Mercy

— Где ты был? — Тэн не успевает до конца зайти в дом, как папа на него налетает прям с порога. Смотрит гневно, губы в тонкую линию сжимает. — У друга. — У какого? Я обзвонил всех! Ты хоть представляешь себе, что со мной было? — кричит старший, а Тэн из-за обиды лишь кивает головой и проходит мимо родителя. — Куда ты собрался, я ещё не закончил! — Старший ловит за руку Тэна и сильно сжимает. Омега от боли морщится, пытается руку выдернуть и злится, потому что не выходит. — Не надо меня отчитывать, как пятилетнего ребенка. Тебе же эти кланы, чёртовы, важнее своего сына, так что можешь обо мне не волноваться и дальше лизать задницу Главе. — Вскипает Тэн. Старший не сдерживается обжигает щеку сына ударом.       Тэн все терпеть мог, но это было раньше. Сейчас он себя в обиду не даст. Отец учил всегда себя защищать. У Тэна уже три стены выстроены и только Марку туда вход есть. Его обидеть теперь не так просто, хотя бы потому что за это придется платить. — Меня ты больше не увидишь. Как и отличной жизни! — Усмехается Тэн и вырывает руку из захвата.  — Ты ещё несовершеннолетний и обязан меня слушаться. Быстро поднялся к себе в комнату и чтобы до вечера оттуда не выходил. — Старший повышает голос и замахивается для ещё одного удара, — угрожать он мне вздумал! Нос ещё не до рос, сволочь малолетняя!       Тэн на шаг отходит, смотрит на папу и, не понимая совершенно, откуда столько неприязни к этому человеку и столько ненависти внутри скопилось, выбегает за дверь. Бежит быстро, размазывая слезы по лицу. Он не знает, что будет дальше, что его сейчас ждёт, но побег из дома — единственный выход. Тэн папу сейчас если не ненавидит, то презирает. Не смотря на то, что клан забрал отца, старший продолжает жить на их территории, их защищать. Тэн так жить не сможет, сил не хватит. Омега в спешке достает телефон и звонит тому, кто лечит только своим присутствием. — Прости меня, — шепчет как только поднимают трубку. — Но мне больше некому звонить. Тэен…он не появляется уже давно, а идти к ним в дом у меня нет сил и желания. Ты можешь меня забрать? Я рядом с домом, на соседней улице. — Чудо, я уже еду. — Говорит Альфа и отключается.       Тэн убирает телефон в карман и садится на корточки возле каменного забора, обнимая колени руками и утыкаясь в них носом. Он только от всего отошел, заставил себя хоть немного все мысли из головы убрать, как папа все портит. Тэну до ужаса обидно и неприятно. Он сидит, сжимая зубами губы и понимает, что пока папа у него прощения не попросит, он домой не вернется. Не туда, где все об отце напоминает. Будет у друзей ночевать, в крайнем случае займет денег и будет жить в отеле. Но сейчас ему нужно присутствие Марка. Альфа одним своим присутствием его лечит, действует как успокоительное. Марк для Тэна что-то большое, в себе уверенное, и сейчас как никогда нужное.

***

      Джэхен яростно вколачивает Доена в кровать, грубо сминает губы в поцелуе, метит тело укусами, царапает зубами кожу до крови и слизывает ее языком, мурча от удовольствия. Доен кричит, горло себе раздирает, слюной захлёбывается и цепляется за плечи альфы сильнее.       Ягуар внутри наслаждается криками, наслаждается кровью и с каждым толчком просит сильнее. И Джэхен даёт, трахает долго, целует вкусно, даёт Доену захлебнуться своим именем. — Я скучал. — Спустя пару минут, громко дыша, шепчет омега. Еле сводит вместе ноги и поворачивается к альфе лицом. — Я тоже. — Джэхен чертит пальцем по губам омеги и встаёт с постели. — Уже уходишь? — Доен обиду в голосе не скрывает и смотрит на обнаженного альфу. — У меня дела. — Джэхен надевает брюки с рубашкой и золотые часы на левую руку. — Этот мальчишка лучше меня? — рычит Доен. — Брось, — Джэхен улыбается, садится на край кровати и тянет омегу на себя. — Ты знаешь, что ты лучший. Иначе не лежал бы сейчас в моей кровати.— Шепчет в губы и целует глубоко. — Но ты видишься с ним чаще, значит он тебе интересен. — Доен отодвигается, морщится от боли во всем теле и смотрит в глаза альфе с обидой. — Не скрою — интересен, но не больше, чем ты. — Альфа снимает с колен омегу, встаёт и накинув пиджак, покидает комнату. — Не придумывай себе всякий бред, лучше приготовь мне кофе.       Доен поднимается с кровати, накидывает шелковый халат и медленно идёт в след за альфой. — Ты перестарался! — говорит омега, за что получает шлепок по заднице. — Договоришься, выебу ещё раз. — Джэхен смиряет омегу жёстким взглядом и присаживается на стул. — Скажи честно, — Доен облокачивается спиной к гарнитуру, скрещивает руки на груди и смотрит в глаза альфе. — Ты меня любишь? — Нет, — отвечает Джэхен и смотрит, как у омеги взгляд меняется, как вся уверенность на «нет» сходит. — Котенок, ты здесь лишь для удовлетворения моих потребностей.       Омега, слыша этот уверенный голос, чуть с хрипотцой и, чувствуя на себе жесткий взгляд, выдыхает сквозь стиснутые зубы. Он не хочет так остро чувствовать эту боль, выворачивающую наизнанку, рвущую на части. Не хочет чувствовать быстро колотящее сердце где-то в середине горла, мешающее нормально дышать. Омега с трудом сглатывает и отворачивается в сторону. Доен весь пыл теряет сейчас же, вся вера в то, что его любят, что его ценят, что он важен для Джэхена — только что об пол разбилась, превратившись в руины. Доен в глаза альфе смотрит и понимает, что альфа не врёт. Доен держится, чтобы не накричать на альфу. Если раньше мог заикнуться, сейчас ему не позволят. Чон дал понять, где место Доена. Омега оттуда его ненавидеть будет. После таких слов в свой адрес Джэхен такого искреннего чувства от него не достоин. Не сейчас и не так быстро, но Доен обещает себе остыть к Монстру. Потому что иначе дышать не сможет. Ему нужно учиться. И сегодня первый урок. — Я тебя ненавижу, — пытаясь одной фразой за все укусы и за боль ударить альфу, говорит омега и возвращает себе каплю уверенности. — Мне твоя любовь не нужна, — Джэхен скалится улыбкой, подходит к омеге и прижимает к гарнитуру сильнее, поднимая рукой за подбородок. — Так что, либо будь послушным и не устраивай сцен, либо проваливай! — Джэхен словами омегу рушит и, смотря на такой дикий кадр, улыбается с восхищением. Сколько бы боли он Доену не причинил, тот ее послушно принимал, а сейчас пытается в ответ что-нибудь выплюнуть, да только себе же хуже делает. — Отпусти меня, — шипит Доен и отталкивает Джэхена, уходя быстрым шагом в комнату за вещами. — Только не реви, ещё слез мне не хватало, — кричит в след омеги Джэхен.       А Доен в комнате, быстро натягивая вещи, понимает, что все слухи, что Джэхен — чудовище, оказались правдой. А он наивно полагал, что альфа не такой, что с ним он мягче и нежнее будет. Но реальность такова, что люди правы, и Джэхена уже ничто не изменит. Он смерть приносит, кровью питается и людей ломает. Доен себе такого человека любить запрещает, сам себе повторяет стереть его имя из памяти и, не оглядываясь, выбегает из пентхауса.       Джэхен хлопок двери слышит и цокает языком. — Мог бы хоть кофе на прощание сделать. — В тишину говорит и поднимает зазвонивший телефон. — Дон, Тэену совсем плохо. Можно мне его вывести отсюда? — ломаным голосом говорит Юта. — Нет, солнце, пусть помучается. — Скалится Джэхен. — Я понял. — Отчаянно совсем в ответ и вызов завершается.       Джэхен заезжает в главный офис, даёт несколько указаний своим людям, проверяет отчёты, интересуется обстановкой на предполагаемых границах. Получает кучу документов и за семь часов проверяет только половину. Читает внимательно, суммы убытков пытается пересчитать. А у самого в голове образ заплаканного создания. Тэен так очарователен в слезах, а сейчас, когда его с высоты скинув, об землю разбили, он, должно быть, совсем красивым в диком отчаянии стал. Такое представление грех пропустить. Но и времени на омегу пока нет. — Дон, меня сегодня не жди, — говорит Марк, как только поднимают телефон. — Что случилось? — Джэхен раздражения в голосе не скрывает, сжимает гаджет в руках и пилит взглядом бумагу перед собой. — Да, я не могу бросить Тэна, когда он в таком состоянии. — Честно признается Марк. — Он знает? — Джэхен выдыхает обречённо, понимая, что Пантера себе отдушину нашла. Марк к пацаненку что-то чувствует, что-то сильное, о чем Джэхен не знает, но по голосу альфы слышно, как он переживает. — Нет. — Жалеешь, о том, что сделал? — хмыкает Чон и делает глоток виски. — Жалею, что эта сука была его отцом. — Рычит Ли, Альфа улыбается. Пантера —зверь бесстрашный, желтеть о том, что крови напился никогда не станет. — Будь осторожен. — Говорит Джэхен и сбрасывает.

***

      Никто не должен плакать, когда на небе ярко светит солнце, но Тэен плачет. Плюет на свои устои и ревет. Раздирает себе горло, кричит так сильно, так отчаянно, что Юта в соседней комнате накрывает уши руками. Тэену больно, как никогда в жизни. Его расчленили на куски, вымазали в правде, а она хуже грязи его всего облепила, играет своей чернотой, а Тэена распирает от бессилия. Он не верит, молится, чтобы это был сон, но открывает глаза и смотрит в стену напротив, все в той же комнате, под тем же потолком. А в голове одна фраза брошенная отцом.       Тэен ведь ничего не сделал, он лишь родился не в той семье. Не в той стране, не в том мире. В мире где устои и кланы важнее, где смерть — это проще простого, где потеря родного сына — ничто. Он родился в семье человека, для которого Тэкия важнее. Он был уверен, что против него встанут все, но отец будет на его стороне. Поможет ему в себя прийти, в чувство приведет, накажет Джэхена за то, что он сотворил с ним. Только Соджун первый по ту сторону встал, пересек черту, гордо и четким ударом выбил из Тэена всю надежду. Тэен надеялся, но надежды его никто не оправдал.

***

      Джэхен только на следующий день к омеге решается прийти, когда внутри его Ягуар чуть не сожрал, доказывая, что мальчишку добить нужно. Джэхен, не замечая никого, идет на второй этаж, где крики слышны, вой дикий. Дергает дверь за ручку, но та не поддается. Ребенок выстраивать стены начал, убежище себе искать сразу же, как его предали. Альфа усмехается. Выбивает дверь с плеча и прям с порога начинает бить словами. — Все ещё хочешь домой? — С насмешкой в голосе. — Хочу. — Тэен глаза на альфу поднимает, безмолвно просит отпустить, он показывает, что ему больно, глазами говорит, что терпеть уже почти не может. —  Боюсь тебя огорчить, но они тебя там совсем не ждут. — Скалится Альфа, смотрит на омегу и упивается. Тэен и так сломленный, чуть ли не рассыпается на глазах. Он совсем скоро такими действиями, полностью сломается, на руках альфы пеплом осядет. Джэхену всего ничего для завершения плана осталось. — Ненавидеть тебя ещё больше у меня нет сил. Или отпусти, или дай хотя бы выйди от сюда. И не забудь провалиться где-нибудь по дороге. — Тэен слезы сдерживает и нападает словесно на альфу, потому что добивать себя не позволит. Джэхен в правду тычет носом, а Ли ее принимать не намерен, он докажет отцу, что все было не так, как он подумал. И отец его простит.       Джэхен смеется, подходит ближе и тенью сжавшегося Тэена накрывает. — Не пытайся рычать, у тебя все равно не выйдет. Я вижу, что тебе больно, вижу, как тебя в узел скручивает. И мне это нравится. — Губы в оскале держит, сверху вниз на омегу смотрит. — Ты гордый, маленький, дикий котенок, который совсем скоро самым покладистым и ручным станет. — Добивает омегу, в глаза ему смотрит, а там наполовину пусто уже и темно. Джэхен улыбается счастливой улыбкой и продолжает. — Ты из-за своей ненависти ко мне, совершенно не понимаешь, что своим языком и поведением себе же хуже делаешь. Перестань себя так вести и ты увидишь, как поменяется отношение к тебе. Провалиться пока не могу, прости! — искренне совсем говорит Чон, ломает ещё больше с каждым словом. — Катись в ад! — Кричит Тэен в спину альфе. — С удовольствием! — В ответ, вместе с щелчком выключателя и хлопком двери.       Джэхен, закрывает дверь, оставляет в темном помещение Тэена, будто бы заколачивает крышку гроба перед открытыми глазами омеги, лишая всего. Он оставляет его доживать здесь последние дни, чтобы в конце концов Тэен в темноте задохнулся не только страхом, но и воспоминаниями. И Тэену ничего не остаётся, кроме как принять и начать молиться.