Snakeskins

Это не оставит его в покое. - Сюда! - Смотри! - Нет! Он мог слышать, но на самом деле не мог слышать. Англия спросил его о том, что отвлекало его каждый раз, когда у них появлялось минутка побыть наедине, но Феличиано не мог дать точный ответ. Даже Чарли заметил, как он вздрогнул от едва слышимого звука, который не был голосом, а просто чувством. - Здесь! - Это неправильно! - Идём! Он чувствовал это в своей груди и ощущал это во рту: холодная, липкая хватка, которая поднялась и исчезла, отрывая его от всего, о чём он только думал или что делал, чтобы попытаться понять, что это было. Ближайшее, что Феличиано почувствовал, чтобы осознать, был внезапный спринт по коридору третьего этажа из музыкальной комнаты, который заставил его затормозить на углу. Из этого ничего не вышло. - Послушай, послушай…! Это было не заклинание, и Англия проверил его на наличие проклятия, Элли попросила Миртл проверить, не преследует ли его призрак, а мёртвая девушка в туалете просто завыла, что она не из набора детектива. Он мог бы попытаться больше сосредоточиться на своих занятиях или больше работать в дуэльном клубе, который увеличил свои встречи до трёх раз в неделю в апреле, готовясь к турниру второго мая, но это было бесполезно. Для этого он и был в Хогвартсе, не так ли? Чтобы выяснить, что не так со школой? Но это всё равно означало, что по субботам, вторникам и четвергам Феличиано и Чарли отправлялись прямиком в дуэльный зал на пятом этаже для тренировок. - ПОДЧИНИСЬ! - Что! - Что? Мистер Варгас, садитесь,- по крайней мере, Феличиано отправился прямиком в клуб, если это означало, что он сможет выжить, слушая шёпот на ухо, который никто другой не услышит, и что в сочетании со стрессом от постоянного нахождения на тонком льду вокруг профессора Хантингтон это не приведёт его к наказанию. Феличиано не собирался участвовать в турнире в этом году. Он был бы рад получить дополнительные пятнадцать очков для Слизерина, который помогли бы им обойти Гриффиндор, но он не мог позволить себе упустить возможность поговорить с братом наедине. Он мог бы просто вообще не ходить в большой зал и спрятаться в классе с Ловино для хорошего, подробного обсуждения происходящего. Ловино, вероятно, сказал бы, что это просто чары так действуют на его голову. Но Феличиано не мог позволить себе снять их, чтобы доказать неправоту брата. Поэтому он собирался проиграть свой предварительный матч, что он уже планировал списать на недостаток практики из-за отработок у Хантингтон. Если он увидит ещё один список английских неправильных глаголов, то съест свою остроконечную шляпу. Кроме того, не было никаких оснований, что Глория и Чарли не пройдут весь путь и не выиграют в сетке третьего курса для Слизерина, поэтому, когда третьекурсники легли спать в ночь на тридцать первое апреля, Феличиано был доволен. У него было письмо от Ловино, которое он перечитал с того утра, чёрный шрифт сообщал ему, поскольку он не звучал так, как будто шутил, его брат согласился приехать второго числа с Шотландией. Он, вероятно, собирался взять с собой Кьяру, но то, как перо Ловино застряло и оставило немного чернил на пергаменте, показало, как мало ему нравилась эта идея. - Тогда желаю удачи, Варгас,- Чарли был надут, как сытый петух, и расхаживал с важным видом в ночной рубашке, всё ещё держа в руке футляр с волшебной палочкой, прежде чем положить его на ночь под подушку. Феличиано провёл пальцами по размашистой подписи брата и убрал письмо.- Она тебе понадобится завтра, когда мы встретимся лицом к лицу! - Вот чего я на самом деле боюсь,- поэтому Феличиано подыграл, немного поскулив, когда Джино уже свернулся у него на коленях, чтобы занять место письма. Англия сидел на своей кровати, скрестив ноги, и его узловатые английские колени торчали из шорт. Они обсуждали план Феличиано, когда Чарли вышел из ванной.- Сегодня ты отправил бедного Яна в стену этим своим обратным заклинанием! - Я сделал, не так ли?- и то, как Чарли сверкнул широкой, довольной улыбкой, почти заставило Феличиано расхохотаться, потому что он был так горд тем, что был таким дерзким. Свет погас, как только Скорпиус вошел в комнату общежития со стопкой бумаг с домашней работой по трансфигурации, которую он делал с Элли и Эддисон. Четвёртый мальчик с шипением бросил домашнюю работу на пол рядом со своей кроватью и залез под одеяло, едва пожелав спокойной ночи. Гриффиндор выиграл кубок по квиддичу с разницей ровно в сто пятьдесят очков. Больше не будет смысла разговаривать со Скорпиусом по крайней мере до конца июня. *** В отличие от прошлого года, где между Слизерином и Гриффиндором было много спелой напряженности, единственными соперниками от Слизерина в предварительном раунде для дуэльного клуба Криви были Италия, Чарли и Глория. Скорпиус был слишком расстроен из-за подсчёта очков, из-за которого кубок по квиддичу оказался в руках Гриффиндора, Элли не была заинтересована в том, чтобы у неё снова выбили палочку, Финник была постоянным наблюдателем даже на собраниях клуба, а Артур не видел причин вмешиваться в это дело. Несмотря на это, Глории было гарантировано место в финале, потому что, когда второкурсники завершили свои матчи, а слизеринцы третьего курса пришли посмотреть или посоревноваться, Чарли и Италия выглядели жалко. Артур прекрасно спал прошлой ночью, как и Скорпиус, но за завтраком этим утром Италия прохрипел ему на ухо, что не менее четырёх раз слышал и чувствовал то, что давало ему столько поводов для беспокойства, и его испуганные вздохи явно каждый раз будили Чарли, который всё ещё спал чертовски чутко. Итак, Глория была фаворитом на победу, и пока профессор Малфой читал им троим ту же лекцию, что и в прошлом году о том, что проигравший в первом матче должен был выйти против третьего, чтобы определить двух участников своего курса, внимание Артура было приковано к другим столам. Близнецы Финниган весело болтали на своей скамейке Пуффендуя, их раунд дуэлей уже завершился, и Ян постукивал одной ногой по полу, достаточно бодрый, но всё ещё с опущенными плечами. Финн однако, вибрировал там, где сидел, так что, очевидно, он прошел квалификацию. Дэвид, вероятно, был в толпе третьекурсников Пуффендуя, ожидающих начала. Особенно громкий крик раздался со стола Когтеврана, где начался их первый матч, и Артур вытянул шею из-за стола профессора Малфоя, чтобы взглянуть на Эддисон Миллер, которая выглядела очень довольной собой, когда спустилась с помоста. В большом зале сидело очень много когтевранцев как со второго, так и с третьего курса. Очевидно, они заняли третье место в квиддиче, сильно обидевшись, и надеялись отыграться на дуэли. Взмахнув палочками, Артур немного застонал за Италию, когда его палочка дала слабый красный свет, который совпал с палочкой Флинт. Конечно, ему пришлось бы проиграть два поединка подряд, но мгновение спустя его озабоченный вид был развеян добрым словом в адрес Глории, прежде чем они вдвоём поднялись на дуэльный помост. Они оба прошли по белой резиновой поверхности, которая несколько часов назад была слизеринским обеденным столом, дошли до своих зелёных квадратов и стали ждать сигнала профессора Малфоя, чтобы поклониться и начать. Глория нанесла первый удар, её тугой маленький поклон выпрямился, когда она взмахнула палочкой, что говорило о том, что она прекрасно помнит, как он отстранил её от турнира в прошлом году. Кончик волшебной палочки Флинт злобно закрутился, рисуя в воздухе синий штопор, и Артур ахнул, когда мощный разряд голубой молнии пронёсся по платформе к Италии. Как бы сильно он не хотел проиграть, удар молнии произвёл звук, похожий на выстрел из пистолета, и Варгас был не из тех, кого можно подстрелить, когда он опустился на одно колено и рефлекторно взмахнул палочкой. Ярко-оранжевая лента зудящего заклинания выскользнула на свободу и, словно занавес танцующего ветра, распахнулась, устремляясь вперёд. Но затем Феличиано опомнился и встал как раз вовремя, чтобы принять обезоруживающее заклинание Флинт, брошенное в панике и бешенство, прямо в грудь. Это отменило его заклятие, и, когда он инстинктивно сопротивлялся магии, его тело сотрясалось в конвульсиях, палочка была решительно выбита из его цепких пальцев. Тишины не было, только шок. - Чт…? - Зачем ты встал?!- Скорпиус, стоявший рядом с Артуром, издал звериный рык, но с первого взгляда было ясно, как сильно бедный мальчик был сбит с толку тем, что только что произошло. Он выглядел так, словно Варгас только что очистил свою метлу от щетины и забил гол своей собственной команде, слишком напуганный, чтобы как следует разозлиться на него. - Зачем он это сделал?- мисс Флинт была по другую сторону от Артура, поэтому он услышал её вопрос, а затем получил от неё грубый удар в плечо.- Зачем он это сделал? - Я, чёрт возьми, не знаю! - Я… я запаниковал!- голос Италии стал пронзительным, когда он придумывал оправдание, но он хорошо изобразил потрясение и почти ужас на этой платформе.- Это было так страшно! Ты действительно работала над этим заклинанием и… и я не ожидал этого! Он немного преувеличивал, учитывая, насколько сложной была работа с палочкой, но Артур затаил дыхание, ожидая, что все остальные ученики поверят в его маленькую историю, когда Италии вернули его палочку, а Глорию отпустили с платформы, чтобы она присела рядом с остальными. У неё было измученное, немного суетливое выражение лица, как будто она только что откусила гнилое яблоко, и Артур только подождал, пока не заметил этого, прежде чем тут же виновато опустить глаза в пол. Профессор Малфой не был заинтересован в том, чтобы торопить Италию и Чарли, у них был отложен целый час для поединков третьего курса, и только двое должны были уйти с дороги. Он просто остался на своём месте на возвышении, которое подозрительно напоминало перевёрнутый котёл, пока два студента обменивались короткими репликами на ступеньках платформы. Когда Чарли, казалось, был готов, он грубо хлопнул Италию по плечу, как бы говоря ему, чтобы он снова включился в игру, и они оба поднялись с улыбками и коротким смешком Чарли. Италия снова занял свою позицию в самом дальнем конце стола, и когда Малфой кивнул ему, чтобы сказать, что у него первый удар, они дождались сигнала, а затем поклонились. Италия просто не мог проиграть Чарли менее чем за три залпа, потому что они слишком много спарринговали в дуэльном клубе. Если бы он во что-то вляпался или допустил слишком резкую осечку, их друг сразу понял бы: у него более острый глаз, чем Артур изначально готов был признать, но он, вероятно, уловил бы разницу между ложным выпадом и настоящей ошибкой. Вот почему, как только голова Италии поднялась, чтобы нацелиться на Чарли, вся его рука пошла за петлёй, чтобы поднять палочку над головой, а затем опустить её с толстым чёрным телом гадюки, вырывающейся на свободу и быстро и дико мчащейся по платформе. На лице Чарли была возбуждённая улыбка, когда он расставил ноги и пригнулся, жажда в его глазах, когда он отвёл одно плечо назад и выставил руку с лизким зелёным светом шипящего огня, который скатился с его плеча и сконцентрировался через кончик палочки. Змея испарилась в тот же миг, когда над головой Хиггса вспыхнул звёздный свет и он чуть не упал ничком. Это был идеальный момент для обезоруживающего заклинания, и Италия не мог им не воспользоваться, поэтому, когда Чарли получил врем перегруппироваться и выставил ногу вперёд, чтобы удержать свой вес, Артур не посмотрел, какое заклинание он выпустил, потому что его взгляд снова обратился на Италию. Он смотрел в пол — он смотрел прямо в середину платформы! Так не прерывают поединок, стоя с опущенной палочкой и широко расставленными ногами под мантией, так что он был похож на статую, или на слона в натуральную величину на шахматной доске! И выражение ужаса в его глазах не… не… что? - Варгас! - Э… Экспекто…! Он взмахнул палочкой, но его глаза не заметили заклинания обратного удара, и Артур обнаружил, что стоит на ногах, когда крик ужаса с другого конца стола перекрыл грохот, с которым Италия был сбит с ног и подброшен в воздух. Чарли исчез, и испуганный взмахом палочки профессор Малфой поймал Италию, прежде чем тот успел врезаться головой в камни и сломать себе шею. Слизеринцы были ошеломлены, пока не послышалось, как Хиггс слабо шаркает по полу, а его вьющиеся волосы, а затем и остальная часть его квадратного лица, медленно поднялись с края платформы. Италия не притворялся, когда Артур быстрым шагом направился к нему, а другая нация снова опустил под тем же пустым углом, под которым его поставили на ноги на полу. Его палочка всё ещё каталась по камням, где он её уронил, а всё его тело стояло, покачиваясь, словно он был готов двинуться в трёх разных направлениях, как только примет решение. Его лицо выглядело измученным, и потребовалось время, чтобы Артур оказался перед ним, чтобы распознать эффект лёгкого удара в спину от незадачливого заклинания. - Ты…? Это был патронус?- Артур прошептал последнюю часть, схватив Италию за рукав под плечом, потому что, казалось, ему нужно было тактильное доказательство того, что Артур действительно стоит перед ним. - С Чарли всё в порядке?- пробормотал Италия, почти не произнося ни слова, и опустил руку на руку Артура, но не попытался оторвать его прикосновение. - Я не знаю, почему он упал, но...- Артур рискнул быстро оглянуться и увидеть Чарли и Скорпиуса, говорящих быстрым шёпотом, так же, как и две нации, профессор Малфой навис над детьми, прежде чем отвести куда-то взгляд. Артур снова посмотрел и увидел директрису МакГонагалл на её тронном месте за нетронутым преподавательским столом, стоявшую там, наклонив голову вперёд, пытаясь разглядеть, что произошло.- Зачем ты попробовал это заклинание? Криви не...- не каждый мог вытащить патронуса из ниоткуда. - Я видел это,- Италия посмотрел прямо на него и — просто то, как его голос упал, пока это не стало похоже на то, что был его язык и зубы, двигающиеся за его губами. Нации, смотрящей сквозь бледно-карие глаза мальчика, было достаточно, чтобы слова казались реальными, без его настоящего голоса, который мог бы их поколебать.- Я видел это,- наблюдая, как он повторяет одно и то же утверждение, Артур понял, почему он должен был просто стоять там перед своим другом, когда взгляд Италии оторвался, снова сосредоточившись ни на чём, оба молчали и пытались понять. - Это было… это было просто призрачное, жуткое нечто!- и Чарли, благослови его буйный дух, поспешил заполнить относительную тишину на их конце зала собственным описанием событий.- Я даже не знаю, что это было! Это не было похоже ни на голову, ни на руку, но это было ужасно! Я никогда в жизни так напуган, а потом я упал на пол! - Не могу сказать, что я...- профессор Малфой, казалось, был в замешательстве, стоя над учениками третьего курса и несколькими младшекурсниками, которые задержались, чтобы посмотреть, и теперь столпились вокруг профессора, когда Артур вёл Италию обратно в ряды группы.- Я, честно говоря, ничего не видел, но я уверен, что видел, как ваши ноги покинули платформу, мистер Хиггс. - Что?! - О, профессор, я не думаю...- Италия выдвинул слабый аргумент, который был заглушен лишь тем, что профессор Малфой повернулся и бросил на них взгляд, высоко подняв обе бледные брови над широким лбом.- Я имею в виду, я тоже что-то видел. - Вы были удивлены, мистер Варгас, а мистер Хиггс потерял самообладание,- профессор объяснил всё просто, и Артур оценил тщательность, с которой он это объяснил, даже если бы он был недоволен решением.- Поскольку вы оба клянётесь, то, конечно, я поверю вам на слово и тщательно осмотрю платформу до приходу четвёртого курса, но правила есть правила, джентльмены. Поздравляю, мисс Флинт и мистер Варгас, я уверен, что вы оба с гордостью выступите от Слизерина завтра. - Спасибо, профессор!- Глория Флинт была очень довольна, когда профессор Малфой, извинившись, отошел, чтобы ответить на странный взгляд профессора МакГонагалл, стоявшей в конце зала, и, как только он повернулся к ней спиной, направилась прямиком к Италии. Конечно, это означало, что она грубо оттолкнула Артура со своего пути, чтобы добраться до него. Он закатил глаза и слишком привык к её оскорблениям, чтобы беспокоиться из-за этого.- Честно говоря, я раньше не видела такого несчастного выражения на лице победителя. Что такого Кёркленд сказал тебе, что ты так расстроился? Он не ожидал, что Италия сломается. - Почему ты так с ним обращаешься?- после того, как он произнёс это едва слышимым голосом, Артур увидел, как расширились потрясённые глаза Глории, прежде чем он услышал остальную часть того, что внезапно сказал Италия.- Артур — мой лучший друг, мой самый близкий друг, извинись перед ним за это, или больше не разговаривай со мной. - Я ничего не сделала!- стоило ли восхищаться твёрдостью характера Флинт? Возможно, учитывая, как она отступила на полшага после быстрых, побеждённых слов Италии, когда Артур заметил серьёзное выражение лица другой нации. Казалось, ему нужно сесть и отдохнуть, но вместо того, чтобы сдаться после своего внезапного заявления, Флинт осталась стоять на своём.- Что на тебя нашло, что ты вдруг стал таким грубым? - Ты толкнула его, а потом плохо о нём отозвалась. Я сказал, извинись. - Это ты должен извиниться! Разговариваешь со мной таким образом! - Эй! Эй, хватит!- Глория была гордой девочкой, а Италия был измученным, напряженным взрослым, бьющимся о собственную маскировку, но Чарльз Хиггс всё ещё был больше и громче их обоих, когда он рванулся вперёд, энтузиазм восстановился после его испуга и падения, и он с силой протиснулся прямо между ними.- Не перед всей школой, вы двое. Приберегите это для турнира и не срывайте злость друг на друге!- он положил одну руку на плечо Италии и показал свою ладонь Флинт, чтобы она не пыталась выйти вперёд, и в этот момент Артур заметил, что Скорпиус на время отделился от группы, чтобы взять палочку Италии, и теперь держал её, ошеломлённый столкновением, которое развернулось у них на глазах. - Я ничего не делала, я просто спросила, что случилось!- в конце своего заявления голос Глории зазвучал на такой пронзительной ноте, что она резко развернулась на каблуках и зашагала прочь, а Финник, затаив дыхание, последовала за ней, бросив ядовитый взгляд через плечо, прежде чем они вдвоём вышли из большого зала, не сказав больше ни слова. Италия поднял обе руки и закрыл ими лицо, медленно качая головой. - Это было не похоже на меня, извини,- он пробормотал эти слова себе под нос, и оставшиеся третьекурсники столпились вокруг него, Артур сделал жест, отгоняя дуэт первокурсников, которые хихикали и слишком пристально наблюдали, пока не заметили, что он смотрит на них. Второкурсник был там, чтобы схватить одного из учеников младших курсов и оттащить его обратно к скамьям, чтобы дождаться, пока выйдут четвёртые курсы и начнут свои поединки. - Это просто значит, что мы все теперь знаем, кому нужен его прекрасный сон, а, Варгас?- Чарли был неукротим, и, хотя его смех был немного слабым, он всё равно старался.- Я не знаю, что на меня нашло, что заставило меня вот так сдаться, но если завтра ты будешь вести себя лучше, я обещаю не устраивать тебе из-за этого взбучку. - Пожалуйста, не надо. Завтра будет и так тяжело разговаривать с моим братом,- остальные трое студентов ахнули, за что Артур получил ещё один удар по руке от Скорпиуса, хотя тот и не выглядел таким уж потрясённым. - Хватит бить!- ему это надоело! - Ты знаешь, что он приедет? - Конечно, я уже знаю! Я знал вчера! - Ну почему? Зачем он приедет?- Элли была занята вопросами, пока Артур удивлялся, почему он попал в такую беду без причины!- У тебя ведь нет никаких неприятностей, правда? - Нет, нет, ничего подобного. Я просил его приехать в этом году,- всё это очень сбивало с толку их друзей, когда Италия наконец убрал руки от лица и забрал палочку у Скорпиуса. Артур очень надеялся, что он единственный, кто заметил дрожь в руке Италии, когда тот засовывал палочку обратно в рукав, не обращая внимания на несоответственно бледный цвет лица. Он хотел спросить вслух, всё ли в порядке с Италией, но знал, что другая нация будет лгать только ради детей и надеяться, что они ничего не заметили, кроме его очевидного нрава.- Извини, Чарли. Может, в следующем году? - В следующем году точно, или в дуэльном клубе на следующей неделе! Натянутое веселье было лучше, чем никакого, и когда Италия заставил себя выдавить из себя улыбку для своих друзей, вмешался Артур, чтобы немного его успокоить. - На сегодня хватит, давайте уложим маленького принца вздремнуть,- за это он получил подозрительный взгляд от Италии, а затем стон от Скорпиуса. - Кажется, мы говорили, что сегодня идём в Хогсмид? Если Харпер заметит меня в общей комнате, в следующем году мне наверняка придётся выслушать ещё одну лекцию о методах поимки снитча. - Эдди и я тоже хотели получить из города новый пергамент и перья,- ну, тогда Скорпиус и Элли могли пойти и назначить свидание: слова, которые Артур Кёркленд был достаточно мудр, чтобы не произносить. - Если завтра у меня не будет хотя бы двух бутылок сливочного пива, чтобы отдать Тому, он превратит меня в лягушку и бросит в озеро,- но тут появился Чарли, который перевесил голос и предоставил Артуру и Италии удобный выход. - Тогда вы трое идите,- это был самый простой способ сделать всех более-менее счастливыми.- Этому большому ребёнку нужно где-то хандрить, а если я не сделаю нумерологию, то буду плакать числом сорок два во сне. - О Боже, только не снова!- воскликнул Чарли.- Я не выдержу ещё одной бессонной ночи! - Скорпиус, как ты думаешь, мы можем зайти в туалет Миртл, прежде чем пойдём?- спросила Элли.- Я хочу спросить её о том, что видели Чарли и Фели. - Я не пойду туда, но да, мы можем пойти этим путём: я подожду,- это означало, что это освободит обе нации для спуска в подземелья, самый быстрый путь лежал в противоположном направлении от туалета Плаксы Миртл. Им удалось легко отделиться от остальных, к которым вскоре присоединились их друзья с Пуффендуя и Когтеврана, и скрыться по противоположному коридору ещё до того, как Бейкер успел задать свой первый вопрос о том, что могло выбить из колеи такого опытного дуэлянта, как Варгас. Они быстро спустились по лестнице и повернули направо мимо доспехов, которые время от времени махали студентам, которым, казалось, нужно было подбодриться. Скрип его запястного сустава преследовал их по другой лестнице и через широкую арку, которая обозначала крутой склон и скользкий спуск в подземелья, залитые зелёным и серебристым светом. - Хочешь поговорить об этом?- Артур подождал, пока они не окажутся в безопасности и наедине в полумраке, прежде чем что-то сказать. - Да, я просто хочу убедиться, что нас никто не слышит,- Италия наконец-то обрёл голос, но он не шел в полный рост и не вёл себя так, будто мог выбирать между лидерством и следованием. Это было глупо и сентиментально со стороны Артура, но было темно, и вокруг никого не было, поэтому он протянул руку и схватил другую нацию за руку. Он не ожидал, что Италия остановится, но это не сделало его реакцию плохой, потому что он также, почти в отчаянии, обхватил пальцы Артура и сжал их достаточно сильно, чтобы было не больно, а просто крепко. - Что ты видел?- спросил он, зная, что Италия уже сказал о том, чтобы уединиться, но он дёрнул его за руку и заставил Италию повернуться к нему лицом. Он снова уставился вниз, приоткрыв губы и медленно дыша через рот, словно задыхался от быстрой ходьбы.- Я знаю, что ты хочешь подождать, но Чарли собирается рассказать всем, кто захочет слушать, так что ответь мне хотя бы на это: что ты видел? - Дело не в том, что я видел, Артур,- чтобы компенсировать необходимость вне безопасного пространства запертого общежития для мальчиков, Италия подошел к нему поближе, так что, его снова заработал нормально после сильного испуга, ему не пришлось повышать его выше шёпота, чтобы Артур его услышал.- Я почти ничего не видел, правда. Может быть, немного дыма, просто синее остаточное изображение не выше твоей лодыжки. Я не знаю, что это было, но… дело не в том, что я видел. - Ты снова что-то слышал, да?- Италия не ответил, он только тяжело кивнул, как будто его голова была полна камней и тяжелых мыслей, которые было слишком трудно нести.- Почему это так на тебя влияет? Ты слышишь всякое с тех пор, как мы вернулись с Рождества: разрозненные слова и не «действительно настоящие» голоса. Просто скажи мне, и мы сможем обсудить это как следует, когда доберёмся до общежития. - Было сказано: «ты не можешь убить меня»,- внезапный переход на итальянский означал, что Артур долго и медленно понимал слова, которые ударили ему в лицо, но у него всё ещё была крепкая хватка Италии на его руке, которая помогала ему двигаться вперёд. Пока он медленно, неловко соединял услышанные звуки со значениями, которые он узнал, Артур чувствовал, как его глаза танцуют на тёмных камнях вокруг них, и говорил себе, что холод, пробегающий по его позвоночнику, был всего лишь эффектом сырого воздуха, а его подсознанием, предупреждающим его о том, что за ними наблюдают. - Убить меня? Я… - Нет, Артур,- его взгляд снова встретился со взглядом Италии, его бледно-карие глаза поймали зелёный свет и отразили его странным и незнакомым образом. Незнакомым было то, что Артур перестал чувствовать рядом с собой Феличиано в определённый момент, который он не мог назвать. Принимать пищу и проводить всё, кроме одного или двух часов в день рядом с ним, кровати были близко друг к другу и сиденья не далее, чем на расстоянии вытянутой руки или шага в течение трёх долгих лет, означало, что в повседневной форме Феличиано не было ничего, к чему Артур не привык бы к этому времени. Быть крепко схваченным за воротник его распахнутой чёрной мантии было почти таким же чуждым, как этот свет, как это незнакомое сияние.- Оно сказало, ты не можешь убить меня. Ты не можешь убить меня. Послушай мой голос, Артур, оно сказало: ты не можешь меня убить… теперь ты понимаешь?- о Боже… Злость. Он смотрел на гнев. - Оно сказало это на итальянском. - Да...- уши Артура звенели слишком громко, чтобы понять, на каком языке пришел ответ, он просто понял его и медленно отпустил пальцы Италии. Когда Варгас оторвался от зрительного контакта, чтобы мельком взглянуть на что-то позади них, он отплатил той же монетой, мягко отпустив мантию Артура.- А за нами с тобой следят. Пойдём, нам нужно многое обсудить. Артур не спорил, он просто последовал. Он даже не посмел оглянуться.