Кукловод

      Первые грубые касания, ослабшее тело бьёт крупной дрожью от боли и отвращения. Тэхён дышит прерывисто и захлёбывается в истерике, глотая слезы. Он не хочет, чтобы это продолжалось. Сейчас он хочет только умереть. Ким отстраненно думает, что его труп в этом лесу найдут ещё очень не скоро.       Опьяненный своей властью над сломленным мальчишкой, Хёну не сразу реагирует на скрип старой двери. Он поворачивается и шокировано замирает, когда в дом врывается Чонгук и с яростью впечатывает кулак ему в лицо. Мужчина не успевает увернуться и теряется в пространстве, упав на пол. Парень наносит удары со всей силы, не желая останавливаться. Лицо его искажается от гнева — сейчас он готов убить это животное. И вряд ли Чон позже пожалеет об этом. Он начинает душить мужчину, наблюдая за жалкими попытками того вдохнуть воздуха и расцепить руки на своей шее.       И в этот момент подходит Намджун, буквально отдирая младшего от насильника.       — Чонгук, хватит.       Он тяжело дышит, но лишь сжимает руки в кулак и перестает вырываться, чтобы добить Ли. Только после этого Ким отпускает его, бросая беглый взгляд куда-то в сторону. Парень машинально поворачивается и перестает дышать. Он видит перед собой сломленного Тэхёна, который сидит полуобнаженным на холодном полу и плачет, уткнувшись в свои побитые колени. Чонгук быстрым шагом преодолевает расстояние между ними и осторожно касается его плеча.       Тэхён резко вздрагивает и как можно скорее пытается отстраниться. Чон реагирует быстрее и крепко обнимает вырывающегося парня, который начинает плакать ещё сильнее.       — Тэхён, успокойся. Это я.       Ким в его руках тут же расслабляется, услышав знакомый голос, и мёртвой хваткой цепляется за него. Чонгук трясущимися руками натягивает на него то, что осталось от рубашки, а потом снимает с себя куртку и накидывает на сильно похудевшего Тэхёна. Обняв, он осторожно гладит его по пепельным волосам, пока сердце болит от этой картины.       Чон поднимает усталый взгляд на Намджуна, когда тот поворачивается к вставшему преступнику и со всей силы бьёт того в лицо, ломая нос. Громкий хруст, лицо после терапии младшего становится похожим на кашу. Ким быстро заключает руки Ли Хёну в наручники и, достав рацию, холодным тоном произносит:       — Заходите, — а после этого поворачивается к Чону, — увези его отсюда.       Чонгук ловит брошенные ему ключи и спрашивает у Тэхёна, сможет ли он встать. В ответ получает отрицательный кивок, а после на Кима накатывает новая волна истерики. Только после этого он обращает внимание на исковерканные ноги, по которым всё ещё текут струйки крови.       В дом заходит группа людей, никакого внимания не обращающая на них. Команда сразу же направляется к Ли, чтобы задержать его. Недолго думая, Чонгук поднимает Тэхёна на руки и выходит с ним на улицу. Холодный воздух ночи отрезвляет.       Он быстро находит оставленную ими машину и, открыв дверь, аккуратно кладёт свою ношу на заднее сиденье. Тэхён тихо скулит. После того, как главный источник опасности исчез, боль становится невыносимой. Он чувствует адское жжение в ногах при малейшем движении. До него всё ещё не доходит, что кошмар нескольких недель наконец-то закончился. Но Ким уже никогда не забудет тот ужас, что пережил. Это навсегда впечаталось в память нестираемым клеймом.       Чонгук всю дорогу поглаживает волосы Тэхёна, находящегося в полубессознательном состоянии и пытающегося отстраниться при каждом движении. У Чона костяшки на кулаках разбиты, перед глазами не спадает пелена злобы, которая мешает видеть каждый раз, когда мысль о Хену возникает в голове.       Чонгук мог не успеть, и это осознание отдаётся слезами, текущими по щекам:       Я успел, Хосок-хён. Не к тебе, но успел. Прости меня.       Тишина больницы прерывается короткими указаниями врачей, шумом колес едущей на скорости носилки и топотом нескольких людей. Намджун коротко похлопывает его по плечу, когда медперсонал скрывается с Тэхёном в отделении травматологии.       — Что дальше, хён? — голос звучит надрывно и с нотами мольбы.       Он прекрасно видит усталость в глазах старшего, но в силу своего возраста и взрывного темперамента, который выжал все соки за пару недель, не может справиться с собственным отчаянием. Тэхён сломлен, опустошен и выпотрошен. Чонгук не знает, как сможет вдохнуть в него жизнь самостоятельно. А потому ищет ответ в полуприкрытых глазах напротив, почти с силой сжимая вату на сгибе локтя, которая пропитывается алой кровью.       — Отвези его к психиатру, — тихое, будто Тэ может услышать. — А лучше отвези его к себе и вызови врача на дом. Ни в коем случае не вези Тэ к нему в квартиру или просто в магазин, даже если он попросит. Только после осмотра у специалиста.       — Почему? — Чонгук сводит густые брови у переносицы, перебирая все учебные пособия в голове, в которых сказано о том, что человек хорошо восстанавливается в стенах своего дома. — Ты нашел что-то подозрительное?       — В доме Ли Хёну было много изуродованных кукол. Судя по накладывающимся отпечаткам, он нередко водил Тэхёна в комнату с ними, — Намджун присаживается рядом с младшим и устало откидывается на спинку жёсткой скамьи. — Это могло нанести психологическую травму, а в квартире у Тэ очень много кукол, не говоря про сам магазин.       — Он какой-то бешеный фанатик кукол? Чем ему Тэхён не угодил? — в голосе скептизм.       — Скорее, просто извращенец. Я тебя после этой информации освобожу от дела Ли Хёну, — Намджун медлит, а Чонгук заранее вскипает. — У него в доме мы нашли юбку, блузку, несколько рубашек и чулки. Все они подходили под заявленные в деле параметры Тэхёна. Также были некоторые атрибуты BDSM-культуры: портупеи, ошейники, наручники. Все куклы, находящиеся в доме, были копиями Тэхёна. Ну, а сам Тэ был одной из кукол. Это было его целью.       Намджун слышит скрип зубов и всем телом, по которому прошёлся холодок, чувствует напряжение и убийственную ауру младшего. На самом деле, он мог не говорить всех подробностей и сохранить психику младшего. Однако Чонгук сам позволил лепить из себя всё, что угодно, отдавшись полностью Киму на получение опыта и осознавая, что холодность ума и умение сдерживаться он получит только от него. Иначе ему просто нечего делать в полиции рядом с Намджуном.       Плотно сжатые кулаки разжимаются тогда, когда отдаленно в тишине из хирургии звучит: «Сердцебиение нормализовалось. Переливание из А в АВ прошло успешно». У Чонгука голова кружится, а ватка, смоченная в спирте, падает на белый кафельный пол. Теперь у Тэхёна не только добрая половина его сердца, но и часть крови течёт по венам. Брюнет впервые за долгое время хрипло смеется и теряет сознание.

***

      Из сна Юнги вырывает короткий сигнал сообщения. Он открывает глаза и осматривает комнату, которая погрузилась в тёмные краски ночи. Мин поднимается и, медленно осмотревшись, выключает телевизор. Похоже, он задремал, пока смотрел очередной незапоминающийся фильм от скуки, лишь бы подавить тишину в пустой квартире. Его выходные в последнее время были просто омерзительны.       Телефон всё это время лежит совсем рядом со своим владельцем; неудивительно, что Юнги так сразу проснулся. Ему не хочется думать, что сейчас он мог уловить во сне практически любой шорох.       Яркий свет сильно бьёт в глаза, и он жмурится, пытаясь привыкнуть к нему. На часах два ночи, а на главном экране непрочитанное сообщение от Намджуна. Остаётся только надеяться, что это не внезапный вызов на работу.       «Мы нашли Тэхена, расскажи Чимину».       Он облегченно выдыхает и только после этого полностью осознает смысл сообщения. Юнги расспросит Кима обо всем завтра. Он не пишет ничего в ответ, только кладёт телефон в карман и идёт на кухню, ступая босыми ногами по полу. Ставит чайник и садится за стол, пытаясь собрать мысли в кучу. Насколько нормально звонить человеку в это время? Хотя Намджуна это не остановило.       Хрустнув пальцами, Мин достаёт телефон и находит нужный номер. Ещё несколько секунд, держа палец над контактом, он нажимает на вызов. Гудки. Через три секунды на том конце раздаётся сонный голос.       — Да? Привет, хён.       — Я не разбудил тебя? — глупый вопрос, но Юнги дожидается отрицательного ответа, прежде чем продолжить. — Чимин, они нашли его.       Пак ничего не отвечает на это, но Мин ждёт хоть какой-то реакции. Молчание затягивается на долгие тридцать секунд, после чего парень тяжело выдыхает.       — Я могу приехать сейчас?

***

Всё время ожидания Юнги не отлипает от окна. Всё-таки уже поздно, в это время на улице довольно опасно. Каждые пять минут он отрывается от книги, в текст которой даже не вчитывается, чтобы посмотреть, не подходит ли Чимин. Он вздрагивает, когда в дверь коротко стучат, и сразу же идёт открывать. Пак никогда не звонил в квартиру.       Дверь открывается, и Чимин крепко обнимает старшего, руки его едва заметно дрожат. Они стоят так, пока старший не предлагает зайти. Гость кивает и быстро стягивает кеды.       — Спасибо, что позвонил мне.

***

      Сегодня они не пьют — ограничиваются зелёным чаем. Чимин благодарно кивает, принимая кружку и согревая о неё замёрзшие руки. Младший рассказывает об их долгой дружбе с Тэхёном, и, кажется, это первый раз, когда Пак так много говорит о себе. Юнги впитывает в себя информацию, узнавая парня с другой стороны.       Они разговаривают до рассвета, отстранённо наблюдая за искажающимся окружением под первыми лучами солнца. После они стоят на балконе, кутаясь в одежду от холода и деля одну сигарету на двоих.

***

      — Как там Джей Кей? — у Джина спустя долгое время в речи проявляются привычные шутливые слова, а в одежде просматриваются забытые на пару недель розовые элементы.       Однако Тэхён в жутком состоянии, что наталкивает на общее настроение всех окружающих Чонгука людей, а потому чёрный ещё не вышел его из гардероба. Намджун думает, что старший похож на эмо и даже позволяет себе впервые за долгое время улыбнуться своим же мыслям, которые отошли от негатива.       — Он у Тэхёна?       — У него от всего этого стресса и без того было хреновое состояние, а тут ему ещё крови немало выкачали, — он откидывается на белоснежном диване, утопая в его мягкости всеми конечностями. — Его положили на этаж ниже, витаминов хотя бы покапать. Но он, естественно, пропадает возле палаты Тэхёна. К нему пока входить запрещено, мы вызвали психиатров, не дожидаясь полного восстановления организма. Для него это будет тяжело, но, задерживая, мы можем сделать хуже и себе, и ему, если он вдруг сойдёт с ума.       Веки невольно закрываются в тишине квартиры старшего. Выходные, которые он выписал себе, были явно необходимостью. А Джин только и ждал, когда Ким, наконец, под его чутким присмотром адекватно поест и отдохнет, а потому его без разговоров из больницы сразу потащили в это райское по своему виду место. Киму хотелось бы думать, что эта оболочка, которую возвел старший, достаточно хорошо скрывает всю подноготную хозяина квартиры. Хотя бы от полицейского, который достаточно часто пребывает здесь.        Намджун не будет Намджуном, если одна часть его мыслей не будет в работе. Он старается не показывать своей удручённости Сокджину, расслабленно улыбаясь и поддерживая бессмысленные разговоры. Но Джин видит глаза, которые всегда выдают его, поджимает губы и топит свои догадки в себе.       — Юнги сейчас с Чимином? — вопрос звучит незатейливо и с прозрачным намеком, а Намджун на это лишь пожимает плечами.       Он не видел Мина с дела про серийные убийства, и сейчас снова погружается в свои мысли насчёт этого.       — Если ты думаешь про жертвы, то их не было. По крайней мере по тем параметрам, совпадающим с другими.       — А что насчёт предыдущих трупов? — Намджун, как ни хотел бы, всё равно возвращается к этим разговорам. Джин смиряется, напрягаясь всем телом. — Ты вступил в дело?       — От начальника не было команды приступать, — усмешка трогает губы, и Джин смотрит прямо в глаза с вызовом, и Намджун понимает: они в чём-то продвинулись. Или дело в том, что пока скрыто от глаз полицейского. — А если ты в моём доме ещё хоть раз скажешь слово «труп», то я тебя отправлю к Юнги на рабочий стол.       Намджун посмеивается с серьёзной интонации старшего и решает, что его свободный день он не будет тратить на разговоры про работу. Но с мыслями поделать ничего не может, выстраивая за ужином логические цепочки. То, что Тэхён каким-то образом связан с делом, он почти не сомневается. Косвенно или прямо — другой вопрос. Однако пока нет никаких доказательств, помимо слишком большого коэффициента кукол на один год его жизни; Ким собирается свои догадки держать при себе. Нельзя, чтобы это как-то вытекло к тому, что об этом узнает Чонгук. Подорванное доверие в связи с отсутствием информации разрушит всё, что Намджун старается выстраивать несколько лет, вымеряя шаги наперед.       Задумчиво покусывая кончик пальца, он набирает быстрое сообщение своему заместителю о том, чтобы тот подготовил Ли Хёну к завтрашнему приходу Кима. Осмотр дома в лесу навёл на определенные догадки и слабые места мужчины. Ему нельзя прогадать, когда дело слишком сильно контачит с личными интересами его сотрудников и его самого.