Не оборачивайся.

      Хелена просыпается от какого то шума, и сразу же хватается за голову. Остальное еще можно перетерпеть, но голова разрывается страшно. Может это своего рода отходняк, но что-то уж больно тугой. Перед глазами маячит тот демон, что отправил ее в нокаут. Мда… и теперь непонятно что она тут делает.       В руке обнаруживается слегка скомканная записка и пробежав по тексту глазами Хелена сквозь сжатые зубы встает с коробки. — Идиот… — живот болит, тело разрывает на части, но ничего из этого не сравнится с душевной болью, что раздирает в нутрии. Тело горит, а слезы буквально испаряются со щек от жара. Может она еще и заболела, кто знает. Но такое лицо… Оно привело бы в ужас даже самого чернильного демона. Еле переставляя ноги и держась за живот, она подходит к двери и дергает рычаг, отрывая штекер — Генриии… Ты жуткий идиот…       Она сплевывает кровь на пол и проходит через дверь. В глазах ярость и гнев. Гнев на этого старика. Она ему такую трепку задаст, что мама не узнает.       Из комнаты в далике выходит, кажется, еще более седой Генри и, держась за «сердце», чуть прихрамывает. Губы девочки расползаются в хищной улыбке. — Эй! — кричит она и вновь сжимает ладонь на животе — Крестный папочка! Куда собрался?       Генри вздрагивает и переводит взгляд на разъяренную Хелену. Он немного столбенеет, явно не ожидая такого поворота событий. — Нет, ну вы с отцом меня просто удивляете. Что он, что ты блин бросаете меня хрен знает где, хрен знает в каких ситуациях и рассчитываете, что я буду просто молчать?! — живот режет, но эмоции на пределе и говорить в таком состоянии легче — Да блин вы своей заботой уже у меня в горле сидите!       Хелена разъяренно тыкает пальцем в горло и вновь сплевывает кровь. Генри же оторопело смотрит на разъяренный комочек и недоумевает, как та вообще смогла так быстро очнутся. И даже немного вздрагивает, когда Хелена вновь орет. — Никуда ты, дорогой крестный, без меня не пойдешь! — яростно тычет она пальцем и чуть сгибается в приступе боли. Переборщила…       Сдавленно и держась за живот, она спускается с лестницы и очень внимательно следит за своим новоявленным крестным, не дай бог еще удерет. А Генри как вкопанный стоит и ждет своей участи. Девчонка подходит совсем вплотную и яростно смотрит на него. Генри в полном замешательстве. Он даже не знает то ли пугая, то ли стыдится, и просто стоит и смотрит на Хелену. — Да знаешь?! Мне плевать что ты виновен в том, что Бориса поймали. — трясет она бумажкой перед его носом — Но вот за что я тебя точно… — ноги слабеют, но она пока стоит — Не прощу. Дк это если ты… — ноги сдают позиции и Генри подхватывает по инерции маленькое тельце — …Опять исчезнешь… — в полуобмороке девчушка договаривает и отключается, чуть обмякнув в руках своего крестного.       Генри ошарашено смотрит на нее. — Может, ты ее хоть перебинтуешь? — Генри вздрагивает и резко оборачивается. Волна мурашек пробегает по телу, и он сглатывает.       Сзади вновь никого. Это жутко напрягает. Но даже если это уже бред, все таки, верное решение. — Ох… Кисточка… Она так похожа на тебя… — несмотря на странный скрежет и кажется чей то хохот Генри просто смиряется с происходящим и обрабатывает раны маленькой малышки, которую так достало быть постоянно одной.

***

      Когда Хелена открывает глаза, то тут же вскакивает и озирается по сторонам. Взгляд выципляет знакомую седую, и чуть полную фигуру. Генри… Он не ушел… На лице появляется глупая улыбка и она подползает ближе к старику. На глаза наворачиваются слезы, и она утыкается лбом в большое плече крестного. Ее крестного…       Генри приходит в себя довольно скоро и все это время девочка просто обнимает его руку и глупо улыбается, совсем не сдерживая слез. Он гладит ее по голове и тоже улыбается в усы.       Идиллия… Настоящая. Но сейчас этой идиллии грозит опасность. И оба это хорошо понимают. Просто еще немного еще чуть - чуть почувствовал семью. Это иногда намного важнее, нежели само спасение.       Девчонке намного легче и она уже может ходить. Свитер был нещадно изрезан на лоскуты и повязан на все ранения маленькой девочки. Надежно перетягивая живот плечи и грудь. Генри тоже встает и вновь ее обнимает, не сильно, так чтобы не навредить. И они входят в ту самую дверь, что так долго их ждала, они идут к Алисе…       На входе они садятся в вагончик и даже не оборачиваются, как велела им надпись. Оборачиваются и смотрят на прошлое лишь слабаки, а сильные смотрят вперед. И именно сила им сейчас нужнее всего. Демон же позади довольно кивает. Наконец его люди усвоили это простое правило. «Не оборачивайся.»       В вагонетке немного тесно для двоих, но людям плевать, у них мягко говоря мандраж перед сражением. Оба полны решимости вызволить Бориса и накостылять Алисе. О, если бы они знали что все давно кончено. — А теперь время поездочки мои милые людишки. — мегафонный голос немного пугает, но в принципе они оба слышали его столько раз, что и боятся его уже нет сил. — Давайте, не прикидывайтесь что все это просто плохой сон. — со скепсисом говорит она — Ваше воссоединение семьи ненадолго. Ха-хах.       Оба человека переглядываются, но молчат. — Забавная вещь… — не унимается она — Я просто хотела быть лучше, я просто хотела быть прекрасной… — мечтательно вздыхает она — Вы конечно сможете это понять.       Что конкретно они должны понимать обоим совершенно не ясно, и они продолжают молчать в тряпочку и ехать на вагонетке. Приведения, выскакивающие из-за инсталляционных надгробий, уже совершенно не пугают. Не блин извините, они тут такого натерпелись, что просто банальные скримеры проходят мимо их сознания. — Генри, почему ты здесь? — внезапный вопрос заставляет поднять голову на одну из камер. — Ты просто наслаждаешься тем, что отправляешься в ад? Потому что если это именно то… — пауза — Тогда у меня для тебя есть сюрприз. — заканчивает демон и перед ними наконец открывается дверь в большую комнату.       Вся платформа в центре забросана вещами, книгами, ящиками. На стенах висят картины странного содержания. И вообще все здесь выглядит как мрачная бабушкина квартирка девяностых годов.       Алиса больше не говорит. И из динамиков раздается неприятный шум. Когда вагонетка поворачивает к выезду из комнаты, оба человека соскакивают с нее на платформу. Оба хорошо понимают, что не лучшая идея вновь ехать по темному тоннелю. И когда вагонетка вылетает из этого самого тоннеля, оба в этом только убеждаются.       Но то что они увидели дальше у обоих отняло всякое стремление сражаться. — Борис, что она сделала с тобой… — Генри протягивает руку к искореженному монстру и пытается дотянуться до него.       Хелена окаменев в сотый, кажется, за сегодня раз, не веря во все происходящее оторопело пялится на существо… по другому нового Бориса обозвать трудно. — А вот и мой сюрприз! –Алиса сдавленно смеется, что больше похоже на некий хрип и кричит в динамики — Убей их!       Борис недавно трясущий ушами резко поворачивает на них голову, в пустых безжизненных глазах отражается немое подчинение и он, поведя разбухшими, почти разрывающимися от чернил плечами, просто молча летит на них. — Борис нет! — кричит Хелена, но Генри отталкивает ее в последнюю секунду и они уже вдвоем кубарем летят с платформы. — Нужно оружие. — быстро ориентируется Генри и связывает пару труб по близости — Мне нужно таких штуки три… — бросает он Хелене и бежит на Бориса почти бесшумно.       Первый удар проходит удачно. И спину монстра разрывает от переизбытка чернил. Борис блюет на пол, а Генри тем временем отлетает обратно к Хелене, у которой, давно готова труба. Генри просто хватает ее и трубу и убегает с зоны поражения за ящики. — Сиди здесь! — коротко приказывает он и она кивает.       Второй удар приходится по плечу монстра и также разрывает тонкие, переполненные жидкостью, ткани. Кровь… А точнее чернила хлещут в разные стороны и Генри вновь отбегает на безопасное расстояние. Но монстр, кажется, был не так прост. Борис, развернувшись всем корпусом, начал медленно подходить к ящикам, за которыми была Хелена, и короткий крик «Беги», спасает ее в последнею секунду. Она выкатившись, кидает трубку Генри и убегает в противоположный угол.       Третий удар то ли был плохо рассчитан, то ли слишком мягок. И Борис с разворота отправляет старика в полет, до стены. Генри, словно тряпка, со шлепком врезается в стену и падает в низ. Хелена не верит своим глазам. Доли секунд она еще сидит, но сорвавшись с места добегает до крестного в одно мгновение и всем телом закрывает его от монстра. Борис вопит, а девочка трясется в истерике и прижимается еще больше к Генри, который давно потерял сознание.       В углу комнаты бесшумно появляется демон, его не видно на камеру и он это знает. Но медлить нельзя. Когда Борис в плотную подходит к людям, Бенди отшвыривает того в другую стену и смеется. Страшно смеется. Словно безумец. Боже как его все это задрало.       Хелена поднимает взгляд и видит широкую спину чернильного демона и каменеет в конец, когда тот оборачивается. Со лба стекают чернила и полностью закрывают глаза. Озноб пробирает, когда монстр еще шире улыбается и отворачивается от них. Он просто вразвалочку идет к Борису и безразлично вырывает тому голову из металлического основания. Но пропускает маленькую деталь. И когда Хелена замечет вначале маленький бугорок в районе поясницы, а потом и натуральный прорыв всех органов демона в районе живота, все, на что она способна, это просто прикрыть рот рукой.       Демон же сдавленно смеется и отхаркивает чернила. — Простите меня… — и Хелена узнает голос… Из глаз льются слезы не просто ручьем, а водопадом, руки опускаются, она даже забывает, как дышать.       Демон падает на пол, вместе с мертвым телом Бориса и оба растворяются в чернильную дымку пропадая навсегда, кажется, из этого мира. Девочка опустошена, все на что она опиралась здесь, рушится в один момент. И ей теперь совершенно безразлично, что где-то там бежит Алиса и вопит. Пусть убивает. Ей все равно.       Но на плече ложится теплая рука и Хелена поднимает голову. — Привет.