Snakeskins

В конце концов Артуру пришлось поставить Италии синяк под глазом, но примерно через час он зажил. - Я же говорил, у меня дома мы делаем всё немного по-другому. - Нет ничего незначительного в том, чтобы стать королями! Это были слухи, это был секрет, это были чертовы перешептывания, прыжки и взгляды! Они думали, что Варгас — чёртов член королевской семьи! Артуру понадобилось добрых три часа времени (после того, как он ударил его кулаком), пока Италия был в заключении у Хантингтон, чтобы успокоиться и осознать, то, что другая нация поспешила ему объяснить после разговора с картиной. К тому времени, как Италия был освобождён и с ужином покончено, слизеринцы направились из подземелий в противоположную сторону к совятне, встречаясь взглядами и забавно жестикулируя руками, чтобы заставить Бейкера, Миллер и Финниганов извиниться и последовать за ними. Они действительно пытались привлечь внимание Альбуса, но для них было безопаснее не проходить мимо гриффиндорского стола, который находился так далеко от их части зала, что никто бы этого не заметил. Когда они попросили Бейкера сделать это вместо него, он заявил, что не хочет этого делать, и поспешил за слизеринцами в совятню, чтобы получить долгожданные объяснения от Италии. - Да, исторически Варгас было королевским именем, но я не король, я не принц, а Италия уже много лет является настоящей республикой,- Италия очень прямолинейно объяснял всё своим друзьям, и то, как Скорпиус трижды моргнул, услышав эту информацию, и то, как пуффендуйцы заметно расслабились, услышав его, также помогло успокоить разочарование Артура.- И даже до войны мы не правили, как знаете, указывая на что-то и создавая об этом закон. С моей семьёй только что посоветовались, и если когда-нибудь возникала очень большая проблема, которую нужно было решить без кровопролития, то именно тогда мы и вступали в игру. - Подожди, Уизли думает, что ты принц?- Скорпиусу понадобилось услышать это три раза, прежде чем он понял, и даже тогда, когда он гладил уродливую сову Шотландии Гаса, он всё ещё выглядел сбитым с толку.- Так вот почему тебя привезли в Хогвартс? - Ты как-то говорил мне, что выбор школы в Италии вызовет проблемы,- заговорила тихонько Элли, сгибая руку в своей ястребиной перчатке, а над её головой и на балках неподалёку сидела угрожающе большая стая сов, сосредоточенных на ней и время от времени толкающих друг друга в ожидании, кого она позовёт первым для угощений и игры.- Полагаю… вот почему? - Немного,- ответил Италия с мягкой улыбкой на лице. - В прошлом году, на дуэльном турнире...- Дэвид стоял позади близнецов Финниган и уже бросил на них суровый взгляд, наблюдая за их возбуждённым шепотом, скрестив руки на груди и притоптывая ногой взад-вперёд по полу, медленно обдумывая свои слова.- Тот волшебник, твой брат, разве он не выбросил свою палочку после того, как проклял тебя? - Это была не его палочка,- спокойно ответил Артур, предлагая немного больше информации со своего места у одной из половин стены совятни.- Он взял её у моего брата без разрешения, потому что у него нет своей. - Кажется, ты уже давно об этом говорил, Варгас,- вздрогнул Чарли, хотя до этого он наблюдал за совами рядом со Скорпиусом.- Я думал, что он сквиб, когда ты это сказал, но турнир доказал, что я ошибался. - У него что, её никогда не было?- пискнул Ян, затем прикрыл рот обеими руками и посмотрел на Финна, который вибрировал рядом с ним, подхватывая ход мыслей. - Палочка выбирает волшебника! Нельзя просто так взять чью-то и заставить её работать! - Но он это сделал! - Хватит,- не давая своим младшим одноклассникам опозориться словом, Дэвид сохранял контроль, но не пытался притворяться, что знает больше, чем они, или может придумывать правильный ответ. Бейкер был таким же любопытным, как и все остальные, и ждал, пока Италия ничего не говорил, просто улыбался и позволял тишине длиться. - Мой брат сам сломал палочку, когда отказался от звания после войны,- это Артур уже знал.- Пожиратели смерти творили ужасные вещи в Италии при поддержке короля, поэтому Ловино решил, что эта должность больше не должна существовать,- и в этом заявлении была одна крупица информации, которую Артур никогда раньше не слышал: поддержка? - Мой брат сейчас работает консультантом между правительствами волшебников и магглов в Италии, а его жена занимается ещё и социальными проектами и архивированием. Он не король, она не королева, а я определённо не принц!- Италия просто рассмеялся, продолжая тяжелую тему, а Артур сделал несколько глубоких вдохов и закрыл глаза, чтобы отвлечься от головной боли. Итальянское волшебное сообщество отличалось от того, как обстояли дела в Британии. Он не мог себе представить, даже пятьсот лет назад, когда-либо оказаться в положении, когда волшебный мир будет подчиняться ему в чём-либо. Это означало, что маги Италии знали о нациях того времени, и если только о Южном Италии, то, вероятно, о Северном и Сицилии тоже. Возможно, даже об остальной части семьи в какой-то момент, прежде чем они вымерли… Всё было сложно. Настоящий беспорядок, который, казалось, был очень в духе Уизли, чтобы распространить его по всей школе. - Не могли бы вы, пожалуйста, убедиться, что Пуффендуй и Когтевран это понимают? Интересно, какую книгу должна была прочитать мисс Уизли, чтобы придумать что-то подобное! Это безумие!- безумие — одно из слов для этого, наряду с неудобным, напряженным и немного грубым. - А как же Гриффиндор?- был вопрос Эддисон Миллер, девушки с Когтеврана, стоящей там, в вечернем воздухе, с пальцами, перебирающими её золотистые волосы, широко открытыми глазами, устремлёнными в пол, и голубой лентой, которая раньше удерживала её волосы, обмотанной вокруг её запястья.- Разве мы не должны пойти и найти Альбуса, Роуз и их? - Это Роуз Уизли заварила всю эту кашу,- пропищал Скорпиус, его тонкие губы всё ещё кривились от кислого взгляда, когда он наконец стряхнул Гаса со своей руки и позволил старой сове проковылять по полу к Элли.- Пусть она сама во всём разбирается. - А что, если вместо того, чтобы сказать им правду, мы устроим из этого большое шоу?- предложил Чарли, и Артур, несмотря на всю свою ярость, с любопытством выслушал более высокого мальчика.- Все слизеринцы третьего курса позволяют Варгасу сесть первым, и мы кланяемся ему, как положено, когда он подходит к нам. - Пожалуйста, не надо,- застонал Италия с другого конца помещения. - Мы могли бы дать тебе корону!- Ян Финниган был вне себя, наблюдая, как Финн ахнул и заговорил.- Просто маленькая серебряная вещица, которую можно положить в суику, Варгас, а потом ты сможешь споткнуться и уронить её прямо перед Хьюго в холле. - Если подумать, в моей новой книге по зельям есть смесь, которая делает замечательную серебряную краску,- предложение Скорпиуса было идеальной уловкой для Италии, превзошедшего Артура в рождественских подарках. Он был весьма доволен этим многообещающим планом, даже если сам Италия выглядел испуганным. - Знаешь, сколько неприятностей мне доставит Хантингтон? - Именно Хантингтон изначально дала Уизли эту книгу. - Но ты должен играть свою роль, Варгас,- смеялся Дэвид, а Артур ухмылялся, наблюдая, как Италия переминается с ноги на ногу и нервно крутится на месте, словно это была худшая идея, которую он слышал за полвека.- Оттопыривай мизинец во время чаепития и расхаживай, как павлин, пока все остальные кланяются и расшаркиваются. В конце концов их планы действительно пошли к чёрту и закончились не более чем просто порочным поддразниванием. Однако в последующие дни это не помешало Скорпиусу и Бейкеру впервые сгруппироваться на уроке чар и очень громко шептаться в углу класса Флитвика о коронах и диадемах. В следующий раз, когда Эддисон и Италия попытались одновременно покинуть кабинет истории, мисс Миллер сделала шутливый реверанс, на который Италия ответил тем, что снял шляпу и небрежно помахал ею перед собой в поклоне. В конечном итоге именно Кьяра Сицилийская прояснила ситуацию для школы, отправив Феличиано на его запоздалый день рождения подарок с полным сюрпризом: английскую кричалку! «Я бы вообще не стала тратить время на письмо тебе, но мой муж не перестаёт реветь как осёл с тех пор, как ты сказал ему, что в твоей школе есть идиоты, которые считают тебя принцем! Ха! Какое прекрасное образование ты получаешь, Феличиано, может быть, когда вернёшься домой, ты будешь способен лизать марки и сможешь понять, каким концом лопаты копать канаву!» Она действительно ненавидела его, по крайней мере, так думал Артур, пока глаза Феличиано не стали вдвое обычного, и он не прижал к груди серебряную чашку тирамису, словно в ней был секрет мира во всём мире. Скорпиус даже использовал старую надоевшую фразу сетования: «Интересно, каково это — попробовать это всего один раз», и тут же был поражен предупреждающим проклятием, заложившим ему нос на целый час. Делиться угощением на день рождения не собирались. Достаточно сказать, что к началу апреля факультет Гриффиндор, как сплочённая группа, был полностью сыт по горло всем этим. То же самое было и с друзьями гриффиндорцев по факультету. В первую неделю апреля футбольный мяч Дэвида разнесло на куски во время одной из игр, и Ян Финниган едва не лишился ноги, когда он пнул его и был отброшен назад взрывом чар давления воздуха. Профессор Адриан, которая была главой Пуффендуя, профессором маггловедения у Бейкера и спонсором начинающего клуба, была в полном возмущении, когда они пришли в её кабинет с кусками, и вызвали профессора Малфоя, чтобы он устранил звон в ушах Яна от взрыва. Перед началом пасхальных каникул Элли была первой за столом Слизерина, кто заметил, что Эддисон Миллер не пришла в большой зал с другими когтевранцами. Именно Маргарет Финник позже в тот же день, после того как она отнесла задание по зельеварению за дополнительные баллы профессору Малфою для оценки, вернулась с объяснением причины. - Кто-то отрезал ей все волосы, пока она спала. Я слышала, как она плакала за одной из штор. Это был первый раз за весь год, когда Артур снова увидел маленький чёрный блокнот Италии в своих руках или выскользнувшую из нагрудного кармана мантии. Вместо того, чтобы провести первую субботу пасхальных каникул в Хогсмиде со всеми остальными, четверо мальчиков третьего курса сидели наверху ступенек женского общежития Слизерина, пытаясь уговорить Элли хотя бы подняться с ними в совятню. - Это моя вина! - Ты не сделала ничего плохого, Элли. Флитвик сказал… - Проклятье, что сказал Флитвик! Флитвик наказал тех девушек с Когтеврана, но они бы вообще ничего ей не сделали, если бы не я! В течение нескольких следующих дней Элли не только избегала любого контакта с Эддисон и её шокирующими светлыми локонами, подстриженными под мальчика, но и проявляла почти жестокость, стараясь, чтобы её усадили как можно дальше от одноклассников с Когтеврана. В апреле она провела в туалете Миртл больше времени, чем на первом курсе, и Артур не знал, за чьё разбитое сердце он переживал больше: за Элли или за Эддисон. Встречные проклятия и постоянные перебранки были реальностью в Слизерине, а это означало, что Артур и его друзья уже несколько месяцев назад усвоили привычку ходить в обход с первокурсниками, даже если для этого требовалось немного больше времени, чтобы подняться с четвёртого этажа на седьмой. И хотя это было особенно заметно, когда там был Забини, который трубил и выводил старшеклассников, Артур всё равно заметил слизеринцев пятого и шестого курсов, которые резко меняли направление, когда видели третьекурсников, и либо следовал за ними, либо вели их в общем направлении на уроках. Такой системы не существовало ни на каком другом факультете, и по мере продвижения апреля Артуру пришлось обратить на это внимание. Во-первых, Нэнси, младшая сестра Эддисон Миллер, ни за что не вступила бы в схватку с Лили Поттер, если бы кого-то из них сопровождали старшие когтевранцы или гриффиндорцы. Впоследствии Чарли рассказывал, что был чертовски горд собой за то, что плеснул в лицо ледяной водой из палочки Альбуса Поттера, потому что это означало, что средний ребёнок Поттеров не причинил вреда младшему Миллеру, защищая его. На этот раз, когда гриффиндорцы и слизеринцы их курса вступили в конфликт, Альбус не принёс извинений и не попытался примирить их. По словам Чарли, срок наказания, который они отбывали с профессором Хантингтон, состоял из двух часов мёртвой тишины, проведённых за вытиранием пыли и расстановкой книг в библиотеке. Джеймс Поттер, громко напевающий в большом зале о том, как важно для Гриффиндора выиграть кубок по квиддичу, только что подверг всеобщее терпение последнему испытанию. Однажды вечером в пятницу, ближе к концу апреля, обход совятни после позднего теста по астрономии преподнёс слизеринцам неожиданный сюрприз. Финник и Флинт не выразили причин идти к совам, где у Италии была важная посылка для отправки брату, которая не могла ждать до завтрашнего утра, и вместо того, чтобы отпустить его одного, остальные пятеро пошли вместе. Когда они вернулись в подземелья через проход на четвёртом этаже у лазарета, их удивлением стали три таинственные фигуры, на которые они наткнулись в тёмно-зелёном свечении пещер. Двое из них просто стояли там, но третий яростно шагал, пока их не заметили за углом слизеринцы, идущие по другому коридору к двери своего факультета. Это был Дэвид Бейкер, который выглядел несчастным, стоя там, в своей мантии факультета, Нэнси Миллер, которая была совсем маленькой, но стояла твёрдо, и Эддисон Миллер, которая смотрела на влажные камни так, словно они нанесли ей личное оскорбление. - О нет...- Артур шел рядом с Элли, когда они все обернулись и увидели других студентов, но затем она попятилась прямо на него и чуть не сбила его с ног. - Вот ты где! - Что вы трое делаете в такой час?- задал вопрос Скорпиус и прервал крик старшей Миллер, а Артур с помощью Италии, хотя и знал причину Элли, схватил её за плечи и спросил, что случилось. Ответ, конечно, был Эддисон Миллер. - Элиза Гэмп, ответь мне! Эддисон Миллер была высокой девушкой с очень длинными конечностями и тонким, нескладным лицом. Круглый нос и щёки у неё были усыпаны веснушками, а карие глаза казались немного большими и круглыми. Она очень гордилась своими волосами, отращивая их такими длинными и позволяя им естественно виться широкими, подпрыгивающими золотыми волнами. Она всегда приходила на занятия с лентой другого цвета или, может быть, с красивым набором заколок или шпилек, но теперь это более или менее закончилось. Её волосы были острижены, а чёлка убрана, и теперь у неё были такие короткие локоны, что она походила на пикси, и только. Больше не заплетала косы, не плела и не завивала локоны, а веснушкам и тонким волосам не шёл желтый цвет, из-за которого яблочки на её щеках слишком выделялись. Быть подростком ужасно, но ещё хуже, когда твоя внешность портится без всякой причины. - Не смей убегать от меня! - Я не бегу, я иду спать!- и Элиза прекратила попытки протиснуться сквозь Артура и Италию, быстро развернулась и пошла прочь по коридору от студентов другого факультета. - Это не дорога в твоё общежитие!- крикнула Эддисон. - Вообще-то так,- голос Чарли редко был тихим, но он очень старался не усугублять ситуацию, когда Гэмп унеслась прочь.- Вы все стоите в тупике, дверь…- Скорпиус ударил Чарли, чтобы тот замолчал, а Дэвид резко встряхнулся, прежде чем заговорить. - Я же сказал, что его будет не так-то просто найти!- заорал он, преследуя когтевранцев, пока они все не сбились в кучу, а Нэнси Миллер превратилась в чёрное пятно, парящее над Чарли. - Это коридор с гигантской змеёй в конце!- крикнула Эддисон в ответ, крепко сжав руки, так как она, казалось, не была готова замедлиться.- Это было разумное предположение! - У всех в конце есть гигантская змея!- но мисс Миллер не слушала, потому что Артур и Италия тут же отскочили с её пути, когда она протиснулась между ними, чтобы последовать за Элизой. Девочки исчезли, а мальчики и маленькая Нэнси замешкались лишь на мгновение, прежде чем быстро повернуться и пойти за ними. - Зачем ты здесь, Бейкер?- спросил Скорпиус как можно вежливее, сбитый с толку всем происходящим, в то время как Дэвид закатил глаза с раздраженным фырканьем. - Понятия не имею,- Артур никогда не слышал, чтобы Дэвид звучал так раздражённо.- Когда я вернулся с нашего теста сегодня вечером, Миллер устроила громкий шум у двери Пуффендуя. У меня всё ещё есть телескоп и всё остальное, потому что как только близнецы начали суетиться из-за того, чтобы пойти с ней, староста отправил меня вместо неё! Она сказала, что хочет найти твоё общежитие, как ни странно! - Ну, это немного глупо, поскольку я не думаю, что кто-либо за пределами нашего факультета видели общежитие Слизерина по крайней мере пятьсот лет,- комментарий Артура вызвал такой агрессивный звук в глубине горла Дэвида, что нация ускорила шаг, чтобы избежать встречи с недовольным барсуком. - Брат Лили не причинил тебе вреда, когда ты приняла то заклинание, да? Ведь это была ты, не так ли? - Если Поттер держал запястье прямо, то, возможно, оно было просто немного холодное, вот и всё,- по крайней мере, Чарли и Нэнси мило болтали в конце группы, но только до тех пор, пока не догнали двух старших девочек. - Держись от меня подальше!- Артур споткнулся, и Скорпиус, который шел впереди, заставил группу медленно, неуверенно остановиться, чтобы не попасть под пронзительный перекрёстный огонь двух ведьм, устроивших противостояние снаружи алькова общежития Слизерина. - Ты должна быть моим другом! Мы же говорили, что будем лучшими друзьями!- Боже, они когда-нибудь умели повышать голос. - Ну, мы не можем, потому что твои другие друзья… - ОНИ НЕ МОИ ДРУЗЬЯ! - Чувствую, что нам пора идти,- прошептал Италия, и настала очередь Артура наносить удар. Взглянув на часы, он понял, что у них осталось всего тридцать минут до отбоя, и куда, по его мнению, они могли направиться? - Они должны были быть моими сёстрами, а они сделали это со мной! Я спала, и они… - Так почему ты сейчас здесь, если ты знаешь, что они просто сделают это снова? И они сделают, если ты останешься со слизеринцами! - Тогда они мне не друзья, и я никогда не смогу с ними дружить! У меня мурашки по коже от одной только мысли об этом — это может быть кто угодно на этом факультете, и неважно, что говорит профессор Флитвик, потому что он знает, кто это сделал, не больше, чем я! Шестеро из них, стоявшие за углом, молча ждали, а затем им пришлось страдать от тяжести воздуха, осевшего вокруг них, когда Элли ничего не сказала. Может быть, через полминуты Артур услышал душераздирающе знакомый звук, когда одна из его подруг прерывисто, со всхлипом втянула воздух через нос и, прежде чем заговорить подавила стон, застрявший где-то глубоко в горле. Ему было неприятно осознавать, что Элли плачет… - А что насчёт следующего раза?- её слова звучали густыми от слёз, и Артур просто ненавидел это, закрывая глаза и переминаясь с ноги на ногу, чтобы прислониться к холодной каменной стене в углу, скрестив руки и склонив голову рядом с Италией, чьё плечо прижималось к плечу Артура. - Ты всё равно будешь моим другом, вместо того, чтобы убегать?- и голос Эддисон, если он действительно обращал на него внимание, звучал не намного яснее, чем голос Элли. Её уверенность была столь же сломлена.- Мне нужен хотя бы один друг, который останется со мной… - Но это будет моя вина… - Нет!- голос Дэвида заставил Артура подпрыгнуть, и он услышал, как Италия вскрикнул от удивления. - Нет…?- Скорпиус звучал так же удивлённо, но затем взял себя в руки и высунулся из-за угла, чтобы, по-видимому, увидеть, где стоят девушки.- Это будет их вина, что они были ужасны! Как злые гуси, а не настоящие волшебники! - Гуси не злые, Скорпиус… - Нет, они злые, Элли! Они злые! Просто то, как он это сказал; серьёзный тон его повышенного голоса с грубокой дрожью мальчика, который видел и испытал слишком много от рук некомпетентного профессора дикой природы. Артур послушал его, а затем обнаружил, что откинул голову назад к стене и смеётся. - Вы двое, вы испортили им момент,- отругал их Артур, даже не пытаясь сдержать смех. - Мне всё равно, потому что я отморозил себе зад: как вы, ребята, можете спать в подземельях? - На самом деле в общей комнате очень тепло,- объяснил Италия. - Тепло, я думаю, ты имеешь в виду горячо,- Чарли был в нескольких дюймах от того, чтобы поднять тот же спор, который он вёл с Италией с момента официального перехода с зимы на весну: в общежитии было слишком чертовски жарко, а обогревающие чары всё ещё были активны. Артур собирался попросить Скорпиуса помочь ему прекратить препирательства, когда он оглянулся и увидел, что его другой друг исчез. Выглянув из-за угла, он увидел достаточно, чтобы сквозь тени подземелья узнать двух молодых девушек, крепко обнявшихся, и проникся уважением к благородному молодому волшебнику, спешащему к входу в общежитие, чтобы объяснить, что означали все эти крики и вопли, озадаченному старосте, стоявшему в свете лампы. Прошло несколько дней, и Артур был более чем счастлив потратить целых десять фунтов из своих собственных денег на новый футбольный мяч для Дэвида, несмотря на то, что Италия тайно попросил сделать своего брата то же самое в Риме. Они оба совершенно не обращали внимания на то, что семья Дэвида уже заказала один мяч, поэтому все три мяча прибыли в течение одной недели. Два мяча хранились в кабинете профессора Адриан как запасные, которые можно было взять с собой, чтобы было меньше времени ждать выполнения трюков и ударов ногами на поле. Все предметы, принадлежащие футбольному клубу, были зачарованы самой профессором Адриан, чтобы отразить чужеродную магию. Мисс Миллер была очень любезна, отказавшись от зелья для роста волос от Скорпиуса. Это был довольно волнующий день в конце апреля, когда стремясь показать ей, что всё было хорошо подготовлено, Италия был ошеломлён, когда, придя в совятню после дуэльного клуба, обнаружил, что шерсть Джино увеличилась в три раза по сравнению с обычным объёмом, и что Артур не предложил никакой помощи детям, которые отчаянно пытались привести животное в порядок, прежде чем оно успеет задохнуться. - Он поцарапал Нэнси… - МОЙ КОТ НЕ ЦАРАПАЕТ ЛЮДЕЙ. - Возможно, ты бурно реагируешь, Варгас. - ОН НЕ ВЫЙДЕТ ИЗ-ПОД МОЕЙ КРОВАТИ. ОН НЕ ВЫЙДЕТ. ЧТО ВЫ, ВАРВАРЫ, С НИМ СДЕЛАЛИ? Италия пострадал от очередного наказания Хантингтон за то, что он снова взорвался во вторник, когда Эддисон передала записку со своего стола с Элли, в которой она утверждала, что сожалеет. Справедливости ради, он, вероятно, не должен был кричать «Да, ты должна извиниться!» на итальянском. Апрель подошел к красочному завершению, и для Артура это означало, что они стали ещё на один счастливый шаг ближе к окончанию третьего курса Хогвартса. Он был бы рад, если бы это закончилось.