we're not in the movie

Брайс был в заблуждении: что же против него задумала Камилла? Пару-тройку дней он точно не отпускал эту мысль, и вот, до суда остались считанные дни. Через 2 дня Ханну выпускают из госпиталя, позже она проводит день в школе вместе с Брайсом, а на следующий день — конец

***

Парень решил еще один день пропустить и поехать к Ханне, даже не предупредив ее об этом. Он подумал, что может сделать ей сюрприз. Уокер снова прошел по коридорам, поднялся на нужный этаж и, постучав в дверь палаты, он услышал прекрасный голос брюнетки. Она сидела на кровати и читала какую-то книгу, а рядом на тумбочке стояла кружка чая и тарелка с печеньем. — О, Брайс! — улыбнулась она, обнявшись с блондином. — Как у тебя дела? Голубоглазый выглядел обычно, но кожа слегка побледнела, Ханна с роду такого не видела на нем. Она, конечно, сразу заметила это, но подавать вид не стала, не хотела ухудшать ситуацию. Возможно, она даже догадывалась, что Брайс чувствует к ней и страдает из-за скорого расставания, но. Может, они будут переписываться за километры друг от друга? Может, они будут друзьями всегда, имея свои семьи. А может, судьба не даст им разминуться? Может, ничто не даст им разминуться, кроме их желания расстаться. Но его нет. Его нет. Его не будет. — Брайс? — повторила брюнетка, выталкивая из головы блондина размышления. — Ты… ты в порядке? — Да, Ханна, я в полном порядке. — он выдохнул. — Нет, я не в порядке! — Уокер повысил тон. — Я, черт возьми, не в порядке, Ханна! — его глаза стали бешеными, на лбу выступали капли пота, а кожа в два раза сильнее посветлела. Как вдруг, дверь со скрипом открылась, и в помещение зашли Бейкеры, застав свою дочь и ее, по их мнению, насильника на том моменте, когда он бил кулаком в стену. — Какого черта! — вскрикнул Мистер Бейкер. — Брайс Уокер?! Насильник моей дочери?! — мужчина был готов броситься на напуганного парня. — Успокойтесь! — вскочила Ханна, встав перед Уокером. — Я объясню! — Ничего не надо объяснять, пусть он проваливает, пока я ему лицо не начистил! — вскрикнул отец. — Брайс… — брюнетка потерянно взглянула в разозленные глаза парня, который уже поспешно уходил, хлопнув дверью. Пустота. Ханна будто сердцем чувствовала приближение конца. Барьер… Ханна, барьер! Нельзя брать все близко к сердцу, Ханна, тебе все равно. Не волнуйся. Ханна! — Ханна! — вскрикнула Мисс Бейкер. — Что. Он. Здесь. Забыл? — Я не хочу говорить, просто оставьте меня! — девушка, повторив действия Уокера, выбежала из палаты прямиком на незастекленный балкон. Он был продолговатым и широким, на каждом этаже был свой балкон для того, чтобы пациенты выходили подышать свежим воздухом. Ну или прыгнуть с него. 12-й этаж — смерть обеспечена. И Ханна, подойдя прямо к невысокой бетонной стенке, соответственно на нее можно легко и просто встать, и… Брюнетка посмотрела вниз свысока и поняла, что все проблемы можно решить за несколько секунд. Но она снова вспомнила про свой барьер, и медленно с ошарашенным от себя лицом, девушка пошла прочь. Но дверь была закрыта. Какого черта?! — подумала Бейкер. Неужели, я так сильно захлопнула ее? По телу Ханны пробежала холодная дрожь, доводящая до трясучки. Девушка обернулась к высокому небу, которое словно манило ее, тянуло и сладко трепетало своими облаками. Она испугалась. Брюнетка стала долбить в железную дверь, дергать ручку, кричать и плакать одновременно. — Бра-а-а-айс… — разбито протянула она, а по лицу катились большие горошины соленых слез. Ей было больно, все тело горело от этой боли. — Барьер, Ханна! — кричала девушка, ударяя кулаками о дверь. — Барьер!!! — ее голос отразился эхом, казалось, во всем мире. Голос охрип, сел, и Ханна, пытаясь что-либо сказать, только шипела. Еще одна слеза — и барьер стал частью. Частью чего? Жизни?

***

Копаясь в своем шкафчике, Брайс совсем забыл, что первый урок у Мистера Портера. У блондина не было такого настроения, чтобы болтать о жизни. У него послезавтра суд, черт побери! Он пожелал прогулять, потому пошел в раздевалку Тигров и сел около своего шкафчика. И как только он решил написать Ханне, которая очень ждала его сообщения и боялась сама написать, в раздевалку кто-то зашел. Кто-то, чьи шаги — цоканье. Да блять… — подумал блондин, как вдруг, перед ним появилась Камилла. — И долго ты будешь ходить за мной? — буркнул он. — Бра-а-йс, я дала тебе достаточно шансов, чтобы одуматься и исправиться. — Ахах, ты о чем? — Ты ведь хочешь уехать в Лос-Анджелес? — улыбнулась блондинка, наблюдая за изумленным лицом Брайса. — Можешь даже не спрашивать, откуда все это я знаю. Впрочем, если ты действительно хочешь туда уехать, то у тебя есть одна простая задача. — Какая? — Измени Ханне со мной, и Джессика не даст на тебя плохие показания. — девушка села рядом с Уокером. — Нет. Однозначно, нет. Я люблю ее и не хочу ей изменять. Тем более, с тобой. Взгляд девушки изменился на более злобный, и опустив брови, она сказала: — Тогда, у тебя есть еще один выход: завтра в коридоре, когда она придет, передо мной и перед большей частью Либерти ты скажешь Ханне, что никогда ее не любил. Иначе, Джессика покажет полароидные фотографии в качестве доказательств, и ты сядешь. Я тебя уверяю.