Параллельные

      Чонгук проснулся с чувством, будто проспал бы ещё неделю, но лежать было уже невыносимо, мышцы затекли. Часы на телефоне показывали 18:37. Он заглянул за бортик кровати и увидел Хосока во взмокшей большой красной майке и шортах, беззвучно танцующим в наушниках. Тот заметил его выглядывающую моську в зеркале, остановился и вынул наушники, широко улыбаясь. — Проснулся? — Угу. Ты чего не разбудил? — Думаю, ты очень устал. Из Франции лету часов 10. — 12, если без пересадок. — Ну вот. Ещё питался плохо последнее время. Плюс работа. — А со стажировкой что делать? Не могу же я всё время отсыпаться. — Прийди в себя для начала. Тебе нужно пару недель. Можешь пожить у меня на время ремонта. Я купил продуктов и приготовил уже. — Откуда в тебе столько энергии. — Ты просто уставший сильно, поэтому так говоришь. Ты же проспал около 15 часов. Мне четырёх хватает. — Так заботишься обо мне. — Да я вообще человек хороший, — рассмеялся Хосок, — и мне хорошо с тобой. Ты классный. — Какая у тебя ориентация? — неожиданно спросил Чонгук. — Натуральная. Не переживай, я не пытаюсь понравиться. — А вот у меня бисексуальная. Просто, чтоб ты знал. И… Где моя майка? — Вон валяется. Ты выбросил её. — М. — Я думаю, ты можешь отдохнуть. Сегодня отработаем, как вчера. Было неплохо. А стажировка начнётся, когда ты начнёшь высыпаться. — Ты можешь прекратить, я могу и влюбиться. — Ты знаешь, я не против парня, вот только сильно сомневаюсь, что смогу влюбиться не в девушку. — Я хочу кого-то обнять, — по-детски нагло произнёс Чонгук, что заставило Хосока рассмеяться. — Ну ладно. Подожди я душ приму. — Не-а. — Да я же весь потный. — Я около двух дней в душе не был, так что ничего страшного. — Ну ладно, — старший полез наверх, — если тебе так приспичило кого-то потискать. — Я кого попало не тискаю, — сказал младший и притянул Хосока к себе. — Чёрт, — зажмурившись, протянул тот. — Что такое, — спросил Чонгук, слегка отстранившись. — Ничего, просто… ну ты и обнимаешь. — В смысле? Слишком сжал. — Нет, наоборот. Идеально просто, — сказал Хосок, обнимая в ответ. Чонгук закопался ему в шею и стал обратно засыпать. — Твою ж… — на эмоциях произнёс тот, — Чонгук, давай расставим точки над и, чтобы никто потом не мучался. Чонгук демонстративно замычал, показывая, что не расположен сейчас к беседе и хочет спать. — Чонгук, — серьезно произнёс Хосок. — Ты мне очень нравишься. — Да мы и сутки не знакомы, — воскликнул парень. На что Чонгук ткнул его носиком под ушко. — Мне нужно немного нежности, хён. Тем более, ты сам виноват. Не надо было так обо мне заботиться. — И всё же сутки… Я, конечно, не встречаюсь сейчас ни с кем, но тебе следовало бы хотя бы поинтересоваться. — Я и так понял, что не встречаешься. — Как это? — Мы с тобой почти сутки вместе провели и ни одной смс. Ещё в ванной нет презиков и ты заботишься обо мне так, будто тебе больше не о ком. — Ну, может, я просто очень добрый, а девушка сейчас занята. — У тебя посуда только на одного человека и вещи тут только твои. Если бы у тебя и была девушка, то вряд ли это были бы такие отношения, которые мне было бы жалко разрушить. — Я натурал, забыл? — Да? Чонгук поднял голову с его шеи и очень нежно поцеловал, прижимая парня сильнее. От чего тот зарделся. — Ты ещё уверен в своей ориентации? — Нет… — оговорился парень, но тут же пришёл в себя и затараторил, — то есть, да! Я не… Я хотел просто тебя поддержать, ладно? Я не думал, что ты будешь… — Договаривай, — ответил Чонгук, слегка обиженно глядя ему прямо в глаза. Хосок рассердился и надул губы. — Ты похож на Казанова. — Правда? У меня в жизни отношений не было. — И я должен тебе поверить? С тем, как ты умело пытаешься меня снять? — Я не пытаюсь, просто очень обнять тебя хотел. — Твоя шишка упирается мне в живот. Чонгука будто из шланга окатили. Он резко отстранился, посмотрел вниз и попытался прикрыть свой стояк. Чувствовал себя так, будто сквозь землю готов провалиться, лишь бы этого сейчас не было. — Чёрт, прости пожалуйста. Видимо, я просто возбудился и перестал себя контролировать. У Хосока лицо выпрямилось и вся злость сошла на нет. Да он уже скучал по крепким объятиям Чонгука. Но он не знал, что сказать. Он встал и спустился с кровати. — Ты просто не думай об этом, ладно? — Да, хорошо. Прости ещё раз, — в голосе младшего послышались слезы и это очень удивило Хосока. — Да ты чего. Успокойся, слышишь? Чонгуку и правда была необходима нежность, но совсем не в маленьких дозах. Странно, что он вообще не оскотинился в той среде, в которой вырос. Хотя сейчас чувствовал себя последней тварью. Он едва сдерживал слезы, но голос его выдавал. — Да нормально всё. Просто небольшой стресс, — соврал парень. Не «небольшой». В дверь постучали. — Чёрт, сколько время? Хосок посмотрел на заставку с часами на мониторе. — 19.20. Блин. Он пошёл открыть дверь, за которой стояло трое детишек. — Привет, ребята. Вы чего так рано? — Здравствуйте, тренер. Мы решили раньше приходить на тренировку. — А со мной посоветоваться забыли, — по-доброму ответил хён, — идите, погуляйте ещё 10 минут, я тут свои дела закончу. Хо закрыл дверь и обратился к уже более менее успокоевшемуся Чонгуку: — Бегом в душ и оденься. У меня сейчас тренировка с детьми. Я достану тебе новое бельё и одежду. — Отвернись, пожалуйста, — попросил младший. — Я буду на кухне. Принимая душ, Чонгук подумал, что ему надо жить одному, потому что, видимо, в обществе он совсем расклеивается. А это чревато тем, что он может потерять всё, что таким трудом заработал. А именно, компании. На которые хоть и нужно тратить всего от силы по 2 часа в месяц, но если не выкроить это время, они могут начать разваливаться. А у Чонгука на них большие планы, которые он хочет осуществить со временем. Он ещё не крепко стоит на ногах, так что стоило бы затолкать свои чувства куда поглубже. Снова… Возможно, это уже просто вошло в плохую привычку. Чонгук быстро оделся и вышел. — Я пойду, улажу кое-какие дела. — Хорошо. Про работу не забывай, ты мне там нужен. — Я помню, я ответственный. — Зачем ты берёшь рюкзак? Я же предложил у меня пожить. — Я поживу пока в гостинице. Думаю, мне стоит пока побыть одному, спасибо за гостеприимство.       Хосок не нашёлся, что ответить. Ему было жалко парня и он чувствовал, что тот очень сильно нуждается в поддержке.       Чонгук включил навигатор и отправился на работу, заскочив по пути в магазин за гарнитурой, и в банк, чтобы снять со счета какие-то деньги и перевести их в воны. Пока ехал в автобусе, забронировал себе номер на один день в первой попавшейся гостинице рядом с работой, рассчитывая на то, что ему там может не понравится, а времени искать подходящую сейчас не было.       Так же составил план на сутки, в который входили вещи, которые необходимо сделать: отдать Хосоку одежду и извиниться, как следует; забрать наконец ключи и документы на квартиру; купить нормальной одежды и поесть. Пункт о питании действительно стоило добавить, потому что последнее время он часто об этом забывал. Вот как и сейчас, совсем не обратил внимание на то, что последний раз он ел в 7 утра, а следующий приём пищи назначил на 8. До работы он добрался как раз вовремя. Протер всё до блеска. И, где-то за 5 минут до открытия, услышал знакомый голос позади. — Я смотрю, ты уже полностью прижился, — Чонгук обернулся и увидел Сокджина. Тот вскинул брови, — ого, да на тебе лица нет. Ты опять забыл поесть? Хосок покормил тебя вчера? — Здравствуйте… — Давай на ты. — Хорошо. Да, Хосок покормил меня и даже… Да, кажется, я опять забыл поесть. — Ого, я смотрю, между вами что-то было. Ты из-за этого такой? Чонгук оторопел, поняв, что совсем потерял контроль над ситуацией, позволяя людям вот так читать всё, что с ним происходит. Но почему-то держать контроль стало невыносимо сложно. На неоновых часах на стене бара высветилось 21.00. — Эй, у тебя всё в порядке? — Да, спасибо. Всё хорошо, мне надо работать. Сокджина это разозлило. — Засунь свою вежливость знаешь куда? Я откровенен с тобой, а ты прячешься за фальшивые манеры. — Фальшивые? — тут уже Чонгук разозлился, — что-то не припомню, чем заслужил ваше покровительство. И услуги, которые вы мне оказываете, унизительны. Ужин, эта работа. Да меня вышвырнуть отсюда должны были. У Сокджина брови поползли на верх. Он хотел что-то ответить, но вошедший клиент их прервал. — Бармен, Кровавую Мери для моей дамы и виски со льдом. Чонгук налил виски и сказал: — Я только помощник пока что. Для Кровавой Мери вам придётся подождать бармена. — Мальчик, ты кажется не понял… — Вот, ваша Кровавая Мери, — появился из неоткуда Сокджин, — и будьте так любезны не хамить персоналу, в противном случае, охрана выставит вас за дверь. Мужик отстал и занялся своей силиконовой «дамой». — Где Хосок? — Мне почем знать? — Не пыли. Лучше бы прикрыл товарища. Ему за опоздание выговор полагается. «Бля!» — пронеслось в голове у Чонгука. — Да что с тобой сегодня такое? Уверен, что можешь сегодня работать? Парень злобно посмотрел на Сокджина. Тот положил ему руку на плечо. — Тебе надо успокоиться. Тут появился Хосок, увидев которого, Сокджин сразу сказал: — Вот он тебя и прикроет. Посетителей почти нет. Поработаешь один полчасика. Они вышли на улицу и пошли вдоль дороги. — Куда мы идём? — Покормлю тебя. — Если я заплачу. — Разумеется. Чонгук опять съел столько же, сколько и вчера. Джин спокойно ждал, пока тот наестся. — Тебе надо следить за питанием. — Я знаю. — Когда ты последний раз спал. — Сегодня я спал 15 часов. И если у меня пока не получается держать всё под контролем, на то есть свои причины. А вы мне так на вопрос и не ответили, — совершенно спокойно ответил Чонгук. — Ну вот, поел и твой невроз прошёл. Поговорим нормально, когда ты сможешь держать всё под контролем. А до тех пор не отказывайся от помощи, — Джин договорил и встал, направляясь к выходу. — И это всё? Ты за этим меня позвал? — Да, — ответил парень и ушёл. Чувствовать заботу настолько непривычно, что у Чонгука начинается паранойя.