Too much.

Тэхён трёт глаза, когда просыпается и хмурится, ища взглядом Юнги. Он пытается оклиматься, минут пятнадцать перебирая события минувшей ночи. В квартире без Юнги слишком пусто и угрюмо, хотя сам парень — воплощение угрюмости. Ну, в моменты, когда он не строит из себя спермотаксикозного мудака. Тэхён приглаживает непослушные волосы, что торчат во все стороны и вздыхает, направляясь на поиски Мина. Всепоглощающая тишина нарушается лишь тихим шумом проезжающих машин на улице, но в квартире абсолютно мёртво. Тэ идёт медленно, стараясь не шуметь, и только голые ступни прилипают к полу. Дверь кухни закрыта, но Ким аккуратно её открывает, просовывая светлую макушку и наблюдая за Юнги, что снова курит, сидя на подоконнике в какой-то лёгкой рубашке. Он выглядит далёким отсюда, думающим о чём-то важном, наверное. И Тэхён, конечно же, всё понимает. Он размышляет над тем, что возможно не увидит сестру из-за своего отца. Ким не считает разумным спрашивать что-то, поэтому лишь касается холодных рук своими и обводит тревожным взглядом. Юнги оборачивается, сначала выдыхая дым и скидывая недокуренную сигарету вниз. Он смотрит на Тэ как-то странно и с толикой стыда, отводя взгляд. — Прости меня. — шепчет он, когда Ким садится на подоконник рядом, но Мин слезает и располагается между ног. Тэхён берёт его лицо в своим широкие аристократичные ладони и хмуро глядит, всматриваясь в каждую деталь. — За что? — он обводит взглядом изгибы лица Мина, бледную кожу и некоторое количество ранок. — Я напугал тебя вчера. Прости. Просто...просто я такой. Я не могу сдерживать это долго. Я не срываюсь при людях, только наедине с самим собой, но вчера....Я не знаю. И драки являются лишь прикрытием, из которого одновременно можно получить выгоду. — его глаза начинают метаться в поисках неясной поддержки, и Тэ замечает это, приподнимая к себе за подбородок. — Всё нормально. — говорит он убеждающе, но это не действует. — Нет. Это не так. — Юнги. — строго басит Ким, вонзаясь в него укоризненным взглядом. — Всё нормально. Слышишь? — Тэхён смотрит до того момента, пока Юнги не кивает. — Вот и отлично. — парень склоняется над Мином и впивается в подсохшие губы поцелуем, чувствуя  горьковатый привкус ментоловых на языке. Пальцы Мина сжимают бока, а ноги Тэ оборачивают Юнги, прижимая того ближе. Тэхён закидывает руки на плечи Мина, пока тот исследует тёплую кожу бронзовых ног и сжимает бёдра до ярких покраснений. Юнги ласкает язык, а потом опускается к шее, из-за чего Тэхён кошкой выгибается, соприкасаясь с холодным окном и захлопывая его. — Не хочешь принять душ? — ухмыляется Мин куда-то в шею, а Тэ шлёпает его по плечу, кидая смущённое: « — Извращенец! » и несмело кивая. Юнги мучительно медленно расстёгивает пуговицы длинной рубашки, кончиками пальцев едва касаясь Кима, который вздрагивает от таких неуловимых ласк, и от того желаемых больше. Чёрная рубашка летит к ногам вместе с нежно-голубой тэхёновой, приятно скользя по коже. Тэхёна дёргает от каждого движения Мина: когда он касается губами лопатки с россыпями родинок, когда медленно проходится рукой по гладкому животу, когда слегка прикусывает в области плеча. Абсолютно от всего. Он плавится как лёд на солнце. Мин регулирует воду, которая приятно разбивается о тела, разлетаясь в стороны. Юнги сжимает шею Тэ, впиваясь в губы под стекающие капли воды, которые смешиваются в поцелуе. Приоткрывает глаза, наблюдая за тем, как на ресницах Кима задерживаются капельки, которые в итоге катятся дорожками по розовым щекам.  Парень цепляется за волосы Мина, сжимая в кулаке, пока тот оторвался от губ и искушающе ставит засосы на ярко выраженных ключицах. Юнги позволяет себе кусаться, нежно впиваясь в шею и пульсирующую венку, а потом зализывает языком, одновременно собирая капли воды. Тэхён выдыхает как-то поломано и закатывает глаза, кусая собственные губы. Юнги всегда осторожен, но в этот момент сжимает ягодицу до боли, заставляя задержать сбившееся дыхание. Мин терпеливо ждёт момента, когда младший будет готов, но уже может спустить от одного его задушенного стона, который тот не успеет выпустить до конца, начав задыхаться новым, потому что Юн входит не предупреждая, ударяясь с характерным шлепком об упругую задницу Тэ, начиная двигаться медленно, растягивая удовольствие. Ким вздёргивает голову кверху, перед глазами расстелаются вселенные, а внутри чувство заполненности приносит неимоверные ощущения. Мин не торопится, вытрахивая Кима без какой-либо грубости, лишь издеваясь и наслаждаясь этим. Небольшое помещение заполняют вдохи и выдохи, шумные тэхёновы вскрики и поскуливания. Тэ закидывет голову на плечо Мина, заводя одну руку за спину и хватая за волосы на затылке, утягивая в смазанный поцелуй. Рука проезжается по стеклу, чтобы удержаться, когда Тэхён блядски скулит "папочка", кусая губы до алого. И Юна подрывает снова, а он вдалбливает поддатливое тело в кафельную стену, и Тэ теперь уже оборачивает ноги вокруг Мина, залезая своим языком в рот, кусая губу с пирсингом, а Юнги проезжается металлической бусиной по нёбу Тэхёна, вызывая приятную щекотку. Мин ставит неустойчивого парня на ноги, наблюдая за тем, как вздымается его грудь, и он доводит себя до разрядки, а после приходит к точке сам. — Извращенец. — скалится Ким, поднимаясь на трясущиеся ноги, изо всех сил стараясь совладать с самим собой. — Мхм. — мычит Мин, пока руки Тэ оборачивают торс, а губы прижимаются к мокрой спине. Ким массирует затёкшие мышцы, водя пальцами по телу. — Я хочу поспать после такого. — шепчет он устало, когда они вылазят из душа. Ким весь распаренный и сексуальный вперемешку с очаровательным румянцем на лице. И это какое-то невероятное комбо, вызывающее в Мине миллионы взрывов. Они вваливаются в спальню снова, Юнги тоже устал после уборки дерьма, которое он вчера натворил и всего остального, поэтому падает на кровать, раскинув руки. Тэхён забирается сверху, прижимаясь своими губами к миновым, пока на того капала вода с мокрой головы. На нём махровый халат, который он стащил из ванной, и пока он елозит задницей по паху Юнги, тому становится снова до жути плохо от этого. — Хочешь ещё, м? — хитро и лениво говорит он, а  Тэ мотает головой, укладывая её на груди. — Хочу спать. — отвечает он, закрывая глаза. Дыхание Тэхёна выравнивается, изредка трепещут пушистые ресницы и от него веет спокойствием, но Юнги хуёво. Он не знает что делать, пытается цепляться за хоть какие-то надежды, но понимание больно бьёт по голове и от этого выть хочется. Но Юнги обязан выбраться из этой ситуации, поэтому ускальзывает от Тэхёна, оставляя того нежиться в лучах утреннего солнца. Тэ просыпается три часа спустя, не обнаружив с собой Юнги. Хмурится и бродит по квартире, наконец решаясь ему позвонить. Приятный махровый халат ластится к нагому телу, и Ким словно в красивом фильме, хоть и нет шикарных апартаментов с видом на весь Сеул. — Юнги? — спрашивает Ким, когда трубку поднимают. — Куда ты пропал? — Я уже еду. — коротко отвечает тот, вздыхая на конце провода. — Недавно проснулся? — Да. Всё... — Тэхён не знает как верно спросить Юнги, понимая, что вопрос назревает наитупейший. Он нервно грызёт ноготь, меряя помещение широкими шагами и метаясь туда-сюда. — Всё нормально...сейчас? — аккуратно спрашивает он, натягивая на себя бельё и встряхивая всё ещё влажные волосы. — Я не знаю, Тэ. Я не знаю. — Мин отвечает совсем потерянно, чем заставляет сердце Кима болезненно удариться о собственную бесполезность в этой ситуации. — Я жду тебя. Хорошо? — всё, что он может ему предложить. И это, блять, просто отвратительное чувство. Минуты идут долго, но когда Мин приезжает, то выглядит таким уставшим и поникшим, что Тэхёну остаётся только тянуть его за собой в комнату, переплетая их руки и ноги вместе. Укладывает свою голову у него на груди снова, целуя подбородок. — Куда ездил? — Говорить с некоторыми людьми, но они не могут ничем помочь. Я...я не знаю, что мне делать. Но я не собираюсь позволить отобрать Найян, потому что это сведет маму с ума. Я, блять, пиздецки его ненавижу. Всей душой ненавижу эту мразь. — цедит сквозь сжатую челюсть, нервно дыша. Ким чувствует, поэтому поднимается обратно, даря лёгкий поцелуй в уголок губ и опускаясь ниже. — Я не знаю, что должен сказать, Юнги. — признаётся он,  гладя шрамы на руке и принимаясь выцеловывать их тоже. Мину хочется дарить заботу и всё без остатка. И это так невероятно странно, учитывая длительность их отношений. Юнги засыпает, когда на улице начинает темнеть, а Тэ перебирает пряди волос в своих руках, запоминая запах сигарет и мяты. Гук временами долбит телефон расспросами на пару с Джуном. Ким им всем дружно отвечает, что занят какой-то девушкой. И они, на удивление, отстают. А спустя пару дней Тэхён в одиночку летит в Тэгу, Намджа в Ильсан, Чонгук вместе с Паком в Пусан, а Юнги остаётся ненадолго под предлогом каких-то дел, и Тэ даже хочет надавить, но откладывает идею, спешно целуя в щёку Юнги и уходя на рейс.