Параллельные

      Чонгук снова пришёл в себя. На этот раз он мог определить время. На стене висели часы, из окна, которое занавешивали хрен знает сколько времени, бил свет. Это делалось для того, чтобы у парня не начинались мигрени. Прошло 14 часов с его последней отключки.       14… этой цифре он усмехнулся, вспоминая, что именно столько времени спал у Хосока, когда они только начинали встречаться. Это был месяц полного блаженства. Он мог обнимать его, когда захочет. Засыпать и просыпаться в его объятиях. Вдыхать его запах. Капризничать, чувствовать заботу, заботиться, дарить нежные чувства. Делать Хосока счастливым. Как же не хватает его прикосновений. Не хватает его постанываний, когда он обнимает его, как в первый раз, и слышать это дрожащее «чёрт».       Надо скорее выздоравливать. Весь этот бред не успел завариться, как до ужаса осточертел. Чонгук встаёт, проходит к окну и открывает его настежь, чтобы проветрить застоявшийся воздух. Затем берет оставленные ему тарелку с кашей, кувшин с водой и идёт на кухню, осматриваясь по дороге. В доме больше нет комнат. И сама кухня очень маленькая и старая с ободранными обоями и сыпящейся штукатуркой. Зато в доме нет плесени и пыли. Скорее всего его просто прячут в этой богом забытой квартире пятиэтажного дома. В целом, здесь чисто. Чонгук очень осторожно разминает все мышцы, чувствуя, что придётся по новой их разрабатывать. Некоторые окаменели. Врачи называют такие мышцы «забитыми». Неплохо было бы сделать полноценную растяжку, но сил не хватит.       После разминки он садится за стол, съедает всё, что ему приготовили, готовит себе ещё порцию, в 4 раза больше. Маленькую ему оставили так как считали, что он ещё слаб. И правда, ему сложно будет съесть столько каши за раз. Особенно после разминки. Но он возместит это сном. Так надо, чтобы поправиться быстрее. Прогуляться бы ещё на свежем воздухе. Но пока готовится еда Чонгук заходит в ванну, смотрит в зеркало и видит свое отражение. Вряд ли стоит попадаться людям на глаза в таком виде. Он похож на наркомана. В целом, он им и является. Не хватало ещё разборок с полицией.       Поев, Чонгук закрыл все окна и вернулся в ванну, снял с себя одежду, которой давно место на свалке. Видимо, её не меняли с тех пор, как перенесли сюда. Потому что от матраса в той сырой комнате пахло мочой. А от Чонгука хоть и несло, но не тем, чем оттуда. Он взял мочалку и залез в душ. Что отняло уйму сил и вызывало приступ рвоты, но о чем не пожалел. С него стекала вода бледно-коричневого цвета. Смешавшись с пеной цвет темнел. Волосы слишком отрасли. Он начал их драить, тёр тело мочалкой, кое-где приходилось отдирать что-то засохшее и Чонгук понял, что это сперма, но когда дошло до промежности, Чонгук задумался о том, что место, где зашивали ни разу не болело… Неужели он находился здесь так давно, что уже всё успело зажить. Юнги с Чимином соврали? С момента боя прошло явно больше месяца. Намного больше. Он медленно прощупал себя между ягодиц и почувствовал воспаленную боль и швы. От этого стало легче. Не соврали. Просто на фоне постоянной боли во всем теле эта уже как-то не ощущалась. Он привык.       Домывшись, Чонгук взял полотенце и хорошенько обтерся, разглядывая в отражении своё «новое» тело. Стало так жалко, что за такой короткий промежуток времени он потерял фигуру, оттачиваемую годами. Щеки были растянуты… Вот же ж мерзость. Всё тело было покрыто бледно-синими разводами. Больше всего грудь и шея. Скорее всего, там были засосы или того хуже. Кожа очень бледная. Синяки под глазами. Но, несмотря на это, он всё ещё оставался красавчиком. И на щеке всё так же красовался маленький шрамик, которым так любил любоваться Хосок. Относительно того, какой курс лечения придётся проходить в дальнейшем от венерических и прочих заболеваний думать не хотелось. Оставалось надеяться, что СПИДа и подобных заболеваний, которые могут проявиться со временем, он не подцепил.       Чонгук почистил зубы новой щеткой и отметил, что в квартире есть всё необходимое, но только на одного человека. Видимо, остальные здесь надолго не задерживались. Оно и понятно. Чтобы прятать его, надо и самим подозрений не вызывать. Чонгук достал пачку ушных палочек и прочистил уши, удивляясь больше не тому, откуда там столько грязи, а, скорее, как в ушах могло столько поместиться. После чего нашел на полочке пакет… Резинок для волос? И об этом позаботились? Собрав волосы, он прошел в комнату и достал из шкафа новое бельё и чистую одежду. Заметил, что в ящике лежали и пара джин с толстовкой на выход. Зачем это? Потом узнает. Собрав оставшиеся силы в кулак, он сменил постельное белье и засунул всю грязную одежду в стиральную машину, насыпая порошка в два раза больше, чем требуется при обычной стирке (потом придется включать режим ополаскивания дважды, но одежда и правда нуждалась в чистке). Наконец, вся профилактика для дальнейшего выздоровления была выполнена и Чонгук лег в постель, проваливаясь в воспоминания о Хосоке. Прошло ещё 17 часов. На этот раз за окном было темно. Он нашел длинную записку на столе. «Я рад, что ты так быстро идёшь на поправку. Это Чимин. Я помыл посуду и высушил вещи. Пишу всё это потому, что мы не сможем зайти в ближайшие пару дней. Но для тебя ведь это не проблема, верно? Теперь к делу. В ящике лежит одноразовый телефон для экстренных случаев. Там всего один номер. Мой. Ты очень быстро поправляешься. Даже слишком. Но это так, чтоб ты был в курсе. В ящике, в шкафу, есть одежда на выход. Она тёплая, ты её уже видел. Но она тоже только на экстренный. Не высовывайся. Дальше. Я говорил с Хосоком. Ты спрашивал, не должен ли я быть во Франции. Сейчас Тэхён — мой парень — живёт в доме наших с Хосоком родителей вместе с ним. У них всё в порядке. Я сказал Хосоку, что тебя нашли и что ты тоже в порядке, но находишься в программе по защите свидетелей, поэтому вы пока не увидитесь. Ему стало легче. Ты бы знал, как он скучает. Но Тэхён поднимает ему настроение как может. Не переживай за него. *Почерк сменился.*  — Относительно происшествий в клубе. Джин был в курсе о планах на тебя по поводу охоты на «таких, как я», как ты выразился. Но тебе не следовало на нем срываться, это очень его разозлило. Как и то, что экспериментальный препарат, который и правда был в твоей воде, подействовал не так, как следовало. Хотя тебе дали самую завершенную версию. Это должно было вызвать твою ярость и желание пойти до конца. Скорее всего, всё дело не в физиологии, а в твоём образе мысли. Я не знаю, помнишь ли ты, почему мы закончили бой. Суть была не в победе, а в самом бою. В желании выплеснуть эмоции и посмотреть, кто чего стоит. Возможно, из-за небольшого кислородного голодания ты не на долго протрезвел. Мне ничего не подмешивали скорее всего потому, что тогда мы пошли бы в разнос. А убытки им не нужны. Они сделали ставку на тебя, потому что ты больше. Но хочу отметить, что без препарата ты дрался лучше. Относительно того, что там вообще происходит. Сокджин с Намджуном два урода, которым наплевать на всё, кроме своих целей. Они ищут выгоду абсолютно во всём. Ты когда-то думал, почему людей из борделей и прочих заведений, им принадлежащих, никогда не выставляют на улицу? Точнее, знал ли ты вообще о том, что они далеко не только одними клубами заведуют? Я давно за ними наблюдаю. У меня есть свои агенты. На твои вопросы зачем мне это; откуда мы с Чимином знаем друг-друга: он искал тебя — вышел на меня. Я его должник — помогаю. Но теперь вижу, что ты можешь быть полезен, поэтому рассказываю всё это. И на счёт меня — у них моя почка. Как бы странно это ни звучало. Расчленять меня на органы не стали, я очень известен в мире музыки и меня бы хватились очень влиятельные люди. Но у тебя все органы на месте, думаю, сам понимаешь почему. Эти двое выжимают всё, до последней копейки из любого удобного случая. Будь мы персонажами какой-то книги, автору было бы удобно написать, о том, что деньги их главная цель. Но это никогда не так. Такие люди всегда преследуют что-то. Просто деньги — один из многих козырей, которыми они могут располагать в её достижении. И чем он сильнее, тем цель ближе. Для меня это принципиально. Из нас вышла бы неплохая команда. Так что если мучает жажда мести — я к твоим услугам. Про почку долгая история, расскажу как-нибудь. Я писал всё это, чтобы попытаться ответить на твои вопросы и заслужить твоё доверие. Мне было бы неплохо иметь такого союзника, как ты. Потому что, только отходя от наркотиков, которыми, кстати, тебя пичкали 2 недели, ты уже помог мне. Устал писать. На остальные вопросы отвечу, надеюсь, при встрече. Или запиши их не листке на случай, если мы опять застанем тебя спящим. А этот лист сожги. *Почерк изменился на Чиминов.*  — Чуть не забыл, твоё лечение! Мы не представляем, из чего состоит препарат, врач, которому мы тебя показали сказал, что лучше всего тебя вообще не трогать. В смысле, ты сам восстановишься, главное, больше отдыхай. Когда эта дрянь выйдет из организма, можно будет показать тебя врачу, чтобы он определил, нет ли у тебя каких-либо заболеваний, потому что так хрен поймёшь. Но то, чем тебя пичкали, защищало тебя от ВИЧа, возможно, и от других заболеваний тоже. Не знаем, было ли так задумано. Выздоравливай и до скорого».       Дочитав, Чонгук много о чем думал. В том числе и: «не кромсали, потому что в роли секс-игрушки я приносил больше и продолжал бы приносить». Он попытался затолкать свои мысли о том, что им вот так вот пользовались на протяжении нескольких недель, чтобы не тратить зря время, нервы и энергию. Он разберется с этим, когда будет в состоянии. А сейчас надо умыться, размяться, поесть и снова лечь. Попытаться расслабиться. Сегодня Чонгук ел с аппетитом. Сил было больше и на разминку. Такой прилив энергии за счёт того, что он в прошлый раз не пожалел себя и сделал всё необходимое для скорейшей поправки. Тогда он посчитал нужным прогуляться. Всё равно за окном предрассветные сумерки, никто его не увидит. А он так соскучился по свежему воздуху.       Дом был прямо рядом с лесопарком, где парень гулял около часу, почувствовав прилив энергии. Но домой он вернулся полностью измотанным и голодным. Он знал, что это значит. Организм всё лучше справлялся с выведением токсинов.       Через 20 часов Чонгук проснулся с мыслью о том, что если бы ни чудо, если бы Юнги с Чимином не встретились, он бы так и сгнил в том подвале. И что множество людей так и пропадают без вести, становясь средством для достижении цели. И он решил во что бы то ни стало остановить этих двоих.