Игра в жизнь

      — Гх… хы… А-а-а-а-арх!..       Ногти болезненно впились в кожу черепушки. Изо рта вырвался приглушённый, но пронзительный вскрик. Перед глазами всё поплыло, будто в замедленной съёмке… о-о-о-очень замедленной съёмке. Меня словно выворачивало наизнанку: казалось, в животе образовались маленькие воронки, всасывающие содержимое внутрь. Голова грозилась расколоться на кусочки от того, что кипящему и разбухшему серому веществу там было попросту тесно.       «Не забудь, — наставительно произнёс Алекс перед тем, как распрощаться, — не снимай обруч сразу и не открывай глаза. Расслабься, дай твоему мозгу заново адаптироваться к нашей реальности…»       Вот же долбаный идиот (я), не воспринял сказанное всерьёз. Едва отключившись от сервера и "вернувшись", сразу же сел в кровати… И на меня разом навалились все пять чувств, не успевшие адаптироваться к нашему течению времени и его восприятию, оттого искажённые и чужеродные. Меня будто запихнули в незнакомое тело, а оно всеми силами пыталось отвергнуть "нелегитимного пользователя".       «Не волнуйся, это только в первый раз может быть тяжко — последующие будут проходить практически незаметно».       Как оказалось, время, показываемое коммом, было "местным", игровым — для выведения реального времени следовало залезть в специально отведённую графу «внешний мир» и пункт «дата/время». Видимо, для какого-то особого игрового экспириенса время в самой игре было многократно ускорено — в двенадцать раз, если я правильно понял, — и те почти полные сутки, что мы с товарищем бродили по пустошам, отстреливали животину и занимались прочими обязательными «вводными» вещами, здесь пролетели за какие-то пару часов. Выведенное время на коммуникаторе показывало 15:24 — и впрямь прошло около двух часов. Не удивительно, что мозг, разогнанный до таких скоростей работы, не сразу адекватно воспринял нормальное течение времени. Чёрт, я ведь буквально чуть не "сгорел" от собственной халатности — эти игрушки опасней, чем я думал.       — Впрочем, в этом есть и свои плюсы, — прохрипел я, кое-как оклемавшись и протерев щиплющие глаза. — С таким запасом времени можно неплохо так натренироваться… Хм, может Ал поэтому так хорошо стреляет? Небось игровыми сутками торчал в этой игрушке и не выпускал винтовку из рук.       Ладно, чего об этом размышлять, тем более когда это его дело, чем заниматься в своё свободное время. Мне же сейчас больше всего хотелось в душ, смыть всю эту грязь, пот и кровь… Разумеется, виртуальную. Ведь как можно вспотеть, просто полежав на кровати? Но это ощущение, что ты и впрямь прошагал целые километры по выжженной и палящей пустоши, перепачкавшись грязью и кровью поверженных мутантов, было куда реальней, чем могло показаться — я буквально ощущал опалённую солнцем кожу и подсохшие бурые корки. Просто чтобы убедиться, я провёл пальцами по одной из рук — немного грубоватая, но достаточно мягкая и приятная на ощупь розовато-бледная кожа молодого юноши (я не любитель загорать на пляжах или вроде того), без единого намёка на те самые ощущения. Мозг действительно так просто обмануть, что от этого даже бросает в дрожь.

***

      — А ну-ка, дыхните, молодой человек.       Не без усмешки, я всё же решил не препираться, а сделать, как было велено.       — Ничего не понимаю, — принюхавшись и ожидаемо не учуяв искомого запаха, мама в подозрениях сощурилась пуще прежнего. — Вроде не пил, а выглядишь ещё хуже, чем после выпускного. Ты чем таким сегодня занимался, прохиндей?       — Пожалуйста, не наседай ты так, — взмолился я, со страждущим лицом протягивая ей опустевшую кружку. — Лучше кофейку подлей.       — Наглеешь, — серьёзным тоном бросила она, но, вздохнув, всё же поднялась со стула и принялась возиться с кофейным аппаратом. — Мать с работы уставшая пришла и должна такого лося ещё обслуживать… у которого целый день свободный был. Не кажется ли тебе, что всё должно быть с точностью до наоборот?       — Хочешь, чтобы я взял подработку на лето? — решил я «идти ва-банк», хотя прекрасно понял, что именно она имела в виду. — А разве не ты мне запретила даже думать об этом, а сосредоточиться на учёбе?       — Хватит ломать комедию, ты прекрасно понял, о чём я, — её глаза, кратко глянувшие в мою сторону, на мгновенье сверкнули недобрым огоньком, что у меня отпало всякое желание продолжать дурачиться.       — Я просто шучу, не сердись, — пробормотал я, устало проведя пальцами по взъерошенным после сна волосам. — Но ты же сама видишь, что у меня из рук всё валится, помощник из меня сейчас никакой.       — А причину позвольте услышать? — не отступала мать.       Вылив на зёрна заранее отмеренное количество воды, затем прикрыв крышку и нажав пару кнопок, она с видом полицейского на допросе развернулась ко мне и деловито скрестила руки на груди. К слову, она даже забыла переодеться, когда увидела осунувшегося и бледного меня, выползшего поприветствовать её, вернувшуюся с ночной смены, в прихожую — строгие белая блузка и чёрная юбка грозились перепачкаться в утренней домашней суете, но её это, казалось, совершенно не волновало. Подобная забота от матери не могла не радовать, но отчитываться по каждому чиху довольно тягостно. Особенно когда ты, вроде как, проспал часов эдак двенадцать-тринадцать, а ощущение, будто даже не ложился. Что это вообще за чертовщина…       — Я поздно лёг, — решил всё же соврать, поскольку вменяемо ответить всё равно не смогу… самому бы понять, что это. — Одну игрушку пробовал, вот и затянула, что за временем не уследил.       — Ну и зачем тогда вставать в такую рань? — справедливо заметила она.       — Не знаю, — глупо пожал плечами. — Привычка, наверное. Режим, все дела…       — Хорошая привычка.       Кофеварка к тому времени пропела привычный сигнал готовности. По кухне разнёсся приятный согревающий аромат, когда чёрная жидкость разлилась в две керамические кружки с цветочным узором. Вернувшись с кофе и сев за стол, мама забавно дёрнулась, едва коснулась губами напитка. Нет, это не реакция на горячее — она всегда так делала, когда вспоминала о чём-то важном. Отец, помню, очень любил её эту реакцию, порой специально отвлекая жену чем-нибудь, дабы она что-то да забыла, а затем выжидающе поглядывал в предвкушении этого короткого «шоу» и посмеивался.       — О, я совсем забыла, — произнесла она, осторожно ставя кружку с начавшей уже болтаться жидкостью. — Так что там с твоим поступлением? Серёжа… кхм, Сергей Анатольевич сказал что-нибудь?       — Угу, сказал, — неохотно отозвался я, вовсю наслаждаясь разливающейся по нутру горячей волной. Нет ничего лучше свежезаваренного крепкого чёрного кофе без сахара и прочей ерунды — такой быстрее всего доходит до мозга, если можно так выразиться, и снимает любую усталость вместе с мигренью. Ну, как минимум, мне заметно полегчало — теперь я мог с уверенностью сказать, что всё ещё жив. — Что физподготовка особо ни на что не влияет, и одно местечко для талантливого к естественным и точным наукам всегда найдётся.       — Ну, с «талантливым» это он погорячился, — мама весело щёлкнула меня по носу, развеивая последние остатки утренней рассеянности, и издевательски улыбнулась. — Но даются они тебе действительно легко, это да. Ха-х, а вот твой отец никогда их не любил. Серёжа, когда они учились вместе в академии, постоянно Мишку тормошил, дабы этот дурак подготовился и не завалил очередную сессию. Как вспомню, так…       — А также он сказал, — перебил я, — что меня могут "завернуть" на медкомиссии, если я в ближайшие два месяца не решу свою проблему.       — Ту самую проблему?       Я молча кивнул. Она прекрасно знала о моём "сдвиге по фазе", а мне не хотелось лишний раз произносить это вслух.       — Но ведь, если не ошибаюсь, ты уже три года как с ней борешься, а результатов никаких.       — Да что ты? — не удержался я от язвительности. — А я и не знал. Сколько живу с этим, таблетки постоянно глотаю, здоровье гроблю… Я и позабыть об этом успел — оно ведь мне никак не мешает!       Чёрт, нервы сдали, что ли? Чего это я в истерику впадаю тут? Крепись, ты же мужик, в конце концов. У тебя даже какой-никакой план наметился. Да, весьма сомнительный, но лучше всё равно ничего не придумать — к психиатрам идти однозначно не вариант, после соответствующей пометки в карточке дорога не то что в космофлот, но и в любую другую военную профессию прямо-таки заказана. Нет, как угодно, но исключительно собственными силами. И чтобы об этом не стало известно тем, кому знать не положено.       — Полегчало? — мягко произнесла мама, сочувственно глядя прямо в глаза. Ну вот, теперь мне стыдно за своё поведение. Нельзя же так… Она ведь мне добра желает, а я…       — Немного, — невольно улыбнулся в ответ. — Прости, не знаю, чего это я вдруг…       — А я знаю, — весело усмехнулась она, ероша пальцами мне и без того лохматые волосы. — Этим ты в меня пошёл. Не счесть, сколько раз я так же не подумав сперва что-то наговорю твоему папе, а затем хожу, выслуживаюсь перед ним, как дурочка, и ведь за дело же. Когда он "ушёл" — в доме как-то сразу тихо стало… даже непривычно поначалу. С тобой почему-то подобных проблем никогда не возникало.       — С чего это вдруг ты заговорила о нём? — уходя из-под её руки и укладывая волосы обратно, осторожно полюбопытствовал я. — Прошло уже лет десять, но ты до сих пор предпочитала избегать разговоров об отце. Что-то случилось?       — Да нет, просто к слову пришлось… — мама невинно пожала плечами, но печальный вздох недвусмысленно говорил, что была какая-то причина. Не выдержав моего пристального, длящегося с минуту молчаливого взора, она сдалась и поведала. — Я на днях чердак разбирала, ну и наткнулась на пыльную коробку со старым барахлом. Наши с Мишкой старые альбомы, грамоты, сертификаты. Стала разбирать, и вот нахлынуло что-то…       Несмотря на временами детский озорной характер, она была сильной женщиной. И то, как она интуитивно провела пальцами по чёлке русых волос, дабы не позволить эмоциям вылиться наружу, отозвалось горечью в моём сердце — мне было не больше семи, когда его не стало, потому мне не суждено понять её боль… моя, как сына, ни в какое сравнение не идёт с её, как жены. Я даже не помню, как он выглядел. Вернее, я знаю как — по фотографиям. Но сам не помню. Все воспоминания, связанные с детством, покрывал густой мрак, словно мозг не хотел, чтобы я о них помнил. Я как-то спрашивал об этой странности у матери, но она обычно отшучивалась и меняла тему, а после я и сам благополучно забыл о них. Да и какой теперь в этом смысл? Нужно жить настоящим и решать имеющиеся здесь и сейчас проблемы.       — Забудь, — улыбнулась она, заметив мой понурый вид. — Ни к чему омрачать такой солнечный летний денёк. Лучше скажи, ты уже надумал, как поступишь с?..       — Уже работаю над этим, — уверенно кивнул. — Не факт, что это сработает, но лучшей альтернативы нет.       — Тогда тебе следует сперва хорошенько подкрепиться, — мама придержала меня за плечо, когда я уже вознамерился было встать и уйти к себе. — Или хочешь вдобавок заработать ещё и гастрит?       — А ты в состоянии ещё что-то готовить? — усмехнулся я, усаживаясь обратно. — Хоть бы переоделась сперва, ведь заляпаешься…       — Цыц, — шикнула она и снова щёлкнула меня по носу, проворно упорхнув к холодильнику, не давая мне и малейшей возможности на ответные действия. — Как бы сказал сейчас Мишка: «Не учи отца детей делать».

***

Синхронизация завершена. Вход на сервер выполнен. Приятной игры!

      Побоявшись повторения предыдущего "опыта", я медленно открыл веки и плавно сфокусировал взгляд перед собой. Потолок. Тёмный, обшитый какими-то поржавевшими металлическими листами потолок гостиницы, где я и "сохранился" — то есть снял самую дешёвую комнату, лёг на грязную, проеденную молью и прочей мало приятной живностью кровать, залез через ГПК в меню и нажал кнопку «выход». Мой чар лежал на койке в том же положении, в каком я его и оставил. Хотя, если верить информации, отображаемой в графе «дата/время», с тех пор минуло семь суток — целая неделя. Что ж, это ведь ММО — здесь время течёт беспрерывно, как и в реальной жизни, пребываешь ты в игре или нет. Но что же получается, я (мой чар) так и лежал, бесцельно лупясь в потолок или хотя бы имитируя сон… целую неделю, серьёзно? Или я всё же исчезаю, как только отключаюсь? Но более меня смущало другое. Что достаточно лишь какую-то неделю не заходить в игру — а здесь пройдёт почти три месяца. Целый, мать его, сезон! Сколько же можно пропустить интересных ивентов в таком случае? Хоть жить здесь навечно оставайся, в самом деле…       Ну ладно, игрушка пускай и занятная, но это всё ещё просто игра — не стоит так уж серьёзно ко всему этому относиться. Да и без дела валяться надоело, что толку думать, когда впереди предстоит столько всего поглядеть, попробовать, почувствовать. Кстати о последнем. Какого чёрта я чувствую позывы своего мочевого пузыря и кишечника? Здесь что, нужно не только питаться, но и оправлять естественные надобности? Зачем?! Хотя чего я удивляюсь, если ещё во время охоты пару раз отлучался в близ лежащий кустарник? Совсем из головы вылетело, мда. К тому же, а почему бы такой опции и не быть? Вроде мелочь, а плюс к погружению. Любой нормальный человек должен питаться, простите за выражения, делать пись-пись и среньк-среньк… Ну и, конечно, гигиену соблюдать — я сперва решил, что этот запах идёт от одежды, но, нырнув головой под футболку, быстро понял, что душок исходит от всего: и от одежды, и от тела. Прелестно. Что ж, моим первым квестом сегодня будет привести себя в божеский вид — просто и со вкусом.

<Общая информация> Имя: Квайдо Раса: Человек Здоровье: 100/100 Энергия: 100/100 Фракция: отсутствует Специализация: отсутствует Репутация: отсутствует <Характеристики> Телосложение: 1 Сила: 1 Восприятие: 2 Ловкость: 2 Интеллект: 1 Харизма: 1 <Навыки> [ Разведка ] [ Активное | Дилетант | 3 ур. | 0.12% ] [ Пистолеты ] [ Пассивное | Дилетант | 4 ур. | 19.04% ]

[ Первая помощь ] [ Активное | Дилетант | 1 ур. | 17.46% ]

[ Охота ] [ Пассивное | Дилетант | 3 ур. | 0.22% ]

[ Выживание ] [ Пассивное | 1 ур. | 84.72% ] <Способности> [ Следопыт ] [ Свежевание ] [ Дуэлист ]

      — Мда, — пробубнил я под нос, выползая из уборной, что нашлась в конце узенького коридора второго этажа гостиницы. Вернее, второй этаж и являлся всей гостиницей, когда как первый занимал тот самый бар, где меня вчера чуть не "оприходовал" непись-здоровяк. — Не шибко я продвинулся за сутки упорного гринда мобов. Огнестрел хоть качнул — уже благодать. Да ещё кое-что появилось в графе способностей, нужно будет потом глянуть. И всё же, отчего зависит это чёртово «выживание»?..       Поприветствовав скучающего за барной стойкой хозяина, я выбрался наружу, встречаемый неласково палящими, несмотря на ранний рассвет, косыми лучиками солнца. Если бы перед этим не проверял дату, подумал бы, что прошла всего одна ночь: мы с Алексом… тьфу, с Шарпом, конечно — чёртов ролплей, — прибыли в город аккурат к закрытию ворот, то есть, к десяти вечера. Торговцы, ясное дело, уже позакрывали лавки, посему пришлось придержать нажитое "честным" путём добро.       Хм, а ведь верно — следует от него поскорее избавиться. Рюкзак хоть и был мне как раз по плечам (видимо, одежда и снаряжение тут всё же подгоняется под игрока автоматически — размеры, мерки и прочие понятия здесь можно смело списывать в утиль), но лимит грузоподъёмности практически был достигнут, и моя спина грозилась попросту не выдержать. А мне не хотелось знать, сколько стоят местные медицинские услуги, совсем не хотелось. Да и Шарпа всё равно пока нет — он меня ещё вчера предупредил, что имеются какие-то дела и может немного задержаться. Ненадолго, на полчаса-час… что, впрочем, для этого места очень даже долго — на горизонте ясно маячила прерогатива прождать сударя до самой ночи, если не до завтрашнего утра.       Ну и какой мне смысл тогда торчать на месте? Верно, никакого. Поэтому, пока часы не покажут шесть утра — а сейчас на ГПК высвечивалось 5:13, — я решил посмотреть округу. И уже гордо вышагивал армейскими потёртыми сапогами по главной дороге, наслаждаясь причудливым пейзажем упадка и запустения. Нет, не так. Упадок цивилизации ощущался, да. Но запустением это место никак не назовёшь. Город более чем оживлённый. Туда-сюда сновали неписи, как простые работяги, так и патрули… и, вроде как, я заметил парочку игроков, хотя так сходу и не разберёшь — «маркеры» появлялись только при непосредственном контакте (приветствии и рукопожатии) или при очень прокачанном навыке разведки, если не ошибаюсь. И это вынуждало держать ухо востро и стараться сохранять максимальную дистанцию от любого, кто был способен причинить мне вред… то есть около девяносто процентов местных, с моими-то навыками.       Как я вчера выяснил, в КПО не было таких понятий как «зелёная зона», то есть когда на локации запрещались любые агрессивные действия по отношению к неписям и другим игрокам. Системно, разумеется. Тут система не остановит тебя, если ты попытаешься ограбить, избить или даже убить кого-то в городе — ответ держать придётся исключительно перед самими неписями и игроками, отвечающими за обеспечение порядка на данной территории: система жандармерии. С одной стороны это логично: в нашем мире «всевидящий бог» также не станет тебе помогать, если с тобой что-то произойдёт, и помочь тебе могут лишь точно такие же люди, как и ты. С другой — это не позволяло чувствовать себя в безопасности даже в, казалось бы, столь безопасных локациях, как города и поселения. Маленькие островки цивилизации в бесплодной и беспощадной пустоши… и те не могли гарантировать, что никто не воткнёт тебе нож в спину. Прямо как тот жуткий парень и говорил. Что ж, этот раунд остаётся за ним, вынужден признать.       Вид вокруг по большей части можно было охарактеризовать следующим образом: песок, кровь и металл. И если второе никак не напрягало — гуляющие то тут, то там песчаные ветра заносили успевшую пролиться по каким-либо причинам кровь, что заметишь ты её лишь когда вмажешься, — то первое и третье вскоре начало мозолить глаза. Коричнево-желтоватое и иссиня-серое с рыжим налётом коррозии — и так сплошь и рядом. Однотипные, сваренные из жестяного мусора хибары словно строились одним единственным архитектором, отличаясь разве что размерами и какими-то мелочами, вроде наличия кое-где тряпичного навеса или балкончика.       Впрочем, нет, я немного приврал — некоторые строения заметно отличались от своих сородичей. Вот справа проплыло широкое, очень внушительное на вид одноэтажное здание с обделанными натуральной броней окнами, мощной стальной дверью с отдвижным глазком-бойницей и двумя крепкими мужчинами, оснащёнными просто-таки изумительными на фоне остальных снаряжением и штурмовыми винтовками — судя по всему, здесь какой-то серьёзный дядька окопался, деловой человек. Нужно будет после разжиться информацией. Чуть дальше, уже по левую руку — здание поскромнее, но также более отполированное на вид и с решётками на маленьких прямоугольных окошках, куда, наверняка, с трудом просачивался дневной свет. Потрёпанная вывеска, скрипящая при каждом дуновении удушающего жаром ветра, своим изображением двух перекрещённых револьверов недвусмысленно давала понять, что это оружейная лавка. Отлично, мне не помешает обновить арсенал — моя малышка, в общем-то, ничего, но с одним пистолетом долго не протянешь… даже если он может стрелять дробью. Всего один раз, а после следует долгая вымученная перезарядка. Что ни в голове, ни в… пояснице, да, именно. Ближе к центру виднелась самая высокая из имеющихся строений точка — цилиндрическая трёхэтажная башня с множеством высоких, в отличии от остальных, застеклённых окон и выставленной у входа охраной. Исходя из элементарной логики, это должно быть административное здание местного самоуправления — слишком удобное расположение, такое место торговцам или даже кланам вряд ли отдадут.       Город — или «Юго-западное сообщество старателей», как его гордо именовал маркер на глобальной карте — по итогу оказался, на удивление, не таким уж и большим, хотя всё, что нужно для цивилизованной жизни нашлось без труда: кабаки, торговцы всем необходимым, местная вариация банка вкупе с хранилищем имущества, администрация… Ох, мать моя женщина, отец мой мужчина, кажется, я даже видел вывеску местной вариации публичного дома, или как это здесь зовётся? Бордель? Чёрт возьми, вот уж действительно «17+: уберите детей от экрана — сейчас будут матюки, убийства и голые бюсты». Любопытно, если система практически идеально имитирует не только человеческое поведение неписей, но и даже человеческую физиологию игроков, вроде оправления естественных надобностей, ощущения боли, температуры, усталости, алкогольного и наркотического опьянения… то и всё остальное тоже, кхм, имитирует? Возбуждение? Эрекцию? Иначе какой смысл было добавлять развлечения, что основаны исключительно на стимуляции одного из основных инстинктов — размножения? Н-нет, я не какой-то там озабоченный извращенец, отнюдь! Меня это интересует исключительно с технической стороны вопроса: насколько натурально программисты смогли воспроизвести человеческую физиологию, уделив внимание даже таким, казалось бы, ненужным для постапа мелочам. Да кто вообще в здравом уме будет думать о чём-то подобном, когда кругом сплошная разруха и насилие? Верно, только больные на голову люди… Но заглянуть стоит. Как-нибудь. Из праздного любопытства, конечно!       Внутриигровые часы в ГПК показывали 6:04, когда я приблизился к южным воротам сообщества — осмотр центральной улицы, где и базировались все «прелести цивилизации», занял не более часа. Промелькнула было мысль осмотреть и менее презентабельные кварталы, но, во-первых, хотелось поскорее сбагрить неприятно пахнущую даже сквозь плотную ткань вещмешка и тряпьё добычу, а во-вторых, в центре прогуливались полусонные, но всё ещё хорошо экипированные патрули, и гулять под их присмотром с одним пистолетом менее напряжённо, чем гулять в глуши, где тебя вполне могут пырнуть чем-нибудь, и тогда прощай молодость — здравствуй деревянный ящик, пускай даже виртуальный. Ну их нафиг, справедливо заключил я, мне там всё равно пока ловить нечего. Так-с, где там был торговец?..       Голографическая широкоформатная карта местности воистину божественная вещь — те места, что я успел увидеть собственными глазами, автоматически занеслись на карту соответствующими метками: на протяжении всей центральной улицы повыскакивали квадратики, будто грибы после дождя, а в левом нижнем углу появилась графа с определениями. Крест — врач; монета — ростовщик; звезда шерифа — базирование местных сил правопорядка; армейская каска — торговец бронёй; пистолет — торговец оружием; подвязанный узлом мешок — торговец всякой всячиной. Целая куча разномастных меток, но меня они уже не интересовали — я и так наметил себе примерный маршрут: сперва нужно сбыть нажитое барахло — это определённо ко «всякой всячине», затем, обзаведясь финансами, можно уже и к оружейнику идти, или «броневику», как я мысленно назвал торговца бронёй. Отлично, вперёд! Надеюсь, лавчонки уже открыты.       — Посетитель с утра пораньше?       Я только приоткрыл тяжёлую стальную дверь и заглянул внутрь, ещё даже толком не переступив порог, как меня тут же встретил бодрый, но какой-то не шибко дружелюбный басистый голос. Вероятно, тяжёлые хрипловатые нотки придавали ему грубости, а может человек сам по себе лишён какого-либо очарования и любезности, но так или иначе вошёл я уже без всякого энтузиазма, с желанием поскорей закончить все свои дела и ретироваться.       — Какая нелёгкая принесла в нашу обитель? — теперь уже напрямую обратился ко мне обладатель голоса.       Пройдя вдоль стеллажей со всяким, на первый взгляд, никчёмным мусором, я осторожно приблизился к широкой, разделяющей помещение на две чётко обозначенные зоны — гостевую и хозяйскую, — стойке и в молчаливом приветствии кивнул восседающему на табурете мускулистому мужчине в простецких тряпичных светлых штанах, покрытых, однако, добротными кожаными чапсами с застёжками на бёдрах и голенях, что в давние времена любили носить ковбои поверх джинсов. На этом сходство с ковбоями, увы, заканчивалось — выцветшая желтоватая безрукавная футболка и повязанная на манер банданы серая тряпка навевали образ скорей работника котельной. Впрочем, как и густая тёмная борода, плохо контрастирующая с идеально выбритой головой. Хоть сейчас на плакат «во славу труду», как в стародавние времена моей многострадальной родины.       — Избавиться от лишнего груза, — лаконично молвил я, отцепив от рюкзака болтающийся вещмешок и водрузив его на стойку. — Я пришёл по адресу?       Нет, всё же следует прикупить для таких дел соответствующий, обделанный изоляционной тканью рюкзак, а амуницию и снаряжение первой необходимости рассовать по разгрузке, коей у меня, естественно, не было, посему следует прикупить и её. А так пришлось одолжить мешок у Шарпа, ведь то, что теперь внутри него, грозило испачкать все мои немногочисленные личные пожитки. Ох, чёртов реализм, как же не хватает бездонного инвентаря…       — Смотря что за груз, — деловито пожал плечами здоровяк и принялся весьма деликатно потрошить мешок, раскладывая содержимое по отдельным кучкам, не забывая при этом что-то бубнить под нос. — Посмотрим… Шкуры диких собак, клыки, потроха… Ты же новенький в этих краях? Сам додумался потроха срезать?       — Нет, — решил не врать я, — друг подсказал, мы вместе на охоту выбирались.       Он же, к слову, и научил меня правильно срезать шкуру и потрошить этих тварей, отчего я и получил навык «охоты» со способностью «свежевание».       — Толковый друг, — одобрительно кивнул он, аккуратно заворачивая мясо и органы в бумажные пакеты. — На них имеется какой-никакой спрос от химиков и медиков, при удачном стечении обстоятельств можно перепродать неплохо… — И будто бы вспомнив, что я всё ещё здесь, он невзначай крякнул и поднял на меня равнодушный взгляд. — В общем, сырые шкуры возьму по тридцать месс, клыки по пятаку, за мясо и потроха… — Мужчина вновь оценивающе обвёл взглядом содержимое бумажных пакетов. — Ладно, знай мою доброту, дам десятку за кило.       — Ч-чё-ё-ё-ё-ё?! — страдальчески протянул я во весь голос, не веря своим ушам. — Дядь, ты издеваешься? За такую гору добра… — Я спешно набросал сумму в уме. — Это ж каких-то семьсот пятьдесят месс?!       — Не нравится — иди в другое место, торгуйся с каждым напрямую, — ухмыльнулся крепкий барыга. — Только больно кому сдалось твоё барахло, без обработки-то. Мне, если что, перед продажей придётся всё это вымочить, высушить и обработать. Вот если бы ты принёс мне уже выделанные и выдубленные шкуры — я бы мог за них и сотню предложить, чего уж. А так… — он категорично цокнул языком, покачивая лысой головой.       Порычав про себя от досады, я крайне неохотно, но всё же кивнул, подтверждая согласие хлопком ладони по столешнице — видел подобное в старых вестернах, вот и захотелось попробовать зачем-то.       — Бумага или металл? — сгребая товар со стойки, меж делом спросил он.       — А?       — Деньги, — пояснил торговец. — В бумаге возьмёшь или металлом? Если собираешься куда в дикие земли — там наша бумага не в ходу, металлом расплачиваться придётся. Ежели здесь гулять намерен или в каком другом городе — могу сразу местной валютой выдать, бумага не так оттягивает карман. Ну так что?       Я крепко призадумался. Понятия не имею о местной экономике, но сомнительно, чтобы курсы у всех были один к одному при обмене. Наверняка взимается какой-то процент при конвертации в ту или иную сторону. Но учитывая отсутствие бездонного инвентаря и буквально физический перенос всего и вся на себе — да, не поспоришь, с бумагой намного проще дело иметь, металл всё же тяжеловат для повседневного использования. Да и куда я сейчас пойду? Мне бы с этим местом сперва ознакомиться… Нет, никуда я не денусь.       — Бумага, — решил я.       И какого же было моё облегчение, когда он, после укладывания моего барахла по тюкам и прочим, методично отсчитал семь потасканных, но покрытых добротной защитной плёнкой бумажных, примерно восемь на пятнадцать сантиметров, купюр по сотне и пять аналогичных, но уже по десятке. Чёрт, а ведь на этих бумажках прямо так и написано: «Билет банковских объединений балтийских сообществ», а на обратной стороне, на фоне какого-то невнятного строения — «100 mess». Никогда не доводилось держать в руке бумажные деньги — к тому времени, как я начал самостоятельно ходить в магазин, у меня уже был ГПК со встроенным в него виртуальным кошельком, бумагой никто уже не расплачивался. Такие приятные на ощупь. Наверное, это от осознания, что на эти бумажки ты можешь позволить себе всё, что угодно… в пределах разумного, разумеется. На одну такую бумажку я мог позволить себе, например, два и три десятых литра чистой воды или шесть с половиной литров пива. И это всё, что мне удалось припомнить из моих недавних трат. Нужно будет исследовать рынок и определиться с куплей-продажей всего необходимого. В частности, еда, вода и патроны. Да, особенно последнее — оно будет "прожирать" мои бабки быстрее, чем первое и второе вместе взятое, я почему-то в этом не сомневаюсь.       — Что-нибудь прикупить желаешь? — Я собрался было уходить, когда грубый басистый голос обратился ко мне, а его хозяин въедливым взглядом блуждал по моей броской выцветшей одёжке, что была прекрасно просматриваема ввиду расстёгнутых, откинутых чуть назад пол грязного плащ-пыльника. — Не первой свежести, но всяко получше того… что там у тебя. Недорого отдам, так сказать, в знак приветствия, как новичку.       — Спасибо, — внутренне скукожился я под этим неприятным взглядом, но внешне попытался выдавить дружелюбную улыбку, — но мне пока только нужно избавиться от ноши. Я ещё осматриваюсь, поэтому не планирую каких-либо трат. Но как надумаю — обязательно загляну, благодарю за предложение.       — Ну-с, хозяин — барин, — пожал мощными плечами мужчина и уселся обратно на табурет, потеряв ко мне всякий интерес, напоследок лишь бросив кому-то… и явно не мне. — Всё в порядке, выпусти мальчика.       И я только сейчас заметил, что всё это время из тёмного угла меня держал на мушке какой-то господин в полувоенной тёмной монотонной форме, близкой к костюму полицейских отрядов быстрого реагирования, с налокотниками-наколенниками, разгрузкой, короткими берцами, беспалыми перчатками… только лыжной маски не хватало — лицо незнакомца скрывал капюшон и повязанный вокруг рта платок. Впрочем, «на мушке» громко сказано — ствол короткого автомата был устремлён в пол, но глаза неустанно наблюдали за каждым моим движением, недвусмысленно говоря этим: «Только дай мне повод — и через секунду ты превратишься в решето».       — Б-было приятно иметь с вами дело, — нервно обернулся я на торговца, после чего, сглотнув, осторожно зашагал на выход, стараясь не смотреть в сторону охранника.       Казалось, что даже неосторожный взгляд мог спровоцировать его на нежелательное поведение. Как уже говорилось ранее: зелёных зон здесь нет, а стало быть ничто не мешает ему пристрелить бродягу, вроде меня, на собственной же территории — и хрен чего кому докажешь.       Я почувствовал себя в относительной безопасности лишь оказавшись на добрых тридцать-пятьдесят метров от этой лавки и на открытой местности, где блуждало предостаточно народу. Чёрт, хотел бы я сказать, что ноги моей больше там не будет, но стоило мне вывести перед собой карту города… Да, так и есть, это единственный магазин всякой всячины на этой улице. А может и во всём городке, учитывая его относительно небольшие размеры и планировку. Что ж, таковы нравы местной публики — придётся привыкать. Может, со временем мне даже понравится.

***

      С трудом сдерживая зевоту, я упал на первый подвернувшийся жестяной ящик, что был сокрыт достаточной для моих габаритов тенью, и лениво вытянул гудящие ноги. Двоякое чувство. Вроде как три года жил «по уставу», ступни должны были привыкнуть к сапогам, но жара превращала эти пошитые куски кожи в натуральную пыточную камеру для ног! И ведь не снять их — только хуже сделается, солнце тут совсем не милосердное, запечёт кожу на раз-два. Удивительно, как я смог выбраться из пустошей без лицевой повязки, аж самому не верится. Но поблуждав по городским улицам с час, а затем и ещё полчаса по нескольким лавкам, я окончательно "сварился". Нужно охладиться. Этим… чудакам на букву «м», торговцам, так сложно было поставить хотя бы пару вентиляторов в помещении? Электричество, вроде как, здесь везде есть, и его даже особо не экономят. Так какого вообще?!.       Ладно, раз уж всё равно дурью маюсь, так хоть инвентаризацию проведу, благо этот переулочек тупиковый — мне придётся следить лишь за одной стороной, что прямо передо мной, откуда я, собственно, и ввалился сюда. Да и тень меня практически полностью укрывала от посторонних глаз. Но сперва…

[ Дуэлист ] [ Активное | Навык: Пистолеты ] На короткий промежуток времени заметно повышает

мышечную реакцию, увеличивая скорость расчехления и

каждого последующего нажатия на спуск. Активен

вплоть до опустошения магазина/обоймы.

Эффект: увеличение скорости выхвата и стрельбы

на 3.3% за каждый уровень навыка.

Доступно: 13.2% Перезарядка: 60 сек. Цена: 10 Е/Э

      Что ж, не дурно. По крайней мере, при стычке с людьми в городской локации, где особо не развернёшься, может здорово выручить. Смущает только время отката и отсутствие конкретики о точности такой стрельбы — как правило, при стрельбе навскидку страдает прежде всего точность. И если на одного противника уйдёт весь магазин — это очень затратная способность.

[ Свежевание ] [ Активное | Навык: Охота ] Позволяет разделать убитое вами существо для добычи

полезных ресурсов. Шанс сбора всех возможных ресурсов

с неизвестного существа зависит от уровня навыка, будьте

внимательны. При получении знаний шанс сбора повышается до 100%.

Эффект: повышение шанса сбора ресурсов с неизвестного

трупа на 2.5% за каждый уровень навыка.

При наличии знаний шанс сбора 100%.

Доступно: 7.5% Перезарядка: 10 сек. Цена: 5 Е/Э

      Хм, то есть, выходит, даже при максимальном уровне навыка — а это, если я правильно помню пояснения Шарпа, тридцатый уровень для всех, кроме «выживание» — шанс сбора с незнакомого мне, то есть моему персонажу, трупа не превысит семьдесят пять процентов. Ну, не сказал бы, что это совсем уж нечестно, но вынуждает стремиться завладеть этими самыми «знаниями», чтобы поиметь действительно все возможные ресурсы. Ведь сбор ресурсов важен в любой игре, где приходится что-то постоянно покупать или улучшать. Нужно будет не забыть и этим заняться…       Так-с, ладно, с навыками более-менее разобрались, более ничего важного не вижу. А что там с пожитками?       Кожаный кошель с пачкой купюр и добытыми ранее "честным" мародёрством металлическими монетами — всего восемьсот сорок месс, не густо; последняя пластиковая бутылка с водой, уже опустевшая более чем на половину; последний рулон пахучих клейких бинтов, весьма добротных, кстати — царапины на плече уже полностью зажили; так и не тронутый швейный набор (и что мне только с ним делать?); дурман-трава (хм, может стоило её тоже продать? На кой мне наркота?); теперь уже пустой платок, куда недалече были завёрнуты патроны к револьверу… Вот чёрт, я что же, без боезапаса остался? Спешно нащупал закреплённый за застёжку на поясе ввиду отсутствия кобуры револьвер с подствольным ружьём (нужно бы его уже как-то назвать… но подходящего слова не нахожу — это же монстр какой-то), затем открыл барабан. Четыре золотистых круглых "попки" на семь гнёзд — плохо, но не критично. Четыре выстрела — четыре трупа, как сказал бы Шарп. Вот только я, в отличии от него, не снайпер. И в целом стрелок из меня пока никудышный, навык маловат. Ладно, что там с подствольником? Осторожно открутил агрегат и заглянул в казённик — пусто. То есть всего четыре выстрела. Всё. Ну и грубый самопальный нож в запасе, правда от него толку ещё меньше. То есть потратиться так или иначе придётся — до сего момента я исключительно присматривался, исследовал рынок, так сказать.       Что ж, в местное отделение банка я заглянул — ничего так, цивильненько внутри, опрятно и со вкусом, стоящая за стойкой девушка была довольно мила и любезна, даже когда я прямо сказал, что просто осматриваюсь. К «броневику» тоже сходил — в принципе, ничем не отличим от той же «всякой всячины», разве что на прилавках красовался уже действительно полезный товар, а не мусор: нижняя одежда, верхняя одежда, пулевая защита, термозащита, химзащита… Довольно богатый выбор для окраинного городка, но брать пока ничего не стал — не по карману. Осталось заглянуть в оружейный, а затем может и в… хе-хе-хе…       Я встряхнул головой, разгоняя дурные мыслишки. Нет, сейчас есть дела поважнее — всякие непотребства стоит оставить на потом… кхм, то есть, я хотел сказать — вовсе выкинуть из головы, конечно же! Я здесь не за этим! Чур меня, чур!       Убрал пожитки обратно в рюкзак и встал, разминая поясницу. Открывшаяся карта показывала, что я как раз в паре домов от оружейного — отлично, вперёд! Не желая больше "загорать", я спешным шагом прополз вдоль стен домов, стараясь держаться тенька, и на сей раз сразу прошмыгнул внутрь искомого заведения, без стука или огласки — я так понял, вежливость тут всё равно не в почёте, так какого чёрта…       — Больно ты резвый, пацан.       Однако прямо с порога мне в нос упёрся чей-то оружейный ствол, что я явственно ощутил запах застоялой смазки. Ошарашенный, я застыл на полушаге, так и не осмелившись поставить занесённую в воздух ногу наземь, да и вообще хоть как-то шелохнуться — не хотелось остаться без головы.       — Ты чего тут крадёшься? Недоброе замыслил?       — Па-простите, — только и пробубнил я, косясь на мушку, что щекотала мне кончик носа. Я с трудом сдерживался, дабы не чихнуть. — Я п-просто… э-это самое…       — Буравчик, к нам посетитель?       Накалившуюся обстановку внезапно развеяли донёсшиеся до моего слуха мелодичные тонкие нотки. Вот чего-чего, а в подобной игрушке я ни за что не ожидал услышать нечто подобное, только не миленький девчачий голосок — перед моими глазами сразу предстал образ озорной девочки-подростка в розовом сарафанчике и шляпке. Да ещё и «буравчик» этот звучит на фоне ржавого металла, выжженной пустыни и иссушающей жары как… Что это вообще такое было?!       — Не уверен, хозяйка, — держащий меня на прицеле компактного пистолета-пулемёта мужчина повысил голос. На замотанном в какое-то тряпьё, напоминавшее старинный арабский шемаг, лице проглядывались лишь сощуренные тёмные глазёнки, что продолжали мерить меня острым взглядом. — Крался тут чего-то, мутный типчик больно.       — В-вы не так поняли, — поспешил вставить я. Встрявшая в наше противостояние неизвестная женщина придала мне немного уверенности. — Я просто держался тени, солнце уже замучило, что невмоготу больше. Думал, пробуду там хоть ещё минуту — и одежду придётся отдирать с кожей. Вот. Это правда!..       — Ну будет тебе, дорогуша… — Наконец, на глаза показалась и сама обладательница этого ласкающего уши голоска, вынырнувшая из-под тряпичного навеса, что служил в магазине дверью, разделяющей комнаты. — Такой милый мальчик не может быть плохим. Впусти, я хочу рассмотреть его получше.       «Исламский боевик», как я успел наречь про себя этого угрюмого мужика в зеленовато-коричневом пыльнике и платке, послушно опустил ПП до уровня пояса и сделал приглашающий жест, тем не менее не спеша отвести от меня оружие полностью — мой торс всё ещё находился на воображаемой линии огня его ствола. Ладно, может, это тут в порядке вещей — в прошлом магазине меня, небось, охранник также из угла держал на мушке, ожидая малейшего неверного движения с моей стороны. Как же тяжело живётся людям в постапокалиптическом мире.       — Божечки, да ты в самом деле милашка! — Я успел проделать каких-то пару шагов — и моя голова уже оказалась в невообразимо крепкой хватке, вертящаяся туда-сюда, словно у игрушечного болванчика, что любят крепить в салонах автомобилей. — Эти мужики постоянно любят "навесить" на себя шрамов и прочую ерунду, а ты такой гладенький и прилизанный, словно ребёнок!       — П-пожалуйста… б-больно же!..       Из-за окутывающей проход тени я не смог как следует разглядеть её. Но вот женское лицо оказалось буквально в паре сантиметров от моего, увлечённо разглядывающее меня со всевозможных ракурсов со странной ухмылкой. Но больше странного поведения девушки меня поразила её внешность. Вернее, возраст. Этот звонкий голосок, какой обычно встречается у девочек-подростков, принадлежал уже более чем зрелой женщине, на вид не младше сорока лет. Из-за аккуратных черт лица и практически полного отсутствия морщин ей можно было бы дать и тридцать, и двадцать пять лет, но характерная усталость в глазах и подветренная кожа явственно говорили о проделанном большом жизненном пути. Вне всяких сомнений, передо мной была взрослая состоявшаяся женщина с повязанными в хвост тёмно-рыжими волосами, редкими веснушками на гладких щёчках и с пропорционально маленьким — в отличии от моего — носиком и пухлыми губками. Если бы не лёгкий загар лица от местной жары, я бы вовсе засомневался, что она из этой реальности — таким, как она, попросту не место здесь.       — Ох, прости пожалуйста, — она играючи состроила виноватую рожицу и нежно потрепала меня за раскрасневшиеся от таких беснований щёки. — Ты бы знал, как редко мне доводится видеть таких славных мальчишек. Вокруг одни угрюмые смутьяны… — Женщина на мгновенье бросила взгляд мне за спину и тут же, с прорезавшейся улыбкой, повышенным тоном добавила. — К тебе это не относится, Буравчик, не нужно на меня так недовольно смотреть.       — Буравчик? — недоумённо переспросил я, косясь на прильнувшего плечом к стене мужчину. — Это его имя?       — О нет, это я его так ласково зову, — выдала смешок женщина, оставив, наконец, в покое моё лицо и отстранившись назад. — Вообще, его прозвище Штопор, поэтому не советую обращаться к нему как-то иначе — подобные обращения прощаются лишь мне одной.       — При всём уважении, хозяйка, — угрюмо отозвался притаившийся в углу мужчина, — но не думаю, что подобная информация для чужих ушей. Воздержитесь от неформального общения с посетителями, пожалуйста.       — Бу-у-у, почему ты вечно такой злюка? — по-детски надулась та, однако следом сразу расправила плечи с положенной взрослой женщине грацией и уверенностью. Меня не переставал поражать подобный контраст властной деловой женщины и невинной озорной девочки. Да что с ней такое? — Ох, ладно, твоя правда. Юноша, пройдёмте тогда в рабочее помещение, не будем топтаться в предбаннике.       «Предбанник, да? — криво ухмыльнулся я про себя. — Больше походит на отсек дезинфекции, что устанавливают в исследовательских лабораториях. Разве что очистительной смесью здесь выступал охранник с пистолетом-пулемётом — ни одна "зараза" не прорвётся внутрь так просто».       Стоило переступить порог комнаты, просачиваясь сквозь плотную ткань навеса, как меня обдало приятным дуновением холодного воздуха. Да неужели? Кондиционер! Такая простая вещь смогла привести меня в настоящий восторг, что я интуитивно развёл руки в стороны, позволяя потоку обласкать каждую часть тела, в особенности начавшие потеть подмышки. Благода-а-а-ать!       — Имея что-то — ты никогда не будешь это ценить, пока не потеряешь, — неожиданно глубокомысленно протянула женщина, уже успевшая к тому времени вытащить из-под прилавка два простеньких металлических табурета и выставить подле такого же простенького металлического столика, отдающего знакомым запахом оружейного масла. — Так ты и впрямь новенький…       — Так заметно? — невесело улыбнулся я, смутившись от собственной ветрености, и спешно опустил руки.       — Люди довольно быстро привыкают к местной жаре, — улыбнулась она и присела за стол. — Системы комнатного охлаждения — нечастое явление, как ты уже заметил. Они слишком дорого обходятся в обслуживании, поэтому многие предпочитают иметь индивидуальные, что несоизмеримо дешевле. Что ж, присаживайся, в ногам правды нет.       Я послушно плюхнулся на табурет напротив, попутно сбрасывая полупустой рюкзак к ногам.       — Починить что требуется или прикупить? — перешла она сразу к делу.       — На самом деле… — начал я и запнулся. Несмотря на её открытость и дружелюбие, всё же местные больно агрессивные, и если я буду отнимать у неё время понапрасну — кто знает, как она отреагирует. Ну да ладно, выбора всё равно особо нет, рискну. — В общем, я пока просто осматриваюсь. Денег у меня немного, поэтому не думаю, что могу позволить себе что-то стоящее, и я планирую пока присмотреться, собрать информацию… Кхм, простите, если зря трачу ваше время…       — Ху-ху-ху, ты становишься таким милашкой, когда стесняешься, — пропела женщина пугающим голоском. Мне повезло, что у неё хватило самообладания не начать вновь меня тискать, хотя пальцы рук уже нетерпеливо поигрывали, мягко постукивая по столешнице. — Что ж, клиентов всё равно пока нет, а заняться тут особо нечем. Тебе повезло, юноша, ведь я здесь уже более тридцати лет, мало кто сравнится со мной по опыту и знаниям… — Она подняла на меня взгляд, что, наверное, был ближе к хищнику, загоняющему свою добычу, дабы после благополучно сожрать — он пронял меня до самых костей. — Если будешь паинькой, возможно, я продемонстрирую тебе.       Даже в такой щекотливой ситуации, когда, казалось, одно неверное движение — и «оно меня сожрёт» (причём, явно в ещё более пугающем смысле, чем натуральное поедание плоти), от меня не ускользнула одна важная деталь. Она сказала, что здесь уже более тридцати лет. То есть, она такой же «пришлый» — игрок — как и я? Или неписи также могут откуда-то приходить, мол, убили кого-то — и на замену мертвецу явился новый, или как-то так? Неясно. Может, как-то осторожно спросить? Но вроде как ролплэй, все дела. Мне не засчитают подобные вопросы как нарушение правил? Чёрт, нужно было внимательней прочесть мануал…       — Так вы… — решился всё же спросить. — Ну… тоже из «пришедших»?       — Ты спрашиваешь, игрок я или НИП? — Заметив моё изменившееся в не лучшую сторону лицо, она улыбчиво добавила. — Расслабься, жёсткие рамки ролевого поведения применимы только к неигровым персонажам — игроки наедине могут общаться в свободной форме, как им удобно.       — Смею предположить, что в таком случае вы — живой игрок?       — Ну, понятие «живой» тут неприменимо, — невнятно повела плечами женщина. — Местный ИИ довольно-таки точно воспроизводит характер, реакцию, потребности и прочее, что и делает нас людьми. Ты ведь не можешь с ходу отличить нипа от игрока? — Дождавшись моего отрицательного покачивания головой, она продолжила. — На это и делался расчёт, чтобы ты забыл, что это — просто игра. Так ощущения намного острее. Хм, отвлеклась. Да, я — игрок. По нашему времени, здесь уже более двух лет. И да, — она озорно погрозила пальчиком, едва я успел открыть рот, — если надумаешь спросить про игровой возраст — отстрелю тебе твою "Пизанскую башню".       — Н-нет, я не об этом, — поспешно запротестовал я. Тем более, что самостоятельно высчитать возраст не так уж и сложно, раз уж все игровые аватары начинают свой «путь» с восемнадцатилетнего возраста — задать этот параметр было нельзя, а судя по моему собственному, мне явно столько же, сколько и… мне? Тьфу, и так понятно, в общем: мой аватар и я реальный — идентичны на вид. — Так как тогда различать, кто перед тобой? И важно ли это в таком случае вообще?       — Да как сказать…       Женщина вынула из заднего кармана мешковатых штанов серебристый портсигар и достала самокрутку. Осёкшись, она взглядом поинтересовалась, можно ли ей закурить, на что я ожидаемо кивнул — не могу же я ей запретить что-то в собственном доме… ну или мастерской, не важно. Отказавшись от протянутой было мне папиросе, я, наконец, обратил внимание на её одежду — до этого меня больше беспокоила собственная безопасность. Короткие светлые берцовые сапоги на лёгкой подошве, свободного покроя армейские полевые штаны из брезента песчаного оттенка и облегающая на бюсте, но тем не менее довольно просторная серая футболка-безрукавка. Раскурив и выдохнув кольцо дыма, женщина заговорила вновь:       — Кому-то важно, кому-то нет. Тут ведь дело в том, что большинство нипов хоть и носит оружие, но не владеет оружейными специализациями. Не так, как игроки. Даже мы, те, кто выбрал стезю торговца, ремесленника или врача, в начале своего пути были простыми наёмниками, отчего какие-то боевые навыки так или иначе сохраняются. Соответственно, свяжись ты с игроком — гарантированно встретишь отпор, если на уме недоброе. С нипами проще расправиться, это факт. — Женщина кратко указала в сторону предбанника, где дежурил охранник. — Взять, к примеру, моего Буравчика. Когда я подобрала его ещё совсем мальчишкой, он был непомерно слаб даже для нипа. Но малыш упорно развивал боевые навыки долгие годы, и теперь он сравнится по силе с мало-мальски опытным наёмником-игроком, в этом нет сомнений… — Она бросила на меня насмешливый взгляд. — Хочешь проверить?       — Нет, пожалуй, откажусь, — выдал я улыбку, хотя внутреннее содрогнулся всем телом. Да что за юмор у неё такой? Даже если это просто игра — никому не хочется так просто умирать, ну нафиг. — Так поэтому он называет вас «хозяйкой»? Он ваш личный непись, вроде раба или?..       — Малыш, позволь попросить тебя кое о чём. — Невообразимо быстро мой нос кольнуло остриё армейского боевого ножа, чью рукоять сжимали тонкие девичьи пальчики. В её маленький ладошке громоздкий нож смотрелся несуразно, как если бы в руки ребёнку вложили большой и тяжёлый пулемёт, но женщина держала его более чем уверенно, явно владея навыками боя на короткой дистанции. — Никогда не употребляй в моём доме такие отвратительные слова как «раб». Буравчик живёт здесь и работает на меня по собственной воле, и он всегда волен уйти, если того пожелает, как бы я к этому ни относилась.       — П-простие, я ляпнул не п-подумав, — осторожно пробормотал я, интуитивно отодвигаясь шеей назад. Облегчённо вздохнув, когда нож вернулся обратно в набедренные ножны, я понуро добавил. — Я не думал, что к неписям кто-то может относиться как… ну…       — Как к людям, — понимающе кивнула она, заметно расслабив напрягшиеся было плечи. — Многие и не относятся, порой убивая и издеваясь над ними, словно над безвольным скотом, просто забавы ради. Мне подобное не по душе. Ведь если ты не можешь отличить живого человека от компьютерного кода — так есть ли в самом деле эта разница? То, что этот интеллект искусственный — заслуживает ли он худшего к себе отношения, нежели интеллект биологический, естественный?       — Заставляет задуматься, — честно ответил я.       — Да, Буравчик всего лишь набор цифр, программа с заложенным в нём поведенческим алгоритмом. Сложным, и даже самообучающимся, но всё же заранее кем-то прописанным. Но за те двадцать игровых лет, что он живёт у меня, мы столько пережили вместе. Мы о многом беседовали, многое изучали, многое пробовали. Для меня он — полноценная личность со своими достоинствами и изъянами, с добродетелями и пороками. Несовершенный и сложный… как и все мы. И каждый раз, когда он уходит куда-нибудь по поручениям, я места себе не нахожу от мыслей, что с ним может произойти что-то страшное. Ведь если он погибнет… Это будет конец.       — Хотите сказать, что неписи здесь не респавнятся, как это обычно бывает в видеоиграх?       — Здесь никто не респавнится… в привычном понимании этого слова. — Женщина глубоко затянулась сигаретой. Её лицо сделалось мрачнее, вся былая удаль куда-то исчезла. Мне даже стало совестно, что я вообще завёл об этом речь, но эта информация может быть очень полезной, поэтому мне пришлось стиснуть зубы и продолжать допытываться. — Что до нипов, если обнулить их хитпоинты и не провести реанимационные действия в отведённое время — они умирают. И смерть для них необратима. Общее количество нипов на локациях поддерживается системой, поэтому даже если перестрелять целый город — через какое-то время его снова заселят. Но это будут совершенно другие люди, со своими индивидуальными характерами и историей. Если ты встретишь какого-нибудь нипа, будь уверен — другого такого ты больше никогда не увидишь, если тот умрёт. Его просто сотрут и сгенерируют нового. И с этим ничего нельзя поделать, даже донат не способен никак повлиять на эту ситуацию. Думаю, разработчики этим хотели донести до нас всю жестокость нашего мира, что следует ценить всех и всё, окружающее нас. Знаешь, — она невесело улыбнулась, туша самокрутку и подошву сапога, — наверное, поэтому здесь мало кто задерживается надолго. Не каждому по душе испытывать настоящую боль и страдание. А они непременно настигнут тебя, даже не сомневайся. Поэтому здесь преимущественно тусуются жестокие и циничные люди, для кого подобное место — просто рай на земле. Где они могут выпустить своих внутренних демонов и развлечься вдоволь. Впрочем, есть и те, кого просто невозможно ничем пронять, кто видит всё насквозь, помня, что это просто симуляция, ненастоящее, неживое. Не могу их винить. Я и сама стараюсь время от времени внушать себе это. Но выходит едва ли, стоит лишь поговорить с кем-нибудь из них.       Потрясённый, я даже не нашёлся, что и ответить на это. Ведь всё, что я ни скажу, может прозвучать или банально, или ранимо… или же вовсе оскорбительно. Чёрт, я и сам из тех, кто постоянно ловит себя на мысли, что это всё просто игра, поэтому мне нисколько не было жалко тех же собак, которых мы с Шарпом отстреливали пачками. А что если они также являлись чем-то «живым»? Со своими повадками, характерами, желаниями и стремлениями? Кто-то из них мог быть матерью или отцом. Я совершенно об этом не задумывался — просто жал на спуск раз за разом, разрывая их обезображенные радиацией морды в клочья. На мгновенье меня даже замутило от этой мысли… Чёрт, даже чувство тошноты прекрасно передаётся здесь, невероятно.       — Ох, прости, — чуть не подскочила на месте женщина, с виноватой улыбкой повернувшись ко мне лицом. — Ты просто интересовался игровыми механиками, а я тут такого наговорила…       — Да нет, что вы, — успокаивающе поднял руку я. — Это было весьма познавательно. У меня теперь более глубокое представление об этой игре, и я более-менее осознал, чего от неё теперь можно ожидать. Весёлого мало, согласен, но это действительно интересный опыт.       — Ох, точно, ты ведь спрашивал про распознавание игроков и нипов? — припомнила она, подняв вверх указательный палец, на что я энергично закивал. Вот эта инфа будет наиболее полезной. — Только сперва вопрос: ты ещё помнишь свой обучающий квест?       — Ну… — неуверенно протянул я, напрягая память. Вроде как это было относительно недавно, но произошедшие впоследствии события напрочь вытеснили те, случившиеся ранее. — В общих чертах. Побродил, немного пострелял… вроде как и всё.       — Нет, я про всплывающие подсказки.       — А, ну да, было что-то такое, точно.       — И как?       — Что «как»? Подсказали, как управляться с игровым меню, статистикой, описанием заданий и прочее. Потом следы заставили осматривать, а затем… Ох…       — Только сейчас дошло? — весело хихикнула она. — Да, именно, используй команду «осмотр» для идентификации объекта. Это работает и на живых существах, включая людей, роботов и мутантов.       Я последовал совету и, сосредоточившись на сидящей напротив женской фигуре, проговорил в уме: «Осмотр».

<Игрок> Имя: неизвестно Раса: Человек Здоровье: 100/100% Энергия: 100/100% Фракция: неизвестно Специализация: неизвестно Репутация: неизвестно

      — Видишь? — с любопытством наблюдая за мной какое-то время, наконец спросила женщина.       — Только то, что вы игрок и принадлежите к расе людей, — ещё несколько раз пробежав глазами по выскочившему окошку информации, утвердительно кивнул я. — А что с остальной информацией? Почему она недоступна?       — А это разве не очевидно? — Я лишь пожал плечами, на что она лукаво ухмыльнулась, но всё же пояснила. — Ты, то есть твой персонаж, не владеет этой информацией. Так с чего бы тебе, игроку, её сообщать? Это будет как-то нечестно, не находишь?       — Хм, а ведь не поспоришь, — цокнув языком, неохотно согласился я, в раздумьях почёсывая гладкий, ещё не обросший щетиной подбородок. — И какие у меня варианты, не подскажете?       — Знаешь, уже за то, что я тебе и так рассказала, я могла бы содрать с тебя приличную сумму, — хитро прищурила та глазки, поджигая свежую самокрутку. — Но ты мне симпатичен, поэтому какого чёрта… — Женщина затянулась и блаженно прильнула спиной к стене, кладя свободную руку на столик и деловито забрасывая ногу на ногу. — Не люблю, когда меня пристально разглядывают, но в качестве исключения… Присмотрись ко мне внимательней, осмотри каждую часть тела, обращая внимание на любые незначительные детали. Уверяю, внешние атрибуты скажут тебе больше, чем любые слова.       Вздохнув, я повиновался и принялся блуждать по ней взглядом, стараясь выцепить всё, что только возможно. И ведь действительно, стоило мне проявить должное внимание к деталям, как глаз невольно отметил висящий на шее металлический кулон: цепочка оканчивалась резной плоской фигуркой в виде равностороннего креста с опутывающими его лозой и цветками. Никакого окошка по этому поводу не выскочило и я продолжил осмотр. Следующим удалось заметить кожаный манжет на левой руке, что сейчас вольготно расположилась на столике. С виду ничего особого из себя не представлял — браслет и браслет, по размерам сравнимый со средневековым наручем, отчего крепился на запястье двумя тоненькими ремешками. Оповещения также молчали и об этом. Я собрался было уже закончить осмотр, как случайно обратил внимание на левое плечо женщины. Забавно, что в глаза сразу не бросилось чёрное изображение татуировки на розоватой, лишь с лёгким оттенком желтизны от вечно палящего солнца коже. Скалящаяся голова бурого медведя выглядела достаточно грозной, однако проглядывающие из-за неё гаечный ключ и отвёртка сбивали с толку. Как и нанесённый чуть ниже штрих-код с едва заметными буквами и цифрами. И снова никаких уведомлений. Да что ж такое-то?..       — Кулон, браслет и тату, — сдавшись, перечислил я то, что удалось заметить. — Больше ничего не вижу.       — А больше ничего и нет, — усмехнулась она. — Молодец, ты нашёл все опознавательные аксессуары. Смотри… — Женщина аккуратно поддела пальцами крестообразный кулон и поднесла поближе ко мне. — Эту вещицу выдают всем вступившим в Орден Возрождения. Вот, на обратной стороне даже пометка сохранилась: «Юго-западная крепость. Сестра-оружейник Санора» и идентификационный номер…

Фракция [Орден Возрождения] добавлена в раздел информации. Внимание! Вся полученная информация о внутриигровом мире доступна в разделе [Статистика] -> [Информация о мире].

      «О, это уже что-то», — довольно подумал я про себя, заметив всплывшие окошки уведомлений.       Однако отвлекаться не следовало…       — Это выдавали после приобретения лицензии на торговлю и прокачку максимального уровня доверия у торговой компании «Золотые пески», — тем временем продолжала она, демонстрируя теперь кожаный невзрачный браслет с какими-то невнятными то ли надписями на неизвестном языке, то ли просто причудливыми узорами. — Я сперва торговала всем подряд и много путешествовала с караванами, пока не нашла то, что пришлось действительно по вкусу. Ну и, разумеется, требовался стартовый капитал для покупки собственного магазинчика, то ещё было времечко…

Фракция [Торговая компания «Золотые пески»] добавлена в раздел информации.

      — Ну и татуировка… — она указала пальцем на чёрное изображение медведя с проглядывающими позади инструментами. — Это я по молодости служила в БСС. Балтийские силы самообороны, то бишь. Юго-западный батальон, инженерная рота. По большей части мы обслуживали технику и снаряжение. Оттуда я и полюбила возиться с пушками, загорелась желанием обзавестись собственной мастерской. Не представляешь, какой это кайф — вскрывать очередное устройство, познавать все его механизмы, залезать в каждую щёлочку, ох, как это всё эротично…

Фракция [Балтийские силы самообороны] добавлена в раздел информации.

      — Эм… ну, даже не знаю, — замялся я, уже в конец не разбирая, о чём она таком толкует. И, честно говоря, даже знать не хочу. Это уже какие-то личные тараканы в голове, и лучше их не касаться. — Так а как мне это помо?..

Условия выполнены! Открыт навык [Хитроумие]!

      — Ох ты ж… — так и не договорив, восторженно выпалил я.       — Получил, наконец, «хитроумие»? — прервав словесный поток, поинтересовалась женщина.       — Да, как вы узнали?       — Оно единственное, отвечающее за распознавание информации, — пожала плечами. — Не трудно догадаться. Собственно, при прокачке данного навыка ты не только будешь более успешно подмечать детали, как внешней атрибутики людей, так и окружения в целом, но и сможешь более успешно вести диалог, если потребуются более… изощрённые методы ведения переговоров, скажем так. Ещё, вроде как, оно немного влияет на навыки вора и убийцы, но это не точно — лучше тебе об этом спрашивать у соответствующих знатоков, не интересовалась.       — То есть простого красноречия не хватит для успешного внушения?       — Если вкачаешь его на максимум, то вполне. Но это будет длинный и тернистый путь. Советую прокачивать и красноречие, и хитроумие равномерно, если изберёшь путь пацифиста.       «Боюсь, насилие для меня неизбежно, — с досадой подумал я, но всё же запомнил сказанное ею на будущее. — Я ведь именно за этим здесь».       — …попробуй.       — Что? — Я отвлёкся и не расслышал её последнюю фразу.       — Осмотреть меня ещё раз попробуй, говорю.       — А, сейчас…

<Игрок> Имя: Санора Раса: Человек Здоровье: 100/100% Энергия: 100/100% Фракция: неизвестно Специализация: Оружейник Репутация: неизвестно

      — О, открылось имя и специализация, — радостно доложил я.       — Потому что я об этом обмолвилась… ну или эта информация была указана на аксессуарах, как, например, имя. Теперь понял, как это работает? Общение и наблюдение — твоё всё. Умей контактировать и собирать информацию — и ты завладеешь этим миром.       — Потрясающе, — только и вымолвил я, обдумывая всё услышанное. — Проработка довольно изумительная. Не то что в обычных РПГ, где сразу вся информация висит над головами персонажей.       — На то она и хардкорная, — проговорила Санора, выдыхая последнее кольцо дыма и туша очередную сигарету о подошву сапога, после чего забросила окурок в стоящее под столиком жестяное ведро для мусора. — Что ж, я довольно много времени на тебя угробила. Если имеются ещё вопросы — давай в темпе вальса.       — Нет, что вы, — выдал я глуповатую ухмылку, — я и так потратил неприлично много вашего времени. Спасибо большое, вы меня здорово выручили, правда.       — Погоди-ка секунду…       Я уже засобирался на выход, когда хозяйка хлопнула меня по спине и жестом призвала проследовать за ней. Подумав, что спешить всё равно некуда, да и любопытство брало своё, я вместе с вещмешком зашагал следом, за прилавок, где таился проход в соседнюю комнату. Признаться, поминая её предыдущие закидоны, мне стало не по себе от мысли, что окажусь с ней наедине.       Присев рядом с одним из тяжеленных тёмно-зелёных ящиков, что напоминали коробы с крупнокалиберными патронами или разрывными снарядами, она принялась возиться с колёсиками цифр на механическом навесном замке, между делом вещая через плечо:       — Раз уж я подкинула тебе бесплатной инфы, сделаешь для меня кое-какую работёнку. А я тебе ещё и сверху полезных ништяков накину. С твоей пукалкой всё равно особо не навоюешь, малыш… Не удивляйся ты так, Буравчик мне уже сообщил, что у тебя с собой и в каком количестве — у него отменная наблюдательность, знаешь ли. Так что, возьмёшься помочь сестрёнке с её работой?