Каникулы по-хогвартски

— А еще говорят, гриффиндорство не заразно, — с едва слышным шелестом набежала волна на песок. Лежащий совсем рядом с водой огромный чешуйчатый хвост недовольно отодвинулся. — Словно у меня был выбор… — Да хватит вам нудеть, всё он правильно сделал! — полыхнуло пламя, отразившись от отполированной до зеркального блеска чешуи. — Чего вы, в самом деле?.. Не драться же было с Эспадой? — Слава Магии, что это был не ты, Рик, — легкий ветерок шелохнул пылающий хохолок, словно погладив. — Ты бы точно не устоял! — Даже соваться бы не стал, солнышко… Бесстрашие и идиотизм, как ни крути, вещи разные. От Эспады ни одному из нас не уйти, случись нам, не дай Моргана, сцепиться! ***       …Просыпаться не хотелось совершенно. Он уже и забыл, какое это наслаждение — покачиваться на волнах полудрёмы, укутавшись в родное тепло… сколько лет он не чуствовал себя по-настоящему дома?.. Да пожалуй курса так с третьего… как минимум за пару лет до своего побега к лучшему другу.       Странно-то как… с чего бы вдруг ему, выжженному с фамильного Гобелена изгнаннику и предателю рода, чувствовать себя как дома в наполненном родовой магией по самую крышу особняке?       А измученное подсознание так и манило вернуться в уютый кокон приятных воспоминаний, навеянных знакомыми с детства запахами… — Хозяин Сириус, — послышалось откуда-то снизу. — Хозяин Сириус, вас зовёт хозяюшка Вальбурга! — Кричер, чтоб тебя пикси пожевали… — проворчал Блэк, с трудом разлепляя веки. — Так спалось хорошо… ну что еще от меня нужно-то?! . — Хозяюшка Вальбурга велела передать, что ритуальный зал подготовлен для церемонии, — пискнул домовой эльф откуда-то из-за занавески. — Какой, к дракклам, церемонии?! — встряхнул гудящей, словно с похмелья, головой Сириус. — Что вообще… ух ты!..       Увиденное казалось продолжением сновидений… кабинет Главы рода, разложенные в идеальном порядке на столе гримуары, хотя он точно помнил, что «считанные» Улькиоррой книги падали куда угодно, но не на свои места, тёплый свет многочисленных свечей, крохотная чашка ароматного кофе на столе… и он сам, свернувшийся клубком в отцовском кресле, до кучи укрытый пушистым пледом. — Та-а-ак… а теперь чётко и по порядку, — попытался угрожающе приподняться Сириус, но осёкся, скользнув взглядом по своим собственным рукам.       На безымянном пальце правой руки поблёскивал, словно ободряюще подмигивая, до боли знакомый перстень.       Сапфиры и чёрные алмазы.       Перстень Главы Рода Блэк. ***       «Сенсация! На окраине Хогсмида было обнаружено обезглавленное тело молодого мужчины с Меткой Того-кого-нельзя-называть на руке! Неопознанный Пожиратель Смерти совершенно очевидно был загрызен кем-то из хищных обитателей Запретного леса. Ведётся следствие, Глава отдела магического правопорядка Бартемиус Крауч заверил «Пророк», что дело взято под особый контроль. Отставной аврор, а ныне преподаватель Защиты от Темных Искусств Аластор Грюм выразил желание оказать посильную помощь следствию. На его освободившуюся должность заступили авроры Шеклболт и Тонкс… Директор школы, Альбус Дамблдор, предположил, что так магия Хогвартса бережёт своих обитателей и их гостей от любой опасности…» *** — Ки-инг, как думаешь, что это за тварь могла быть? — протянула девушка в аврорской форме, шагая рядом с высоченным чернокожим напарником. — Понятия не имею. По словам Крауча, это было «нечто огромное, волосатое и грозно рычащее»… детский лепет какой-то. Уж чтобы Бартемиус Крауч не смог опознать тёмную тварь?.. И чтобы тёмная тварь, напав на людей, ограничилась одним, не оставив второму даже синяка на память?.. И тело не тронула, утащила только голову?.. Так просто не бывает! — Скажешь тоже, нечисто… так много до чего додуматься можно, — фыркнула девушка, заправляя за ухо ярко-розовую прядь волос. — В том числе и до сговора Крауча с этой самой тварью! Бред какой-то…       Из соседнего коридора донёсся пронзительный голос корреспондентки Пророка Риты Скитер, распекавшей своего недостаточно расторопного фотографа за какую-то оплошность. Кингсли, невольно расслышавший кусочек её тирады, страдальчески поморщился. — Интересно, а если эта самая тварь хоть условно разумна, можно будет ей Скитер заказать? — хихикнула в кулачок Тонкс. — Бессердечная… отравится же тварюшка, и не жаль тебе бессловесную животину? — покосился на уже хохочущую напарницу Кингсли. ***       Блаженную тишину спящего беспробудным зимним сном Запретного леса, разбавленную шелестом осыпающегося с оголённых ветвей снега и редким птичьим щебетом, нарушал лишь шорох отбрасываемой могучими лапами мёрзлой земли и редкое позвякивание стекла по очищенному от слоёв снега и льда камню. Скрывшийся в свежевырытой яме почти до половины туловища оборотень оценивающе оглядел дело лап своих, выбрался наружу и неодобрительно покосился на отдыхающего поблизости мага. Тот вопросительно приподнял бровь. Миг — и вместо волчьих глаз на него глядят человеческие. — Ты вконец охренел, Блэк? — проворчал пожилой мужчина с неуловимо-хищным лицом. — Бутылку вернул, хамло! — Не жадничай, — хмыкнул развалившийся на заиндевелой траве Сириус, однако под взглядом недобро сощурившихся глаз отставил-таки огневиски обратно на камень. — Долго ты там ещё? — Потерпишь, не маленький, — буркнул Сивый, прикладываясь к горлышку. — В таком деле, знаешь ли, лучше перебрать. — Не поспоришь, — кивнул маг, откидываясь на ствол дерева и закидывая руки за голову. — Э… а это что ещё?! — Щенок ты сопливый. Не признал, что ли? — насмешливо покосился на него Грейбэк, оторвавшись от вожделенной выпивки. — Снейп идёт. Бежит…       И верно, со стороны замка совершенно явно приближался звук чьих-то стремительных шагов. Несколько секунд спустя на поляну буквально вылетел растрёпанный и злой, как мантикора, Северус Снейп. Не утруждая себя приветствием, он промчался мимо поспешно поджавшего ноги Блэка, выхватил бутылку из руки опешившего оборотня и припал к ней, словно страждущий путник — к роднику в пустыне. — Как ты там меня назвал-то, Фен? — заржал Сириус, глядя на обалдевшего вервольфа. — Хамло, да? А ЭТО тогда кто? — Ворон, ты чего это? — недоумённо поинтересовался Сивый. — Случилось чего? — А то ты не знаешь, — зашипел зельевар, оторвавшись от виски. — Ты чего натворил, кретин хвостатый?! — Чего это я кретин? — оскалился тот. — Того!!! Дебил, да твою зубную формулу все авроры, прошедшие войну, знают лучше, чем дату собственной получки! Тебе жить, что ли, надоело?! Крауч в деле, ещё и Грюма туда же занесло! Ты что, не понимаешь, что они вдвоём перетряхнут Запретный лес до последней травинки и приколотят твою шкуру на воротах Аврората?! — Не знал, что ты так за меня переживаешь, — расплылся в кривоватой улыбке оборотень. — Приятно, Мордред подери! — Да ты… — взвился Снейп, однако был пойман за мантию, рывком усажен на бревно и коварно зафиксирован заклинанием со спины. — Уймись, — посоветовал Блэк, отсмеявшись и убирая палочку. — Расскажет, куда он, к дракклам, денется… — Нет уж, сперва ты расскажи, — заинтересованно подался вперёд Сивый. — Что, прямо так и сказали, ну, что перетряхнут и приколотят? И имя моё, поди, назвали? — Н-нет… — Значит, всё я правильно сделал, — довольно оскалился Фенрир. — Не боись, не будут они ничего расследовать. Скажи лучше, ты Грюма-то перед уходом видел? — Он не спускался, — пожал плечами Снейп. — Камином от директора ушёл, вместе с Краучем. — Ну-ну, — понимающе кивнул Грейбэк, снова перекидываясь в волка и принимаясь за дело. Глубина выкопанной ямы приближалась к полутора метрам и с каждой минутой увеличивалась, вызывая стойкие ассоциации с могилой.       Освободившийся от блэковского заклятия Северус устало ссутулился на бревне, становясь похожим на нахохлившуюся птицу. Наблюдающий за бывшим однокашником Сириус попытался подняться на ноги, но преуспел лишь с третьей попытки, и то — придерживаясь за ближайшее дерево. — Завязывал бы ты пить, Блэк, — не удержался от язвительного комментария зельевар. — Не припомню, чтобы ты настолько маялся с похмелья! Или это Азкабан тебе так аукается? — Не отвалил бы ты, — раздражённо буркнул Бродяга. — Не напоминай. И нет, это не похмелье… так, ирония судьбы. Пришлось делать то, от чего годами бегал… Расскажи лучше, что из произошедшего не попало в газеты?       Декан Слизерина чуть замешкался, словно не зная, как начать, и заговорил…       По его словам, ситуация складывалась совершенно невероятная в своей абсурдности. Ничем, кроме нежданно-негаданно улыбнувшейся удачи Северус не смог бы объяснить тот факт, что ему удалось безнаказанно выяснить хоть что-то и не загреметь в Азкабан за незаконное проникновение в разум высокопоставленного чиновника… тот был слишком ошарашен и растерян, чтобы замечать что-либо вокруг себя. Положа руку на сердце, Северус его прекрасно понимал. После подобного и умом тронуться недолго…       Дело было в том, что сегодня вечером на прогуливающегося вдоль опушки Запретного леса Бартемиуса Крауча напал неожиданно возникший перед ним Пожиратель Смерти, однако причинить какой-либо вред не успел… потому что был загрызен оборотнем.       Подробностей выяснить не удалось, погружаться глубже в память дезориентированного главы департамента магического правопорядка Снейп не рискнул. Собственно, ему вполне хватило и увиденного, чтобы, разобравшись с делами факультета, примчаться в Запретный лес и потребовать объяснений у непосредственного участника событий.       Блэк неаристократично отвесил челюсть, пытаясь судорожно уложить в голове услышанное. Мозаика не складывалась, хоть тресни… Занятого земляными работами оборотня теперь сверлили в спину две пары глаз. Вервольф успел скрыться в яме почти полностью — над обледеневшей травой виднелся лишь азартно помахивающий хвост.       Промчавшийся по лесу неожиданный порыв ветра, отчётливо пахнущего смертью, заставил магов подскочить на ноги и схватиться за палочки. — Что… что это было?! — почти не разжимая губ, выдохнул Северус. Профессиональное обоняние Мастера Зелий позволило разобрать запахи крови, праха, песка… а ещё — начинающегося разложения.       Насторожённо принюхивающийся Сириус мягко скользнул в сторону деревьев. Пахло где-то совсем недалеко. Только… странно. — Что странно? — переспросил декан Слизерина. — Запах неоднородный. Как будто… их несколько, — неуверенно пожал плечами Блэк. — Эй вы, двое, — окликнул мало не подскочивших от неожиданности магов успевший перекинуться Сивый. — Не ходили бы вы туда, а? Есть намного более приятные способы самоубийства! — А… а что там? — не утерпел Бродяга. — Владыка с Эспадой разминаются, — клыкасто ухмыльнулся вервольф, усаживаясь на очищенное от снега бревно. — Зрелище не для слабонервных, поверьте знающему. — Верю, — в один голос отозвались бывшие однокашники. Старый оборотень хрипло расхохотался. — А насчёт сегодняшнего… не кипишуй, Ворон, — в нечеловеческих янтарных глазах отчётливо светилось понимание. — Не будет Крауч меня искать. Не было же в газетёнке этой моего имени? Да и слова «вервольф» я там не увидел… — Но… как, Мордред подери?! — взвился Снейп. — Ты… он же тебя видел! Ну не мог Крауч тебя не узнать, Сивый! — Узнал, конечно, — ссутулился Фенрир. — Но повторю — не станет он лес шерстить. Больше тебе скажу, и Грюм не будет. — Не верю, — заявил Сириус. — Чтобы Грозный Глаз Грюм упустил возможность тебя прищучить?.. — Не до меня ему, — хмыкнул оборотень. — Неспроста он никому на глаза не попался, камином директорским уходил. Не в Аврорат он ушёл, Блэк. В Мунго. — Колись, Сивый! — не выдержал Северус. — Хватит загадками говорить, у меня и так голова кругом идёт! — Помнишь, ты на пропажу жаловался, Ворон? — прищурился Грейбэк. — Я тогда ещё сказал, что Оборотное по запаху распознать — раз плюнуть? — Ну?.. — Нашёл я твоего воришку. И наказал. Не будет больше… — СИВЫЙ!!!       Вервольф сунул руку куда-то между заснеженных камней, вытащил изрядно подмокший мешок, и бросил к ногам замерших волшебников. Из незавязанной горловины выкатился хорошо знакомый деревянный ножной протез со следами волчьих клыков.       Переглянувшиеся Снейп и Блэк присели над мешком, Северус взмахнул палочкой… — Барти Крауч первый заинтересован в том, чтобы «неизвестный Пожиратель Смерти» остался неопознанным, — продолжил Фенрир. — И Дамблдору крайне невыгодно, чтобы правда наружу всплыла. Не будут меня искать, Ворон. Покрывать будут, причём все втроём и изо всех сил. Так что ты там про иронию судьбы-то говорил, а, Блэк?..       На смёрзшейся земле лежала явно отрезанная заклинанием голова Барти Крауча.       Младшего.