Эосский сплетник

Люцис. Каэмский мыс. Наши дни. Ноктис Люцис Кэлум негодовал. Во-первых, из-за выхода очередной статьи пресловутого «Сплетника», во-вторых, потому что Промпто не позволил разорвать в клочья паршивую газетёнку и сейчас перечитывал, сидя на заборе и комментируя загадочным «У-ух!» наиболее пикантные подробности, а в-третьих… В-третьих, их план внедрить в мужскую компанию особь женского пола с целью пресечь досужие статьи с треском провалился. Больше того, если б не Ирис Амицития, то, возможно, сюжет на жёлтых страницах был бы иным, тем, к которому они, считай, привыкли. Но это… Женское присутствие не просто не помешало новому выпуску, посвящённому их компании, но и развернуло тему на сто восемьдесят градусов. — Я не баба! — негодовал Ноктис, пиная полуживого кактуара. Зелёный монстрик, растеряв добрую часть своих иголок, пытался уползти под ближайший куст, но ботинок принца настигал его с завидной регулярностью. — Сюда! — помахал рукой Гладиолус, и будущий король Люциса отправил кактуара в полёт над свежевскопанными грядками огорода. Амицития принял пас левой лодыжкой, пару раз подбил кактуара коленями и нацелился аккурат в просвет между Игнисом и воткнутой в землю лопатой. — Не баба, ясно! — продолжал возмущаться Ноктис, требуя поддержки у друзей в собственной мужественности. — Не знаю, полнит ли Монику её костюм! Не в курсе, какой цвет машин будет в моде в следующем месяце! И без понятия, стоит ли Ирис перекраситься в блондинку! — Конечно, — спокойно согласился с ним Шиенция, что стоило ему драгоценных секунд потери внимания. — Ты не женщина. — Скажи это репортёрам… — Го-ол! — закричал Гладиолус, победно вскидывая руки, когда кактуар пролетел мимо головы Игниса, лишь слегка задев рукоять лопаты. — Как я тебя отделал, очкарик! — Ты бы поаккуратнее в выражениях, — предостерёг его Шиенция, с досадой проводил взглядом убегающего за пределы поля кактуара и посмотрел в сторону увлечённого чтением Аргентума. Тот в эту же секунду встрепенулся и, смяв газету, спрыгнул с ограждения и подбежал к друзьям. — Слушайте… — глаза Промпто лихорадочно блестели. — Это же… Это так… — Глупо, — зло перебил его Ноктис. — Но очень впечатляюще, — ухмыльнулся Аргентум. — А девушки действительно делают это… Друг с другом? — А мы, парни, делаем? — в свою очередь спросил Игнис, вгоняя в краску Промпто. — Фу, безусловно, нет! Так то ж мы… — замялся он. — Но вот девушки… Я бы на такое посмотрел! А вы? — А я бы убил того, кто это написал, — сжал кулаки принц. — Что именно? Это? — и Аргентум, которому не терпелось обсудить с друзьями статью, стал торопливо искать нужный текст. — Если ты ещё хоть раз упомянешь о том, какого размера у меня грудь, я… — предупреждающе начал Ноктис, но Промпто обиженно возразил: — Тут не указано, какая у тебя грудь! Ни у тебя, ни у Игниса, ни даже у Гладио. Амицития поперхнулся и угрожающе оскалился. — Что ты хочешь сказать этим «даже»?! — Ведь тут обо всех нас… — пролепетал Аргентум, испуганно попятившись. Гладиолус вырвал газету из рук Промпто, пробежался глазами по страницам, покосился на хмурого Ноктиса и фыркнул. — Вслух, — попросил Амицития Игнис. — «…К сожалению, любимые наши читатели, не осталось никакой надежды на то, что у Люциса когда-нибудь появится достойный король. Потому как, увы, всем жителям придётся довольствоваться королевой. Глупенькой, безответственной, но, как говорится, женщина — что с неё взять? Достаточно иметь симпатичное личико и неплохое приданное…» — Которое ещё необходимо вернуть, — вставил Шиенция. — Я не баба! — в очередной раз повторил Ноктис. Промпто вырвал из рук Гладиолуса газету и продолжил: — «…Думаете это всё? Речь не только о принцессе, но и о её советнице, которая не равнодушна к нарядам своей госпожи и к строжайшей диете, призванной беречь фигуру будущей королевы…» — Я не… — Баба? — закончил вместо Игниса принц, злорадно усмехнувшись. В кои-то веки Шиенция не нашёлся, что сказать, и отобрал «Эосский сплетник» у Аргентума. — «…А также о защитнице юной Кэлум. Как по-вашему, почему госпожа Гладиолус не справилась с лордом Нокс Флёре? Не будь она представительницей слабого пола, ей бы удалось в два счёта расправиться с захватчиком! Однако, девичье сердце не устояло перед магнетизмом и харизмой наследника Тенебре. Это ли не причина поражения?..» — А я-то думал… — съехидничал принц, и газета перекочевала к Ноктису. — «…Остаётся ещё одна верная подруга-блондинка, о которой мы расскажем чуть более подробно, но хотим предупредить заранее: берегите ваши нервы, дамы и господа…» На этой фразе Кэлум не выдержал и разорвал «Эосский сплетник» в клочья. — Заче-ем? — разочарованно протянул Промпто. — Там дальше самое интересное начина-а-ается! — Скоро стемнеет, — предупредил Шиенция, — а на ночь подобное читать не стоит. Аргентум печально вздохнул и вытащил из огорода лопату и грабли. Пока Моника не видит, лучше вернуть на место инвентарь, служивший им своеобразными воротами. — Это бесполезно, — принц посмотрел на медленно окрашивающееся в жёлто-багряные цвета небо. — Что бы мы ни делали, всё равно они выдумывают гораздо более отвратительную чушь. — Это да, — согласился с ним Промпто. — Мы даже исключительно мужской вид спорта изобрели… Этот, как его?.. — Кактуарбол, — подсказал Игнис. — Ага, но всё без толку, — сокрушался Ноктис. — Сдаваться не стоит, — Гладиолус ободряюще похлопал друга по плечу. — Пусть этот противник и силён, но руки опускать нельзя! — Ты так считаешь? — с сомнением посмотрел на него принц. — А то! — усмехнулся Амицития. — Именно поэтому я сваливаю! Его товарищи опешили. — Шутишь? — осторожно уточнил Игнис. — Куда?! — воскликнул принц. — Да так… — замялся Гладиолус. — С Кором потусуюсь, репутацию восстановлю… — А как же мы? — пискнул Промпто. — А вы, пока находитесь вместе, ждите выхода новых статей, — пожал плечами защитник. — Думаешь, разделиться — это выход? — пробурчал Ноктис. — Попробуем и узнаем. Люцис. Арахеольская крепость. Несколькими днями ранее. — И почему вы не позволили мне прикончить всех, канцлер? — Равус Нокс Флёре не скрывал своего гнева. — Беспокоился о вашей репутации, Верховный главнокомандующий! — с искренней заботой в голосе произнёс Ардин Изуния, пряча в полах плаща газетный свёрток. Равус недоверчиво глянул на канцлера. Сперва наследник Тенебре решил, что Ардин предал Императора, но потом убедился, что тот попросту окончательно сошёл с ума. — Заверяю вас, лорд, — вскинул ладони Изуния, — с беглым принцем и его друзьями лучше бороться на расстоянии. И если (уж позвольте дать совет) вдруг, когда-нибудь вы окажетесь с кем-то из этой четвёрки наедине… Бегите! Бегите без оглядки подальше, Верховный главнокомандующий. — Почему? — лишь на одно мгновение Равус был близок к тому, чтобы поверить безумным росказням канцлера, после чего отмахнулся. Но не спросить всё же не мог. — Потому что они, — Ардин ткнул указательным пальцем вверх, — не дремлют!