Никуда не денешься, влюбишься и ... хм...

POV Олег Утро… утро - это наше все… Утром так приятно понимать, что все, что было плохого, уже позади, а теперь будет только хорошо, нет, даже не хорошо, а великолепно! Ведь если утро начинается с объятий любимого – это самое правильное и лучшее, что может произойти. Я с удовольствием развалился на Денисе, руки на груди сложил, ногу на него закинул. Смотрю. Самое лучшее кино: Денис! Он так забавно сопел, губы слиплись, волосы взъерошены… прям обнять и тискать, медвежонок мой… Если честно, вчерашний день, а особенно вечер, я почти не помнил, все как в тумане было. Помню, что с Лизкой по магазинам шарились, и я её после Роме на руки сдал, что потом в ванной кис долго, так, что кожа на пальчиках сморщилась. Потом вот уже не так четко. Вроде, кто-то в гости приходил, не помню, кто, но я его знаю и не был рад видеть. Еще голос отца помню. Сон странный, как я за стеклом в темноте сижу, а на меня фонариками светят. Дуристика какая-то. Если совсем уж честно, то последнее, что я помню четко – как я посреди ночи проснулся на груди Дениса, а он меня по голове гладил и успокаивал. Между этими зафиксированными башкой долбанутой событиями – туман и темень. Не имею ни малейшего понятия, как я у него очутился, но и узнавать подробности нет никакого желания. Даже если у меня совсем ум за разум зашел, и я совсем с катушек съехал – пусть так, мне такой сон очень нравится. Меня сейчас все устраивает, я очутился там, где и хотел, а как – совершенно неинтересно. - Олег, проснулся уже? – Денис зарылся пальцами мне в волосы. Я усмехнулся про себя: так задумался, что даже не заметил, что он уже не спит. - Ага… – я мурлыкнул и потянулся, как все-таки хорошо у него под бочком. Меня чмокнули в лобик: - Давай тогда, дуй в ванную, а я завтрак приготовлю, – он встал и меня за руку тянет. Я хныкнул, на него жалостливо гляжу. Ну, не хочу пока в ванную, хочу еще с ним поваляться! – Надо, грязнуля! – строго выдал Денис, но потом улыбнулся: – Я тебя вчера не рискнул вымыть, ты так сладко спал, но сегодня – надо! Ну, надо так надо. Вот только одному мне мыться не хочется! - Денис! – руку на себя тяну. – Не поможешь? Вдруг я сам не справлюсь, заблужусь, потеряюсь в ванной! - Олежка, – усмехнулся Денис, меня по попе шлепнул, к ванной подталкивая, – не дразнись. Давай сам. Быстрее выйдешь – быстрее позавтракаешь. А то под стоны твоего живота полночи ворочался. Вот так. Мой живот – предатель… такой шанс уплыл… Потому как этот самый живот своей жизнью живет, меня не спросясь. Стоя под теплым душем, зажмурился, потянулся. До чего же хорошо… в ванной было просто замечательно, вот только сильно не хватало здоровяка моего. Только немного спину тянуло, больно и неприятно. Накинув на мокрые волосы полотенце, я решил глянуть, что такого на спине у меня, с чего это она так болит. Вроде, не падал никуда. Вот только когда глянул в зеркало, то про спину и забыл. Потому как всё застил шикарнейший синяк на скуле, расцвеченный синим, лиловым, зеленым, желтым… Я расстроился просто до невозможности. Вот когда я его умудрился схлопотать? Это было в то время, которое я не помню? Пипец… тогда я и вспоминать не хочу произошедшее… И понятно тогда, отчего Дениска мой меня с утра не приголубил… Красаве-е-ец… - Олег? – Денис постучал в дверь, а я от неожиданности чуть не подпрыгнул. – Ты чего там так долго? И впрямь, что ли, заблудился? – короткий смешок. - Денис, – я приоткрыл дверь, пряча ту сторону лица, что с синяком, за дверью, – я сейчас… Попытался дверь закрыть, только Денис распахнул, меня вытянул в коридор, к себе прижал. - Олежка, ну, что за выражение лица… - Какое лицо, такое и выражение… Денис негромко рассмеялся: - Так ты из-за синяка расстроился? Глупенький… Пойдем, сейчас троксевазином помажем, к вечеру почти сойдет. - Ага, буду с желтой рожей ходить целый день, как страшилище… - Не переживай, ты у меня самое лучшее страшилище… - У тебя, да? - Олег, ну, что ты, как ребенок… У меня, у меня, и повторять это буду часто… – по голове меня гладит, пальцем за подбородок лицо мое приподнял, в синяк поцеловал. – Пойдем, спину тебе намажу, и завтракать. Ты как к каше относишься? - Каша? Бе-е-е… – я поморщился, язык высунул. - Не капризничай! Каша с утра – дюже пользительно. - Не люблю кашу. - Ты еще моей не пробовал. - Что, такая особенная? - Ну, не знаю… просто я каши обычные тоже не очень, а надо, так что моя на бульоне с мясом. - Ого! Серьезно! Тогда мне мяса побольше, а все остальное сам ешь! Он усадил меня на кровати, сам за спиной встал. - Все, погоди чуток, холодная… Мазь была не просто холодная, а ледяная. Даже то, что Денис её в руках постарался согреть, не сильно помогло. Денис мазал и мазал, а я пытался представить размер синяка. Или он там не только синяк мажет? Я, конечно же, не против, но интересно же… - Денис, что ты там намазываешь? Уже всю спину извазюкал. - Солнышко мое, у тебя синячище на полспины, так что не шуми и терпи, уже почти всё. - Надо же, такой здоровенный синяк, а мне не больно. - Мазь обезболивающая. Всё! – он последний раз мазнул, вытер руки, меня к себе развернул, в нос чмокнул. – Теперь давай щеку свою. Меня всего намазали, подождали, пока впитается, и футболку натянули. Я в ней утонул. Денис-то намного меня больше, и она всё норовила с плеча сползти. - Голова не болит? – я замотал головой. – Хорошо. Держи, таблетки выпей. Я отважно засунул в рот пригоршню пилюлек. - Молодец! Теперь пошли, кормить тебя буду. - Пошли! Буду с твоих шедевров пробу снимать! – я вскочил с кровати и попрыгал к двери. Только запнулся и чуть не рухнул. Денис меня на руки подхватил, понес на кухню. А я с улыбкой за шею обнял, пусть носит, мне это очень нравится! POV Денис Вот, что за малец! Чудо мое солнечное… Поплакал и забыл, снова жизни радуется. На кухне Олег безобразничать перестал, все шустро слопал. - Вкусно-то как! – воскликнул, ложку облизывая. – Я такую вкусноту согласен на завтрак есть. А шоколадка есть? Сладенького хоцца! – он облизнулся ещё, животик погладил. – Там еще много места осталось! - Конечно, держи! – я тарелки убрал, чай ему налил, конфеты достал. Он их лопал так забавно, по две сразу за щеку засовывая, чаем запивая. А я смотрел и не мог насмотреться. Он последнюю конфетку из вазочки слямзил, причмокнул, облизнулся. - Хорошо-о-о… - Ты счастливчик просто, солнце мое… – прошептал, его к себе на колени усаживая. – Уж думал вчера, что с воспалением легких сляжешь или с чем похуже, а ты как огурец! - Зелененький и пупырчатый? – рассмеялся он, поудобнее устраиваясь. Маленький мой накушался и теперь был не прочь пошалить ещё. Я его в этом желании полностью поддерживал. - Свежий и хрустящий! – покрепче к себе прижал. – И очень аппетитный… Дашь попробовать? - Тебе дать откусить или просто полизать? - Оу… Хм-м-м… начнем с полизать… – рассмеялся, в щечку лизнул. Олежка фыркнул, лукаво глянул, в нос чмокнул. - Пойдем в спальню, хороший мой… - Не хочу… Давай тут! – головенку набок склонил, волосы влажные растрепал. - Боюсь, что стол не выдержит такого счастья. К тому же, кое-кому сейчас не до упражнений! Позабыл уже, что спина больная? - Так мне не больно! - Это еще мазь действует. Правда, малыш, давай без фанатизма, пойдем, я тебя на кроватке приласкаю. - Почему только приласкаешь! А остальное! Я остальное тоже хочу! Полгода без секса, скоро на людей кидаться буду! - Неужели, прям-таки и кидаться? - Ага! Поцелуй меня. - Как? Так? – я поцеловал его в лобик. Он замотал головой, хитро улыбаясь. – Нет? А так? – чмокнул в носик с конопушками. Олежка смешно поморщился. – Опять не так? Хм-м-м… Тогда так! – поцеловал его в щечки. – Опять не так? Ну, даже не знаю… Как же мне моего мальчика целовать? Олежка звонко рассмеялся, голову назад запрокидывая. - Покажи мне, как тебя целовать-то? - Глупый какой Денис у меня! Учись, пока я живу! – он нежно дотронулся губками моего рта, язычком облизал, я только рот приоткрыл, позволяя ему шалить. Олежка целовал пока мягко и невесомо, улыбаясь и похихикивая. - Веселишься, да? - Ага! Когда еще Дениску целоваться буду учить! - Я быстро учусь. Показать? - Давай! – скомандовал мой ненасытный. И я дал. С превеликим удовольствием дал. Смял его губки, ротик шоколадный вылизал, все глубже врываясь, за голову к себе прижимая. Олежка так сладко постанывал, за плечи мои цепляясь, пальцами за волосы немного дергая, вплавляясь в меня всем телом. Я его под попку подхватил, не отрываясь от ротика, в спальню понес. Там на кровать уселся, чтоб спинку его не потревожить, а он лишь ногами меня покрепче обхватил, дружком своим в живот мне вжимаясь. Заласкал всего, мальчика своего ненаглядного, руки под футболку засунул, спинку глажу, бока, талию тонкую… Скинул с него футболку, свою куда-то запулил и снова целую, ладонями попку его чудесную мну, пальчиками все ближе к дырочке пробираясь. На секундочку пришлось отвлечься, пока смазку из тумбочки доставал. Олежка зашипел, когда я внутрь нырнул, пальцами его там глажу. Через пару мгновений хороший мой только постанывал мне в рот, от губ не отлипая. - Сними… Сними штаны эти чертовы… – простонал он, у меня на коленях елозя. Я его аккуратно на спину уложил, джинсы снял, навис над ним. Олег только рассмеялся, ногами меня обхватив. – Ну, наконец-то! И снова поцелуи, объятья, стоны и шепот… так жарко, так горячо, так правильно. Расцеловал шейку его, плечики, ключицы, грудку вылизал всю, сосочки его махонькие посасывая. Вниз спустился, ножки стройные ладонями глажу, вокруг члена с поцелуями кружа. - Ну же… Давай… Ну, давай же… – выстонал неугомонный мой. Я лишь усмехнулся да член лизнул. Олежка так сладко застонал, я прям заслушался. Хороший мой стонал и покрикивал, пока я его дружка ласкал. Такой мой мальчик горячий, нежный, чувственный… Не утерпел, пальцами снова в попку нырнул, бугорок напрягшийся наглаживая, не забывая член целовать и посасывать. Надолго Олежку не хватило, прям в рот расстрелялся, я и отпрянуть не успел, так и проглотил, чем меня мальчик мой наградил. Рядом вытянулся, на него, такого изнеженного, любуюсь, себя неспешно наглаживая. Олежка немного очухался, на меня томно глянул, улыбнулся. - Что ж ты всё сам и сам… – глазки лукаво блеснули, ручка вниз тянется. – А я на что? Я усмехнулся, руки за головой сложил, на спине развалился. Олег мурлыкнул и над пахом склонился. - Здравствуй, красавец мой! – поздоровался мой вежливый мальчик с членом да за дело принялся. Так активно принялся, что я последнее разумение утратил, за волосы его в пах вжимаю, а он и не противится, заглатывает чуть ли не целиком. Кончил я с криком да Олежку к себе притянул, расцеловал за труды такие. - Олежка, – умостились мы в зале после наших упражнений, обнял его, к себе прижимаю, – расскажешь мне, что у тебя такого случилось? Или весь день от ответа на вопрос уходить будешь? Он напрягся, замер. Я жду. - Да не буду я… – наконец решился он. – Просто… ты смеяться будешь! - Почему это я должен смеяться? – аккуратно поинтересовался. - Потому что я не помню… - Давай, так. Ты мне по порядку расскажи, все-все с самого начала. И не бойся ничего, я с тобой, никто тебя больше не обидит! Олег выдохнул, носом о шею мне потерся, опять выдохнул. - Ну, сначала было небо. Потом земля. Потом… - Олег! Я серьезно! - Да ну тебя. - Олежка… - Хорошо, хорошо! Вот далась тебе эта глупость! – он с колен слез, на спинку дивана откинулся. – Короче. Я сюрприз тебе хотел сделать, в гости нечаянно нагрянуть. Тут подвернулась возможность раньше уехать, я сразу согласился. Вот. Родители меня встретить не смогли, у них дела. Так что меня знакомые, с кем вместе ехали, подвезли… Олежка рассказывал мне негромко свои приключения. Над их похождениями с Лизонькой только тихо посмеивался. От пересказа его помывки в ванной мне жарко сделалось. Он дошел до того, как к нему Аркаша в гости пришел, и затих… - Олег… не молчи… что дальше? - А вот тут и начинаются чудеса. Честно, в голове такая каша, сам никак не могу разобраться. Я покрепче к себе прижал, в висок поцеловал. - Давай вместе разбираться. Ты с ним подрался? - Я не дрался, меня стукнули. - Кто? - Никто. - Олег, это не шутки! У тебя гематома на пол-спины, затылок рассечен. Ты намерен это так просто отпустить? Он поморщился. - Не морщись. Это Аркаша, да? Почему ты его защищаешь? Он так дорог тебе, что готов ему такое простить? - Сдурел, что ли? Ничего не дорог! – он с криком на ноги вскочил, руками размахивает. – Никогда бы этого урода не видеть! Из-за него всё! Он моему отцу такого наговорил! Просто жуть! – и тише продолжил. – А папа ему поверил, на меня кричал… За порог выкинул… Домой не пускал… – он обратно на диван сел с краешку. Я же молча сидел, напрягшись, ждал, пока мой хороший выговорится. Ему это сейчас надо, пусть всё выплеснет, потом легче будет. – Я дальше стучать не решился, он и так меня водой облил, а на порог все равно не пустил. Решил, что ему успокоиться надо, думал до утра подождать… Погулять пошел… Вот… а потом у тебя проснулся… Вот почему он так!!! – закричал он горько. – Почему ему поверил, а не мне!!! Он же умный и добрый! И так со мной… и… – проскулил под конец. Я его в охапку схватил, прижимаю крепко. - Всё-всё-всё… тш-ш-ш… – Олег мне в плечо всхлипнул. – Не кричи и не плачь… Все, хороший мой, все позади… Я теперь рядом, никуда не пущу… - Я так хотел, чтобы ты нашу встречу на всю жизнь запомнил, – буркнул негромко, – старался для тебя, хотел красивым быть, чтобы сразить наповал. - У тебя получилось. Такую встречу никогда не забуду. - Не шути так. - Не буду… Все… Ну, не печалься. Ты со мной сейчас, так что никуда не отпущу. - Не отпускай, – сидим, молчим. Я задал наиважнейший вопрос: – Ты будешь домой возвращаться? Отец наверняка уже успокоился. - Я боюсь. - Не бойся. Если хочешь, с тобой пойду. - Хочу… - Можешь пожить у меня, если что не так? Мне бы этого очень хотелось. - Правда? - Ага. Я расстроюсь, если ты уйдешь… - Как же я могу тебя расстраивать! Конечно же, согласен! - Только, думаю, надо будет вещи твои забрать. Не переживай, я с тобой пойду, помогу. А ещё хочу с отцом твоим переговорить. - Ну… ладно… А когда? - Можно хоть сейчас… Он дома? - Вроде, да. На выходные он дома обычно. - Тогда пошли? - Да, пошли. Надо поскорее с этим закончить. - Молодец, что решился. Мы быстро собрались. Олежку в свою одежду пришлось нарядить, потому как ту тряпку, что на нем была, я выкинул, а штаны домашние – не та одёжа, чтобы по снегу разгуливать. Так что пришлось джинсы чуть ли не подмышками подвязать и завернуть раз пять. Свитер до колен оказался. Олег рассмотрел свой наряд да со смеха так и покатился. - Ой, не могу! Ты только глянь! Как карандаш в стакане! - Да-а-а… твоя правда! – рассмеялся я, не выдержал, уж больно уморительно он смотрелся. – Олег, давай в магазин заедем, купим тебе вещи по размеру, а уж к папаше твоему потом поедем. - Давай. А то так - только народ смешить! К трем подъезжали к его дому. Олег, кутаясь в новый пуховик, поежился, перед подъездом замялся. - Ну, ты чего? Пошли, не трусь. - Я не трус. Но я боюсь. - Я с тобой, не забывай. - Хорошо… Дверь нам открыл невысокий плотный мужчина. Как Олега увидел, чуть нос дверью не прищемил, я вовремя успел перехватить. Мужичка пододвинул, в коридор молча вошел. Олег помялся немного на пороге, за мою спину скользнул. Стоим. Молчим. Друг на дружку пялимся. - Владлен Викторович Маркелов? Мужик зло зыркнул, кивнул. - Добрый день. Денис Максимович Пантелеев. Не скажу, что приятно познакомиться, но ситуация обязывает. - Что, притащил ебаря своего? – прошипел папаша на Олежку. Я прям спиной почуял, как сжался мой хороший, за куртку сзади цепляясь. - Давайте поговорим как взрослые люди. Спокойно. - Не о чем нам разговаривать! Чего в моем доме забыли? Я ему, – ткнул мне за спину, – вчера всё сказал! Нехер в моем доме педикам делать! - Он ваш сын и достоин уважения. - С какого я его уважать должен? За что? За то, что жопу мужикам подставляет? – разорялся мужик. – Как вообще посмели сюда явиться! - Хм-м… Вот даже как… Вообще-то, я думал, что вы уже успокоились и захотите с сыном нормально поговорить. - Поговорить? Поговорить?! О чем? Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. Олег за меня сзади судорожно цеплялся, молчал. - Ну же, сынуля! Чего молчишь? Раз нечего сказать, так вали! Вона, недолго убивался, сразу нашелся герой, приютил и приголубил! - Прекратите! Вам следует выбирать выражения! - Нормальные у меня выражения! Нормально все! Я вконец разозлился. - Вы выгнали несовершеннолетнего парня ночью голого в метель – это нормально, я ему помог, приютил, одел, накормил – это ненормально?! - Да! Ненормально! Мой сын педик, и ты такой же! Что, хорош мальчик? Заценил уже, да? - Как вы смеете! - Погоди-ка, а я знаю тебя! – он, не замечая моих слов, продолжал орать, брызгая слюной. – Это твой клуб сейчас кругом рекламируется, да? Точно! Знай, герой, я тебя за твои геройства на весь свет ославлю! - Да пожалуйста! – не выдержал я. – Я не против такой славы! Думаю, вашу идею и впрямь надо в жизнь воплотить, рассказать всему миру, какой я весь из себя замечательный, помогаю людям, абсолютно бесплатно, исключительно от широты души! - Ага, а потом трахаете, что не приколочено! - Вы свечку держали, уважаемый? Так не надо голословных обвинений. Все. Думаю, хватит разглагольствовать. Поговорить у нас не получилось… – я потер лицо ладонями. Не ожидал я такой встречи, никак не ожидал. – Если Олег хочет тут остаться – я не буду против, но знайте, что сам лично проконтролирую, чтобы у него все в порядке было, и вы к нему и пальцем не прикоснулись! – я повернулся к мальчику своему, личико приподнял. А хороший мой бледный просто до синевы, еще немного, и в обморок грохнется. – Олег? Останешься? - Нет! – он головой замотал, в меня вцепился. – Денис, я с тобой хочу, не прогоняй меня! - Глупый, никуда тебя не гоню! Разве можно! Только реши сейчас, остаешься, или со мной идешь. - С тобой! - Тогда, думаю, дело решенное. Собирайся, и пойдем. - Никуда не пущу! – рыкнул отец, проход загораживая. - Поздно спохватились… – я его подвинул, Олега в квартиру подталкивая. Он на меня глаза затравленные поднял, в комнату прошмыгнул. - Он несовершеннолетний! – прошипел его отец. - Вспомнили, ну, надо же! Насколько я знаю, у него день рождения 27 июня, осталось чуть менее 3-х месяцев. Любой юрист вас засмеет, если вы скажете, что взрослый сын из дому ушел, вы его вернуть пытаетесь. А если узнают, при каких обстоятельствах он из дома ушел – проблемы будут у вас. - Ты мне смеешь угрожать, щенок? - Никак нет. Говорю, как есть. И я не шучу. С вашего позволения, я помогу Олегу собраться. Вы уж извините, очень хочется поскорее избавить себя от вашего гостеприимства. Не дожидаясь ответа, в комнату Олега зашел. А он стоит посредине, руками себя обхватив, и даже не шелохнется. - Олег? Давай, помогу… - Денис… Я не могу… - Черт… Недолго думая, начал сваливать вещи из шкафа на кровать. Диски, книги, альбомы в охапку схватил, тоже на покрывало кинул. У меня дома потом разберёмся. Если чего не хватит – купим, не проблема. Покрывало в узел связал, подхватил Олега за плечи, к выходу пошел. - Дайте пройти… – сказал, его отца в сторону отодвигая. - Вали, сученок, чтоб духу твоего не было! О, как мне хотелось ему вмазать! Просто кулаки чесались! Только присутствие Олежки и сдерживало… Ничего, потом ещё встретимся… Домой ехали в гнетущей тишине. Олег свернулся на переднем сидении, колени к груди прижал, голову склонил. - Олег… Приехали… – я припарковался у дома, сижу, на мальчика своего встревоженно смотрю. – Олежка… не переживай так, все позади… - Зачем он так… – прошептал хороший мой. - Оставь и забудь. Теперь ты со мной. Да? Олег голову поднял, глаза вытер. Улыбнулся несмело. - Я дурак? - Нет, ты мой дурашка… Пойдем уже, ужинать хочешь? – Олег замотал головой, вот только живот его был с ним не согласен и громко забурчал. – Хочешь-хочешь! Пошли, хватит грустить. Весь ужин Олег молчал, а я не торопил его. Не каждый день отец от тебя отказывается. У меня теперь полно времени, чтобы доказать ему, что он мой, и никуда не отпущу… После в зале у телевизора расположились. Олег у меня под боком устроился, на плечо голову откинул. Я его к себе прижимаю. Так хорошо, тихо, уютно… Мальчик мой успокоился вроде, уже не вздыхает так горестно. - Олег? Все хорошо? - Денис, я теперь бездомный, прикинь? - Вот, что за глупости тебе в головенку лезут. Думаю, надо будет тебя официально у себя прописать, чтобы проблем не было. Как раз летом и займемся, уже совершеннолетний будешь. - Может, и замуж позовешь? – ухмыльнулся он. - И возьму, отчего же не взять? Такие мальчики на дороге не валяются… - Ага, – рассмеялся он тихонько, – они на стол падают. - Ну, так! А умные люди их подбирают! - И правда, возьмешь? - Ты этого хочешь? - Аха… Я так люблю тебя… Смотрю в глаза ненаглядному своему, насмотреться не могу. Красивый, нежный, чуткий мой мальчик… - Олежка… любимый мой мальчик… куда ж я теперь без тебя? - Денис… – шепчет, а сам к губам тянется. И не до разговоров дальше. Прижать покрепче, поцеловать, заласкать до крика… Даже не заметил, как в спальне очутились, одежда где-то в пути потерялась. Олежка так дышит горячо, шепчет на ухо, шею вылизывает, я и сам от него не могу оторваться… На животик его перевернул, спинку облизал всю, попку его ладную… Олежка не выдержал, задницей вильнул, командует: - Эй, ты, там, позади! Чего застыл! Шевелись уже! Я усмехнулся только на такое. Руками под живот перехватил, поудобнее поставил, попку пожамкал. - Ох-хо… м-м-мдааа… Так, так, так… погладь меня! Я с удовольствием приласкал командира этакого, прошелся горячими ладонями по спинке, каждый позвоночек обвел, по животу, по бокам, сосочки сжал, пальцами перекатал. Олежка аж затрясся. - И-и-ис-с-с… та-та-та… так, да-а-а-а… А сам мне в пах толкается. Уже мне не до раздумий было, разве что, хватило сил вспомнить, что у Олежки долго никого не было, и не врываться сразу, а растянуть как следует. А после только и остались в памяти движения резкие, жар его тела, стоны, шепот, спина, от испарины влажная, волосы, что по подушке разметались… Крики… объятия… взрыв… Так приятно лежать в разворошенной постели, мальчика своего к себе прижимать, запах его вдыхать… - Прости, не сдержался, – повинился я, пальцами меж половинок проходясь, – не до резины оказалось…… прям в тебя… - Глупый какой… – захихикал проказник мой, попкой вслед за пальцами лениво вильнув. – Такой большой и такой глупый… Я… это, ты знай, уже говорил тебе и сейчас повторю. Я совершенно здоров, чистый, болячек отродясь никаких не было… – затих он, руки мои к животу своему прижал. – Я к чему говорю… Знаю, что некоторые люди считают такой секс без резинки негигиеничным, потому как, сам знаешь, какая дырка-то… – хмыкнул Олежка довольно. – Вот только я совершеннейший извращенец, потому что нравится мне, когда в меня кончают… Ты знаешь… – прошептал коварный пацан, – нет ничего лучше, чем горя-ачая, о-о-огненная сперма в заднице… У меня от такого шепота все дыбом опять встало. - Ты, никак, нарываешься? – к своему стояку покрепче прижал. – Тебе мало, да? Ходить же потом не сможешь! Олежка рассмеялся, на меня оглядываясь. - Так ты меня на руках носить будешь! Разве я против такого могу быть? Никогда! Целовал мальчика своего, как в первый и последний раз, доказать хотел ему и себе, всему миру, что никуда не отпущу. Олежка уже еле дышит, трясется маленько, ладонями лицо мое обхватил, шепчет горячо: - Давай так! На тебя хочу смотреть! Я только хмыкнул довольно, ножки его на плечи закинул и дал. Основательно, горячо, мокро, долго, остро… Незабываемо… Олежка, утомленный, затраханный и зацелованный, тихонько посапывал в подушку. А мне не спалось. Все никак не мог поверить, что мой мальчик со мной… Казалось все, что глаза закрою, и сном окажется… - Денис… – Олег прошептал во сне, причмокнул, руку на меня закинул. Мне так хорошо и ясно сделалось - словами не передать. Обнял его покрепче, вдохнул запах любимый, глаза закрыл. Пусть он мне приснится. Всегда его видеть хочу, и наяву, и во сне… Хороший мой, любимый, никуда не пущу… Всё, все проблемы побоку… Главное – он рядом. Вот и сказочке конец! Надеюсь, угодила? Пару слов, вам не трудно, а мне приятно! Нифига не конец!! Эпилог!!