Снежный шар (Snow Globe)

Впервые за долгое время Луке удалось отдохнуть. В эту ночь его не мучили кошмары, но присутствие волка все равно крылось где-то в глубинах подсознания. Просыпаться не хотелось, но настойчивый голос сестры все же выдернул старшего Куффена из теплых объятий заслуженного и долгожданного сна. Когда Лука открыл глаза, то первое, что он увидел, было недовольное личико Джулеки. Она стояла над ним со сложенными на груди руками и требовательно смотрела на заспанное лицо брата.  — Ну, наконец-то! — воскликнула она, заметив, что ей все же удалось разбудить соню. — А? Джу, что ты тут делаешь так рано? — Лука все еще не мог ощутить себя в реальности, но удивленное выражение сестры он заметил четко. — Какое рано? Уже пять часов вечера! — младшая Куффен рассерженно вздохнула и откинула челку с глаз. Девушка села на край кровати и уставилась на брата. Она была явно чем-то не довольна, но в глазах так же читалось и беспокойство. — Ты не просыпался, как бы сильно мы с мамой тебя ни будили. Лука нервно сглотнул, пытаясь не выдать своего замешательства. Он не думал, что проспит так долго после всех вчерашних событий. Сейчас он чувствовал себя гораздо лучше и физически, и психологически. Этот отдых был ему жизненно необходим, как оказалось. И, скорее всего, благодарить стоило амулет, данный ему старым китайцем. Только вот родные ничего не подозревали о проблемах, свалившихся на голову Луки. И ему сейчас было необходимо как-то выкрутиться из сложившейся ситуации. — Лука, — внезапно потеплевший и обеспокоенный голос сестры вывел Куффена из раздумий. Он перевел на нее взгляд и тут же почувствовал ее ладонь на своем лбу. — Ты не заболел? В последнее время ты был сам не свой. Выглядел измученно. Неужели ночные репетиции стоят того, чтобы ты рисковал своим здоровьем? От слов Джулеки ему стало так стыдно и неловко. Ведь он хранил втайне от родных все, что с ним происходило. Лука не хотел заставлять их беспокоиться о нем, ведь у Джулеки сейчас была пора экзаменов, затем выпускной, а мама только недавно устроилась на очень хорошую работу, которая ей нравилась. Как он мог заставлять их переживать еще больше, после того, как они места себе не находили, когда ему прописали постельный режим из-за полученной травмы? А теперь он снова подвергает их стрессу. Но хуже всего то, что он сам не знал, что будет дальше и как он может уберечь маму и сестру от неприятностей. Ведь сегодня ночью наступит полнолуние… Холодок пробежал по венам при одной мысли о предстоящей борьбе с заклятием. Удалось ли Ледибаг разбить шар? Лука не знал, но какое-то шестое чувство подсказывало, что все самое сложное и опасное еще впереди. Парень изо всех сил постарался побороть в себе страх и подарить Джулеке беззаботную улыбку. — Я в порядке, Джу. Просто, сейчас приходится наверстывать пропущенное в очень быстром темпе. Прости, что заставил вас волноваться. Младшая Куффен убрала руку с лица брата и долго смотрела на него невозмутимым взглядом. Луке стало даже как-то неуютно под прицелом ее глаз. — Ты кое-что забыл. Ее утверждение немного озадачило парня. Что он мог забыть? Но, судя по тому, как Джулека закатила глаза, он действительно успел где-то облажаться. Предложив ей неловкую улыбочку в ответ, Лука попытался выйти из этой нелепой ситуации с наименьшими потерями. — Ты обещал сводить меня в новое кафе и угостить мороженым. И обещал это сделать сегодня. Лазурные глаза расширились от осознания своей оплошности. Ведь он действительно обещал сестре устроить небольшой праздник в честь отличной сдачи экзамена по химии. Он хорошо помнил, как сильно она нервничала перед этим экзаменом. Ему тогда было так тяжело наблюдать за тем, как Джулека чуть ли не рыдала над конспектами по нелюбимому предмету. Именно тогда он и пообещал угостить ее мороженым в новой кафешке, которая быстро набрала популярность среди подростков. — Буду честен, я забыл, — Лука ответил с раскаянием в голосе, но потом резко сел в кровати и заключил сестру в медвежьи объятия. Джулека явно не ожидала от него таких действий и издала прикольный по звучанию визг. — Но от своих слов не отказываюсь. Дай мне пятнадцать минут — и я полностью в твоем распоряжении. — Правда?! Все же, баловать сестру было его самым любимым занятием. Джулека всегда отличалась от сверстников закрытостью и отстраненностью, поэтому видеть на ее лице столько ярких эмоций было настоящим счастьем для старшего брата. Прямо как сейчас. — Тогда я пойду и предупрежу маму, что мы уходим, — девушка быстро освободилась от объятий брата и побежала на палубу. Лука лишь проводил ее взглядом с доброй улыбкой на лице. Он не знал, сможет ли завтра вот так беззаботно проводить время со своей семьей, но сегодня он сделает все возможное, чтобы разделить с ними свое, возможно, оставшееся время.

***

Воскресный день для Адриана был ничем не лучше всех остальных дней недели. Все его время было расписано поминутно вплоть до глубокого вечера. Поэтому молодой наследник семьи Агрест считал минуты до того, как сможет оказаться в своей комнате после продолжительного и насыщенного разными делами дня. Как бы ни жестоко звучали эти слова, но сейчас Адриан был даже рад, что отца не было дома уже вторую неделю. Показ мод и продвижение новой коллекции в Милане и Риме заставили уважаемого французского кутюрье уехать на месяц в Италию. Благодаря этому, младший Агрест чувствовал себя немного свободней. Единственным радостным событием, которое отличало воскресенье от всех других дней, был продолжительный патруль в компании Ледибаг. Именно по воскресеньям они приступали к своим геройским обязанностям на час раньше обычного времени. А дополнительный час, проведенный с его Леди, всегда приносил радость и счастье Адриану. Только вот в последнее время Леди выглядела напряженной и чрезмерно задумчивой. Она и так не всегда реагировала на его шутки-прибаутки-каламбуры, но сейчас, казалось, она их даже не слышала из-за полного погружения в свои мысли. Вчера Ледибаг вообще оставила его одного патрулировать Париж. У нее явно были проблемы, но она не хотела делиться ими с ним. Такое ее поведение немного ранило чуткое сердце Адриана, но винить прекрасную Леди он не мог. Возможно, она все поведает ему потом, а сейчас ему необходимо было стать для нее поддержкой и лучшим другом, который всегда готов подставить свое крепкое плечо. Хотя, кого он обманывает? Вот уже два с половиной года Кот Нуар живет лишь этими иллюзиями, а его очаровательная напарница ни разу не ответила на всю открытость его чувств. Но даже если так, он все равно был рад тому, что мог видеть ее и проводить с ней время. Такие моменты были на самом деле самыми лучшими в его изолированной и расписанной по минутам жизни. Адриан дождался нужного часа и в приподнятом настроении отправился на долгожданный патруль в надежде увидеть свою неповторимую напарницу.

***

Маринетт проспала до трех часов дня. Она была искренне благодарна маме и папе за то, что они дали ей выспаться, не пытаясь разбудить. Когда девушка спустилась с верхнего яруса в свою комнату, то увидела на столике поднос с выпечкой и термос. Рядом лежала записка, написанная маминым почерком. «Милая, мы с папой не стали тебя будить, зная, что ты усиленно готовишься к экзаменам. Как проснешься, перекуси. Ждем тебя внизу». Ах, у нее были самые лучшие родители, которым бесстыже приходилось врать. Маринетт поморщилась от своих кислых мыслей. Готовиться к экзаменам она даже не приступала. Ей до сих пор было не понять, как она смогла сдать этот кошмарный экзамен по химии, которого боялись даже те, кто знал предмет на отлично. Наверное, сработала удача божьей коровки. «Только вот помогла бы она мне сегодня ночью, » — обреченно вздохнула Маринетт и принялась за вкусности, любезно приготовленные родителями. У нее не было четкого плана насчет надвигающегося полнолуния. Маринетт для себя решила, что, что бы ни случилось сегодня ночью, она не даст Луке погибнуть. Она сделает все возможное и невозможное, чтобы спаси его и исцелить. Он должен справиться. Он сильный. Он изгонит волка. Лука будет жить и продолжать дарить ей свою улыбку. Они обязательно снова сходят в зоопарк и проведут самое лучшее время вместе. Ведь Лука был очень хорошим парнем. Он был самым лучшим гитаристом. Он всегда был так добр и учтив к простой девочке Маринетт. Он… он… Неожиданно для себя Маринетт заметила, как на тарелку упало несколько капель, скатившихся с ее лица. Она наскоро смахнула влагу с глаз и отставила недоеденный мясной пирог подальше от себя. Если бы она только успела разбить снежный шар вовремя, все могло было закончиться уже этой ночью. А теперь впереди была неизвестность, которая пугала и заставляла все внутри сжиматься.

***

Лука стоял в ванной комнате и смотрел на свое отражение в зеркале. Его голубые глаза не выделялись так ярко, как раньше, когда пряди волос были выкрашены в лазурно-бирюзовый цвет. Зато сейчас голубизна его глаз четко контрастировала со жгуче-черным цветом волос. Джулека до сих пор была в недоумении по поводу твердого решения брата перекрасить волосы в свой родной цвет. Она всячески пыталась его отговорить от этой затеи, но Лука был непоколебим. После ее слов «твой стиль выделяет тебя из общей массы. Он делает тебя уникальным и заметным» старший Куффен раз и навсегда решил стать самым обычным. Хотя бы в это полнолуние. По поводу надвигающихся событий существовало слишком много «если». Если он сможет победить древнее заклятие, то вернуться к своему любимому имиджу либо же попробовать себя в чем-то другом будет не проблема. Если волка победить не удастся, и Ледибаг выполнит его просьбу, то … об этом даже думать было страшно. Если волк вырвется наружу, и Ледибаг не сумеет его остановить, то пусть внешность обезумевшего человека больше ничем не выделяется из общей массы, кроме как золотым цветом глаз. Почему-то, Луке казалось, что, если он спрячет свою индивидуальность за внешностью обычного человека, то и проблем впоследствии будет меньше. Возможно, это было глупо, но парень не мог придумать ничего лучшего, чтобы как можно на дольше отвести внимание от своей семьи в случае провала. Из его тяжелых дум вывел стук в дверь и недовольный голос сестры. — Лука, ты не один на корабле! Выходи уже! Юноша лишь по-доброму усмехнулся на заявление Джулеки и бросил в урну ватный диск, пропитанный ацетоном, которым только что закончил стирать черный лак с ногтей. — Не смею задерживать, — сказал он на распев, открыв дверь и впустив внутрь младшую сестру. — До сих пор не могу привыкнуть к твоим волосам. Странно выглядишь, — успела ответить девушка перед тем, как закрыть дверь перед братом. Пусть выглядел он и странно, зато неприметно. Лука направился в свою каюту, чтобы подготовиться к предстоящей встрече с Ледибаг. Стрелки часов показывали начало восьмого вечера, поэтому медлить было некуда. Парень надел самую скучную одежду, которую смог найти в шкафу. Выбор пал на черный цвет: джинсы, футболка, старенький худдик и кроссовки. С собой Куффен не забыл захватить и одолженный Маринетт зонт с ремешками. Стоило отдать его Ледибаг, чтобы она передала его владелице. Держа в руках эту памятную вещь, Лука еще раз укорил себя в том, что так и не нашел в себе смелости открыть свои чувства милой сердцу девочке. Возможно, она бы отвергла его, сказав, что любит Адриана Агреста. Ведь Лука сам знал о том, как сильно она была влюблена в одноклассника. Но сейчас речь шла не об Адриане. После всех событий, которые он успел пережить с самой первой встречи с дивной метиской, Лука чувствовал незавершенность. Любовь к Маринетт занимала большую часть в его сердце, и не рассказать об этом самой Маринетт было огромным упущением. Наверняка, его бы ждал отказ, но даже бы он принес спокойствие его душе и осознание того, что он хотя бы попытался. Теперь было слишком поздно о чем-либо сожалеть. Лука сжал трость зонта в руке и мысленно пообещал себе, что если он переживет эту ночь и останется собой, то обязательно признается Маринетт в том, что любит ее. И будь, что будет. Но пока нужно было уберечь дорогую девочку от опасности, которую он мог навлечь. С этими мыслями, Куффен направился к выходу. Проходя мимо кухни, он заметил маму и сестру, которые о чем-то говорили, сидя за столом. Вдохнув поглубже, чтобы успокоить быстрое сердцебиение, Лука заглянул к ним и помахал рукой. — Я на репетицию. Пока! Мадам Анарка и Джулека помахали в ответ. — Только не задерживайся допоздна, понял? Мамин строгий голос сейчас звучал, как самая любимая и драгоценная мелодия. Лука стиснул зубы, чтобы сдержать накатившие эмоции, и постарался запомнить лица близких людей во всех подробностях. Ведь, возможно, он видел их сейчас в последний раз. — Постараюсь, — он выдавил это слово из себя с большим трудом, изо всех сил стараясь, чтобы оно прозвучало легко и непринужденно. Сделав несколько шагов к выходу на палубу, парень вернулся и, еще раз заглянув на кухню, с теплой улыбкой сказал: — Мам, Джу, я люблю вас! И, оставив женскую половину в недоумении от его внезапного признания, быстрым шагом покинул «Либерти».