СЕЗОН УРАГАНА И ЗАСУХИ.

- Да, да, да, - раздался мой шепот в темноте. Иоанн чуть отдалился и улыбнулся. Так улыбается человек, когда все идет по его плану. - Да, - повторил мой мучитель. - Да, да… - Поднес он лезвие к моему лицу, - ты не пожалеешь об этом, обещаю. Я очень, очень рад, что ты приняла правильное решение. А теперь ты должна пройти омовение. - Что? - Я смотрела на него. Иоанн возвышался надо мной словно каменное изваяние, его синяя рубашка была измята, от него пахло потом, гарью и металлом. Он провел рукой по моей щеке, стирая слезы. - Нужно показать тебя новую, очищенную, Господу нашему. - Он взял меня под руки и повел к двери. Я абсолютно не сопротивлялась. - И мы станем одной большой дружной семьёй, ты, я, Отец... - Где Алекс? - вымолвила я. Иоанн не ответил, вместо ответа он ногой распахнул железную дверь. - Иоанн? - шепнула я. Он посмотрел мне в глаза. Кажется, он не удивлен, что я знаю, его имя. - Он оказался не готов. Эти слова породили целый рой мыслей в моей голове. Наверняка, они пытали и его тоже, и убили. А если нет? Что если "не готов" означает, что он сбежал? Я боялась уточнять, боялась, что худшие опасения будут правдой. Иоанн поднялся со мной вверх по крутой, как на корабле, лестнице. Небольшие, в половину человеческого роста, двери были открыты. Оттуда виднелись темно-синее небо, черные пики елей и мелкие звёзды. Выйдя наружу, я увидела, что сейчас раннее утро, вот-вот небо пронзит первый луч солнца, и запоют птицы. Воздух был свеж и чист, мне никогда так не хотелось дышать. Я вдохнула глубже, а в горле все ещё засела духота и смрад железной комнаты с тату-машинкой. Иоанн посадил меня рядом с собой в белый пикап, на котором был нарисован знак "Врат Эдема": крест с несколькими лучами. - И как тебя зовут? - спросил он, заводя пикап. - Саманта. Пикап вилял из стороны в сторону по грунтовой темной дороге ведущей сквозь лес, по кузову били мелкие камешки. Вокруг только тьма и деревья. Иоанн велел мне пристегнуться. Я повиновалась. На каждом ухабе боль в спине напоминала о сегодняшней ночи. Покрытые татуировками руки Иоанна крепко сжимали руль, в них чувствовалась сила. Я вжалась в сиденье, мысленно радуясь, что не прочувствовала на себе всю силу этих рук. На горизонте появился небольшой спуск, а за ним - озеро. Там собрались люди, все одетые в белые бесформенные балахоны. Иоанн остановил машину и вышел. Обойдя пикап, он открыл предо мной дверь. - Пошли, - улыбнулся он и подал мне руку. Я отодвинулась от него и вцепилась в кожу кресла. - Я сказал, пошли, - уже жёстче сказал он и схватил меня за руку и рывком достал меня из машины. Я бы упала на каменистую землю, но сектант подхватил меня и поставил на ноги. - Надо завершить твоё просветление, Саманта. Осталось совсем немного, - он пытался сделать голос успокаивающим, но в нем все равно слышалась жёсткость и нетерпение. - Ты мне веришь? - Да. Здесь не могло быть другого ответа. По колено в воде стояли высокие крупные мужчины с густыми бородами и татуировками. Они что-то наливали в озеро из канистр. Когда Иоанн подвёл меня ближе к озеру, он сделал знак головой, и двое мужчин взяли меня за руки и повели в воду, прямо к тому месту, где они выливали жидкость. Иоанн сзади взялся за мою шею и с силой надавил. Я встала на колени, а он продолжал держать мне шею. - Узрите же, братья и сестры! Сегодня ещё один грешник найдет спасение и очищение грехов своих! Саманта Бэннер, ты грешница. Ты готова принять спасение и признать грехи? Иоанн сильнее сдавил пальцами мою шею и держал у самой воды, у нее был приторный удушливый запах. - Да, - сказала я и тут же оказалась лицом в воде. Эта вода обволакивала лицо как масло, щипала глаза, проникая через веки, как бы сильно я не жмурилась. Я задергалась, но Иоанн не давал мне подняться. - Видите?! Грехи все еще не отпускают ее. Это же просто: отдаться греху. Но чтобы его победить, нужна смелость и сила, коих у людей нынче мало. Воздуха оставалось все меньше, и я рефлекторно попыталась вылезти из воды, но Иоанн мертвой хваткой удерживал меня. Я перестала дергаться, боясь, что он просто утопит меня. Наконец он поднял меня, и рванула к воздуху. В глазах сияли огоньки, а воздух стал невероятно ярким, хотя озеро окружала предрассветная тьма. Голова загудела, тело стало словно мокрая вата: тяжелое и неуправляемое. - Что со мной… - произнесла я одними губами. - Что? - Иоанн подтянул меня к себе. - Да, - ответила я, - я грешница. Да, я хочу спастись. - Мой голос стал вялым. - Ты видишь, что скрывали от тебя грех и ненависть? Видишь, как прекрасен мир? Когда спала пелена, что закрывала взор и смущала разум, ты видишь ложь вокруг себя? Деревья, вода, люди в белом, Иоанн — все пульсировало и дергалось. Казалось, я где-то далеко от сюда. - Да. Вода снова хлынула в ноздри. Я старалась сопротивляться как можно меньше, чтобы быстрее оказаться на поверхности. На этот раз Иоанн быстрее поднял меня. - Что ты видишь? - тихо спросил он. - Правду. Иоанн довольно улыбнулся. - Ты будешь с нами, - сказал он, коснувшись моей щеки. - Мы станем семьей. Когда Иоанн вез меня в пикапе куда-то по ухабистой дороге, он еще что-то говорил, но я не слышала. Все звуки превратились в эхо. В глазах мелькал свет. Мое тело как мешок виляло из стороны в сторону на каждой кочке. - Ты меня слушаешь? - резко и громко сказал Иоанн. - Что? - посмотрела я на него. Лицо сектанта было слишком близко и будто сияло изнутри, и я понимала, что мне это только кажется. Эта жидкость заставляет зрение подводить, а голову наполняет неясными мыслями. Сейчас мне стало необычайно спокойно, как будто пытка, татуировка, крещение в воде не имели никакого значения. - Извини, я не расслышала… - Я сказал, что везу тебя в коммуну «Врат Эдема». Там ты поселишься в домике. Ты будешь счастлива, забудешь о боли, которую тебе принес мир потребления и греха. Наконец лес кончился, и вдали появились высокие металлические ворота, по бокам которых стояло двое крепких парней с винтовками в руках. Заметив водителя, парни быстро открыли ворота, и пикап проехал дальше. За воротами стояли небольшие одинаковые белые домики с блекло-зелеными крышами, церковь с длинными черными пиками, амбары, склады и автомобили. Солнце только показалось в зените, разрезая утренний туман. Иоанн остановил пикап перед каморкой, из которой вышел вахтер. - Посиди здесь, - мягко сказал он. Вахтер поправил очки и поприветствовал Иоанна. Сид вышел из машины, и, подойдя к нему, что-то ему сказал, но не слышала, что. Вахтер напряг брови и покачал головой, Иоанн стоял ко мне спиной, сцепил за ней руки и кивнул. Вахтер принес из своей каморки какой-то журнал и показал Сиду, тот внимательно посмотрел на страницы и бросил раздраженный взгляд в сторону. Затем он вновь повернулся к вахтеру и что-то сказал. Вахтер улыбнулся и кивнул, судя по губам, он сказал «Конечно», и какие-то еще слова, которых я не разобрала. Я заерзала на сиденье и отвернулась. За стеклом пикапа начинался рассвет, туман, окрашиваясь в красный, растворялся в воздухе. Жители домиков зашевелились, раздвигая шторки на окнах. Казалось, у меня в голове абсолютная пустота, я ничего не чувствовала, кроме умиротворения. Тепло растекалось у меня внутри. Я могу вечно смотреть на солнце, туман и верхушки деревьев. - Иоанн сделал мне татуировку, всего лишь тату… - спокойно прошептала я, и кусочек стекла перед моим ртом покрылся паром. - Иоанн, он… Звук открывающейся двери вырвал меня из сладостного оцепенения. - Небольшая техническая накладка, - сказал Иоанн. - К сожалению, сейчас свободных домиков нет. Но Найджел, - Иоанн повернул голову в сторону вахтера и улыбнулся ему, а затем вновь развернулся ко мне, - любезно предоставит тебе комнату у себя в доме. Там ты сможешь отдохнуть и… - Привести себя в порядок? - улыбнулась я. - Да, - посмотрел он мне в глаза. Взгляд Иоанна смягчился, а на лице появилась мягкая улыбка. - Как ты себя чувствуешь? - Мне хорошо.