Брок погнал спать их сразу после ужина, именно спать, уведомив, что им предстоит длинный марш-бросок, а значит никаких забав. Так и заявил. - Мыться и спать, с рассветом нам придется отправиться на прогулку. Нужно будет навести порядок. Не знаю с кем или с чем придется столкнуться, так что если вы, сучата, вместо сна решите хренью заниматься, оставлю тут, ясно? – и не дождавшись возражений, скомандовал: - Шуруйте мыться и спать. Это началось, когда рассерженный Баки и мрачный Стив нехотя приплелись к озеру, разогнав мерзкий туман. Ложной скромностью Баки никогда не страдал, однако блондин пялился так, что это ощущалось прикосновением. - Что? – недовольно спросил он, но ответа не дождался. Или точнее не того ответа, которого ждал. Чертов блондин почти беззвучно нырнул в озеро и пропал. От этого лезть в воду сразу расхотелось, потому что вспомнился размер рыбки, что была на ужин. И вообще. Зачем устраивать заплыв? Вон, Стив за двоих отмокнет, а Баки может освежиться в ручье рядом с пещерой. Идея показалась здравой, и он уже собрался уходить, как его окатило холодной водой, вызывая бешенство. Угрожающе развернувшись, он успел заметить сверкнувшие в наглой улыбке зубы, и… ушел. Потому что Брок запретил драться, но счет к блондину увеличился. За спиной послышался разочарованный вздох, вызывая мстительную улыбку – было приятно разочаровать этого гада! Спать Баки подкатился под бок командира, на что тот хмыкнул, но возражать не стал. Только вот он не учел, что так же поступит и Стив, разве что расположится он около Баки, поскольку Брок лег у стены. Это была жуткая ночь, когда Баки не мог выбрать, как безопасней будет лежать – лицом к блондину или задом – обе позы его не устраивали, а лечь на спину банально не хватало места. Помаявшись, он решил, что лучше устроится на ночь в одиночку, чем… но поздно. - Малыш, хватит вертеться! – и его жестко вдавило в командира… задом к Стиву. От близости Брока было уютно, от близости Стива тревожно. Так что спалось ему хреново, поскольку на нем оказалось слишком много неспокойных рук. Дальше больше. Блядский блондин все время касался или Брока, или Баки, и что из этого злило сильнее, было сложно понять. Он ревновал Брока и опасался Стива, который стал подозрительно дружелюбен и понятия не имел о личном пространстве! Баки сердито мечтал, чтобы этот ненормальный случайно оступился и свалился с горной тропы… увы, пусть характер Стива поменялся после того странного вечера, только вот ни ловкости, ни силы он, к сожалению, не лишился. Все-таки Брок зря доверяет свою спину блондину, зря! Баки долго бурчал про себя всякие нелестные отзывы насчет третьего лишнего в их команде с командиром, пока они не встретили первую дикую стаю. *** Брок стал Хозяином, но при этом опытным путем выяснилось, что кроме обычных и мутировавших зверей его силу признавали и готовы были отступить перед ним лишь те из людей, кто сохранил хоть какой-то разум, не перейдя границу окончательной деградации. Монстры из людей получались жуткими, вне зависимости от уровня регресса. Некоторые совсем потерявшие человеческий облик оказались более вменяемыми, чем те, кто внешне мало изменились. Бонус нового положения позволял Рамлоу отслеживать потенциальную опасность, он ясно ощущал живое на расстоянии до полукилометра, дальше хуже. То всеведение, что его посетило при принятии на себя обязательств, основательно притухло, позволяя четко определять лишь направление и угрозу. Забавно было то, что с высоты он чувствовал все лучше и дальше, а вот в низинах, круг сканируемого пространства сужался и, судя по всему, одной из причин этому был туман. Первое нападение сбившихся в группу бывших людей случилось прямо при спуске к подножию горной гряды. Им встретилась стая из плохого варианта – вконец одичавшие. Повезло, что стая маленькая – всего десяток. Плохо было то, что напавшие оказались нечувствительны к боли и вконец безумны. Чертовы твари не ведали страха смерти, в их действиях не было никакой осмысленности, кроме жажды крови и убийства. Обросшие, голые и сутулые фигуры с мощными когтистыми руками, человекообразные существа бросались на них с неимоверной скоростью. От рыка Брока твари терялись лишь на мгновение, они слишком сильно деградировали, чтобы к ним вернулся рассудок. Не оставалось ничего другого, как биться насмерть. И тогда Брок чуть не потерял малыша. Потому что как идиот ослабил контроль, отвлекся и позволил малышу оторваться от него и Стива. На них напали вразнобой без какой-либо тактики, Брока и щенков мгновенно перекинуло в звероформу и это опьянило. Изменение тела в момент драки, восторг от собственной силы и бешеная ярость на тех, кто посмел. Напасть. На Хозяина! Брок раскидывал в стороны мерзких тварей, рычал на мешающий обзору туман и не заметил, как малыша и Стива отделило от него.