Писец

Пруссия и Русское царство выбрались из повозки в довольно богатом районе Лондона. Если золото пахло, то именно этими фасадами и мостовыми. Однако, залюбовавшись каменными постройками, Иван все же умудрился на относительно чистой улице наступить в кучу чего-то разложившегося. Пруссия тихо ухмыльнулся и посоветовал быть внимательнее. Русское царство кивнул, но тут же залюбовался резными дверьми. Из ближайшего дома вышла молодая дама в невообразимо пышном платье с натуго стянутой грудью. Сопровождали ее двое мужчин, разнаряженных по последней моде. Все трое со смехом и пошловатыми шутками погрузились в карету. - Итак, мой вроде как друг, - начал Пруссия. – Хочу ознакомить тебя с первой отрадой моего сердца в Лондоне. Думаешь, бои Англии с Францией и Испанией ведутся лишь на полях сражений и на море? Нет… Порой мне кажется, что для англичанина не столько важно захватить пленника, сколько выведать у него новые выкройки. Даже смешно, - в подтверждение своих слов Гильберт разразился хохотом. – Приятно было взглянуть на пуританскую Англию*. А что теперь? Они носят драгоценностей больше, чем египетские фараоны. Даже сморкаются в тряпки, расшитые золотом. В какой-то момент Иван усомнился в том, что Гильберту так уж был нужен спутник для прогулки. Пруссия сам шутил, сам смеялся. В начале пути он даже умудрился сам с собой поспорить по поводу лучшей дороги. «Наверное, ему очень одиноко», - с жалостью предположил Русское царство и тяжело вздохнул. - Распущенная Англия! – уж слишком громко воскликнул Гильберт. Иван невольно осмотрелся по сторонам. Наверное, этот шумный Пруссия привлекал слишком много внимания. Он в любом случае привлекал внимание (хотя можно сделать вид, что он просто слегка бледен и вовсе не похож на какого-нибудь беса). - Но как бы здешняя знать не предавалась грехам, ей будет далеко до соседа. Ты знаешь, что французский король, как в детские времена, любит примерять дамские наряды? Иван мотнул головой. Ему даже знать этого не хотелось. - Очень любит, - не унимался Пруссия. Он принялся в подробностях расписывать увеселительные мероприятия французского короля, а Русское царство просто попытался углубиться в мысли и не слушать всего это кошмара. Хотя некоторые моменты были довольно забавны… Но царь приказал вести себя по-христиански. Следовательно, любое баламутство должно восприниматься терпеливым молчанием. Иван раскраснелся, но смех держал в себе. Мимо прошла еще одна компания, состоящая из довольно юных девушек и парней. Наряды их были несколько проще, что говорило лишь более низком происхождении гуляющих. Сопровождала молодежь сгорбленная старуха, облаченная в тяжелый черный бархат. - Ты находишь этих девиц привлекательными? – спросил Пруссия, бесцеремонно ткнув пальцем в компанию. - Они милы, - нейтрально ответил Иван, хотя едва не свернул шею, глядя на крайнюю справа. - Не обольщайся, - тут же сбил романтичный настрой Гильберт. – У этих девиц достаточно денег, чтобы ничего не делать. И поверь, ни одна сила на свете не заставит их палец о палец ударить. Будут лишь всю жизнь беречь свои бледные личики да просматривать все те же пресловутые выкройки. - Им определенно не место в поле, - согласился Иван, не понимая, чем Гильберту так не угодили девушки. - Им нигде не место. Только прогулки, приемы, пустая болтовня. А в голове – пустота вселенская. Если они и умеют читать, то только французские романчики. - А королева? – спросил Русское царство. - Что королева? – не понял Пруссия. - Она тоже глупа и бесполезна? Ведь у нее есть все, чтобы ничего не делать, взвалив управление на плечи фаворитов. - Фаворитов? – Гильберт даже замер от удивления. – О каких фаворитах ты говоришь? Конечно, вокруг Элизабет немало гениев своего дела, и она умело этим пользуется. Но никогда сердце не затмит ее разума. Эта женщина холодна как английское лето. Но, надо признать, умна и самостоятельна. Надеюсь, когда-нибудь ее пример даст намек к действиям этим тупым созданиям. - Мне кажется, что мой царь хочет на ней жениться, - поделился секретом Иван. - Да убережет ее Бог! - бесцеремонно воскликнул Пруссия. – Не обижайся, но твой царь не дружит с головой. - Да я знаю, - вздохнул Иван. – А королева… Она красивая? Удивительно, но Пруссия ответил не сразу. Вместо очередного потока полубранной речи воцарилось молчание. Гильберт уставился на фасад одного из домов, украшенный рельефами на итальянский мотив. - Видишь эту сочную Венеру с пышными волосами? – спросил Пруссия, указав вверх. Иван задрал голову. - Вижу, - ответил Русское царство. – Она похожа на нее? - Ни капли. Королева сухая внутри и снаружи. В ней нет страсти, но есть торжество разума. Хотя иногда мне кажется, что она еще способна любить. Только любовь ее равна больному патриотизму. - У нее вообще нет предпочтений? – Иван с радостью осознал, что нашел хорошего информатора. - Есть конечно… - Пруссия задумался. – Как все, любит принарядиться. Но в ее случае я простил бы эту слабость. С такой блеклой внешностью нужно себя как-то украшать. А еще королева любит танцевать. Иногда я просто поражаюсь, как в таких платьях вообще можно двигаться! Поэтому могу смело заявить, что, если бы Элизабет облачили в рыцарский доспех, она бы крушила врага направо и налево. - А друзья? У нее они есть? Мой царь говорит, что у правителя не бывает друзей. - Есть те, кто может сойти за друзей. Но не так уж я хорошо ее знаю… Думаю, иногда твой безумный правитель все же говорит дельные вещи. Только сам своими советами не пользуется. У него нет холодной рассудительности. Скорее, всепоглощающий огонь… Ивану было интересно слушать стороннее мнение о царе. Сам он не решился бы критиковать своего тезку, потому что безропотно почитал того, кто силен в своей власти. После долгих лет неразберихи и усобиц даже тиран на троне был в радость. Незаметно для себя, путники забрели в небогатый район с непроходимо грязными узкими улочками. Тут и там пестрели дома со стенами, покрытыми яркими, но простыми росписями. - Бордели, - пояснил Пруссия. – Знаешь, что там продают? - Женщин? – неуверенно ответил Иван. Он, конечно, знал о предназначении этих мест, но тон Гильберта как-то сбил его с толку. - Не угадал! Здесь торгуют смертью. Чем красивее шлюха, тем больше у нее клиентов. И тем страшнее кара за грех с ней. Но на дорогих куртизанок это правило почти не распространяется. Поэтому твой царь может смело навестить эту столицу. - У него нет нехватки в красивых девушках, - с некоторой тоской проговорил Иван. - Ну да… Твой царь зажрался. Иван лишь пожал плечами. Гильберт явно недолюбливал Лондон. - Чем тебе не угодил этот город? – спросил прямо Русское царство. - Не угодил? Да я им просто восхищаюсь. Лондону, конечно, далеко до Парижа, но он честно старается. Лицемерие, показная святость… Не понимаю, зачем люди так стремятся в Рай? Им явно там будет скучно. Смотри, там можно выпить вина по грошовой цене. Гильберт указал на покосившийся домик в самом конце улицы. - Там мне два или три раза хорошенько начистили рыло. Думаю, нужно как-то отомстить. Ты мне поможешь? Русское царство задумался. Ну просил же его царь вести себя прилично! Однако, наслушавшись рассказов о всеевропейском веселье, смиренно стоять в стороне совсем не хотелось. - Конечно, помогу! – ответил Иван и с силой опустил руку на плечо Гильберта. - А ты крепнешь, парень, - заметил Пруссия и потащил Русское царство навстречу маленьким земным радостям. *** - Что ты сказал? – переспросил Англия, все еще держа Францию за пышный ворот. Франциск явно не хотел повторять последнюю фразу. Обещал ведь парню, что не выдаст, и так глупо проболтался… - Значит, этот нелепый Иван и есть Московия, – сам ответил на свой вопрос Артур. – Это многое объясняет… - Ничего это не объясняет! – вступился Бонфуа. – Мальчишка просто… - Хотел меня отравить! – закончил Артур. - Ты помешан! - Нет же… - Англия отпустил Францию и отошел на несколько шагов. – Все сходится… Раньше этот так называемый Иван в Европе почти не светился. Больше на восточных землях… И одному дьяволу известно, что он умеет. Меня впервые кто-то попытался отравить. Что ж… Придется провести серьезную беседу. Франциск нервно сглотнул, заметив в глазах Артура маниакальный блеск. * Под пуританством здесь подразумевается стиль одежды, не более. Спасибо тем, кто внимательнее меня! Вы делаете этот мир чище и правильнее!