Шаги: Узел случайностей

Линнер упала в кресло, закрыла глаза и сказала, обращаясь уже к Джой: — Ну давай, покажи мне, что они там наворотили… Серая пустынная местность; засыпанные песком строения, очертания которых едва угадывались. Ни души — это мертвый мир, не нужно и проверять. Обратившиеся в золу растения, хрупкие скелеты, едва хранящие форму — до первого ветерка. Темное, сумрачное небо, заполненное клубящимися тучами с всполохами молний тут и там. Исходная ветка. Кажется, кто-то заигрался в оружие массового поражения. Судя по скелетам — гуманоидная раса. Может быть, даже одна из человеческих колоний — из тех, что предпочли забыть о наследии о своей расы и начать все сначала. А может быть, и иного выхода у них не было. Имеет ли это значение? Возносятся к небу зеркальные небоскребы, снуют между ними блестящие разноцветные летательные аппараты. Улицы заполнены людьми в ярких одеждах. Кожа всех цветов: от снежно-белой до ярко-розовой. Солнце этого мира изменило восприятие спектра. Чудесная планета, хоть сумасшедшая радуга и режет глаз. Газетный заголовок: «Профессор Верная заявила о сенсационном открытии! Читайте эксклюзивные комментарии ее противника, профессора Счастливого в свежем выпуске "Солнца победы"» «Не каждой идее должно давать ход, — говорит профессор, лауреат ежегодных премий Благосостояния и Процветания. — При всем моем уважении к Авроре и проекту по абсолютной защите Гавани, риск последствий не оправдывает результат. Пусть профессор и гениальный физик, но порой решения должны принимать не физики, а философы. Многие столетия мы провели в изоляции, и все чаще и чаще — а особенно среди молодежи — раздаются вопросы: нужна ли она? Что таится там, за звездным горизонтом? Не пришло ли время пересмотреть…» Достаточно. Что бы там ни придумала Аврора Верная, очевидно, что профессор Счастливый прав в предположении, что риски превышают пользу. Мягко говоря. Все остальное — обыкновенная философская болтовня, типичная и скучная. Но где-то там нашлась крошечная развилка событий — что-то пошло не так или кто-то помог истории пойти не так, или зацепило каким-то осколком, волной от брошенного в пруд камня. — Дай актуальную информацию. Серая пустынная местность; засыпанные песком строения, очертания которых едва угадывались. Ни души — это покинутый мир, не нужно и проверять. Слепит глаза яркое солнце, клонятся под сильным ветром деревья. То тут, то там догнивают на жаре трупы — животных и не только, покрытые глубокими язвами. Линнер усмехнулась. Кажется, этой цивилизации катастрофически не везет. Возносятся к небу зеркальные небоскребы, снуют между ними блестящие разноцветные летательные аппараты. Улицы заполнены людьми в ярких одеждах. Кожа всех цветов: от снежно-белой до ярко-розовой. Солнце этого мира изменило восприятие спектра. Чудесная планета, хоть сумасшедшая радуга и режет глаз. Газетный заголовок: «Профессор Верная заявила о сенсационном открытии! Читайте эксклюзивные комментарии ее соратника, профессора Счастливого, в свежем выпуске "Солнца победы"» «Да, разумеется, сложно принять новые реалии, но еще сложнее было бы нашим предкам. Мы же, давно отринувшие бессмысленные оковы заданной природой морфологии, способны наконец выйти на новый уровень. Мы, давно ставшие истинными хозяевами своих тел, сможем защитить свою планету: никто чужой не проникнет на нее, никогда, а если и проберется сквозь многие уровни заградительных щитов, то сам воздух наш станет ему злейшим врагом. Но не бойтесь: последние разработки в области генетики Гавани, сделанные профессором Верной, надежно защитят каждого из нас. Программа «Щит» — наше будущее, залог нашей абсолютной безопасности!» Становится понятно. Линнер прошлась еще по нескольким линиям событий, чтобы убедиться в том, что ее догадка верна: люди успели покинуть планету, осознав, что генетический вирус вышел из-под контроля. Разумеется, забрав вирус с собой: типичная история, кто-то пробрался на борт, сумел скрыть заражение, а затем оно распространилось — или может распространиться, и если хотя бы малейшая вероятность того, что может, то историю необходимо вернуть на круги своя. Что-то изменило Аврору Верную. Что-то заставило ее выбрать иную сферу деятельности. Что-то, чего не было изначально, и это могло быть крошечное вмешательство: маленькая девочка Аврора прочитала одну книжку вместо другой; завела домашнего питомца другого цвета; подружилась в школе с другой девочкой; влюбилась не в физика, а в биолога… Что угодно. Изначальная временная линия Авроры уже стала фрагментированной, нечеткой, но при некоторой удаче точку расхождения удастся определить с точностью хотя бы до пары планетарных циклов. А дальше несколько коротких прыжков для уточнения, и готово. Элементарно и даже скучно. Оставалось лишь надеяться, что ей не придется лично активировать то, что уничтожило планету. Джой сообщила о своем присутствии, мгновенно распространившись по мыслям Линнер, встраиваясь в ее чувства. Конечно. Джойллавенис, форма 103, модель B, реликт давно отгремевшей во Вселенной войны. Она, разумеется, готова помочь ей; предугадать любое ее желание. Сделать все для своего пилота — хоть и планету уничтожить. Угораздило же ее… — Спасибо за предложение, — дернула плечами Линнер. — Очень любезно с твоей стороны. — Ты не переписала личностную матрицу, лишь заблокировала отдельные части, — напомнила Джой. — И лишила оружия. Вот это уже неприятно. Это то, что я не могу вернуть. — Сделаем вид, что я этого не слышала, — вздохнула Линнер. — И за что мне все это… Она открыла глаза — и столкнулась взглядом с Норой. Та судорожно озиралась по сторонам — ах да. Конечно же. Девушка впервые услышала голос Джой.