Симфония полутонов

Когда Гермиона пришла домой, Рон уже сидел на диване с тарелкой бутербродов. По телевизору шли «Чудеса науки и техники», которые парень так любил. Рона, как и его отца, забавляли «попытки магглов объяснить наукой магию» или «удивительные открытия, которые магглы делают без помощи магии». - Привет, как дела? - с набитым ртом помахал ей Рон, не вставая с дивана. Гермиона подошла к нему и чмокнула в щеку, за которой было не меньше половины бутерброда. - Пока совсем безрезультатно, - проговорила она, плюхаясь в кресло рядом. - Даже несмотря на то, что Малфой раздобыл палочку, которой прокляли Нарциссу. - Как ему это удалось? - Рон проглотил кусок, который жевал. - Я же говорил, что он сам к этому причастен! С этими словами он победно потряс рукой с зажатым в ней надкусанным бутербродом. От тряски из бутерброда посыпались крошки и вылетел маленький кусочек ветчины. Гермиона поморщилась, достала палочку и почистила ковер. - Он сказал, что палочку нашли домовые эльфы. В поместье Малфой. Ведь на Нарциссу напали дома. - Ага, Малфой с дружками. - Рон, я не думаю, что это он! - А я думаю, - уверенно заявил тот. Гермиона шумно выдохнула и отвернулась. Спорить было бессмысленно, да и не хотелось. Пусть думает что хочет. Когда мне вдруг стало все равно, что думает Рон? Почему он так упорствует, стоя на своем? Не лучше ли просто сдвинуться с мертвой точки и признать, что в этом мире многое меняется? Например, Малфой. Наверно, Рону просто так проще. Привычней. По телевизору начались титры. Рон поспешно запихал в рот последний кусок и пошел на кухню. - Будешь есть? - послышалось оттуда через минуту. - Нет, спасибо. - Есть Гермионе совсем не хотелось. - Я в душ. Освежившись после тяжелого дня, Гермиона, промакивая волосы полотенцем, вышла из ванной. В желудке заурчало, и девушка отправилась к холодильнику. Когда она допила кефир и пришла в спальню, Рон уже спал, положив ладошку под щеку. Гермиона легла рядом и провалилась в беспокойный сон. *** Драко Малфой сидел в кабинете Министра магии. Он уже бывал здесь пару раз с отцом и, несмотря на то, что был тогда еще ребенком, помнил его хорошо. Кабинет был выдержан в строгих классических тонах - зеленом и коричневом. Дорогая мебель была тщательно подобрана, серебряные письменные принадлежности - начищены до блеска, а тяжелые портьеры придавали шик. Свет в кабинете сейчас был мягким и золотистым, но Драко знал, что если разговор приобретет повышенную напряженность, освещение станет ярче. Кингсли Кардальер прекрасно вписывался в антураж кабинета. Министр сидел за своим столом напротив посетителя, его локти покоились на поручнях кресла, пальцы, сложенные домиком, касались подбородка. Прямой взгляд был устремлен прямо в глаза Драко. В мягком свете его темная кожа выглядела очень благородно, а контраст с белками глаз еще больше подчеркивал способность смотреть прямо в душу. Однако Драко не испытывал дискомфорта рядом с министром, ему импонировали сдержанность и немногословность хозяина кабинета. А еще парню хотелось рассчитывать хотя бы на толику беспристрастности. - Признаюсь, вы удивили меня, мистер Малфой, - наконец произнес Кингсли. - Я ожидал такой реакции. - Вынужден спросить еще раз. Вы действительно все как следует обдумали? - Да, министр. Я провел в размышлениях последнюю неделю. - Что же, меня радует тот факт, что работа в подразделении авроров привлекает молодых талантливых волшебников. И даже тех, кому вообще необязательно работать ввиду семейного положения. Малфой слегка наклонил голову, благодаря министра за учтивость. Однако парень понимал, что сейчас последует «но». А он давно научился не обращать внимание на то, что следует перед «но». И все же министр его удивил. - Мистер Малфой, думаю, что Министерство располагает достаточными сведениями о вас, чтобы провести необходимые тестирования, после чего с вами свяжутся. Если у вас больше нет ко мне вопросов, то не смею более занимать ваше время. Драко растерялся всего на секунду. Затем, взяв себя в руки, встал и проговорил: - Благодарю вас, министр, за уделенное мне время. Буду ожидать решения министерства. Кингсли поднялся вслед за Малфоем и протянул руку. - Рад был видеть вас. Пожимая протянутую ладонь, Драко задумался, какова вероятность, что политик сказал хоть долю правды. Вечером министерская сова принесла в поместье Малфоев письмо, приглашающее Драко на прием к министру через два дня. Быстро, однако, вы определились. Только вот хорошо это или плохо? *** Джулия догнала Гермиону в коридоре. - Есть, - проговорила она. - Есть первая зацепка! Дик нашел что-то похожее. Гермионе понадобилась всего секунда, чтобы понять, о чем говорит Джулия. В следующий миг девушка уже поспешно шла к библиотечному центру поискового отряда. Практикантка семенила за ней. Библиотечный центр был огромным помещением, очень похожим на библиотеку Хогвартса. Но все же книг здесь было не так много, как в школе. Решением министра Кардальера и стараниями директора МакГонагалл у центра было уникальное свойство: прямо за столом Дика находилась массивная деревянная дверь, которая вела не в соседнее помещение, а в библиотеку Хогвартса, давая ООИНК доступ к уникальным книгам. Пользоваться такой преференцией мог только Дик - с помощью татуировки, проставленной на его запястье собственноручно министром магии. Эту идею Кингсли позаимствовал у Пожирателей смерти. «Кто не признает сильных сторон своих врагов - глупец», - сказал он тогда. Гермиона влетела в центр и затормозила у стола Дика. - Думаю, это может быть арабское проклятье, - спокойно проговорил поисковик и посмотрел на начальницу через толстые линзы очков. - Расскажи подробней, - Гермиона палочкой подозвала стул. Джулия застыла рядом, навострив уши и впитывая каждое слово. - Я нашел упоминание о том, что в средние века один арабский султан наводил ужас на своих подчиненных, демонстрируя нечеловеческие силы. Когда он еще был ребенком, во дворец его отца забрались воры. Один из них ошибся балконом и попал в спальню мальчика, жутко напугав ребенка. Мальчик от ужаса спросонья кричал на весь дворец. Но когда в его спальню вбежала стража, они увидели лишь каменную статую около перил балкона со вскинутыми вверх руками. - Сколько ребенку было тогда лет? - спросила Гермиона. - Около десяти. - Он был волшебником! - вскричала Джулия. - Верно, - хором сказали Дик и Гермиона. - Так вот, - продолжил Дик. - Потом мальчик вырос и стал довольно жестким султаном. Жестким, но справедливым. Его страна процветала. Враги боялись его как огня. Подданные жили в достатке и мире. Он искоренил преступность. Для устрашения врагов и нарушителей закона султан использовал очень необычную показательную казнь. Преступника подвешивали за ногу на столбе, установленном напротив дворца, затем султан говорил ему что-то с глаза на глаз, а после преступник медленно начинал каменеть, испуская страшные крики. Через десять дней преступники каменели полностью, и их застывшие тела, оборвав веревку, разбивались о землю. Гермиона была поражена. - Но, - тихо проговорила Джулия, - зачем султан вешал их напротив дворца? Они же наверняка кричали день и ночь. - Мораль была в том, - посмотрев на нее, проговорил Дик, - что султан не должен был забывать, что забирать жизнь трудно. Даже такую. Джулия кивнула. А Гермиона задумалась, что ответственность за принятые решения всегда давит. Даже если уверен в правоте. Даже если, как в случае с султаном, это необходимое зло. - Дик, - она вернулась к насущному. - А там описано, как отменить действие заклинания? - Там есть фото пергамента с арабскими каракулями. Отдал его ребятам на расшифровку. Как я понял из рисунков, там поэтапная работа с элементами стихий: огнем, водой и воздухом. - Сколько им нужно времени? - спросила Гермиона. - Надеюсь, управятся к утру. - Хорошо, спасибо. Я буду на работе к восьми, - Гермионе не терпелось разрешить проблему Нарциссы и вздохнуть спокойно. *** Когда следующим утром Гермиона вошла в ООИНК, в коридорах было пусто и тихо. Стрелки часов показывали половину восьмого. Шаги девушки разносились гулким эхом, пока она шла к библиотечному центру. В самом центре не было ни души, но над столом Дика парил маленький бумажный самолетик. Когда Гермиона прикрыла за собой дверь, самолетик подлетел к ней и легонько постучался о правую руку. Это означало, что записка предназначена ей. Гермиона развернула послание и прочла: «Расшифровали. Бумаги у меня на столе. Пароль: "Пора спать, шесть утра". Прости, к началу рабочего дня не успею. Дик». Девушка улыбнулась. Дик с ребятами трудились всю ночь, понятно, что теперь им нужно выспаться. Гермиона подошла к столу и увидела большой свернутый пергамент. Еще раз сверившись с запиской, она ткнула в свиток палочкой и произнесла: - Пора спать, шесть утра. Затем развернула свиток, на котором начал проступать беглый текст. Самолетик при этом разорвался на клочки и растворился в воздухе. Гермиона читала строчку за строчкой, и ее брови медленно поднимались вверх. Контрчары были очень сложными и многоступенчатыми. Предполагалось изготовление трех зелий, отражающих стихии огня, воздуха и воды. Каждое из зелий нужно было наносить на поврежденный участок особым способом на протяжении четырех часов, в строгой последовательности, не прерывая процесс. Зелья состояли из огромного числа ингредиентов, но пробежав по списку глазами, Гермиона порадовалась, что недавно отправляла Джулию за покупками - все должно было быть в наличии. Продолжая изучать свиток, девушка вышла из библиотечного центра и направилась в крыло лабораторий. Ещё через час ее уединение с тремя кипящими котлами нарушила вбежавшая Джулия. Девушка опять была накрашена и разодета. - Гермиона, доброе утро! Дик что-то нашел? - глаза Джулии забегали по котлам. - Да, но придется попотеть, чтобы претворить все в жизнь. - Можно я помогу? - практикантка была очень взбудоражена. - Да, но будь предельно внимательна. Рецепты очень сложны, а ошибка может привести к непредсказуемым последствиям. Гермиона видела, что девушка замешкалась. Ей совсем не хотелось нанести пациенту вред, особенно матери Малфоя. - Ладно, - Гермиона протянула Джулии кинжал. - Будешь помогать мне в подготовительной части. Остальным займусь сама. Джулия просияла. - Но, - решила добавить Гермиона, - ты должна понимать, что наша работа предполагает огромную настоящую ответственность. Здесь не удастся всегда быть на вторых ролях. Решения нужно будет принимать самостоятельно и отвечать за последствия. Девушка кивнула и сжала кинжал в руке. Следующие три часа они трудились не покладая рук. Гермиона была рада, что Джулия вызвалась помочь, ведь готовить сразу три таких сложных зелья было действительно тяжело. Практикантке стоило отдать должное: девушка расторопно и четко выполняла все необходимое. Пару раз в лабораторию заходил Невилл, предлагая свою помощь, но девушки справлялись. Около одиннадцати в лабораторию заглянул другой практикант и сообщил Гермионе, что пришел мистер Малфой и просит ее. При этих словах Джулия вскинула голову словно гончая, почуявшая добычу. Зелья были уже почти закончены, но их надо было мешать еще три часа, регулярно меняя направления с часовой стрелки на противоположное. Поэтому Гермиона проигнорировала интерес практикантки и произнесла: - Джулия, основная работа завершена. Теперь тебе нужно лишь закончить зелья, следя за помешиваниями. Через три часа выключай огонь и найди меня. С этими словами Гермиона пошла к двери, не обращая внимания на разочарованную мину Джулии. Малфой ждал ее у окна в палате матери. - Добрый день, - поздоровалась Гермиона, закрывая за собой дверь. - Грейнджер, - Малфой чуть склонил голову ей навстречу. - Есть новости? Разморозь Нарциссу, хочу поздороваться. - Не стоит этого делать сейчас. Брови Малфоя изящно изогнулись. - Почему же? - прохладно поинтересовался он. - Мы нашли зацепку. Через три часа будет готово зелье, которое, возможно, излечит ее. Схема сложная, требующая двенадцатичасовой работы. Она должна быть при этом разморожена, так что... Глаза Малфоя сразу заблестели от ее слов. Гермиона поразилась, что в этих серых радужках на самом деле было столько переливов цвета. Что в них была жизнь. - Отличная новость, Грейнджер! - Подожди, я сказала, что это возможно поможет, - Гермионе не хотелось обнадеживать Малфоя. - В нашем деле никогда нельзя быть уверенным наперед. Драко, секунду помедлив, слегка мотнул головой и вернул себе невозмутимый вид. - Какова же теория, что с ней произошло? Гермиона посмотрела на Малфоя и внутренне съежилась от требовательного и жесткого взгляда серых глаз. Да что с тобой такое?! Малфой опять вводит тебя в ступор! Соберись! Ты на правильном пути, ты знаешь свое дело как никто. Вздохнув, Гермиона кратко поведала Малфою теорию природы болезни Нарциссы. - В итоге мы думаем, что это - магия земли, - резюмировала она. - Панацея в этом случае - лечение другими тремя стихиями. - Не думаю, что это магия земли, - неожиданно возразил Малфой. - Что? Почему? - такой поворот стал сюрпризом для Гермионы. - Я изучал магию стихий во время своей поездки, - Драко подошел к креслу и сел. - И? - Это не похоже на земную магию, заклинание составлено не по канонам, - Малфой принялся задумчиво поглаживать подлокотник кресла. - Ты же не хочешь сказать, что изучил ВСЮ магию земли? - Гермиону бросило в жар. Малфой вновь вел себя непривычно. Где тот мальчик, который был бы счастлив найти ошибку в действиях Гермионы? Почему он, зная что-то, чего не знает она, не танцует победный танец, не сыплет сарказмами? Он сидит спокойно в кресле, задумчиво глядя в пол. Он просто КОНСТРУКТИВНО обсуждает с ней положение дел. Ты сама доказывала Рону, что людям свойственно меняться, даже таким, как Малфой. И что сейчас? Передумала? Сними шоры с глаз. Он просто хочет вылечить мать!!! - Конечно, я НЕ изучил всю магию земли, - Малфой вывел ее из ступора. - Как это вообще возможно? Но есть же общая логика. Признаки. Все это не вписывается в мои знания. - Что же... - Гермиона слегка развела руками и оглядела комнату, словно в поисках подсказки. Смотреть на Малфоя не хотелось, да и не пришлось. Он заговорил первый. - Но раз на данный момент у нас нет других вариантов, думаю, стоит попробовать. Слово «нас» резануло Гермионе слух. Но она лишь кивнула в ответ. - Если я правильно тебя услышал, то все будет готово в два часа дня? - Верно, - ответила девушка. - Я вернусь в половине второго и останусь до конца. Ты же сама будешь заниматься матерью? Малфой смотрел выжидательно, и Гермионе вдруг стало очень приятно, что он доверяет этот важный процесс ей. После пары неловких моментов девушка опять вернула себе уверенность в том, что она сохранила безупречную репутацию. - Грейнджер? Гермиона сфокусировала взгляд на лице Малфоя. - Конечно, я займусь этим лично. - Тогда тебе стоит отдохнуть. Нам сидеть здесь до середины ночи, а ты должна быть собрана и готова спасти мою мать. На этом Малфой встал из кресла и направился к выходу. Гермиона посмотрела ему вслед и (возможно - первый раз в жизни) подумала, что Малфой прав.