SaintHope

      Разбудил меня звонок отца. Я сперва смачно ударилась головой об угол тумбочки (в ушах тут же зазвенело, вернулась неприятная пульсация), потом едва не выронила телефон. Уже слишком много для одного дня. А ведь отец никогда не звонил в рабочее время без причины.       — Возьми Марту и дуй в управление. — Он раздражён. — Только, пожалуйста, побыстрее.       — А… что случилось-то? — аккуратно прикасаюсь к месту удара.       — Узнаешь. Быстрее, Дафна!       Он отключается. Просто отлично.       Наспех собираюсь, надеваю первые попавшиеся туфли и выхожу из комнаты. В гостиной безумно вкусно пахнет, Марта уже подаёт завтрак. Есть безумно хочется, но если я потрачу время впустую, отец меня просто прикончит. Надеюсь, в управлении есть пончики, и автомат с кофе работает. Бросив печальный взгляд на еду, утаскиваю с собой Марту. Та, уже привычная к отцовским выходкам, даже не удивляется. Жизнь в семье комиссара любого андроида научит ничему не удивляться.       На улице прохладно, дует неприятный осенний ветер. Я даже забыла про куртку. Сердце быстро бьётся, такого страха опоздать я не испытывала даже перед своим учителем географии (самым лютым мужиком в моей жизни). Марта быстро идёт рядом со мной. Я, ещё сонная, пошатываюсь на каблуках и пару раз чуть не падаю. Андроид успевает меня удержать, смерив укоризненным взглядом. Ну спасибо.       Я вижу автобус, уже готовлюсь бежать, но Марта крепко меня держит, отрицательно качает головой. Она всегда была неторопливой и рассудительной — резкий противовес мне и отцу. Следующий автобус, казалось, шёл неимоверно долго. Когда же он всё-таки приезжает (почти пустой, ещё слишком рано), уже я тяну за собой Марту. Она немного упирается, ей привычнее перемещаться в специальном отсеке для андроидов позади. Когда мы садимся, я говорю ей:       — Я — несовершеннолетний ребёнок, а ты меня сопровождаешь.       Она кивает. Только при таком условии андроидам позволяют ездить вместе с людьми. До управления ехать минут двадцать, его специально расположили как можно дальше от жилых районов. Хотя я любила это место. Когда я была ещё маленькой, а отец не занимал такой высокой должности, он изредка брал меня с собой. Я наблюдала за его работой, как он читает досье на панели, как заполняет рапорты. Тогда андроидов ещё не было. Точнее, они не работали в полиции. Помню, моему отцу очень не понравилась первая партия роботов, прибывшая на службу. Он тихо сказал мне:       — Вот стану комиссаром, выкину все эти железяки на помойку.       Комиссаром-то он стал, только вот процент андроидов в полиции к тому времени возрос до тридцати семи процентов. Сейчас же почти половина. Уж не знаю, чем ему не угодили такие сотрудники. Клянусь, не знаю.       — Что случилось у мистера Сейнтхоупа? — спрашивает Марта.       — У него вечно что-то случается. — Я выдыхаю. — Не знаю.       Она снова кивает.       В управлении мы появляемся без десяти восемь.       Ненавижу полы в этом здании. Они настолько гладкие, что в кроссовках я сильно скольжу по ним, а на каблуках вообще иду как хромая утка. Спасибо Марте, она покорно придерживает меня. Уверена, со стороны мы смотримся смешно, если не сказать, что убого. Я подкатываюсь к стойке регистрации, хватаюсь за неё руками (экстренное торможение, опустить закрылки).       — Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — женщина-андроид, чем-то похожая на Марту, поднимает на меня взгляд.       — Мы к комиссару Сейнтхоупу. — Выпаливаю я.       Её диод на секунду стал жёлтым. Потом она ответила:       — Извините, вас нет в списке. Если хотите, я могу связаться с…       — Да чёрт бы вас побрал! — мой отец бьёт картой по терминалу ограждения, держа во второй руке большую чёрную кружку с надписью «BOSS». — Чёртовы жестянки!       Мы идём к нему. Он наконец-то попал по сенсору, лампочка загорелась красным и ограждение исчезло. Отец быстро идёт к лифту, мы торопимся за ним. Лифт почти закрывается, но папа выставляет вперёд ногу. Как только мы входим, все тут же начинают желать отцу доброго утра, не забывая добавлять при этом «комиссар». Папа бормочет в ответ что-то типа: «Какое оно к чёрту доброе?» Выходим на верхнем этаже, где располагаются кабинеты «верхушки» управления. Стены кабинета отца сделаны из матового стекла. При прошлом комиссаре были из обычного, но отец приказал всё переделать под предлогом того, что «не хочет видеть эти наглые рожи вокруг». Он садится за свой стол, мы с Мартой усаживаемся на диванчик для посетителей.       — А теперь объясни, что произошло. — Прошу я.       Тяжёлый вздох.       — Наша война с CyberLife набирает обороты. Два случая нападения андроидов на людей за две недели. При том, что в законодательстве нет ни слова насчёт преступлений, совершённых андроидами. Их просто отключают, выбрасывают на свалку. В то время как люди сидят в тюрьмах годами и десятилетиями. И не надо на меня так смотреть. — Он говорит это Марте. — Я говорю правду. — Он сделал глоток. — Я сказал этим умникам, что начинаю расследования про нападения. А они мне в ответ — держите нашего андроида, он будет помогать! Ха! — он сказал это очень громко. — Андроид расследует преступления андроидов! Кому расскажешь — не поверят! Засмеют! Тьфу! — снова глоток. — Если они таким образом хотят выставить себя белыми и пушистыми, то не выйдет.       — А кто займётся расследованием?       — Андерсон, кто же ещё? — спрашивает отец. — Держим за былые заслуги по «Красному льду», назначили его на должность следователя по преступлениям андроидов! Помню, весь департамент неделю ржал. И вот тебе! — он бьёт ладонью по столу. — А знаешь, что самое интересное? Они и тебя впутают в это!       — Меня?       — Да, Солнце. Может быть, есть связь. Я до последнего стоял на том, что не отдам тебя на растерзание этим гадам. Но… сегодня мне пришла вот эта бумажка для сортира, — отец поднимает со стола листок. — Где мне «сверху» сказали заткнуться, иначе — увольнение. А без меня вся эта хвалёная полиция полетит в… — он замолкает.       — И… что мне делать?       — Без понятия! С минуты на минуту приедет гад из CyberLife и начнёт парить мозги насчёт всего этого. Насчёт тебя. Уж прости, что выдернул вас так рано, но это лучше, нежели чем полиция приедет за тобой прямо в школу.       Первым уроком география. Лучше бы приехали.       За полчаса ожидания отец выпил три кружки кофе, заглатывая при этом успокоительные, которые ему из медпункта принесла Марта. Пускай отец и не доверял нашему андроиду, но посчитал, что одной будет идти ещё небезопаснее. К тому же, CyberLife решили проехаться по всей нашей семье. Было приятно, что папа считает Марту её частью.       Наконец-то раздался писк селектора. Это андроиды-администраторы со стойки на первом этаже.       — Мистер Сейнтхоуп, к вам посетители из CyberLife. Разрешите приём?       На заднем плане слышится недовольный женский голос и слова: «Девушка, а можно побыстрее?»       — Пускайте. — Безразлично отвечает отец и отпускает кнопку. — Походу Мартина припёрлась.       — Кто такая Мартина?       — Жена одного из соучредителей CyberLife. Она вроде бы умная, но та ещё стерва. Участвует во всяких там презентациях, в общем, лицом светит. Господи, лучше бы они послали Сатану, с копытным и то разговаривать приятнее.       Спустя пару минут в коридоре послышались шаги (стук тонких шпилек). В кабинет вошла женщина в сопровождении двух андроидов. На вид женщине было лет тридцать пять. Впрочем, ничего особенного, за всю жизнь в районе для богатых я много таких видела: светлые волосы, большие тёмные очки, поднятые для приличия наверх, высокие сапоги на тех самых шпильках, шубка (пусть осень, но для шубы ещё действительно рано) и платье благородного синего цвета. Мартина казалась мне обычной женщиной, наряженной в дорогие шмотки. За её спиной стояли два андроида, один из которых держал её сумочку на цепочке. Как я поняла, эти андроиды-следователи, но были они разных моделей. Один — RK700, светлый, с выраженными скулами (он и держал сумочку). Второй — RК800, темноволосый, его глаза мне кажутся чёрными. CyberLife когда-нибудь производил хотя бы одну модель некрасивых андроидов?       — Комиссар Сейнтхоуп. — Здоровается Мартина.       — Миссис Дин. — Сухо отвечает отец. — Присаживайтесь.       Мартина садится слева от меня.       — А это и есть твоя дочь? — она поворачивается ко мне. И переходит на «ты». — Надо же, она и вправду красавица!       — Ближе к делу, Мартина. — Похоже, у них с отцом и не такие плохие отношения.       — Какой ты занятой! — восклицает она. — В общем, две модели: новая — она показывает на тёмненького. — И старая. — На светленького. — Даже не старая, а слегка устаревшая. Но у него хороший послужной список, я думаю, он пригодится. — Отец бурчит что-то типа «ага». — В общем, нового на расследование, старый остаётся здесь.       — В каком смысле «остаётся здесь»? — спрашивает папа.       — В том смысле, что CyberLife запросила разрешение в правительстве на присутствие в управлении в ходе всего расследования. — Андроид подаёт ей сумочку, Мартина достаёт из неё листок, свёрнутый в трубочку, и разворачивает его, демонстрируя отцу. — И получила его. Так что смирись, комиссар, но CyberLife будет следить за этим делом, хочешь ты того или нет.       — Какой в этом смысл? — недовольно спрашивает папа, вновь отхлёбывая.       — А такой, Сейнтхоуп, что наши андроиды совершают преступления. — Она делает акцент на слове «наши». — И мы хотим понять, в чём дело. Учитывая, что ты развернул нехилую антикампанию против CyberLife. Расследование должно быть чисто и прозрачно. Кстати, кого ты поставишь от себя?       — Лейтенанта Андерсона.       — А кто это? — не без ухмылки спрашивает Мартина.       — Настоящий профессионал своего дела! — отец чуть ли не смеётся. — Надеюсь, твоему андроиду понравится с ним работать.       — Моё имя Коннор. — Говорит бархатистым голосом RК800.       — Отлично, мне всё равно. — Он хочет сделать глоток, но обнаруживает, что кофе кончился.       Пауза.       — Так, ну раз всем всё ясно, думаю, андроиды могут приступить к работе. — Мартина встаёт с дивана. — Хочу побеседовать с лейтенантом Андерсоном. Он на рабочем месте?       — Сходите и проверьте, миссис Дин. — Так же усмехается отец.       Вслед за Мартиной уходит RK700.       — Я хотел бы начать своё расследование, комиссар Сейнтхоуп, с допроса мисс Сейнтхоуп. — Говорит Коннор.       — Хоти дальше. — Отец высыпает в чашку растворимый кофе из пакета. — Брысь отсюда.       — Если вы сомневаетесь в моём профессионализме, комиссар, то буквально сегодня ночью я провёл успешные переговоры с андроидом, взявшим заложницу.       — А потом его застрелили. — Отец заливает кофе кипятком.       Тут до меня доходит, что я так и не узнала, чем закончилась вчерашняя история с обезумевшим андроидом. Нужно будет потом порыскать в сети. Даю руку на отсечение, наш географ (ярый противник андроидов) точно бы прочитал десятиминутную лекцию насчёт того, куда мы катимся. Дай только повод.       — Тем не менее, комиссар, чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки, я должен это сделать. — Он наклоняется ко мне. — Мисс Сейнтхоуп, пожалуйста, пройдёмте в комнату для допросов.       — Ещё чего! — отец резко встаёт со стула.       Я выдыхаю.       — Прекрати этот цирк, пап.       Встаю и выхожу из кабинета. Коннор хочет меня отвести, но я иду вперёд него. Я знаю тут каждый вход и выход, каждый коридор. Комната для допросов на втором этаже. Я уверенным шагом иду к лифту, но забываю о том, какие здесь прекрасные полы и какие у меня прекрасные туфли. Поскальзываюсь и почти падаю, но Коннор быстро подхватывает меня сзади. Двери лифта открываются. Я почти лежу, андроид, упав на колени, держит меня сзади за талию, а на нас в это время смотрят несколько сотрудников полиции.       Резво вскакиваю на ноги. Как ни в чём не бывало захожу в лифт и нажимаю кнопку второго этажа. Коннор, немного медля, входит за мной. Кажется, я краснею. Одновременно с этим хочется смеяться громко и долго.       Наш разговор естественно записывается. Я веду себя спокойно, мне нечего скрывать. Особенно после той ситуации перед лифтом Коннор меня вообще не напрягает. Я смотрю в его глаза (карие), в которых играют блики от ламп.       — Расскажите, что было до того, как на вас напали. — Просит он.       — У меня частичная потеря памяти. Я откуда-то шла, вроде бы со школы или от подруги. Когда я проходила мимо магазина тканей и закусочной,       NO ANDROID ZONE то услышала позади шаги. Мне стало страшно, я обернулась, но меня тут же ударили по голове чем-то тяжёлым. Я упала на землю, потеряла сознание, очнулась уже в больнице.       — Как вы узнали, что это были андроиды?       — Отец показал мне записи с камер наблюдения, там хорошо видно диоды.       — Вы, может быть, заметили какие-нибудь отличительные признаки андроидов? Униформу?       — Они были в простой одежде, ничего не светилось. — Я смотрю на его светящийся треугольник. — Но я точно знаю, что это были мужчина и женщина. Женщина сказала: «Что ты наделал?», а мужчину узнала по телосложению.       — Каких андроидов вы близко знаете?       — Только Марту, своего андроида, и Алекса, андроида подруги.       — Есть подозрения насчёт того, кто это мог быть?       — Нет. Мне кажется, я стала случайной жертвой.       — Ну и что он спрашивал? — интересно, это всё тот же кофе, который он заваривал при нас, или уже другой?       — Стандартные вопросы. Я просто повторила всё, как было.       — Жестяные ублюдки. Вместе со своей силиконовой Мартиной. — Он слишком громко бьёт ложкой о кружку. Интересно, кто ему её подарил? — Коннор этот. На педика похож.       Марту он отправил домой.       — Неужели нельзя сделать нормальных мужиков? Ещё вот эти хвостики из чёлок им заделайте. — Глубокий глоток. Я зеваю. Стук в дверь. — Кого там принесло?       — Комиссар Сейнтхоуп…       — Опять ты?! — отец с размаху ставит кружку на стол. — Я просил убраться отсюда!       — Я хотел спросить, где могу найти лейтенанта Андерсона. — Коннор стоит в дверях.       — Пройдись по пивнухам в старом районе. Может, повезёт.       — Сэр, я серьёзно.       — Я тоже. — Отец усмехается.       — Па-а-ап. — Протягиваю я. — Давай я помогу Коннору найти лейтенанта.       — Тебе нужно в школу. Хотя… Помоги. — Он с ухмылкой достаёт из стола листок бумаги, быстро пишет, отдаёт мне. — Я уверен, лейтенант Андерсон будет очень рад новому напарнику.       На этот раз я иду уже осторожнее. До подземной парковки добираемся без происшествий. Сую отцовский листок в руки дежурному андроиду, тот быстро читает, складывает листок в папку.       — Ваш автомобиль, мисс Сейнтхоуп, находится на месте А56. Вы не имеете права сесть за руль без водительского удостоверения.       — Коннор поведёт.       Мы садимся в машину. Коннор выезжает с парковки. До старого района отсюда рукой подать, учитывая, что само управление стоит на отшибе. Мы едем молча. Только когда въезжаем в район, андроид спрашивает:       — Куда дальше?       — Проезжай ещё три дома и направо.       Дети, играющие у домов, с интересом провожают взглядом нашу машину. Мы останавливаемся у бара. Уже рассвело, но неоновая вывеска всё ещё работает, правда, с перебоями. На двери висят плакаты типа «ВХОД АНДРОИДАМ ВОСПРЕЩЁН». Я толкаю дверь и оборачиваюсь к Коннору. Тот понимает, чего я от него хочу, и идёт следом. Мы оказываемся в душном помещении, где сильно пахнет спиртом и потом. Слышу храп. Ещё не проснулись те, кто пришёл сюда этой ночью. Андроид осматривается. Диод мигает жёлтым, он сканирует помещение. И быстро находит лейтенанта. Даже я его так быстро не рассмотрела. Хэнк сидит за барной стойкой, рядом с ним стакан с какой-то мутной жижей. Коннор подходит к нему, трясёт за плечо.       — Лейтенант Андерсон! — настаивает андроид.       Хэнк устало поднимает голову, с презрением смотрит на Коннора. Я стою поодаль.       — Чего тебе, мать твою, надо, андроид? — хрипит Андерсон.       — Моё имя Коннор. Я пришёл сюда, чтобы забрать вас. Вам поручили расследование преступлений, совершённых недавно андроидами. И я буду вашим напарником…       — Андроид расследует преступления андроидов? Слышал, Джимми? — обратился Хэнк к бармену и засмеялся. — Какой в жопу напарник? Совсем шестерёнки полетели? — он залпом опрокидывает стакан. — Ну чего встал над душой? Шуруй отсюда!       — Извините меня, лейтенант, но я настаиваю. Это дело приоритета.       — Ты не понял?! — Хэнк встаёт, шатается, опирается о стойку. Толкает Коннора. Пора вмешаться.       — Хэнк! — я встаю между ним и Коннором, в любую минуту рискуя получить по роже.       — А ты-то тут откуда? — от него неприятно пахнет спиртом.       — Папа хочет с тобой поговорить! — я натянуто улыбаюсь.       — А это что за клоун? И что он вообще бормочет? — Хэнк пошатывается.       — Папа тебе всё объяснит! — он всё ещё смотрит через моё плечо на андроида. — Поехали.       — Чёрт бы побрал вас обоих… — он хочет выпить, но стакан пуст. — Не будь ты дочерью грёбаного Сейнтхоупа, я бы послал…       Он чуть не падает, но успевает ухватиться рукой за стул. Я выхожу на воздух. Господи, как же хорошо! После этого затхлого бара даже воздух старого района покажется верхом блаженства. Я сажусь в автомобиль. Хэнк идёт сам, Коннор позади, косится на лейтенанта. Кажется, он ожидал совсем не этого. Они смотрятся настолько комично, что я несдержанно улыбаюсь. Хэнк заваливается на заднее сиденье и, кажется, засыпает. Коннор садится за руль.       — Мой отец и он вместе начинали. — Отвечаю я на немой вопрос. — Только Хэнк был слегка… ленивым. — Коннор молча кивает. — Подбрось меня до дома.       Я хочу спать.