Коррозия

      Начало дня в общем-то не предвещало ничего особенного. Шел четвертый месяц пребывания в Ваканде. Жара набирала свои обороты, так что покидать крыло с кондиционерами совершенно не хотелось. После приезда из России Барнс послал психиатра куда подальше. Роджерс хотел было ему возразить, но переговорив со Старком с глазу на глаз быстро оставил свои возмущения.       Старк вообще нынче много с кем вел беседы: и с уже упомянутым Стивом, и врачами, и принцессой, и даже с самим королем. Где-то в этой же линейке затерялось еще две личности с одним лицом. Воздух пах озоном, и Мстители молились чтобы это был Тор, а не буря, на вроде Альтрона.       Рано или поздно весь этот балаган должен был так или иначе разрешиться. Все это чувствовали и суетились. Ну как все, кроме двух персон, вальяжно развалившихся на диване и лениво наблюдавшие за происходящим на экране телевизора. Аквариум куда-то отодвинули. Выбранная кинолента была поставлена на шестьдесят пятую строчку самых страшных фильмов ужасов когда-либо созданных. Впрочем, происходящая трешь на экране едва ли волновала зрителей. Оба за свою жизнь повидали не мало. Зачастую на собственной шкуре.       Все началось до обыденности прозаично. Жена Бартона написала, что назвала четвертого ребенка Филипой и подала на развод, а по дороге обронила «корзину грязного белья» своего, уже бывшего, мужа. Алкоголя здесь не было, не то, чтобы в Ваканде не пьют, просто, как бы банально не звучало, все выпили до этого момента. Впрочем, в оправдание команды Мстителей можно сказать, что добрая часть коньяка ушла на выпечку. Так вот, алкоголя не было, а вот желание довести себя до отвращения ко всему — было.       Одному ему было не по силам отодвинуть аквариум, но Клинт всячески пытался. В скором времени наблюдать за этими тщетными попытками надоело Барнсу и тот помог сдвинуть эту махину от экрана. Джеймс рухнул на диван и сложил ноги на столик, внимательно наблюдая, как Соколиный Глаз вбивает в поисковик «Сало или 120 дней Содома».       Как уже говорилось ранее, фильм никакого впечатления не произвел. Баки мог почти поклясться, что почти заснул. Ключевое слово «почти». Из легкой полудремы его вывел крик Шури только, что вышедшей из комнаты Старка. — Как вы можете это смотреть, в вашем нестабильном психическом состоянии?       Он может поклясться, что ее наверняка перекосило от отвращения к тому, что происходило на экране. Впрочем, Барнс всего лишь пожал плечами и даже не удостоил высокородную особу взглядом. На экране кто-то с наслаждением, а кто-то с отвращением ел дерьмо. На экране вздыхали о том, что нет никакого удовольствия в постели, когда дыхание без запаха. — Настоятельно вам советую выключить данную мерзость.       Клинт напрягся и потянулся за пультом, но был предупрежден внимательным взглядом соседа по дивану, и всего лишь поставил на паузу. Джеймс разворачивается всем корпусом к стоящей принцессе и Старку в каталке, который ничем не выдал своей позиции по данному поводу. — Да ладно, меня же никто не просил выйти на «Убить Била»? Хотя там кровищи… — Но «Убить Била» совершенно не правдоподобный! — праведно возмутилась девушка. — О, я вас уверяю, этот фильм тоже не особо правдоподобный. Пазолини настоящий мастер своего дела, в его представлении это скорее напоминает некую извращенную эротику, чем насилие. Все то что показывает в фильме не имеет ни одной по настоящему жестокой детали тех пыток, о которых он говорит. — Как вы можете рассуждать об этом если почти спите у экрана? — нервно дернулась Шури, недоумевая, как кто-то может находить в подобных вещах эротизм. — Сказать по правде, несмотря на весь талант режиссёра, фильм слегка затянутый, — он пожимает плечами и встает с места, понимая, что досмотреть фильм ему не дадут. — Вам рассказать на каких реальностях основаны эти «дни Содома»?       Удаку испугано покачала головой, потому что поняла, что скорее всего расстанется со своим обедом, если услышит об этом, а затем вышла из гостиной. Барнс фыркнул и нажал плей на пульте, ясно давая понять, что в таком случае разговор окончен. Клинт даже удивился такой наглости, игнорировать Шури не пытался даже Тони, со своим нелегким характером. Впрочем, Бартон быстро отрешился от всего, продолжая наблюдать фильм. Баки окончательно перестал интересоваться «Сало» и ушел в себя вспоминая все то, о чем принцесса захотела не знать. Кто захочет такое знать? Даже этот психиатр боялся. Дрожал, но слушал. Джеймс его поэтому и послал. Нечего прибавлять людям кошмаров. Да и не мог он говорить с тем, кому не доверяет. Это его слабое место. Это его короткий поводок.       Барнс правда не заметил Стива, почти до самого финала. Тот и не стремился напомнить о себе, просто стоял за спиной. Когда фильм кончился, он хлопнул Баки по плечу и упал в кресло неподалеку, протянув Клинту бутылку пива, которое вроде бы кончилось еще вчера. Старк остановился слева от Бартона и сказал: — Рассказывай, что стряслось, Леголас. — Отвали Митрандир. Настроения нет, — отмахнулся как от назойливой мухи мужчина, пытаясь открыть бутылку зубами. — Ты еще глазом попробуй, — иронично заметил Барнс, что-то ностальгически вспоминая о России.       Клинт последовал совету, то ли по собственной дурости, то ли из-за желания хоть каких-то острых ощущений. Итог был все равно один: фингал под глазом и неоткрытое пиво. Бартон попытался открыть бутылку о край стола, но пострадало только раритетное дерево. Одним словом, даже с выпивкой ему не везло. Старк аккуратно забрал бутылку своими трясущимися руками и открыл об ручку кресла. — Опыт не пропьешь, — философски заметил он, возвращая бутыль хозяину, — Ну и? Рассказывай. А то что следующее включишь? Заводной апельсин? Мучениц? Может Человеческую многоножку? Нас король отсюда выгонит за то, что мы ломаем детскую психику его сестры.       Клинт хмыкнул, но благодарно взял пиво. — Парни, из нас четверых явно не мне нужна психологическая помощь.       Старк поморщился, но постарался не быть слишком резким. — Проблема в том, что здесь вообще всем нужна психологическая помощь. Ты понимаешь, что мы все здесь сборище психов? У каждого третьего паранойя, у каждого второго всякого рода фобии, а у каждого первого ПТСР. И если из всех нас на эти терапии ходит только Сэм, который, на минуточку, сам психолог, то мы должны разговаривать хотя бы между собой. — Старк, если бы тебе было можно, то ты сам бы в первую очередь залил в себя столько виски, сколько не выпил бы сам Тор. — Залил бы, — согласился Тони, — Наша проблема в том, что мы привыкли решать все наши проблемы в одиночку. И надо что-то менять. Хотя, я надеялся, что не один я усвоил урок «Вместе — выстоим. По отдельности — падем».       Клинт хмыкнул и вообще не обратил внимание на молчаливых суперсолдат. — И что теперь? Сядем в круг и будем друг другу исповедоваться? Сыграем в игру «Здравствуйте, я алкоголик и…»? Давай, Старк, начинай ты. Расскажи зачем тебе сыворотка суперсолдата?       Тони скривился, не хотелось никому разглашать подобную информацию. Но Клинт требовал откровение за откровение. Это нужно было сделать хотя бы потому, что он сам мог поговорить с Роуди, который относительно стабилизировался, пусть пока и без возможности ходить, или со Стивом, который нынче был готов в лепешку расшибиться если его попросят, а Бартону было поговорить скорее всего не с кем. Наташу он послал с утра такими эпитетами, что Баки был уверен, что это было минимум на четырех языках. Что она сделала не так было не понятно. — Здравствуйте, меня зовут Тони Старк, я алкоголик, у меня развивается деменция(1). Сильно прогрессирующая, у меня осталось два месяца в более-менее трезвой памяти. И единственный выход, который я вижу, это накачаться этой дрянью.       Старк внимательно посмотрел на Роджерса и тот кивнул. — Ангедония(2). А еще постоянное чувство вины. И кошмары. В них в том бункере доходит до драки. Концовки самые ужасные, — Стив молчит и смотрит в пол собираясь с мыслями, а затем трясущимся голосом произносит, — Щитом можно отрубить голову. Раз за разом я опускаю щит на шею. Снятся Альпы сорок пятого и тот треклятый поезд. Или я снова просыпаюсь в неизвестном мне месте. Или Турбина разгоняется слишком быстро. Или бомба падает в наш окоп. Или вода медленно набирается в кабину пилота, и непонятно замерзну ли я раньше или захлебнусь. И на заднем фоне голос Пегги твердит «Война закончилась, Стив. Пора домой». Я просыпаюсь и у меня дрожат руки. Я просыпаюсь и первым делом проверяю, что здесь все.       Старк посмотрел в большие печальные глаза и вздохнул. Исповедь продолжил Барнс. — Я вспомнил один момент. Это было даже не крепление на слово. Просто садизм ради садизма. Неделю держали в закрытой камере. Руки скованны за спиной. Казалось, что желудок прилип к позвоночнику. И тут кидают буханку хлеба. Свежего. Еще горячего. Знаете, с гвоздями можно есть. Аккуратно по кусочку обсасывая. Там было тонкое стекло. От любого действия оно крошилось, резало губы, язык, горло. Было чертовски больно, но выплюнуть это было выше сил. Есть хотелось сильнее чем когда-либо. И я ел. Вместе со стеклом. А потом была боль. Люди умирали в муках просто от того что нормально ели после долгого голодания. Я не сдох там только из-за сыворотки. — Этим ты собирался поделиться с принцессой? — удивленно спросили Клинт, понимая, какой момент в фильме вызвал эти воспоминания. — Не собирался, она бы ни за что не согласилась, — пожал плечами Барнс, — Твоя очередь. — Теперь даже как-то неловко говорить обо мне, — покачал головой Бартон, — К тому же это будет чистой воды плагиат. — И все же? — настоял Тони. — Коулсон жив, — выдохнул Клинт, но никто не спешил его перебивать, требуя пояснений. После паузы его будто прорвало, и он затараторил, не останавливаясь — Лора написала, что не может терпеть мое вечное отсутствие дома, что детей я смогу видеть не чаще раза в год, что человека из цирка вывести можно, но не цирк из человека. Сказала, чтобы я катился к тому, кто меня собственно из акробатов забрал, ибо только он меня терпеть и сможет. Мол зря согласилась на мое предложение сразу после нашествия читаури, понадеявшись на то, что сможет стать путеводной звездой. А тем более зря согласилась молчать о том, что Фил жив. Он был жив все это время и ни разу не появился, а Наташа знала и молчала.       Старку захотелось пробормотать «отлично, кто следующий на воскрешение», но он сдержался, понимая, что эта не та реакция, которую ожидает Бартон. Все на секунду замолкли. Джеймс все равно не знал, что это за Фил Коулсон. Стив был не очень хорошо с ним знаком и толком о нем ничего не знал, кроме тех винтажных карточек в крови. — Так ты значит виолончелистка? — спросил Тони. — Был ею, пока не поссорились из-за разных взглядов на одно задание. С Лорой закрутил больше из мести. А потом… Скипетр. Побег Локи, сам понимаешь с чьей помощью. И Фил, который единственный из всех агентов высунул голову из жопы, по моему чертову совету.       Клинт встал с дивана, кинул что-то на подобии «спасибо парни, стало легче».