Другая Третья Эпоха

*** Грузовые порталы выбросили войско Арагорна перед Мораннон. Черные Врата, как и ожидалось, были уже восстановлены. Чуды прикрыли небольшую армию от стрел со сторожевых башен, и за дело принялся таран, усиленный «Кузнечным молотом» четвертого уровня. С третьего удара Ворота рухнули, и воинство устремилось в Удун, сметая подвернувшихся по пути орков. Стычки прекратились, едва атакующие прошли ущелье. Арагорн не обольщался. – Нас заманивают. Враг хочет встретить нас всей мощью, которую успел накопить, и в том месте, которое сам выберет. – Это нормально, – пожал плечами Ортега. – Смотри же, Саурон! – Арагорн не в первый раз воздел перед собой Сломанный Меч. – Смотри и узнай меч Элендила! Его потомок идет, чтобы спросить ответ за твои преступления и кровь своих предков Элендила и Исилдура! – Да ладно тебе, – поморщился нав. – Всё он уже слышал. Марш продолжался. Все колодцы по пути оказались отравленными, воды в здешней удушливой атмосфере не хватало, и приходилось ее доставлять порталами. Багровый луч все время маячил рядом и действовал на нервы, пока Ортега не прицепил к нему «Навский аркан». Луч свернулся в кольцо, а в воздухе невыносимо завоняло сероводородом с примесью меркаптанов. – Ортега, мать твою – пусть уж лучше шарится, чем так смердит! Тут не все обоняние отключать умеют, а челы еще и отравиться могут! «Насколько я помню здешние красоты, до самого Барад-Дура обороняющимся не выбрать такой позиции, чтобы давала заметное преимущество. Это что – до крепости со скоростью челов топать, а потом в этой компании осаду устраивать? Жалобы шасов разбирать, и то интереснее»! Вопреки опасениям нава, челы – северные и гондорские дунаданцы – оказались способны на изрядные марш-броски, вдобавок, безо всяких стимуляторов, за которыми то и дело тянулись наемники. Перед последним отрезком пути Арагорн объявил передышку, но тут нав был с ним согласен – на поле боя отдыхать не дадут. Чуды общими усилиями сумели заблокировать Око и гордо поглядывали на Ортегу. Гарка делал каменное лицо «а мне этот идиотский луч по барабану». Леголас весь остаток ночи ходил дозором с верным луком, высматривая шпионов, хоть часовых и без него выставили немало. Командир пятого арната ворочался на своей подстилке и мысленно обзывал Трандуила мудаком. Их ждали на подступах к Барад-Дуру: Саурон не собирался сидеть в осаде. День так и не наступил: противник накрыл Горгорот непроглядным мраком, в котором орки и тролли чувствовали себя, как дома. Навы тоже, чего нельзя было сказать об остальных. Воинство Саурон расположил, как на картинке из учебника по тактике. Обойти его с фланга было невозможно, и оставалось лишь атаковать в лоб в надежде пробить брешь в плотной черной орочьей стене достаточно быстро. Ни одна сторона не предлагала переговоров и не собиралась брать пленных. Им почти удалось – до того, как с флангов подтянулись первые тролли. Арагорн бросился вперед, и Нарсил, вдоволь напившийся черной крови орков, с удовольствием разбавил ее тролльей. В первый момент схватки навам было не по себе, но они очень скоро перестали ассоциировать врагов со своими, очень уж мерзкие рожи были на той стороне. «Хотя, – подумал Ортега, пытаясь растянуть магическую защиту от стрел и дротиков на максимальную площадь, – если, к примеру, советников взять… Не зря князь их брать не велел». И тут Саурон вытащил из рукава козырные карты. Растянувшись в цепь, выехала на поле сражения девятка всадников в черных плащах, и громкий леденящий вой переполнил страхом сердца опытных воинов, а орки радостно заорали и ринулись вперед со всех сторон. «Они же не живые! – просканировал Ортега ближайшего. – Они не могут существовать без своих артефактов. Зомби, в печенку Спящего!» Арагорн, побледневший было и опустивший меч, собрался и вновь ринулся вперед. – За мной! Не страшитесь тьмы, рыцари Запада! – Давай, Арагорн! Главное – разорвать их связь с Кольцами! Нарсил справится! – Я не боюсь призраков! – орал Леголас немного правее. Стрелы его спешили двоих всадников, но сквозь них самих пролетали, не причиняя особого вреда. – Аринга, где мои заговоренные? – А святой воды тебе не подать? На хрен они тебе против зомби! Назгул поравнялся с эльфом, занося клинок, и нав метнул «Эльфийскую стрелу». С тем же результатом, что и обычные. Всё, что сделал аркан – задержал удар, дал Леголасу возможность отскочить и наложить на тетиву новую стрелу. – В артефакт бей! В кольцо! Правый указательный палец! В последний миг эльф изменил направление выстрела, и замогильный вой перестал нести с собой ужас, черный плащ упал на землю грудой материи. – Есть! Ну, держитесь, твари Саурона! Арагорн тоже развоплотил своего противника, нанеся точный удар по руке с кольцом. – Сдерживайте орков и прочую нечисть! – кричал он своим. – Не страшитесь слуг Врага – их можно уничтожить! Не приближайтесь к ним – обычное оружие не поможет! Маги, ко мне! Но главарь назгулов был не так прост. Уходя от боя с опасными противниками, он гнал вперед вопящих бойцов Саурона, заставляя усиливать нажим. Место одного убитого занимали двое, и все шло к тому, что атакующих просто-напросто сомнут и задавят массой. Тут и там срабатывали «Дырки жизни» – тяжелораненые бойцы и последние журналисты покидали поле боя. Первые – чаще всего без сознания, вторые – с возмущенными криками о нарушении всех и всяческих конвенций и правил ведения войны. Кто-то уже подсчитывал стоимость своей шишки. – Комиссар, можно я малость поработаю руками? – скороговоркой произнес Ортега и ринулся к Королю-Чародею, сунув катаны за спину и на ходу сгущая в их подобия тьму, истекающую из пальцев. – К-куда, – ухватился он за поводья назгулова коня. Всадник вылетел из седла и тут же поднялся на ноги, занося клинок над головой. – Смертному мужу не под силу меня убить! – Твои приятели, наверно, тоже так думали. Я на бессмертие не претендую, но, видишь ли, обо мне ничего не говорится в пророчестве, в которое ты так свято веришь. Ортега ушел от удара призрака, и сотканные из Тьмы клинки начали смертоносный танец, обрывая подпитку неупокоенного духа давно мертвого человского владыки от двух артефактов – кольца и короны. Лишившись вожака, уцелевшие назгулы дрогнули и, бросив свое воинство, отступили к воротам Черного Замка. Вдохновившись их примером, стали разбегаться и орки. – Сейчас он засядет в своей крепости, как крыса в норе, – пессимистично буркнул нав. – Нет, – возразил Арагорн. – Сейчас он выйдет сам, чтобы покончить со мной, как вышел некогда навстречу Гил-Гэладу и Элендилу. – Плохо быть таким предсказуемым. – Я, конечно, не они, но и он пока еще не тот. И знаешь что, Ортега? Ты, конечно, с назгулом здорово помог, но Саурон – мой. – Он тебя убьет. – А если он падет не от моей руки, меня никогда не признают королем. Со всеми вытекающими последствиями. Тебе, может, странно это слышать, но для меня разница невелика. – Делай, как знаешь, – Ортега потянул из кармана последний черный брусок. – Дай, я хоть защиты на тебя наверчу, сколько успею. Величайший колдун Средиземья вышел из ворот Барад-Дура, и даже слабые маги чувствовали, насколько он переполнен энергией. Он шел и, не скупясь, сыпал по сторонам молниями. Одна прилетела Леголасу, попытавшемуся навести лук, и Аринга, взвалив эльфа на спину, бегом потащил к эрлийцам. Ортега прикидывал, сколько продержится защита Арагорна. Пока что бывший Сломанный Меч и сам неплохо отбивал огненные стрелы. – Так это ты осмелился бросить мне вызов, презренный червь? – От презренного червя уже бы один пепел остался, а я еще могу сказать, что ты урод и морготова шестерка. Читал я рассказы, как он тебя в Ангбанде имел во все места, а ты знай подмахивал и еще просил. Про эльфов я тоже читал, но у них по любви было, а тебе ж это чувство неведомо. *** – Пора! Межконтинентальный портал открылся в тот самый момент, когда Арагорн говорил Саурону об его отношениях с Морготом. – Хорошо, что ваш маньяк не знает о нашей магии. Знал бы – защиту от порталов поставил. – Вы Источник чувствуете? – прорычал князь, пока Сантьяга и Гэндальф расчищали главам Великих Домов путь. Бильбо робко жался сзади, мечтая поскорей оказаться от этого жуткого места как можно дальше. А заодно и от этой компании, особенно от князя. – Н-нет… – Вот и я нет. А как они фонят в штаб-квартирах, не мне вам рассказывать, не хуже знаете. – Может, его вовсе и не было? – Он сокрыт, – удрученно произнес Гэндальф. – Я должен был предусмотреть это. Саурон не доверял даже ближайшим приспешникам. – Но мы же с Ортегой его чувствовали! – Значит, и хозяин учуял следы незваных гостей, – предположила Всеслава. – И перепрятал шкатулку с драгоценностями. – И что теперь? – К примеру, ворота, сделанные гномами и закрытые, даже я не смогу увидеть без нужных заклинаний. А тут трудился куда более сильный чародей. – Подобрать поисковые заклинания? – Это масса времени, – ответил за Гэндальфа комиссар, – которого у нас нет. В сплошном клубке огня, который обрушил на Арагорна разъяренный Саурон, больше нельзя было различить отдельных молний. Дунаданец бросился наземь, откатился, вскочил и попробовал достать врага Нарсилом. Добился лишь того, что второй клубок зацепил его самого. Он был слабее первого, и защита устояла. Арагорн лишился шлема, лицо его было покрыто копотью. Он перехватил Нарсил двумя руками и сделал шаг навстречу врагу. – Я не раз задавал себе вопрос, не совершаю ли ошибку, беря с собой Бильбо, – говорил Гэндальф. – Я оказался прав, и правота моя самому мне горше ошибки. Ведь сейчас нам, мудрым и могущественным магам и правителям, остается лишь смотреть на маленького хоббита из мирного и уютного Шира, которому, буде он осмелится, предстоит надеть Кольцо в сердце Вражьей мощи. Только так Хранителю может открыться Источник. – Почему малыш, а не кто-то из нас? – спросила Всеслава. – Вы доверите, ваше величество, надеть Кольцо мне или князю? – С двумя Источниками любой из Домов может стать сильнее, чем два других, вместе взятые, – выступил вперед Франц де Гир. – Я не готов полагаться на ваше слово, что эта мощь не обрушится на нас. Как и вы на мое, подозреваю. Вопросов больше нет, Гэндальф все верно решил. – Ты слышал, Бильбо? – печально спросил маг. – Ты сможешь? «Ни за что!!!» – Я постараюсь… – Хочешь пасть от клинка, а не быть зажаренным, как кабан на вертеле? Я окажу тебе эту милость. Ты узнаешь, какие невыразимые словами муки испытывает душа смертного, выпитая моим мечом. Ты ведь найдешь слова, последыш, или только вопли, как и все остальные? Сияющая, с черными переливами, сталь Нарсила приняла на себя могучий удар широкого черного меча. И выдержала его, хотя Ортега был почти уверен – переломится. «Ящик коньяку мастерам поставлю. Два ящика! Ну, еще немного продержись, парень!» – Элендил! – зычно воскликнул Арагорн, вознося меч для удара. Кольцо, свободное от сдерживающих заклинаний, раскалилось добела в одну секунду. – Мы поможем, – участливо шепнул кто-то сзади. Бильбо не разобрал, кто, ему было слишком страшно. Он оставил попытки сглотнуть стоящий в пересохшем горле комок и, зажмурившись, сунул палец прямо в ярящийся пламенный сгусток. Было больно, но не так нестерпимо, как он ждал. Видно, стоящие за ним маги и впрямь помогли. Сила вокруг них – красная, зеленая, черная – была такой зримой и почти осязаемой, что едва не сбивала с ног. Сила клокотала в кольце Гэндальфа – теперь Бильбо отлично его видел – и на конце Жезла. И, словно негодуя из-за вторжения, поднималась из глубин Барад-Дура навстречу сила, что сама была темная и жуткая суть этого места. Всепоглощающая сила, по сравнению с которой хоббит чувствовал себя даже не былинкой, не песчинкой в пустыне – одиноким атомом в пустоте размером с Вселенную. То есть, он мог бы так подумать, если бы знал слова «атом» и «Вселенная». Но у него было Кольцо, и песчинка способна была вызвать обвал, сметающий горы. – Я повелеваю тебе… – чужим, мертвым голосом стал Бильбо приказывать безграничной Силе. Крохотная песчинка – целому миру. «Не-е-ет!» Нарсил спружинил, не в силах рассечь черный заговоренный доспех, и вырвался из рук Арагорна под ударом тяжелой боевой перчатки. – Это все, на что ты способен? – гулко захохотал владыка Барад-Дура. Издевательский гогот так достал Ортегу, что он плюнул на обещание и стал формировать пару «Шаровых молний», вкладывая в них все, что мог. Саурон занес черный меч, преграждая Арагорну доступ к лежащему в золе и пепле Нарсилу. И замер, прислушиваясь к чему-то, происходящему вдалеке. – Воры! Грабеж! – оглушительный вопль перекрыл шум битвы. Построить портал он не мог, но мысль его понеслась к Источнику – приказ сжечь незваных гостей, чтобы не осталось даже горстки праха. О, если бы с ним было сейчас Кольцо! Арагорн схватился за рукоять Нарсила и отчаянным усилием направил меч вверх, метя в прорезь для глаз на черном шлеме. – Я не хочу… – простонал Бильбо, валясь на пол. Крепкий камень рдел и трескался от жара Кольца, упавшего на него вместе с черной головешкой, в которую превратился палец хоббита. – Вы поняли? – вскричал де Гир. – Да! Память хоббита была для высших магов открытой книгой, он ведь и не пытался ничего утаить. Мужчина, женщина и фигура, скрытая черным балахоном, спешно трансформировались. Черный, зеленый и красный потоки, сплетаясь, понеслись и Источнику Барад-Дура под заклинания на трех языках. – Может, и без этого обойдутся, но не могу не приложить Жезл, – сказал Гэндальф, и в переплетение добавились светящиеся линии от его посоха. Сантьяга придавил каблуком Кольцо, покатившееся было по полу. Грохот взорвался в подземельях, закладывая уши, и вздыбилась стены твердыни. – Портал! Тут вот-вот будет Большой Каньон! – Хоббита не забудьте! – Да я скорее вас всех тут забуду! – Нашим порталом пользуется, и нам же грубит. Саурон Черный повалился навзничь, гремя доспехами о мелкие камни. – Это…всё? – Арагорн с трудом верил своим глазам. – Всё, всё, – Ортега, заставив «шарики» исчезнуть, подошел ближе. – Его отрезали от энергии, иначе он бы тебе такой сдачи дал – мало б не показалось. – Так вообще в доспехах что-то есть? – Вряд ли. Развоплотился и без Источника обратно не соберется. – Надеюсь, дух его отправился прямиком к Морготу. – Да куда угодно, лишь бы здесь не отсвечивал. Рядом появились вихри порталов, начали расти и расширяться. – Уходим, быстро! – принялся командовать Сантьяга, выскочивший из одного. – Каждый к ближайшему порталу! Бросайте всё ненужное, берите только раненых! Живей, если не хотите провалиться под землю!