Не оборачивайся.

      Просыпаются люди тяжело. Спать сидя была не лучшая идея, тут не только спина затекает, но и все вообще отваливается.       Рубильник, который они вчера оставили в покое, вскоре дернут и новые двери со скрежетом открываются. - Идём? - Генри пытается держаться бодрячком и улыбается Хелене, но в глазах отчётливо виден страх. Он явно не хотел просыпаться тут вновь...       Девчонка кивает, и они спускаются по лестнице. За дверью темно. И оба человека очень нерешительно проходят внутрь. Здесь совершенно ничего не видно и Генри возвращается за фонарем. Вероятно, без него ничего не получится. Спускаясь по ещё одной лестнице, они фонарем освещают все пространство. Кое-где видны искры электричества и их жёлтые, жгучие зайчики проскакивают по полу в стороны на метра два. Каждый такой пучок электричества люди тихо и аккуратно обходят. Света фонаря хватает, чтобы разглядеть надпись наверху. - Бенди... АД...       Это название не нравится обоим и они, как уже многие разы до, просто проходят мимо злополучного места, и стараются не думать, за что это место так назвали.       В одном из поворотов обнаруживаются развлекательные игры и ещё одна запись. Пока Генри вникает в суть слов с диктофона, девчонка осматривается. Ну, вот сто процентов, есть способ включить здесь все, должно быть просто замкнуло где-то и она, забрав у Генри фонарь, уходит по одному из проводов чуть в перед, не далеко, чтобы Генри волновался, и причина, как бы то ни было странно, обнаруживается в простой игре, про которые сейчас слушал Генри.       Огромный аппарат с вывеской "Бей в колокол" скорее всего, был причиной поломки. За его бегунком застряли пара проводов и девочка, решив что руками это трогать не безопасно, просто сдергивает топор и ударяет по шайбе так что бегунок, порвав слои многолетней паутины, вызволяет провода из под своего заточения. Те осыпаются шипящими змеями, и Хелена спрятав топор на место, наклоняется и очень аккуратно берёт один из проводов. Дальше так же аккуратно соединить его с другим и, возможно, электричество включится. Генри подходит к Хелене и берёт второй конец. Так безопаснее. Провода соединяются просто и свет, с резким щелчком, пронизывает все пространство. А ещё он очень режет глаза...       Провода связывают найденной веревкой и вешают над землёй, а то мало ли... Теперь здесь светло, но совершенно непонятно как быть дальше. Генри даёт прослушать запись Хелене и та выдает ну до невозможности очевидный вариант. - Я думаю, он говорил о том, что необходимо сыграть в эти игры... - Хелена пальцем указывает на маленькие палатки с играми, аля попади, если сможешь. - Я не против... Но стрелять не умею. - Генри слишком грустно смотрит в пол и отрывисто вздыхает - Борис... - девочка немного каменеет - С ним все хорошо? Интересно как он...       Ну да, она прекрасно понимает, что для Генри Борис, это не просто мультяшный персонаж, но вот откуда тот знает о Борисе ЖИВОМ? Тем более, что Хелена отчётливо помнит, что говорила старику только вымышленное имя «Елена», а тот явно приводил ее в чувство, крича настоящие имя.       Она сощурилась и более внимательно пригляделась к своему товарищу по несчастью. Он явно что-то скрывал, но вот что, было пока рановато выяснять... Возможно, и сама Хелена не хотела пока знать правды, но глубоко в разуме она уже поняла одну очевидную вещь и усиленно отрицала ее.       Ничего не говоря, Хелена подошла к мишеням и взяла ружье. Раздалась пальба, и как ни странно, не было ни одного промаха. - Отец научил. - коротко пояснила она и взяв шарики с полки второй игры протянула их Генри - А в это играть не умею уже я. - она лучезарно улыбнулась и вручила Генри три шара.       У старика волнами расходилось внутреннее тепло. Он был горд за Кисточку. Она бесстрашно шла вперед и не оглядывалась. Смогла выжить в этом месте и держится бодрячком, а что он? Тряпка, неспособная держать язык за зубами...       Шары полетели точно в цель и все девять банок, с хрустом разбившегося стекла, опали на пол.       С лева раздался скрежет и металлические двери открылись. - Видишь, я была права. Хелена вбегает быстрее Генри, и почти крича, резко выходит обратно. До Генри немного не доходит чего же так могла испугаться кисточка, и он входит теперь уже первым. В углу переключатель, а на стене...       А на стене то, что напугало девочку. Старые испачканные в чернилах костюмы Бенди. Генри недовольно хмыкает. И в правду странное место, рубильник дёрнут, и он выходит оттуда.       Провод под под ногами начинает искриться, и где-то в самом углу, на противоположной стороне, что-то щелкает. Оба вздрагивают.       Тишина действует на обоих не самым лучшим образом. Это просто страшно находится тут и не знать из-за, какого угла, или какой двери выпрыгнет существо с явными намерениями убить их.       Оба человека двигаются тихо и по направлению к источнику щелчка. Хелена держит топор отца наготове, а Генри откопал где-то деревянное дрыно, и тоже продвигается в перед.       Но там ничего нет.       Недопонимание наступает на мозги с новой силой, когда в том углу ещё и обнаруживаются переключатели. Первый рубильник опущен в низ, и немного искрится. К нему ведёт провод, который они только что активировали.       Мурашки пробегают по спинам обоих, когда они замечают чернила на ручке и просто отходят подальше от странного места. Если честно не очень хочется проверять дальше, чьих это рук дело.       Сердце Хелены сжимается в маленький камушек, когда они входят в следующую комнату, где необходимо включить рубильники. Почему сжимается? Все просто, там мясники. Ещё с того злополучного плаката, девочка терпеть не могла этих скрипящих и искривленных существ, что кажется не имели и зачатков души. А в последнее время стоило ей хотя бы услышать простой скрежет, озноб пробирал все тело.       Генри же отреагировал вполне нормально. Эта встреча не в первой. Но вот чем бить ЭТИХ, непонятно. У девчонки есть топор, но им, она ни за что сражаться не будет. Генри это просто знает. А дрыно? Да... Вряд ли обычное дерево пробьет металл.       Хелена подходит к балкончику и смотрит вниз на уродцев. Ее потрясывает, колени заметно дрожат, но мозги думают и придумывают довольно быстро.       Резким движением она достает пустую банку из сумки и отправляет в полет. Доли секунды оба следят за банкой, пока та не врезается в стену и не падает на пол. Это работает. Мясники, как существа исключительно бездушные и неразумные, вразвалочку идут на звук, а Хелена кинув вторую банку Генри, сбегает по лестнице и тихо пробегает мимо механических кукол. Но вот появился огромный изъян в ее плане.       Она снова одна.       Ноги подкашиваются, и душа падает куда-то к полу. Из глаз выливаются слезы и непонятно, то ли от нервов, то ли от горя. Там с Генри она могла позабыть о Борисе хоть на минутку, но теперь все ощущения страданий и безысходности обрушиваются на маленькое тельце. Что это вызвало, она не знает. Просто падает лицом в пол и плачет. Тихо плачет... В этом месте по-иному нельзя... В груди ноет и слезы льются градом, поливая пожелтевшие доски пола. Боль... Невыносимая боль стягивающая все внутри. И слезы. Горячие, как будто раскаленное масло, катятся с красных щек и раздеваются о пол. - Не плачь...       Хелена отскакивает к стене и нервно трясется в истерике, слезы мешают рассмотреть, кто говорит, но голос незнакомый и становится ещё страшнее. Тело трясет, сколько она не пытается его унять. - Не бойся, я друг, если можно так сказать...       Хелена быстро вытирает глаза краем рубахи и выставляет топор вперед, ещё толком не сфокусировавшись. Из горла все ещё слышны прерывистые вздохи.       Но вот зрение приходит в норму, и она разглядывает жёлтую решетку, а за ней человека. Черного человека. Его глаза чуть светятся рыжим в приглушенном свете, а жидкое тело чуть отблескивает. - К-кто ты? - нервно всхлипывает она, ещё толком не успокоившись. - Кто я не столь важно... Просто не плачь... Это не поможет.       Человек сидит в углу камеры и смотрит на нее, кажется, совершенно приветливым взглядом. Она немного успокаивается, но слезы все ещё льются. - Не теряй времени на них... Эти слезы бесполезны. - указывает он на ее лицо, а после переводит палец в другую сторону - Там рубильник. Включи его и ещё один в соседней комнате. Поторопись. Мало времени осталось у твоего друга...       «Человек» поудобнее садится и закрывает глаза, явно прекращая всякий контакт с ней.       Она встаёт, идёт куда указано, нажимает рубильник и быстро уходит, останавливаясь только у клетки, но там уже никого нет. Лишь черная лужа и маленькая записка, которую она без труда достает.

(Записка)

" Прошу тебя, выполни ЕГО просьбу. Освободи нас."

      Девочка в задумчивости вертит листок но больше ничего не находит и встаёт с пола. Странный человек...       На выходе Генри кидает банку и отвлекает мясников, пока Кисточка бежит в соседний поворот. Рубильник опущен, и девочка легко выбегает из коридора, вновь кидая банку и отвлекая мясников.       На верху Генри ругает ее за необдуманность, но Хелена всё пропускает мимо ушей. Ей мерещится тот чернильный человек и душу противно скребёт совесть. Она могла его освободить, но больше было похоже, что ему не требовалась помощь.       Рубильник в странном углу вновь опущен не ими. Но они просто проходят мимо в следующую комнату. Здесь огромная карусель, что вообще не внушает доверия, и правильно. В этом месте доверять вообще чему-либо опасно. Однако Хелена все же верит Генри, верит Борису ну и может немного тому пинателю. Просто это чутье, особое детское чутье. Или может безысходность, кто знает.       Они обходят все помещение и находят лишь диктофон, который Генри забирает с собой и выходит из комнаты прослушать. Хелене это неинтересно. Куда более важно найти хоть какое-то оружие. Свое жалко. И она обшаривает все вокруг, но ничего не находит. Издали слышно запись и ругань Бертрума. И когда карусель слегка дёргается, девушка подпрыгивает на месте и спешно, лицом к странной машине, отходит к выходу. - Генри... - голос тревожный, внутри все скрутило страшно даже думать что будет если дверь...       Хлобысь!       Девчонка прямо чувствует, как волосы медленно встают дыбом на руках, голове, ногах. Ей не просто страшно. Она в ужасе. А самое противное в этой ситуации, что дверь уже захлопнулась. И бежать к ней, пытаться открыть - бесполезно.       Огромная механическая рука с вагонеткой поднимается вверх и Хелена с ужасом, в опустевших глазах, наблюдает за всем этим кошмаром. Как в замедленной съемке, с диким скрежетом проржавелых деталей, лапища монстра раскрывается и в свободном падении разбивает стол прямо перед ней.       Ей конец.