Маска молчания

Сегодня, я, как и всегда, работала, пусть в школе и был выходной в честь предстоящего выпускного. Сидя за стойкой администратора мной изучались на сотый раз журналы с возможными заказами. Хозяин магазинчика ходил мимо полок, проверяя пригодность инструментов. Было видно, как сильно он любит свою работу и музыку, ибо обычно хозяева не работают на равнее с обычными кассирами или продавцами-консультантами. Был уже вечер, но так как ушли ещё не все покупатели, пришлось задержаться, чтобы клиент пришёл сюда не зря. Оплатив свой инструмент, он ушёл, мило попрощавшись с нами. Я начала собирать свои вещи в портфель, надела чёрную шляпку, переобулась и собиралась, уже было, уходить, как вдруг в магазинчик зашёл Марк. Его огромная фигура надвигалась именно на меня, это было видно по взгляду, устремлённому прямо в мои глаза. Когда парень подошёл, его большая ладонь накрыла моё запястье, крепко сжав его, чтобы я не вырвалась, хотя вроде бы и не собиралась брыкаться особо. Когда мы вышли на улицу, Марк отпустил мою руку и направился вдоль по улице, которую вновь озарял персиково-красный закат. Прошло несколько минут, лишь затем, он начал говорить низким, слегка хриплым голосом: - Знаешь, я понимаю тебя, ведьма. Два года назад мои родители погибли в аварии на моих же глазах. Тогда мне чудом удалось выжить, но за это пришлось заплатить огромную цену. Хах, теперь у меня в спине стоит железная пластина, а руки все в шрамах. Мне знакомо чувство потери кого-то очень дорогого, поверь, но нужно из этого выбираться сразу, пока не впала в бесконечную депрессию. Не думаю, что твой отец хотел бы видеть свою маленькую дочурку в таком удручённом состоянии. – В его голосе чувствовалась огромная забота и понимание и вдруг даже как-то жить захотелось. Мне ,и правда, уже довольно сильно надоело то, что я хожу, как пожёванная какая-то. - Ты сам-то сколько времени из такого состояния выбирался? – я уже давно ни с кем не разговаривала и было немного непривычно снова контактировать хоть с одним из окружающих меня людей. Пока мы с ним беседовали, успели дойти до набережной, присесть там на бульвар и полюбоваться догоравшим закатом. Правда хотелось побыть здесь подольше, кроме того, дома теперь меня уже никто и не ждал. - Думаю что-то около месяца, но, знаешь, мне тогда никто не помогал. Ведьма, поверь мне, как бывалому войну. Я прекрасно знаю, о чём говорю. Конечно, после этого ты не станешь такой как прежде, но, возможно, ты станешь даже лучше, – его огромная фигура, хриплый низкий голос и упругие мышцы теперь совсем перестали казаться пугающими, и одежда в тёмных с цепями или черепами как-то даже располагала к себе. Его красивые тёмные волосы развивались на ветру и освещались оставшимися лучами солнца. Хотелось бы, конечно, чтобы при такой обстановке могла что то пробудиться, но нет. Не бывать этому Я рассматривала его лицо так же, как в первый день в школе, но теперь переживала совсем другие эмоции. Странно признавать то, что люди действительно в какой-то степени все лицемерны. Это даже обидно, почему-то. - Я… Хочу прийти в себя, правда, но… На это, видимо, для меня нужно чуть больше времени и поддержки. Первые недели я даже людей-то видеть не хотела, а ты хочешь, чтобы у меня всё прошло, – из меня было сложно выдавить и слово, но именно при этом человеке действительно хотелось говорить, хотелось по истине жить. Жить так, чтобы не жалеть ни об одной прожитой минуте. Жить и радоваться каждому вдоху свежего воздуха и в любой ссоре видеть что-то хорошее. - Если ты не против, я могу попытаться помочь, - я ждала этих слов. По крайней мере, мне действительно хотелось их услышать. Видимо просто так с такой болью не справишься, какой бы сильной ты себя не считала. - Мне действительно нужна помощь.