bittersweet

И ты такой… Даже не знаю, как описать тебя. Нет слов. Просто нет слов.

***

Шаг первый: Вижу цель Во всем, что начинает происходить в жизни Сокджина одним прохладным весенним днем, можно смело винить кожаную куртку Чонгука. Она как отправная точка, начальная координата и просто случайно привлекшая внимание тряпка. Именно за нее, висящую на чужих плечах, цепляется взгляд, когда Джин лениво осматривает заполненный студентами двор, докуривая последнюю сигарету из пачки и отстраненно слушая чонгуков веселый треп. Он мельком глядит в сторону бодро направляющегося к ним парня и отворачивается. Чтобы через секунду посмотреть на него снова. — Это что за плюшевое подобие гангстера? — тянет Сокджин с усмешкой, и Чонгук аж хрюкает от смеха. Парень, что больше на мишку велюрового, чем на студента похож, приближается и сразу перенимает внимание Чонгука на себя. — Вот, держи, — говорит с улыбкой и неспешно стягивает куртку, — Спасибо еще раз, — парень возвращает вещь владельцу и тут же прижимает к животу цветастый рюкзак, прикрывая расползшееся по рубашке кофейного цвета огромное пятно. — Не за что, хён, — кивает Чонгук, — Джин-хён, знакомься, это Намджун, мой хороший знакомый. «Хороший знакомый», о котором Сокджин ни разу за все время общения с Чонгуком не слышал, неловко переминается с ноги на ногу и тянет ладонь для приветствия. — Привет, — кивает Джин, руку жмет и смотрит неотрывно. Намджун слегка тушуется от столь пристального внимания, но, прежде, чем вновь повернуться к Чонгуку, бросает на Сокджина осторожный, оценивающий взгляд. — Ты можешь вернуть ее завтра, — Чонгук протягивает куртку обратно и кивком головы указывает на пятно, плохо скрытое рюкзаком, — Как домой в таком виде пойдешь? — Да я быстро дойду, ничего страшного, — Намджун резво машет свободной рукой и смеется. Выглядит все еще неловко. Немного забавно — в этой своей фланелевой рубашке, очках и с пушистыми персикового цвета волосами. Кем вообще нужно быть, чтобы сделать это со своей головой? У Сокджина вырывается смешок. Очаровательно, думает он. Намджун очаровательный. Возможно, это становится тем фактором, что толкает Джина на совершение каких-то абсолютно несвойственный ему, нелепых вещей. Будь на месте Намджуна кто угодно другой — Сокджин может поклясться — черта с два он бы сказал: — Идем, провожу. Но Намджун стоит перед ним совершенно растерянный и смущенный, все еще очень плюшевый и уставившийся на него округлившимися глазами. Поэтому Сокджин, не колеблясь больше ни секунды, снимает с себя ветровку и накидывает ее замершему парню на плечи. Ветровка большая, свободная: Намджуну даже не нужно в рукава влезать, чтобы она прикрыла пятно. Намджун и не влезает. Он пытается ее стащить. — Что? Не нужно, спасибо! — смеется, но смех мгновенно обрывается, как только Джин с силой опускает руки ему на плечи, не давая стянуть и вернуть вещь. — Нуж-но, — цедит он по слогам, нацепив на лицо максимально приторную (пугающую, вообще-то) улыбку, — Рад был повидаться, еще напишу тебе вечером, — машет Чонгуку, стараясь не обращать внимания на брошенный в ответ красноречивый взгляд и изогнутые брови. Он тащит опешившего Намджуна, у которого по щекам расползаются яркие пятна румянца, к выходу за ворота университета, прямо к припаркованному на обочине мотоциклу. Тот тормозит рядом, смотрит недоверчиво на прокручивающего на пальце связку ключей Джина, и вдруг выдает: — Я с тобой на один байк не сяду, — и, прежде чем продолжить, запинается, словив недоуменный сокджинов взгляд, — Согласно данным исследований, мотоциклы являются… — О боже, просто заткнись, — закатывает глаза Джин, сунув ключи в карман, хватает Намджуна за рукав рубашки, — Пойдем пешком. Тот округляет в удивлении глаза и не успевает вставить ни слова, как Сокджин уже утягивает его вниз по улице. Он поспешно шагает за ним, смущенно облизывая пересохшие губы, и только через пару минут негромко роняет: — Мой дом, — кашлянув, — Он в другой стороне. Шаг второй: Обработка данных Вы, 23.40 Чонгук Чонгук, ответь, это срочно Чонгук-и, 23.51 Я здесь Вы, 23.51 Чонгук Намджуну больше нравится кино или кафе? Чонгук-и, 23.52 Хён О боже, хён Я почти свалился с дивана от смеха Ты меня пойми сейчас правильно, НО Я, если честно, думаю, что такому как Намджун-хён не особо нужен плохой парень с мотоциклом Типааа Ему бы девочку Милую и мягонькую, как он сам Вы, 23.53 Пф Ну вот и посмотрим Вы, 23.59 Я больше не дам тебе ключи от байка Шаг третий: Любовь и котики От Чонгука, который все-таки очень хочет катать на сокджиновом байке своего взбалмошного бойфренда, он узнает, что Намджун постоянно закидывается ежевичным мармеладом. Эдакий ежевичный пиздец. Дайте два, думает Джин, преграждая ему дорогу на следующий день. В руках у него коробка мармелада в форме кошачьих голов — и это крипово, вообще-то — а в мыслях — полнейший сумбур. Намджун застывает с забавным выражением лица и дергано поправляет очки. Неуверенно улыбается, застигнутый врасплох у собственного подъезда. — Эм, привет? — произносит со смешком.  — Привет, — Джин делает широкий шаг ему навстречу, приминая подошвами кед устилавший асфальт ковер из опавших бледно-розовых вишневых лепестков. Весь двор у Намджуна перед домом засажен вишней, и налетевший ветер то и дело срывает лепестки с ветвей целыми снопами, — Держи. Он протягивает мармелад, наблюдая, как мгновенно светлеет у Намджуна лицо при виде сладости. Тот берет в руки коробку, тут же принимаясь рассматривать смешную пеструю этикетку. — Котики, — смеется, — Мило. Спасибо. Намджун поднимает глаза и щурится, растянув губы в довольной, благодарной улыбке. На его щеках тут же появляются четкие ямочки, и легкие вдруг совершенно отказываются выполнять свои функции: Сокджин чувствует, что буквально не может сделать вдох. Парень напротив в очередной раз подтверждает свое полное право на место самого обворожительного человека, которого Джин когда-либо встречал. Самый обворожительный человек стоит, семафорящий красными ушами, и смотрит в сторону. Он поворачивает голову и завороженно провожает взглядом покачивающийся в воздухе лепесток вишни, медленно спланировавший на землю. Сокджин заворожен тоже. Он глядит на красивые намджуновы пальцы, крепко сжавшие коробку с мармеладом, и лениво размышляет о том, как классно бы эти пальцы смотрелись в его, Сокджина, волосах. — Пошли на свидание? — роняет он беззаботно. Намджун вздрагивает от неожиданного звука его голоса и вновь обращает к Джину глаза. Качает головой. Улыбается. — Оу, — говорит, помявшись, — Ты знаешь… Я вроде как не хожу по свиданиям. И виновато разводит руками. *** На их первое свидание Сокджин приходит в рубашке. Шаг четвертый: Художества Во сне Намджун каждый раз случайно сбивает одеяло на пол. Сокджину до рези под ребрами нравится тот факт, что он об этом не понаслышке осведомлен. Его утро начинается с того, чтобы поднять одеяло и закинуть его обратно на постель. Уже потом — растормошить недовольно сопящего Намджуна и отправить его умываться. Тот выходит из ванной все еще сонный и совсем не желающий покидать полутемную квартиру с теплым Сокджином в комплекте, когда за окном — промозглая серость и морось. Намджун плюхается обратно в кровать, заворачиваясь в одеяло. — Давай сегодня останемся дома, — бурчит Джину в плечо и губами ведет по контуру пестреющей татуировки. — У тебя первой парой история искусств, — Сокджин подгребает его к себе рукой поближе и утыкается носом в волосы, — Давай, поднимайся. Чтобы стать великим художником, нужно сначала суметь не вылететь из универа за прогулы. — Во-первых, ты прогуливаешь систематически и почему-то все еще учишься, — поднимает Намджун голову. — Это все моя сногсшибательная харизма, — фыркают ему в ответ. — Во-вторых, я и так стану великим художником. Сокджин жмурится, рассмеявшись, и заставляет Намджуна подняться, оставшись сидящими в ворохе одеял. Тот рукой скользит Джину по предплечью, оглаживая многочисленные рисунки на коже. — И в-третьих, — роняет он как бы невзначай, — Эскиз новой татуировки тебе рисую я. Скрипучий смех Джина обрывается, он хмыкает и покладисто бросает: — Заметано, — а потом, потянувшись к тумбочке, берет с нее черную ручку и машет ей у Намджуна перед носом с хитрым прищуром, — Можешь даже сделать это сейчас. И даже не на бумаге, — и поворачивается спиной, расправив плечи. Свои классные, широкие плечи, узоры на которых хочется выводить не простой шариковой ручкой, а непременно губами. — Могу, — сглатывает Намджун, сняв с ручки колпачок, — На лопатке попробую. Он замирает, сосредоточенно нахмурившись и принимая решение, и потом несмело выводит первую линию. Завершающая оседает на коже буквально через пару минут. Намджун довольно возвращает ручку на место и, подскочив с кровати, идет одеваться. Лыбится. — Все, что ли? — недоверчиво тянет Джин и поджимает губы, получив утвердительный кивок, — И что там? — Сам потом посмотришь. А сейчас, раз уж мне сегодня придется топать на пары, ты пойдешь тоже. — Просто сразу признай, что закосячил и не хочешь показывать. — Иди ты в задницу, вредина, — фыркает Намджун, натягивая свитер. Голова с трудом пролезает в горло кофты, и натянуть ее на себя занимает время. — Детка, — раздается глухой насмешливый голос, и Намджун, все же протиснувшись в свитер, натыкается на деланно грозный сокджинов взгляд, — Следи за языком. Тот только смеется в ответ и кидает ему футболку. Шаг пятый: Шаг Намджун Сокджин честно сидит целую пару и старается не думать о том, что же может быть теперь изображено у него на левой лопатке. Намджун максимально быстро вытолкал его из дома, не дав пробраться к зеркалу, чтобы посмотреть, и теперь Джин только с досадой постукивает пальцами по столу, посмеиваясь про себя. — Хосок, — зовет он одногруппника в ближайший перерыв, снедаемый любопытством, — Помощь нужна. Тот и рад помочь: позволяет утащить себя в туалет и даже не задает лишних вопросов, когда Сокджин ловко стягивает с себя футболку, повернувшись к нему спиной. — Сфоткай рисунок на лопатке и покажи мне, — просит он и сжимает зубы под понимающий хосоков гогот. Тот послушно делает снимок на телефон и ждет, пока Джин снова оденется. — Что это за Намджун? — спрашивает, поигрывая бровями. — А? Джин перехватывает у него телефон и подносит его к глазам, рассматривая фото. Он глядит на него несколько секунд, прежде чем начинает негромко, довольно смеяться, вспоминая заговорщицкий тон Намджуна, произносящего беззаботное «да там ничего особенного». Как же, ага. Ничего особенного. Самое оно, вообще-то. На его левой лопатке, чуть смазанное из-за одежды, выведенное аккуратным, каллиграфическим почерком, красуется росчерком короткое «남준». *남준 (кор.) - Намджун