You are my... weakness

Его руки — электрический ток. Достаточно было им ко мне прикоснуться, чтобы я зажглась, влюбилась, сгорела, погибла… Ринат Валиуллин — «Пятое время года»

      Не стоило мне скрывать того факта, что я просто хотел оставить лисицу в своих покоях. Потому что мои попытки научить ее целебной магии заходят в тупик, когда я сам понимаю, что знаний в этом направлении мне не хватает. Да, да, я признаю свою ошибку. Снова. Сидя в удобном кресле около камина пытаюсь объяснить теоретическую часть использования магии. Но то и дело ловлю на себе скептические и неуверенные взгляды девушки. Все это, по всей видимости, она и сама знает, но перебить и сказать об этом не решается.       — Вы… — предостерегающе смотрю на девушку, которая никак не может смириться и просто забыть про ужасающие «Вы» и «Ваше Высочество». — Ты уверен, что можешь помочь? — лисица сидит на другом кресле и медленно, но все же добивается успехов в призыве магии. Мерцающий голубоватый свет пару раз за последние несколько часов все-таки окутывал кисти травницы. И каждый раз это вызывало восторг на ее лице.       — На самом деле, нет, — вставая со своего места все же говорю я. — Я просто был обязан придумать предлог, чтобы ты согласилась прийти сюда, — аккуратно наливаю в два бокала красное вино. — Я Бог Обмана, поэтому не смотри на меня так, — протягиваю бокал на высокой ножке девушке, но она даже не обращает на него внимания. Плотно сомкнутые губы говорят мне о крайней степени недовольства травницы, пусть она и не хочет мне этого показывать. — Я никогда не буду открытым и милым, как мой брат, — резко произношу я и тяжело опускаюсь в кресло, все еще держа два бокала. Делаю несколько глотков из одного, при этом пытаясь усмирить рвущиеся наружу эмоции.       — Я этого и не жду, — коротко отвечает девушка, чем привлекает мое внимание. Она плавно встает со своего места, при этом ее кудряшки начинают забавно подрагивать от каждого движения травницы. — Тебе не стоит сравнивать себя с Тором. Вы абсолютно разные. Это я заметила еще пять лет назад, — девушка задумчиво подходит ко мне и оказывается возле камина.       Блики огня играют в ее волосах, превращая их в огненно-рыжее нечто, что точно бы заворожило каждого, кто бы посмотрел на это. Лисица выглядит серьезной, а взгляд обращен на горящий огонь. Тени, отбрасываемые огнем, делают лицо девушки более суровым и жестоким, а сосредоточенный взгляд только сильнее создает этот эффект. Метаморфы издавна считались сильными волшебниками, не стоит забывать об этом, ведь даже у милой и пушистой лисицы достаточно острые зубки.       — И что же в нас такого разного, маленькая лисица? — неторопливо подхожу к травнице и все-таки вручаю ей бокал с вином. Она нерешительно смотрит на бордовый напиток и делает маленький аккуратный глоток. Замечаю то, как она забавно причмокивает, пытаясь распробовать весь букет вкусов. И, судя по выражению лица, ей нравится. С чувством собственного удовлетворения прикасаюсь к мягким кудрям. — Никогда их не обрезай, — наматывая одну прядку на палец, говорю я.       — Эйлин тоже самое говорит, — задумчиво отзывается девушка, даже не смотря на меня. — Они мешаются, когда я бегаю по лесу, — после того, как я узнал, кем является травница, она стала более открытой и честной со мной. Лисица делает еще один глоток вина, но более уверенно. Мне не хотелось бы, чтобы Сигюн напилась, это было бы нечестно с моей стороны, поэтому как можно аккуратнее убираю бокалы и поворачиваю травницу к себе лицом.       — Но ты же их не будешь стричь? — самозабвенно пропускаю волосы через пальцы. И на свой вопрос получаю удовлетворительный кивок. — Ты не ответила мне на прошлый вопрос, — напоминаю я. С каждой последующей секундой я все более остро чувствую необходимость прикоснуться к лисице. Ее кожа, волосы — все это привлекает меня, как еще никогда не привлекало.       — Даже запах у вас разный, — немного подумав и взвесив все «за» и «против», все-таки произносит девушка. Робкий румянец красуется на щеках травницы. И эти слова заставляют меня усмехнуться. Натура зверя, в которых она может превращаться, дает о себе знать. Зрение, обоняние, слух и, возможно, осязание, несомненно, лучше, чем у простого человека. Замечаю, как лисица осторожно принюхивается и кивает каким-то своим мыслями. — Так пахнут первые дни зимы, когда еще не совсем холодно и выпал первый снег, — задумчиво рассказывает травница. Она поднимает на меня свои большие голубые глаза и слабо улыбается. — А Тор пахнет солнцем, насыщенный сладковатый аромат жарких солнечных дней, — замечаю, как Сигюн недовольно морщит нос.       — Кто-то не любит солнце? — усмехаюсь и провожу ладонью по щеке девушки. Она хмурится и отрицательно мотает головой. — Что же оно тебе сделало, маленькая лисица? — этот разговор с каждой секундой становится все интереснее. Я никогда бы и не подумал, что наш весельчак Тор может кому-то не нравится.       — Чувствительная кожа? — вскинув брови, улыбается травница и показывает мне на свою руку. На жемчужной коже Сигюн задорно играют блики огня. — Я люблю зиму, — неожиданно говорит девушка и так искренне смотрит на меня, что мне в эту же секунду хочется прижать ее к себе и больше никуда не отпускать. — Но в Асгарде она другая. Более мягкая и теплая, — пожимает плечами. — Лисий мех явно рассчитан на что-то более суровое, — от робкого смеха лисицы мое сердце пропускает несколько ударов. Это становится для меня болезненным, ведь раньше ничего подобного со мной не случалось.       Вмиг все веселье испаряется из взгляда девушки. Она словно уходит куда-то внутрь себя, глубоко о чем-то задумавшись. Кладу ладонь на заднюю часть шеи травницы и аккуратно прижимаю лисицу к себе. Даже не нужно быть телепатом, чтобы понять, о чем задумалась эта юная особа. Зима бывает разной. В Асгарде она, и правда, приветливая и бывает даже излишне теплой, хотя снега и тут хватает. Но существуют места, где зима никогда не была и не будет таковой. Йотунхейм явно не оставил на сердце лисицы приятный след. Его холод, возможно, навсегда останется в сердце травницы и будет напоминать о себе оставшиеся годы.       — Дыши спокойно, ты больше не окажешься там, — тихо шепчу я, проведя несколько раз рукой по спине лисицы. Это немного успокаивает ее, а тело расслабляется и не кажется таким уж напряженным. Приподнимаю подбородок девушки, чтобы взглянуть в омут ее глаз. И он меня поглощает. Сложно представить, что все это время сдерживало меня, но сейчас я ясно вижу, что не только я один медленно, но верно схожу с ума. — Ты так невинна в своей красоте.       — Но я лисица, — шепчет Сигюн, а ее глаза загораются далеко не наивным блеском. И что-то мне подсказывает, что даже те несколько глотков вина сделали свое дело. Она ни разу до этого не пила, и вот сейчас это дает о себе знать. Но я не из тех, кого нужно о чем-то просить дважды. — Лисы, змеи — символы хитрости. Думаю, мы разберемся.

Pov Sigyn

      Возможно, во мне сейчас и говорит алкоголь, но еще никогда я не чувствовала себя такой храброй и уверенной. Я буквально готова на все. И мне этого неимоверно хочется. А показывать мои намерения оказывается настолько лучше, чем говорить. Руки больше не дрожат, а мысли текут так ясно и четко. Пальцами очерчиваю контур нижней губы принца, после чего перемещаю руку на его грудь. Под ладонью гулко бьется сердце мужчины.       Поднимаю голову, чтобы посмотреть во всепоглощающие зеленые глаза, и Локи встречает меня на полпути. Поцелуй начинается легко и, я бы даже сказала, нежно. Но долго таковым он не остается. Руки мужчины с вожделением проходят по моей спине и останавливаются на пояснице. Чувтвую жар, исходящий от тела младшего принца. И он так контрастирует с этим манящим морозным запахом.       Ощущение губ Локи на моих дарит полное осознание происходящего. И я ни в коем случае не хочу все это заканчивать. Безумие накрывает меня с головой, и впервые я встречаю его с такой готовностью. Принц настойчив и напорист в своем поцелуе. Даже тут он умудряется командовать и контролировать процесс. Мне остается лишь быть ведомой и стараться быть на одной волне с ним. Позволяю себе раствориться в этом поцелуе, утонуть в нем. С возрастающей волной чувств и эмоций становится просто невозможно справиться. Она обрушивается на меня бессвязным коктейлем волнения и щемящего страха.       Но мысль о том, что я готова, никак не покидает мою голову. Я была готова уже давно и ждала этого момента столь же долго. Но все равно боюсь. Люди всегда боятся неизвестности. А мы с Локи уже давно балансируем на грани этой неизвестности. Отрываюсь от губ принца и смотрю в его потемневшие глаза. Он явно не собирается все прекращать. Принц любит сложности, а то, что сейчас происходит между нами, уж точно станет нашей сложностью. И мы оба это понимаем.       — Если сейчас нас хоть кто-то потревожит, то, я клянусь, он пожалеет о содеянном, — уверенно говорит мужчина, не отрывая от меня своего взгляда. И в эту же секунду чувствую, как он поднимает меня над полом. Кажется, что он может прочесть все мои мысли и эмоции. Или же Локи точно также, как и я тонет в своем безумии, ведь иначе нельзя описать все те душераздирающие поцелуи, которые он дарит мне по дороге к своей спальне. Чувствую его всем своим телом, а умелые и все держащие под контролем руки исследуют каждый изгиб моего тела.       Вмиг нас окружает сумрак спальни, и все чувства выходят на новый уровень. Прикосновения становятся смелее, а поцелуи жарче и безумнее. Это дикое желание завладевает мной, словно тело ждало этого всю мою жизнь. Меня охватывает томительная нега, когда Локи вновь опускает меня на пол, а его руки в ту же секунду откидывают мои волосы мне за спину. От горячего прикосновения его губ к нежной коже на шее ноги начинают дрожать. Я вот-вот упаду от чувств, которые завладевают мной. Тугой корсет платья не позволяет мне сделать даже вдоха, и я могу лишь судорожно вдыхать крупицы воздуха.       Влажные поцелуи становятся все требовательнее, и я чувствую, как в некоторых местах принц прикусывает кожу. Запускаю вновь дрожащие пальцы в волосы мужчины. Еще никогда в своей жизни я так сильно не ненавидела платья и все, что с ними связано. Я и раньше-то их не очень любила, но вот сейчас они моментально становятся моими врагами номер один. Тянусь к шнуровке на спине, которую мне так необходимо ослабить. Голова идет кругом от того, что происходит в комнате.       — Повернись спиной, — от хриплого голоса Бога Обмана все внутри меня переворачивается, и я просто не могу ослушаться. Медленно на трясущихся ногах я исполняю то, что он попросил. Чувствую, как шнуровка ослабевает, и я наконец-то могу вздохнуть полной грудью. А вслед за корсетом на пол плавно начинает спускаться и платье. Неожиданно моей кожи касается прохладный ветерок. Чувствую себя некомфортно и хочется в эту же секунду чем-то прикрыться. Осторожные, еле ощутимые прикосновения к позвоночнику заставляют мурашки пробежать по моей спине. — Хотел бы я, чтобы этого не случалось, — этот огорченный вздох заставляет меня вздрогнуть.       Но мгновение спустя понимаю, что он говорит про укус Фенрира, который шрамом останется теперь на моей спине. Тяжело выдохнув, опускаю взгляд вниз, где на животе вот уже пять лет красуется напоминание о стычке с йотунами. Розоватый шрам от той страшной встречи стал той вещью, которая заставляет меня быть сильной и не показывать своих слабостей. Но что делать, если слабость находится в лице другого человека?       Из мрачных мыслей меня вырывает легкий, словно дыхание самого ветра, поцелуй в лопатку. Но, чувствуя эти жаждущие прикосновения, понимаю, что Локи явно не собираются на этом останавливаться. Точно такие же осторожные поцелуи спускаются все ниже, очерчивают контур шрама, касаются позвоночника, поясницы. И все резко прекращается, когда принц оказывается прямо передо мной. Первый порыв — спрятаться или прикрыть чем-нибудь свою наготу. Но лишь взглянув в эти пылающие зеленые глаза, я чувствую, как капля уверенности в себе возвращается ко мне.       Локи исследует меня в своей манере — лениво и с довольной ухмылкой на лице. Будь все иначе, я бы несомненно убежала отсюда, испугавшись собственных желаний. Но что может случиться, когда мужчина, который мне симпатичен, вот так смотрит на меня. В его глазах так и читается обещание. Медленно и осторожно, чтобы не упасть, переступаю платье, которое лежит подле моих ног. Все происходит в полном молчании, которое не угнетает, а лишь, наоборот, разогревает нужду друг в друге. Нервно закусываю нижнюю губу, подходя к младшему принцу. И он аккуратно высвобождает ее большим пальцем и вновь припадет к моим губам своими.       Уже с большим рвением отвечаю на эту близость и с готовностью приоткрываю губы. Язык мужчины в эту же секунду врывается в мой рот и с новой силой начинает его изучать. Сплетается с моим языком. Этот обжигающий во всех смыслах танец заставляет меня затрепетать всем телом. Чтобы не упасть, хватаюсь руками за плечи принца. Тем временем он начинает вести нас вглубь комнаты, где, скорее всего, должна стоять кровать.       Сердце бешено начинает биться в груди от всего этого безумия, которое буквально витает в воздухе. Мы сумасшедшие, раз решили поддаться своим чувствам. Возможно, будь я постарше и поумнее, то не допустила всего этого. Но, будучи крайне импульсивной молодой девушкой, сохранить спокойствие в обществе Локи у меня, наверное, никогда не получится. Одним лишь только взглядом он способен довести меня до исступления.       Падаю, когда за своей спиной чувствую изножье кровати. Возможно, это смогло бы меня отрезвить, если бы в эту же секунду принц не оказался надо мной и не обрушился бы множеством ласк на мое уже изнемогающее тело. И складывается ощущение, что он лучше моего знает, что может принести мне неземное наслаждение. Слегка мозолистые пальцы проходят по изгибу талии, вызывая табуны мурашек. В этот момент меня распирает чувство несправедливости. Прикасаюсь к груди Локи, но под своими ладонями чувствую лишь грубую ткань его одежд. Видимо, я недовольно выгляжу, так как Бог Обмана довольно усмехается и встает с меня.       Сразу же на меня набрасывается такая невыносимая пустота и холод, что я обхватываю себя руками. С любопытством и нескрываемым робким интересом наблюдаю за тем, как мужчина раз за разом скидывает с себя одежду. Животное желание вспыхивает внутри меня в ту же секунду, когда Локи оказывается передо мной полностью обнаженным. Во рту моментально пересыхает и появляется нестерпимая жажда прикоснуться к рельефному телу, провести по нему пальцами и утонуть в ощущениях.       Медленно, чтобы я успела насладиться видом, Бог Обмана приближается к кровати и залезает на нее. И наконец-то теперь и я могу увидеть то, насколько сильно именно я, а не кто-то другой, вызываю эти неподдельные чувства в душе, казалось бы, холодного и равнодушного ко всему принца. Спустя, кажется, вечность триктер возвращается ко мне и нависает сверху. Его ноги скользят поверх, а потом и между моих.       Набравшись храбрости начинаю изучать мужчину, который с таким вожделением смотрит на меня. Мои руки не прекращают двигаться, хотя и заметно дрожат, скольжу пальцами по его шее, вокруг груди и ниже. Еще ниже, прямо по твердым мышцам живота. Локи резко вздыхает, уткнувшись носом в мои волосы. Руки принца находятся по обе стороны от моей головы, и я сейчас вижу только горящие в потемках комнаты глаза трикстера. Меня и саму начинает заметно потряхивать. Но какого же мое удивление, когда понимаю, что и сам Бог Обмана сейчас с трудом скрывает дрожь во всем теле.       Вмиг магия внутри меня вспыхивает, и я просто не представляю, что мне с этим делать, ведь я даже собственные эмоции и мысли не могу взять под контроль. Все образы и вещи, находящиеся вокруг, становятся ярче и четче. А на губах Бога Обмана появляется удовлетворенная и такая лениво-соблазнительная полуулыбка. Он упивается своей властью надо мной.       Сильные руки обвивают мою талию, и трикстер садится, увлекая меня за собой и сажая на колени. Мое сердце совершает головокружительное сальто. А огонь, зародившийся в области живота, окатывает меня, словно волна раскаленной лавы. Руки Локи сильно сжимают мои бедра, а губы с жадностью приникают к моим губам. Обвиваю его шею, утопая в зелени его глаз и сладости поцелуя. Если бы я не сидела, то обязательно бы упала в бездну, которая неожиданно разразилась подо мной. И если бы не сильные руки трикстера, которые прижимают меня к себе, я бы несомненно провалилась в темноту. Но сейчас я могу мечтать лишь об одном, чтобы Локи не отрывался от моих губ.       Чувствую некоторый дискомфорт внизу живота, когда мужчина приподнимает меня и медленно и аккуратно опускает снова вниз. Но неловкости в этом я не чувсвую. Все ровно так, как и стоило того ожидать. Дыхание сбивается, и из груди вырывается болезненный стон, когда давление внутри меня усиливается и становится больно. Сама того не осознавая, прикусываю кожу на плече Локи. Это помогает мне справиться с настигнувшей меня болью. Ничего, я и не через такое проходила.       Тихие и успокаивающие прикосновения к моей спине возвращают меня обратно, в сумрак комнаты. Распахиваю глаза и разжимаю зубы, когда чувствую медный привкус во рту. Мысленно выругавшись, прижимаю ладонь к ранке, которую сама же и оставила. Не успела проследить за тем, когда магия вновь вспыхнула во мне, а во рту выросли острые лисьи клыки. Голубоватый свет окутывает мою ладонь, но Локи быстро убирает мою руку в сторону.       — Прости, — сбивчиво произношу я, а языком провожу по своим клыкам. Мерцающее свечение утихает и комната снова погружает во тьму.       — Связался с лисицей, жди укусов, — хрипло говорит он мне и прочерчивает огненную дорожку поцелуев от моих губ на шею, к ложбинке между грудей. Медленно, но уверенно мужчина начинает двигаться внутри меня. А его руки по-прежнему властно держат меня за бедра и направляют в дальнейших движениях. Тихий стон слетает с моих губ, когда ноющая боль внизу живота превращается в головокружительное наслаждение. — Я схожу с ума, — шепчет Бог Обмана мне на ухо, обжигая своим горячим дыханием. Он вновь укладывает меня на мягкие простыни и нависает сверху. Инстинктивно закидываю обе ноги на талию Локи, после чего слышу отчаянный стон мужчины. Он сдерживает себя. Я вижу это по тому, как напряжено все его тело, и как лихорадочно блестят его глаза.       — Все в порядке, — шепчу я, проведя кончиками пальцев по скуле Локи. Награждаю его нежной и осторожной улыбкой, когда он с большим рвением вторгается в меня. Воздух со свистом вылетает у меня из груди, и мне становится так чертовски хорошо, как еще никогда не было. Темп движений становится более интенсивным, и мне хватает сил лишь на то, чтобы оставаться в сознании и не потерять связь с реальностью. Локи тяжело дышит мне в шею, изредка покусывая кожу. Чувствую разрастающийся узел внизу живота и мне становится мало того, что дает мне принц. Сильнее прижимаюсь всем телом к нему и запускаю пальцы в его слегка влажные волосы.       Достигаю пика в тот самый момент, когда чувствую растекающееся тепло внутри себя, а Локи сквозь зубы шумно выдыхает весь воздух. Даже во время разнообразных болезней мое тело еще никогда не казалось таким ватным и расслабленным. Трикстер опускается к моему лицу и запечатлеет нежный поцелуй на моих губах, после чего лениво ложится рядом и притягивает меня к себе.       — Так спать хочется, — слабым голосом произношу я, смотря в подернутые пеленой глаза младшего принца. Он улыбается, и я все еще чувствую его пальцы в своих волосах. Они нравятся ему. Пожалуй, действительно не буду ничего с ними делать, раз все так складывается.       — Спи, я разбужу тебя, — это последнее, что я помню перед тем, как утонуть в сказочной неге.

Pov Loki

      Всматриваюсь в раскрасневшееся лицо лисицы и не могу понять, какие такие силы решили свести нас вместе. Рыжие кудри разметались по подушкам и простыням, превращая все вокруг в хаос. Не могу оторвать взгляда от умиротворенного лица девушки. Кто бы мне раньше сказал, что среди всех миров найдется девушка, способная пробудить во мне ранее мной неведанные чувства и эмоции. Никто до сегодняшнего дня не оставался со мной и не спал так спокойно рядом, как это делает Сигюн. Будь на ее месте кто-то другой, я несомненно вышвырнул бы ее из своих покоев.       — Кажется, лисица смогла забраться под самую мою кожу и поселиться в сердце, — накрывая нас одеялом, тихо произношу я. — В этой битве я проиграл. Но я бы с удовольствием снова остался в проигравших, если за это получу тебя, — она не слышит меня, это я прекрасно понимаю. Но мне самому становится легче от того, что я произношу это вслух. Уткнувшись носом в рыжие кудри, от которых пахнет свежестью, закрываю глаза. Всего на пару минут, а потом снова за рабо…