You are my... weakness

Моя цель больше, чем месть. Моя цель больше, чем личное возмездие. Сара Дж. Маас — «Двор Крыльев и Гибели»

      Не прошло и месяца, как Эйлин снова начала давать мне разные задания. Нога, конечно, начала приходить в норму, но боль все еще осталась. Впрочем, противиться асинье я не стала. В последнее время она не успевает справляться с обязанностями, ее дело процветает, и все больше асов замечает пользу ее снадобий. Ко всему прочему, Лив не очень-то и помогает, поэтому мне самой пришлось в ускоренном режиме возвращаться к работе.       И вот уже как несколько дней я разношу лекарства по городу и пытаюсь разработать ногу, чтобы она не так сильно болела и в будущем не причиняла мне дискомфорта. Но, к моему великому сожалению, из-за случившегося мне запретили в ближайшие месяцы гулять по лесу. И если бы это сказала только Эйлин, я бы смело смогла ее ослушаться. Но в этот раз вмешался Хеймдалл. Что-то мне подсказывает, что его у меня обмануть не получиться. «Попала ты, Сигюн», — разочарованно вторит внутренний голосок.       Без ежедневных пробежек по лесу настроение сильно портится, и я становлюсь апатичной ко всему. А прогулки по Асгарду не очень уж и помогают, ведь улицы стали для меня однотипными и скучными, словно я хожу кругами день ото дня. Все те же дома, переулки, даже люди. Еще немного, и я начну срываться на тех, кому приношу лекарства. Это все угнетает, из-за чего я даже перестала озираться по сторонам. Мир будто потускнел, чувствую лишь магию, бурлящую внутри меня и не находящую выход наружу. Все это копится и, кажется, становится похожим на бомбу замедленного действия.       Будь я более собранной сейчас, возможно, было бы все иначе. Слишком поздно замечаю двух асгардцев, которые застают меня врасплох, оказываясь по обе стороны от меня. Один из них сразу же хватает меня за предплечье. Да так, что рука начинает неметь. Нехотя поворачиваю к незнакомцу голову, парень выглядит возбужденным от переизбытка эмоций, и улыбка не сходит с его лица. Это раздражает.       — Что вам надо от меня? — холодно спрашиваю я, переведя взгляд с одного на другого юношу. Второй сопровождающий тем временем с интересом крутит в руках одну из склянок, которая еще секунду назад лежала в моей корзинке. Сыворотка от расстройства желудка. Лекарство с завидной скоростью летит к земле.       Замираю на месте, когда еще несколько бутылочек разбивается об устланную камнем дорогу, а осколки со звоном разлетаются в разные стороны. От удивления и слова сказать не могу. Это насколько нужно быть мерзавцем, чтобы испортить столь ценные лекарства. Они, между прочим, не один день готовятся!       — Асгард любит гостей. Но вот ты слишком уж тут задержалась, не находишь? — самозабвенно говорит один из парней и еще крепче сжимает мою руку. Болезненно морщусь, но продолжаю молчать. Стоит хоть слово сказать этим двоим и еще не известно, каким будет их следующее действие. А сейчас я не настроена устраивать разборки с кем-либо.       Продолжаю смотреть на юношу, при этом абсолютно никак не выказывая своего недовольства. Я устала. Нужно быть умнее их и не поддаваться их негативному настрою. Хотя, кому я это говорю? На секунду прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Это должно было успокоить и так расшатанные нервы. Но кто бы сказал моим нервам, что они должны успокоиться.       — Я не собираюсь отчитываться перед вами, — безапелляционно огрызаюсь я, при этом пытаясь выдернуть свою руку из цепкой хватки незнакомца. Видела этого парня несколько раз, но никак не представляла, что придется столкнуться с ним вот так, лицом к лицу. Он ничем не приметный. Встретишь на улице и не отличишь от остальных асгардцев.       «Это всего лишь небольшая неприятность. Скоро все закончится», — мысленно произношу я. Но что-то мне самой не верится в свои же слова. Звучит не убедительно, да. Снова пытаюсь высвободиться, но это равносильно попытке разорвать наручники голыми руками.       — Тебе стоит задуматься над тем, где будешь жить, — ядовито произносит второй парень. В эту же секунду мне удается выдернуть руку из вмиг ослабевшей хватки. Но это не стало концом моих неприятностей. Второй парень, пока я отходила назад, успел подставить свою ногу. И я, не заметив ее, спотыкаюсь и с корзиной в руках падаю на землю. И так больная нога подворачивается, и от боли, сковавшей щиколотку, воздух застревает где-то в горле.       Запоздало понимаю, что все содержимое корзинки превратилось в ничто — разноцветные осколки смешались с содержимым баночек. И все это безобразие лужей разлилось вокруг меня. В этой ситуации мне впервые за последние несколько лет захотелось расплакаться.       — Что здесь происходит? — за спиной слышу стук лошадиных копыт. Стараюсь как можно быстрее подняться на ноги. Без посторонней помощи это оказывается сделать не так-то просто как хотелось бы. Нога категорически отказывается меня слушать. Хотелось бы мне сейчас оказаться в другом месте. Подальше от лицемерных льстецов и эгоистов.       Осколки вокруг явно не помогают мне справиться с собой, а лишь сильнее разжигают желание вновь попытаться спрыгнуть с утеса, как тогда, пять лет назад. Чувствую, как небольшие стеклышки впиваются в кожу на ладони. И эта боль, пусть и несильная, но заглушает тот ураган, который разрывает меня изнутри. Все мое нутро кричит о том, что я не могу оставить все это просто так.       Поворачиваюсь в сторону, где только что стояли парни, но их словно ветром сдуло. Мне бы тоже не помешало вот так уметь исчезать, когда хочется побыть одной. Тем временем шесть лошадей подъезжают ко мне. Спрятав правую руку за спиной, кланяюсь перед принцами и их сопровождающими.       — Сигюн, с тобой все хорошо? — встревоженный голос Тора заставляет меня вздрогнуть. Сейчас могу думать лишь о том, как хочется оказаться дома. Из последних сил сдерживаю слезы, которые так и рвутся наружу. Я так устала…       — Да, Ваше Высочество, — подбираю опустевшую корзинку с земли. Мне стоит уйти, как можно дальше отсюда. — Извините, — снова поклонившись и так и не посмотрев на прибывших, стараюсь их обойти. Но в самую последнюю секунду меня останавливает та, от которой я никак этого не ожидала. — Леди Сиф? — вопросительно смотрю на девушку.       Но во взгляде ее вижу лишь понимание. За годы, что я знакома со всей этой компанией, воительница вела себя дружелюбно и показала себя с хорошей стороны. И подобное ее поведение лишь увеличило мое доверие к ней.       — Я никому подобного не предлагала, но тебе стоит научиться защищать себя. Когда нога пройдет, я буду рада вновь встретиться с тобой, — с улыбкой на лице говорит Леди Сиф. Лишь киваю на ее предложение, после чего, достаточно сильно хромая, направляюсь в сторону дома Эйлин. Как бы сильно я не хотела помочь травнице, но боль в ноге решает все за меня.

***

      На Асгард опустилась ночь. Тихая и спокойная ночь. Как прекрасно выйти на улицу в этот час и окунуться в это благоговейное спокойствие с головой. Но лучше всего встречать ночь в лесу. Это я уже поняла давно. И никогда еще так остро не нуждалась в покое, которое дарит окружение деревьев.       Ставлю корзинку возле себя, сама же опускаю ноги в прохладную воду местного родника. Это облегчает боль, которая преследовала меня на протяжении всего дня. Тихий шорох на секунду отвлекает меня от моих мыслей. Неужели кто-то пришел и сюда, чтобы окончательно испортить мне жизнь?       — Кто здесь? — без особого интереса спрашиваю я. Это все кажется настолько бесполезным и ненужным, что хочется рассмеяться. А я ведь и правда нахожусь не на своем месте. Это не мой мир. Я бы даже сказала, что этот мир настолько же далек для меня, как Луна далека от Земли.       Тем временем из-за кустов медленно выходит волк. Грустно усмехаюсь, ведь нельзя было придумать что-то еще более ужасное в конце этого дня. Провожу рукой по волосам, тем самым еще больше взъерошивая кудряшки. Черный волк останавливается, при этом, кажется, внимательно меня рассматривая. Замечаю, как он принюхивается к воздуху, словно пробует его на вкус. Что привело столь крупного хищника в эти места? Я ведь зашла не так далеко в чащу.       — Что ж, надеюсь, ты меня не съешь, — устало вздыхаю я и засучиваю правый рукав платья. Как я и думала, на коже виднеются фиолетовые синяки от пальцев того асгардца. И почему-то это становится последней каплей на сегодня. Я терпела, очень долго терпела все эти косые взгляды. Сохраняла спокойствие, делала вид, что ничего не замечаю и не слышу.       Слезы беззвучно начинают течь из глаз. Впервые со дня гибели родителей мне хочется выплакать все, что у меня накопилось. И, знаете, я даю волю эмоциям. Здесь никого нет. Лишь я, лес… и этот волк, который почему-то продолжает стоять неподалеку. В какой-то момент теряю его из вида, а в следующую секунду он уже стоит возле меня и аккуратно прикасается холодным носом к моей руке. Первое, что хочется сделать — это вскочить и убежать. Но инстинкт самосохранения притупляется, когда понимаешь, что жизнь и так превратилась в ночной кошмар, и волк тут совсем не причем.       — Тоже тяжелый день? — на свой страх и риск начинаю гладить зверя по голове. Ладонь немного саднит из-за порезов, но все это ничто по сравнению с тем, что творится у меня на душе. — Что ж, не у тебя одного, — тяжело вздыхаю и начинаю разбинтовывать запястье. Нужно нанести свежую мазь.       Все то время, что я трачу на нанесение лекарств на ногу и руку, волк лежит рядом. Но то и дело слышу его недовольное фырканье и злобный рык. И стоит мне закончить, как хищник кладет свою массивную голову мне на коленки. И что-то в этом действии присутствует такого, чего я ждала, видимо, очень давно. Успокоение. Поддержка. И только сейчас я в полной мере осознаю, насколько мне это было нужно. Что бы хоть кто-то понял меня и дал понять, что я не одна.       — Асгард хорош лишь для тех, кто здесь родился, — грустно усмехаясь, шепчу я, в это же время аккуратно поглаживая волка по загривку. Перебираю между пальцев непривычно мягкую шерсть зверя. И это окончательно успокаивает меня, а от былой истерики не остается и следа, лишь слабая тоска съедает мою душу. — Или для тех, кто почитаем и кого уважают.       После этих слов снова замолкаю и просто слушаю умиротворяющий звук природы. Вокруг меня сотни жизней. Цикады, птицы, звери. Все они сейчас здесь, в лесу. Они, как и я, боятся ступить вперед, при этом ожидая услышать лязг капкана. Они считают этот лес своим домом, хотя люди думают об обратном. Охотятся на них, срубают деревья. Да, в Асгарде больше уважают животных, чем в том же Мидгарде. Но и дружелюбным сожительством это сложно назвать. Да, я прекрасно понимаю, что нам не выжить без мяса этих самых животных. Говорю лишь, что просто их понимаю. Они пленники своей жизни.       — Я лишь хочу стать хорошим лекарем и помогать людям, — опускаю голову, чтобы заглянуть в глаза волка, который так и продолжает лежать у меня на коленках. — Но пока получается лишь влипать в неприятности, — вновь усмехаюсь я, при этом почесав волка за ухом.       Зверь недовольно морщит нос и издает звук, напоминающий ворчание. Ему явно не очень нравится, что я продолжаю вот так бесцеремонно его гладить. Но, впрочем, он сам ко мне пришел, пусть теперь терпит мое нытье и мои поглаживания. Я его не заставляла оставаться. Захотел бы, уже давно оставил меня без руки.       — Мне нечего терять, — с этими словами встаю с земли и направляюсь к роднику. Нет, я не собралась топиться. Тем более, что здесь совсем мелко. Волк достаточно быстро оказывается около меня. А его взгляд обращен куда-то вперед, словно он ждет кого-то. — Там никого нет, — но вместо того, чтобы услышать мои слова, зверь убегает, вновь оставив меня одну. — Этого стоило ожидать, — теперь пропадает желание даже помочить ноги в родниковой воде.       Собрав все лекарства обратно в корзинку, спокойно возвращаюсь домой. Эйлин и Лив уже давно спят. Они даже не заметили, что я уходила среди ночи. Так даже лучше, иначе мне пришлось бы выслушивать нравоучения от асиньи. Она бы не стала молчать.

***

      На следующий день к нам с утра пораньше прибежал один из асгардцев и срочно попросил прийти. Асинья оперативно собралась и велела мне пойти с ней, дабы я продолжала свое обучение, ведь когда-то мне и самой придется справляться с куда более сложными проблемами местных жителей, нежели простая сыпь и кашель.       А по прибытию в нужный дом, я узнала тех, кому нужна срочная помощь Эйлин. В двух юношах, что сейчас, не шевелясь лежат в своих комнатах, я узнаю вчерашних парней. «Это карма», — шепчет внутренний голос. Но что-то мне подсказывает, что это далеко не так. Все не может быть настолько просто.       Их отец описал все, что случилось. Время, место и того, кто это сделал. На двух его сыновей с утра напал… волк.