Последняя тайна Мира

После этой истории с Куид-сум-мизер Максим пребывал в исключительно подавленном состоянии. Два дня он пробыл овощем: просто ел, спал и таскался на работу, делая всё на полнейшем автомате. Он пытался проанализировать произошедшее самостоятельно, но оно как будто ускользало от внутреннего взора, покрываясь туманом неясности. В конце концов, на свой страх и риск, Каммерер решился поговорить со Странниками. Едва он переступил Границу, его встретила большая компания людей. Точнее, поправил себя Максим, Странников, принявших привычные его глазам человеческие обличья. Среди них стоял и Рудольф Сикорски - Эксцеленс, а возглавлял это небольшое собрание, конечно, Септариум. На его лице не было гнева или злости, но также не было и снисходительной улыбки. Он смотрел прямолинейно и серьёзно на прибывшего. - Максим Каммерер. - чинно произнёс Септариум. - Ты проявил себя как сильный и ответственный за будущее мира человек. Я счастлив, что мы смогли стать с тобой друзьями. - Друзьями? - аккуратно переспросил Максим. - Простите, не уверен, что наши... отношения можно назвать дружбой. - Возможно, - не сбавляя серьёзности, кивнул Септариум. - Но я вижу, что ты стал понимать нас. Ты следуешь нашими путями добровольно. - Это-то меня и пугает. Когда я успел так измениться? С чего это вдруг я стал сочувствовать вашим взглядам? - Хорошо, если слово "дружба" тебя не очень вдохновляет, как тебе такое определение: "партнёрство"? Мы собрались здесь, чтобы предложить тебе быть нашим партнёром. Быть одним из нас. Ты достоин этого, Максим, я не зря так давно желал познакомиться с тобой. Каммерер так и застыл. - Вы предлагаете... мне... стать Странником? - уточнил он с восторженным ужасом. - Именно, - подал голос Рудольф и вышел вперёд. - Я недооценил тебя, Максим. Ты способен расти и многого достичь сам, если задать правильный вектор твоей энергии. История с Куид-сум-мизер и твоё достойное поведение уже не должны являться предметом моей гордости, но я горд за тебя. Соглашайся. Странники редко посвящают в свои ряды так быстро, как готовы это сделать с тобой. Если помнишь, для меня время посвящения было несколько десятков мучительных лет. Твоё же становление займёт всего пару месяцев. Соглашайся, Максим. Внезапно из-за спины Рудольфа выступил ещё один смутно знакомый Максиму Странник и заговорил: - Я запомнил тебя после нашей общей операции на планете Мирхам. Ты действительно идеальный кандидат в наши ряды. Я был бы счастлив назвать тебя братом и следить за Мировым Балансом вместе с тобой. Подумай о том, какие привилегии ты получишь от нового, абсолютно совершенного естества. Сказать, что Каммерер был растерян - это ничего не сказать. Он был просто оглушён. Стать Странником? Ему не мерещится? Кажется, Септариум не так давно был зол на него, если вообще в их арсенале есть такая эмоция, как злость. И пытаться врать им и себе, что ему, Максиму, это неинтересно? Кто способен устоять перед соблазном власти над миром и бесконечного могущества, которое само идёт тебе в руки? Но было в этом и что-то неприятное, щекотливое... - Я... мне... я очень признателен вам за предложение, правда. - пытался совладать с собой комконовец. - А как производится ваше "посвящение"? - Ну, ты же был свидетелем процедуры кондиционирования и рекондиционирования ваших прогрессоров? - спросил Септариум. - Конечно. - Мы действуем примерно так же, поэтапным кондиционированием... постепенно твоя природа перестраивается, теряет атомно-молекулярную структуру, мозг получает доступ к общей базе данных Странников. И много другого. Не бойся, это лишь дело техники. Мы наречём тебе новое имя – Апостолус, как тот герой ваших древних книг, который долго был в противостоянии с Мировым Балансом, а потом прозрел и стал одним из самых яростных его сторонников. - Я не боюсь. Но всё-таки не хочу принимать такое важное решение столь скоропалительно. Савл, конечно, стал великим апостолом, но для этого ему пришлось и от многого отказаться. Я должен взвесить всё то, что предлагается вашим апостолам. Позвольте мне подумать. - Неужели ты думаешь, что мы заставим тебя от чего-то отказаться? Нет, могущество Странников – это только приобретение. - Я хочу быть полностью уверен в своём согласии, если я его дам. Хотя бы из уважения к вам. - Хорошо. Как только ты примешь решение, мы увидимся снова. Странники растворились в темноте, и Максим сразу сел, скрестив ноги прямо там, где стоял. От беседы остался неприятный мутный осадок где-то на донышке сознания. Что это - пустые сомнения, обычные для новых обстоятельств, или действительно что-то важное, к чему стоит прислушаться? Пока он пытался разобраться в себе, плеча коснулось что-то мягкое и тёплое. И это ощущение вдруг вдохнуло в Максима надежду и внезапный прилив сил. - Мак, ты здесь? - произнёс негромкий голос. - Ты пришёл и не позвал меня? Что-то случилось? Конечно, это был Гай. Он обошёл Максима и сел напротив, придвинувшись вплотную. Простой и наивный вояка с Саракша, такой далёкий от всех этих страшных тайн, от Мирового Баланса, такой невозможно родной... - Гай... мне предложили стать Странником. - севшим голосом сказал Мак и понурился. Его глаза источали беспомощную грусть и смятение. - Что? Странники предложили тебе стать одним из них?! Так это же здорово!!! - Гай кинулся обнимать Мака за шею, но тот с необычайной неторопливой серьёзностью разомкнул его руки и отстранил от себя, чтобы внимательно заглянуть капралу в глаза. - Ты же станешь супер-могущественным, Мак! Ты же станешь крутым! Что не так? - Да, - горько сплюнул Максим, отвернувшись. Почему-то ему стало больно смотреть на радость любимого по поводу этой новости. - Власть. Могущество. Приключения... всё, чего только можно желать. Они могут всё. Но... если я стану одним из них, я так же и потеряю кое-что. Знаешь, что? - Что? Мак взволнованно встал. Он не знал, куда себя деть. - Я однажды уже видел такое, Гай. Превращение обычного человека в сверх-существо, наделённое могуществом, узнавшее новые тайны... может, не такое могущественное, как Странники, но тем не менее. Как он постепенно потерял интерес к приземлённым вещам, к примитивной работе, к родным. Я видел слёзы его жены и его матери, и это было ужасно. Если я стану Странником, я разучусь любить. Максим-Странник не будет любить тебя, Гай. Гай молчал. Мак вернулся к нему, прижал к себе и крепко поцеловал. И весь мир замкнулся на Гаевых губах, всё потеряло смысл, кроме этих нежных прикосновений и двух сердец, бьющихся друг напротив друга в едином ритме. Никогда раньше, кажется, Максим так не целовал, как будто в первый и последний раз, медленно вцеловываясь в каждый миллиметр кожи, просто жадно пил своего любимого. Когда Мак отстранился, Гай взволнованно пробормотал: - Неужели ты готов отказаться только из-за... этого... отказаться от?.. - Готов. - твёрдо ответил Максим. - Ты сам говорил, что все блага, какие бы мы ни имели, без любви - ничто. - Но, Мак... У Гаала, кажется, просто не хватало слов: возмущение, восхищение, любовь и благодарность перемешались в нём в единый невыразимый сплав чувств - Максим видел, как всё это отражается на светлом лице. - Я не желаю тебе таких страданий, Гай. Ты и так уже достаточно пострадал из-за меня... мне больно представить, как однажды ты заглянешь в мои глаза, ища там хоть намёк на чувства, а увидишь равнодушную доброжелательность. Я не поступлю так с тобой. Никогда. Пойдём. Он взял капрала за руку и поднялся, выпрямившись во весь рост. Держась за руки, переплетя пальцы, они не прошли и двух шагов, когда Септариум со свитой появился перед ними. - Я принял решение, - почему-то волнуясь, Каммерер решил заговорить первым. Ему казалось, что если Странники снова начнут его уговаривать, то смогут его переубедить. Максим чувствовал этот мысленный поединок и был преисполнен решимости стоять на своём до конца. - Мой ответ - нет. Я не хочу быть Странником, Септариум, и вы знаете причину. Максим посмотрел на стоящего рядом Гая и сжал его руку ещё крепче. "Не отпускай меня, - напряжёно умолял он без слов. - Я не хочу уходить. Не хочу разучиться любить". Каммерер вдохнул полной грудью, потому что Странники молчали, и продолжил: - Вы, конечно, творите великое дело. Но вы - не высшая раса. Человечество - высшая раса, потому что оно построено на любви. Септариум смотрел на Каммерера с нескрываемым изумлением. Под конец речи комконовца он даже немного склонил голову, словно признавая своё поражение. - Спасибо, Максим. Ты великолепен. - наконец негромко ответил Старейший Странник. - Ещё никто не отказывался от нашего предложения, но ты смог. Ты силён, и я действительно вижу, что эту силу тебе даёт та неизвестная нам величина, которую ты зовёшь любовью. Чего ты хочешь? В нашей власти дать тебе любой щедрый подарок, как благодарность за сотрудничество. - Спасибо и вам, Септариум. Но самый большой подарок вы мне уже сделали. Мой любимый человек со мной, а всё остальное в моей власти - чего я могу ещё хотеть? - Ты можешь остаться здесь навсегда. Вы вместе можете быть вечно, если это действительно так важно для вас. - настаивал Странник. - Мы инсценируем твою смерть - и ты навсегда поселишься здесь. И вы вместе сможете перебираться через Границу и путешествовать где хотите и сколько хотите. Такой вариант подойдёт в качестве подарка? Что-то невыразимо горячее зашевелилось в груди Максима. То, что предлагал Септариум было пределом мечтаний, и куда лучше судьбы Странника. Но можно ли им верить? Не обманут ли? - Максим, Странники - честный народ. Мы приняли твой отказ с уважением и не станем добиваться своего во что бы то ни стало, тем более обманом. - Септариум как всегда читал мысли и чувства собеседника. Каммерер даже невольно поёжился: насколько могущественны всё-таки Странники! - Если ты готов принять наше последнее предложение... - Да, - тихо выдохнул Максим, и почувствовал, как по телу Гая прошла мелкая радостная дрожь. И Максим понял, что всё делает правильно, что всё не зря. Там где есть любовь - там есть смысл во всём. Ему понадобилось сто лет, проведённых под гнётом чувства вины и потери, годы одиночества, жизнь в собственноручно созданной духовной скорлупе, чтобы в конце концов вылупиться вновь, как птенцу, для счастья, для новой жизни, преисполненной смысла. - Тогда возвращайся на Землю сейчас. Тебе необходимо завершить все свои дела там. Мы придём за тобой, придём очень скоро. Мак кивнул и повернулся к Гаю. - Жди меня. Скоро я приду к тебе навсегда, - прошептал он, взяв его лицо в свои ладони. - Я люблю тебя. Гай нежно прижался к нему, обвив шею руками, и еле слышно ответил: - Спасибо, Мак. Мой Мак.