You are my... weakness

Прикосновение обозначает начало всякого обладания, всякой попытки подчинить себе человека или предмет. Зигмунд Фрейд — «Тотем и табу».

      Комната погружена в тишину. И сейчас, лежа на кровати в кромешной тьме, не хочется думать о чем-то серьезном. Пожалуй, я бы сказала, что даже устала вечно о чем-то беспокоиться и пытаться найти выход из той ужасной ситуации, в которую попала практически неделю назад.       Что мы имеем на данный момент? Хм… усталость, апатия, возможно, зарождающаяся депрессия, болезнь, которую местные лекари обозвали змеиной оспой, ну, и конечно выдающийся и неповторимый принц Асгарда. Он, между тем, даже не думает о том, чтобы вернуться в свои королевские покои. Благо, хотя бы сейчас он соизволил куда-то смыться, чем дал мне пару часов спокойного и такого желанного одиночества.       Правда, сон никак не идет. Вот уже долгое время я бесцельно лежу в постели и смотрю в потолок. Кстати говоря, в нем нет ничего интересного. Никогда бы не подумала, что не смогу уснуть, будучи одна в комнате. Раньше это не вызывало у меня никаких проблем.       Со стороны улицы раздается шумный шелест крыльев каких-то птиц. Что ж, раз спать я не хочу, стоит немного прогуляться. Встаю с кровати, при этом обращая свой взгляд в сторону окна. Два достаточно больших черных ворона плавно взмывают вверх. Мне не в первый раз удается увидеть этих птиц, так что я больше ничему не удивляюсь. Но я не могу не заметить то, как их иссиня-черные перья волшебно переливаются в свете звезд.       — Что, если… — энергично подхожу к окну, в мгновения ока распахивая его. Первый этаж. Даже если ничего не получиться, то я хотя бы не разобьюсь. Отодвинув стол подальше от окна, залезаю на подоконник. Давненько я не летала. Надеюсь, что не буду выглядеть со стороны, как подстреленная курица.       — Для этого вообще-то двери были придуманы, маленькая лисица, — из ниоткуда появляется Локи. И я клянусь, если бы не его выставленная вперед рука, я бы с грохотом рухнула на землю и, возможно, что-нибудь себе сломала. Вцепляюсь мертвой хваткой одной рукой за оконную раму, а второй очень удачно хватаюсь за руку младшего принца. Не ожидала я, что он так быстро вернется из… хм… А где он вообще был?       — Я, пожалуй, не буду отвечать, — снова поймав равновесие, как можно аккуратнее высвобождаю свою руку из ладони Бога Обмана. После этого спокойно сажусь на подоконник, свесив ноги на улицу.       — А все потому, что врать ты не умеешь, — мужчина встает возле меня, прислонившись к стене. Он выглядит уставшим. Это видно даже сквозь эту саркастичную и равнодушную маску, которую на себя нацепил трикстер. Неужели я начинаю понимать Локи? — Впрочем, сейчас и я не настроен ловить тебя на очередной лжи, — замечаю слегка порванный край рукава принца. А на коже заметны следы чьих-то зубов.       — Позволите? — взглядом указываю на видимую рану. Без каких-либо слов триктер протягивает мне руку. Кожа йотуна холодная и неестественно твердая, будто сделана изо льда. Хотя, наверное, такой она и должна быть. — Я кое-чему научилась из той книги, — не знаю, зачем я это говорю. Тяжело выдохнув, кладу ладонь на небольшую рану.       — «Исцеление» — бесполезное чтиво, и я тебе уже говорил об этом, — но мужчина быстро замолкает, когда из-под моей ладони начинает разливаться слабый голубоватый свет. Я потратила не мало дней на то, чтобы разобраться с тем, как должна формироваться магия для данного заклинания. Сегодня днем у меня впервые это получилось.       — Впредь будьте осторожны, — отпускаю руку Локи. Щеки вновь покрываются румянцем, и теперь, спустя неделю, я начинаю осознавать, с чем это связано. — Конечно, моя обязанность — это оказывать помощь нуждающимся, но все равно, постарайтесь больше не навредить себе, — говоря все это, смотрю на далекие звезды. Смотреть сейчас на Локи равносильно самоубийству.       Я и так знаю, что, стоит мне это сделать, как сердце пустится галопом, а мысли смешаются в сумбурную кашу. Это чертовски мешает мне день ото дня, когда я, пытаясь найти лекарство, чувствую близкое присутствие младшего принца. Нет, он не давит на меня своим нахождением рядом. Лишь сбивает с толку и путает мои чувства.       — Запомни одну вещь, — размеренно говорит мужчина. Бросаю на него мимолетный взгляд и замечаю, что он задумчив и абсолютно серьезен как никогда раньше. Локи смотрит куда-то перед собой, но взгляд его затуманен какими-то воспоминаниями. — Мы ни перед кем не обязаны, маленькая лисица. Я бы даже сказал, что у нас есть лишь одна обязанность — быть счастливыми.       — Я уже не помню, что такое быть счастливой, — сказав это, стараюсь как можно быстрее скрыться в комнате, но младший принц моментально ловит меня за руку. От удивления даже перестаю дышать, а взглядом упираюсь в алые глаза Локи. Но в них не вижу ни злобы, ни желания сострить. — Что вы делаете, Ваше Высочество? — мне самой сложно узнать свой голос, которым были произнесены эти слова.       — Идем, — не дожидаясь моего ответа, трикстер за считанные мгновения спускает меня на землю с подоконника. Сбитая с толку, даже не знаю, стоит мне что-либо говорить или просто подчиниться и последовать за принцем. — Ты хорошо потрудилась, тебе стоит отдохнуть, — сложно поверить в то, что это говорит Локи. Все то время, что он скрывался в моей комнате, он вел себя отчужденно и равнодушно, хотя порой его поведение и казалось мне странным. Но сейчас вся эта ситуация граничит с безумием.       Не отрываю своего взгляда от статного силуэта мужчины, который идет передо мной. В каждом его действии чувствуется уверенность в себе и способность повелевать над всеми, кто его окружает. Даже сейчас, все еще не избавившись от облика йотуна, младший принц выглядит, как и подобает человеку из высшего общества. Ненароком засматриваюсь на него.       — Куда мы идем? — тихо спрашиваю я, при этом смотря себе под ноги. Интересно, я когда-нибудь перестану краснеть в присутствие Локи? Но мой вопрос не получает ответа. Недовольно поджимаю губы. Появляется желание ускользнуть от мужчины, превратившись, хм, в ящерицу. Так бы я смогла быстренько скрыться от него в траве. Правда, есть шанс, что этим действом раскрою самую большую свою тайну.       — Ты помнишь, как попала сюда? — неожиданный вопрос окончательно загоняет меня в тупик. Ох, не такого разговора я ждала, совершенно не такого.       — Я все помню, — голос пропитывается арктической холодностью, а руки сжимаются в кулаки. — Вот только зачем? — уже под нос себе бубню я. Было бы куда проще, если бы я забыла тот день, как страшный сон. Но, к сожалению, не всем нашим мечтам суждено сбыться. А я могу лишь временно запереть всех своих скелетов в шкаф. Но они сильные, вырываются время от времени и мучают меня.       — Я не знаю, что ты увидела в Йотунхейме, но, оказавшись здесь, ты выглядела чертовски напуганной, — голос Локи кажется спокойным, словно он размышлял на эту тему уже очень давно. — Сколько уже прошло лет с того дня?       — Пять.       — Это все еще не так много, — принц кивает каким-то своим мыслям. — Но знаешь, за это нещадно короткое время мое отношение к тебе успело много раз поменяться, — можно я назову эту ночь — «Ночью откровения»? Может, Локи напился? Что-то мне не вериться, что он стал бы вот так запросто разговаривать со мной на столь простые и непринужденные темы.       Тем не менее, подобное отношение ко мне заставляет мое сердце забиться чаще. Моя наивность когда-нибудь меня убьет. Глупое сердце. Складываю руки в замок за спиной, стараясь тем самым взять себя в руки. Но что-то как-то не очень получается.       — Ваше Высочество, вам не кажется, что нам стоит вернуться? Вы говорили, что не хотите попадаться на глаза асгардцам, — нерешительно говорю я, даже не пытаясь догнать младшего принца. После сказанных мной слов Локи резко останавливается, отчего я смачно так в него врезаюсь. Еще никогда в своей жизни я не чувствовала себя настолько смущенной.       Мне даже страшно поднять голову, но я практически физически чувствую, насколько широко сейчас улыбается Бог Обмана. Он всегда наслаждался своим превосходством. Легкое прикосновение к волосам словно пробуждает меня, и я все-таки поднимаю глаза. И впервые за последние дни на меня смотрит не йотун. Алые глаза сменились на зеленые. Нервно сглатываю, но мне не хватает сил, чтобы отвести взгляд в сторону или отойти.       По-прежнему чувствую легкое прикосновение к своим волосам. И оно меня не раздражает, как та дурацкая привычка Тора лохматить мне волосы. Собрав всю свою волю в кулак, все-таки опускаю голову вниз и отхожу на несколько шагов в сторону. Мне кажется, что я покраснела до самых кончиков волос.       — Мне нужно вернуться, — сбивчиво говорю я. Смотреть себе под ноги — лучшее мое решение, ведь если я посмотрю на Локи, то неизвестно, чем все это может закончиться. Мужчина непредсказуем. То он спокойно читает одну книжку за другой, то заботливо велит тебе спать, а то и вовсе отводит от дворца и говорит какие-то абсурдные вещи. Нет, все же я пока не понимаю этого Бога. И, возможно, никто и никогда не сможет его понять.       — Ты боишься, — усмехается младший принц. Так, Сигюн, начнем с самого начала. Кто ты? Правильно, обычный лекарь, который даже со своими проблемами разобраться не может. А еще я просто Сигюн, маленькая девчонка без родителей, без веры и надежды на будущее. Впереди я вижу бесконечную вереницу дней, проведенных за изготовлением очередного лекарства. На этом все. И мне стоит избавиться от всех тех сумасшедших чувств, которые рождаются во мне, стоит только Локи оказаться где-то поблизости. Он не моего поля ягода.       Это словно тянуться за спелым яблоком, которое растет чертовски высоко. Отрицательно мотаю головой, но вымолвить и слова не могу. Боюсь ли я? Скорее всего, ответ нет. Но почему тогда не могу посмотреть на Локи? Что мне мешает просто поднять глаза и взглянуть на того, кто помогал мне, да и не один раз.       Ответ настолько же прост, как и все то, что окружает меня. Мое положение не позволяет мне вести себя так, как мне бы того хотелось. Даже если бы я была безумно храброй и сумасшедшей одновременно, то вряд ли бы позволила себе обращаться к принцу на равных. Как не крути, он принц, а я подчиненная.       Быстро поклонившись, мечтаю лишь о том, как бы мне побыстрее смыться отсюда. Но проблема в том, что я и так столкнусь с Локи сегодня. Он не вернется в свои покои. Продолжит докучать мне и капать на нервы. Ты не должна рассчитывать на светлое будущее, Сигюн. Иди и делай то, что умеешь, и не лезь в чужую жизнь.       — Ты ведь и правда не боишься меня. Но что-то тебя гонит прочь, — он рассуждает, разговаривает сам с собой, и я не обязана отвечать.       — Я боюсь себя самой, — шепчу я, после чего, подобрав полы юбок, начинаю бежать в сторону дворца. Язык мой — враг мой.

***

      Он не вернулся не на следующий день и даже не через два. И мне бы стоило выдохнуть с облегчением. Но. Всегда есть это пресловутое «но». Я настолько привыкла, как оказалось, к постоянному присутствию Локи, что даже пару раз неосознанно начинала с ним говорить. И только спустя пару минут понимала, что его нет.       Настало время работать и не обращать внимания на свои нужды. Состояние только ухудшается и нет времени распускать сопли. Дворцовые лекари постепенно начинают добиваться успехов. Нашли способ замедлить прогресс болезни. Это уже что-то. Но вот причину всего этого безобразию так и не выявили.       Обдумываю множество разных вариантов змеиной оспы, прогуливаясь по внутреннему дворику дворца. Где, как и всегда, все цветет и пахнет. Ко всему прочему, это место лишено спешки и всей той суматохи, которая царит внутри. Неподалеку замечаю Тора и леди Сиф. Они о чем-то спорят, но в скором времени замечают меня и смолкают.       — Рада вас видеть, — кротко говорю я, поклонившись принцу и воительнице. — Как самочувствие Ее Величества? — перевожу взгляд с принца на девушку. Они тут же мрачнеют. Плохой знак. В последнюю из встреч с Локи, мне удалось узнать, немного о том, кто заболел после нас. Королевский советник и придворная дама. И я до сих пор не могу понять, что нас всех связывает вместе.       — Боюсь, что только волшебство сможешь спасти нас всех, — нахмурившись, отвечает Тор. Его редко можно встретить в таком ужасном расположении духа. Но после сказанных слов в голове, словно наконец-то собирается мозаика. Широкая улыбка тут же появляется на моем лице, и хочется прыгать от догадки.       — Магия, Ваше Высочество! Магия! Точно! — от переизбытка чувств чуть ли не висну на шее громовержца. — Это же было так очевидно! Вы гений! — продолжая выкрикивать счастливые реплики, забегаю во дворец.       Локи говорил, что советник и леди Сигрит располагают некоторым количеством магии, которая и позволила им занять те высокие положения, на которых они сейчас и находятся. Залетаю в библиотеку, как к себе домой. Не те книги я все это время читала. В мгновение ока сгребаю с полок несколько книг, которые описывают различные воздействия магии на человека.

Pov Loki

      Все это начало выходить из-под моего контроля. Все мое любопытство к девчонке стало переходить все границы. Мне стоило сразу же покинуть ту комнатку, даже не взирая на свои опасения. Все из близкого круга знают, кем я являюсь. Так почему я так долго оттягивал свое возвращение в свои покои? Все из-за этого рыжего несчастья.       И, даже оказавшись в своей комнате, мои мысли то и дело возвращались к девчонке. Она тоже заразилась. И сомневаюсь, что обратилась с этим к лекарям. Она чересчур упертая в этом плане. Это я успел понять за ту неделю, что провел рядом с ней.       Я был уверен, что встреча с Ангрбодой отвлечет меня. Но что-то пошло не так. И я не просто разозлил сыновей своим равнодушием, но и сама великанша высказала свое недовольство насчет моих нечастых визитов к ней. Такого гнева к кому-то я уже давно не испытывал. Она приказывала мне появляться чаще. Не мог спустить ей это просто так с рук.       За это и получил от Фенрира. Пусть он еще и юн, но волчьи зубы уже острее любого кинжала, которыми пользуюсь я сам время от времени. За последние годы парень успел в считанные секунды обращаться в волка, что крайне скверно сказалось на его характере. Вспыльчивый и неуправляемый. Скорее — черта Ангрбоды. А вот Ермунганд, наоборот, спокойный и расчетливый. Но и его природа не обделила щепоткой заносчивости.       Попивая вино, не сразу замечаю, что мне в покои кто-то стучит. Кинув короткое: «Войдите», — ставлю бокал на столик возле камина. В нем растопили огонь. И даже в этом чертовом пламени умудряюсь увидеть вихрь рыжих кудряшек иноземки. Еще немного, и я просто сойду с ума.       — Ваше Высочество, я нашла лекарство, — стоит только вспомнить о безумии, и оно само явится к тебе на порог. Недовольно поджимаю губы, словно присутствие лисицы мне противно. Но, нет, это не так. Я бы хотел, чтобы мне была она неприятна. Но против природы не пойдешь. А девушку сложно назвать уродливой.       Юная особа стоит возле двери и смотрит на меня своим самым невинным и чистым взглядом, на который только способна. Но больше меня сбивает эта солнечная улыбка. Она вообще уверена, что зашла в правильную комнату? Ей нужен именно я, а не мой вечно одухотворенный братец?       Как и раньше, абсолютно безумные кудри торчат в разные стороны. И снова мне хочется к ним прикоснуться. Прикоснуться к единственному осязаемому и не обжигающему пламени. Неторопливо приближаюсь к девушке, при этом ожидая, что она снова отпрянет. Но не тут-то было. В этот раз травница вдохновленно достает что-то из своей извечной корзинки и протягивает мне.       — Причина в магии, Ваше Высочество, — говоря это, она засучивает рукав своего платья. И на мое удивление, я не вижу и следа от болезни. У нее получилось. — Магическая лихорадка — крайне редкое заболевание и заразное, но вполне излечимое, — голубые глаза лисицы горят восторгом. Мне и самому хочется разделить с ней эту радость. Слишком уж она заразна, поэтому отвечаю на улыбку девушки улыбкой. И этим своим действием вновь заставляю иноземку покраснеть. Это становится моей чертовски притягательной привычкой.       — Тебе стоит рассказать о своем открытие Миргрит и ее лекарям, чтобы они смогли поставить на ноги всех, кто успел заболеть, — быстро откупориваю баночку со снадобьем. — Что это за ужасный запах? — настолько быстро закрываю склянку, насколько это вообще возможно.       — К сожалению, лекарство готовится на отваре из помета летучей мыши. Но я честно пыталась смягчить этот запах ромашкой, — девушка забавно закусывает губу. — Вам все равно придется это выпить, Ваше Высочество, — если честно, то мне уже осточертело ее это пресловутое «Ваше Высочество». Тем не менее, прекрасно понимаю, что именно так прислуга и должна обращаться к кому-то, вроде меня. Но как же это, черт возьми, раздражает!       — Подозреваю, что у меня нет выбора, — опускаю глаза к склянке, внутри которой плещется крайне нелицеприятная жижа. Услышав многообещающее «ага» от травницы, вновь расправляюсь с пробкой и, перестав дышать, опустошаю баночку. Честно? В первые секунды у меня складывается ощущение, что мисс невинные глазки решила меня убить.       Но потом… потом постепенно начинаю чувствовать прилив сил. И, кажется, я уже вполне могу контролировать йотуна внутри себя. Как же приятно вновь стать собой. Удивлен тем, как быстро лекарство избавило от любых симптомов этой странной лихорадки.       — Возможно, из тебя и не такой уж и плохой лекарь получился, — добродушно улыбаюсь девушке, а ее румянец все больше забавляет меня. От взгляда на это рыжее несчастье почему-то складывается ощущение, что я успел где-то проиграть.