Наследие

Воздух в зале был тяжелым и влажным. Виной тому была Мира, мешающая вязкое зелье, что занимало её уже битый час. Она принялась за него стоило Граям и Трикс вернуться в замок. По прибытии Три ведьмы отправились в королевскую библиотеку, а потому сейчас Лилисс и Тхарма копались в пыльных фолиантах и ветхих страницах. Почему такую скучную работу не поручили Трикс, девушки не знали. Они сгруппировались в углу залы и продолжали разглядывать Трёх ведьм: это всё-таки были невероятные колдуньи, навсегда вписавшие себя в историю Волшебного Измерения. Айси обращала своё внимание по большей части на Тхарму и Лилисс, а вот на свою… бабушку старалась не смотреть: от одного взгляда на Белладонну всё тело покрывалось мурашками от ощущения колючего неприятного мороза, почему-то отталкивающего ведьму льда. Сторми прижималась к боку Айси, беспокойно вертя головой. Ей тоже не нравилось снова находиться в этом жутком замке, где живым казалось всё: тени, стены и даже мебель. По Дарси же было видно, что она недовольна тем, что они сидят без задания. Даже в библиотеку Грайи ходили без неё, хотя кто как ни принцесса могла бы помочь им в поисках нужных трудов? Дарси желала действовать, а их первый большой успех — возрождение Трёх ведьм — лишь разжёг в ней жажду большего. Расспрашивать кого-либо из Грай ей не хватало наглости, а потому она обратилась к Мире: — Каким зельем Вы заняты? Я могла бы помочь. К удивлению Дарси, Мира её проигнорировала, а вот Белладонна обратила на девушку своё внимание. — Не стоит отвлекать Миру сейчас. Зелье, что она варит, требует абсолютной концентрации. И поскольку занимать её это зелье будет ещё долго, почему бы вам не поделиться с нами последними новостями? Дарси выпрямилась. Пусть это не совсем то задание, которого она ожидала, но всё же некое участие. И поделиться ей было чем. — Тёмные ковены на Каллисто почти целиком захватили территорию планеты вне Цитрического округа. Во всех крупных городах этой местности установлено временное правительство ведьм. Они требуют дать «тёмной» части планеты полную независимость от короны. Тхарма невпечатлённо хмыкнула: — Всего часть планеты? Трусихи. — Большинство считает это лишь первой частью захвата власти. Мы, разумеется, имеем свои связи с многими ковенами там. Территория вне Цитрического округа — лишь начало. Каллисто всегда была планетой непрочного баланса, многие там не согласны с линей правления королевы Урсулы. Количество ведьм на планете увеличивается уже на протяжении нескольких лет. Влияние тьмы растёт, а позитивная энергия на планете в убытке. Ведьмы хотят захватить власть на всей планете, а нам это как нельзя кстати. — И каким образом они собираются это сделать? — склонив голову набок, поинтересовалась Белладонна. Дарси приподняла подбородок. В этой части у неё есть непоследняя роль. — Дочь королевы Урсулы — Варанда Каллисто. В этом году она должна была отправиться на обучение в Алфею с опозданием на год, но этого не произошло. Официальной причиной являлась нестабильная обстановка на Каллисто, но разве не логичнее было бы отправить дочь подальше от бунтов? На самом деле, причина и у годовой отсрочки, и у сорванного поступления в этом году одна: у Варанды недостаточно позитивной энергии, чтобы стать феей. Она избрала путь тёмных искусств, но её мамаша-фея, разумеется, категорически против. Я вела с ней переписку последние несколько месяцев, а после того, как мы заполучили Огонь Дракона, я смогла проникнуть в её сознание. — Дарси замолчала, жадно впитывая удивление на лицах Тхармы, Белладонны и Трикс. В её руках принцесса планеты Каллисто, одной из важнейших политических точек Волшебного Измерения. Ведь если установившийся порядок распределения сил должен пасть, он начнёт крошиться от самых близких к границе Округа планет. Дарси хотелось описать в деталях, как легко, словно пластилин, мнётся разум Варанды в её руках благодаря силе Огня, но стоило держать себя в руках. К тому же, не все лавры в этом деле принадлежали ей. — Мира разработала этот план. Теперь нам нужно лишь полностью захватить Варанду и сместить королеву Урсулу. Её место вполне законно займёт её наследница-дочь, которая станет первой королевой-ведьмой Каллисто за всю историю. И так падёт первая планета. Мира, что всё же отвлеклась от варки зелья после упоминания своего имени, добавила: — Обсидиан готов присоединиться к нам, как только они будут полностью уверены в том, что успех на нашей стороне. Мы должны захватить Каллисто и Диаден, а потом…— и она смолкла, но Грайи словно и не нуждались в дальнейших объяснениях. В отличие от Трикс. Айси нахмурилась, наблюдая за старшими ведьмами. Все эти планы захвата планет, с каких пор Дарси втянута в это? Хотя та и не выглядит полностью осведомлённой, она единственная, кого Мира хоть как-то посвятила в это. Главной целью для ведьм является месть Команде Света, не так ли? Они уже захватили самую мощную энергию во вселенной — Огонь Дракона. Разумеется, им не помешают сообщники, но, как и в прошлый раз, главной является сила Огня. Они уничтожат Команду Света и силой вернут ведьмам величие. Захват планет может подождать именно до этого времени. Почему это вдруг встало на передний план? И почему Мира, её тётушка, не посвятила её в это хотя бы в той же степени, что и Дарси. Смотря на вернувшуюся к котлу Миру, Айси словно пыталась найти в её лице ответы, чтобы узнать, что ещё она утаивает от племянницы. Это занятие не дало никаких плодов. Айси устало прикрыла глаза. Все эти разговоры приводили лишь к тому, что у неё разгоралась головная боль. Она открыла глаза и поймала обращённый на неё внимательный взор Белладонны. — Я вижу, что вы сбиты с толку, — сказала она, удивив Трикс. Они и не ждали объяснений аж от одной из Грай, раз уж Мира не потрудилась ввести их в курс дела полностью. — Вы захватили Огонь Дракона, уже значительно сместив чашу весов в нашу сторону. Но этого всё ещё недостаточно. Команда Света все эти годы не сидела на месте, а продолжала совершенствовать свои навыки, создавать контр-заклинания и оружие. Волшебное Измерение уже не то, чтобы было шестнадцать лет назад. Баланс сильно поменялся, и не в сторону негативной энергии. Нам нужно это изменить. Мы, Грайи, должны вернуть себе былую мощь. Мы тоже должны обладать Огнём Дракона, настоящей силой, а не остаточным действием возвратного заклинания. Вместе с той феей, у которой вы забрали Огонь… — упоминание Блум заставило Айси свести брови; она была последним, о чём бы Айси хотела сейчас думать. Не хватало ещё, чтобы её головная боль переросла в мигрень. — … в Волшебное Измерение вернулась энергия Пламени Дракона. Мы думаем, что это повлияло и на Домино. Возвращение феи-хранительницы могло пробудить хранилище Дракона. Если там есть ещё хотя бы искра Огня, мы должны её получить. Кусочки паззла начали складываться у Айси в голове. — Но мы не можем просто так добраться до Домино, так? — обратилась она к Белладонне. — Близлежащие планеты будут обязаны среагировать. Мы должны взять их под контроль, чтобы беспрепятственно попасть на Домино. Белладонна одобрительно кивнула. — Для начала Каллисто и Диаден должны пасть. Так мы нарушим границу Цитрического округа, позволяя большему количеству тьмы проникнуть в него, неся изменения в волшебную атмосферу. При упоминании Диадена Дарси вновь включилась в разговор. — Под моим контролем есть и человек с Диадена. На этих словах Сторми резко повернулась к Дарси. Она имеет в виду Ривена, не так ли? Значит, он был всего лишь частью плана? — Он не имеет никакого высокого статуса, но вхож в круги тёмных сообществ. Нейтральность Диадена ещё более шаткая, чем на Каллисто. Правящая семья слаба, а большинство волшебного населения — пользовательницы тёмной магии. Позитивной энергии на планете почти не осталось, и переворот не случился лишь потому, что слабая королевская семья во всём потакает ведьмам и колдунам. За Диаден не стоит переживать: он уже у нас в кармане. Тхарма подняла голову, словно волчица, что почуяла запах свежей крови. Она вперилась взглядом в Дарси. — Так «твой человек» — пустышка? В нём более нет нужды. Когда ты собираешься от него избавится? Тон ведьмы не заставлял гадать, что именно она имеет в виду под словом «избавиться». Айси и Сторми обратили своё внимание на сестру. Несмотря ни на что, ни одна из них ещё не отнимала жизнь у другого человека, особенно у того, с кем у них были какие-либо близкие отношения. И хотя этого стоило ожидать, убийство специалиста казалось поворотной точкой, что может многое изменить. Айси не удивило то, что первой, кто испачкает руки в крови будет Дарси. В какой-то мере она этого и ожидала. Она перевела взгляд на Сторми. На лице той застыло смятение, словно её терзал какой-то внутренний конфликт. Казалось бы, Дарси вот-вот избавится от Ривена, чем не повод для радости? Но быстрое падение Дарси в пучину тьмы и жестокости всё же немного напрягало Сторми. Она не была уверена, как реагировать на это. Часть неё, что уже успела изголодаться по вниманию Дарси, довольно расправила плечи, предвкушая избавление от надоевшего специалиста. Всё станет как прежде: Дарси вновь будет со Сторми и Айси. Эта мысль воодушевила ведьму, и она мягко, чтобы не привлекать лишнего внимания, погладила Дарси по спине. Та лишь немного повернула голову в сторону Сторми, но продолжила смотреть на Тхарму. — Я избавлюсь от него как можно скорее. Сила, пришедшая с Огнём… немного ошеломляет. Иногда тяжело удержать контроль, это путает мысли. Но думаю, завтра с утра я завершу начатое. Тхарма удовлетворённо кивнула и повернулась к Сторми. — У тебя ведь тоже страдает контроль, так ведь? Вспомнить только ту маленькую бурю, что ты устроила в лесу. Огонь давит на тебя? Сторми, всё это время сохранявшая молчание и позволяющая сёстрам общаться с Тремя ведьмами, смутилась. Ей не нравилось признавать свои слабости, особенно связанные с неспособность взять свою магию в узду. Но лгать она не осмелилась, да и смысла в этом не было: Тхарма читала её как открытую книгу. — У меня проблемы с тем, чтобы, как бы это сказать, дозировать силы? Разгон с нуля до максимума слишком быстрый, я не успеваю контролировать мощность. Тхарма и Белладонна переглянулись, и последняя снисходительно пояснила: — Такие проблемы с контролем лишь из-за недостатка практики и умений. Чтобы обуздать такую силу требуется много усилий, особенно тем, кто не был с ней рождён. — Она вдруг обратилась к Айси: — Что насчёт тебя, Айси? Я не замечала у тебя проблем с Огнём Дракона. Айси не знала, что ответить на это замечание. Она действительно не испытывала ничего из того, что описывали её сёстры. Огонь Дракона будто бы просто теплился в ней, не оказывая особого воздействия. Естественный конфликт между силами льда и пламени немного сбивал её столку при попытке колдовать, но со временем она привыкала. Единственное, что её поразило — тот голубой огонёк, что у неё получалось вызвать. Это казалось слишком буквальной манифестацией силы, к тому же полностью ей противоположной. Но об этом ей говорить не хотелось. — Эта сила ощущается немного странно, непривычно, но я думаю, что со временем мне удастся без проблем ей управлять. Со стороны котла раздался смешок — реакция Миры на это довольно самоуверенное утверждение. — Ну, разумеется. Благодаря всему тому, чему я тебя научила, было разочарованием наблюдать у тебя проблемы с Огнём Дракона. Необъяснимая обида и злость вспыхнули в Айси. Даже не задумываясь о своей реакции, она возразила: — Может это мои естественные умения, доставшиеся мне от мамы или бабушки? Лицо Миры тут же исказила ярость, но её ответ был прерван смехом Белладонны. Этот глухой звук бил по ушам, вызывая желание спрятаться и скрыться с глаз жуткой ведьмы. — Довольно. Я бы хотела поближе изучить твои естественные умения, Айси. Думаю, твои тренировки, хотя бы частично, я могу взять на себя. Замечательная идея, не так ли? Идея действительно замечательная, подумала Айси. Но от чего-то внимание Белладонны заставляло её нервничать. Мысль о тренировках в окружении жёсткого холода бабушки, её чужого мороза, не давала ей возможности ощутить довольство от оказанного ей, безусловно, щедрого одолжения. Заиметь в наставницы одну из Грай — невероятная возможность, от такого не отказываются. Не то, чтобы Айси тешила себя тем, что её и правда спрашивают, а не ставят перед фактом. Она придала своему лицу выражение самой искренней благодарности, на которую была способна, и поклонилась. — С нетерпением жду наших занятий.

* * *

Гелия склонился над столом. Перо беспрестанно порхало в его руке, но трудился он не над очередным рисунком, а над новым планом тренировок специалистов 43-го отряда. На последнем занятии Кодаторта был ужасно недоволен, просто рвал и метал, и больше всего досталось, разумеется, Гелии, как непосредственному командиру отряда. И это бы могло не напрягать: не бывало на территории Красного фонтана ещё такого отряда, коим был бы доволен Кодаторта. Но в последние несколько дней он и совсем озверел: увеличил нагрузку у всех курсов в два раза, а первому курсу — в три. Какими бы прилежными студентами ни были ребята Гелии, такое резкое усложнение курса им не по плечам. Но вишенкой на торте стали фееричные провалы Ривена. Его индивидуальные показатели росли, но как только дело доходило до работы в команде — всё шло насмарку. Из-за вечных пропусков совместных тренировок он до сих пор плохо ориентировался в системе жестовых сигналов, что ребята разработали между собой. Он игнорировал советы Гелии и Брендона, Тимми его слишком боялся, чтобы спорить или указывать на ошибки, а о какой-либо работе со Скаем можно было и не мечтать. Юноши отказывались сотрудничать, любой разговор уходил в споры за считанные секунды — Скай не мог сдержать упрёков, пусть и справедливых, и совершенно не скрывал своего неодобрения по поводу общения Ривена с ведьмой, которая оказалась одной из Трикс, напавших на Блум. Последним были возмущены все специалисты отряда. Гелия и сам с дрожью вспоминал рассказ Блум о том, что с ней произошло. Трикс — настоящие преступницы, а член его отряда, не скрываясь, близко общается с одной из них! Попытка поговорить с Ривеном закончилась для Гелии ничем: парень грубо отшил его, сказав не совать нос не в свои дела. И Гелия, честно говоря, уже был готов сдаться. В конце концов, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Но Ривен — один из специалистов его отряда, а не просто чужой человек. Он способный парень, жадный до признания своих умений, а его соперничество со Скаем можно было бы легко повернуть в пользу для них обоих. Что-то, возможно глупость или наивность, не давало Гелии опустить руки. Он чувствовал: дело здесь не только в скверном характере Ривена. Одной из своих черт характера, которой Гелия гордился, была внимательность. Особенно по отношению к близким. С начала учебного года Ривен сильно изменился, и не в лучшую сторону. Его раздражительность переросла в агрессивность, качество его сна тоже пошло на спад: синяки под глазами и уставший вид это явно показывали. Он стал выглядеть нервозным и дерганным, иногда словно слишком глубоко уходил в себя, или же напротив — казалось, что от него самого в теле ничего не осталось. Вот и сейчас Ривен замер на своей кровати, вперившись взглядом в стену напротив. Его лицо не выражало совершенно ничего, а фиолетовые глаза словно стали ещё темнее. Гелии стало не по себе. В комнату вернулся Скай — вот кто уж точно не отлынивал от тренировок. Вымотанный и уставший, увидев Ривена, который ничем полезным не был занят, он тут же обратился к нему с упреком: — Прохлаждаешься? Через сколько проваленных заданий Кодаторты до тебя дойдёт, что ты всех подставляешь?! Резкий голос Ская вырвал Ривена из ступора. На удивление Гелии, что уже был готов разнимать драку, никакой острой реакции не последовало: Ривен лишь перевёл пустой взгляд на принца. Секунду спустя одна сторона его рта приподнялась в издевательской ухмылке. — Ваше Высочество, вы забываетесь: обязанности моей няньки лежат не вас, а на Гелии. А с ним мы уже поговорили. Скай перевёл возмущённый взгляд на Гелию. Тот лишь покачал головой, будучи не в восторге от того, что его втягивают в бесполезную склоку. Из всех, кто, может, и смог бы вразумить Ривена, Скай явно был на последнем месте. Вероятно, его даже и не было в этом списке изначально. — Ты не способен понять, когда с тобой говорят по-человечески, — прошипел Скай. — Вместо того, что тренироваться с командой, ты яшкаешься с ведьмами! Слышал новости? Хотя, возможно, для тебя это и не новости вовсе. Твоя подружка и её ковен освободили Ведьм-Прародительниц! — На этих словах Брендон возмущённо вскинулся, со злостью уставившись на Ская. Тот явно не должен был разбрасываться такой информацией. Стелла рассказала это Брендону как страшный секрет. Наверное, стоило догадаться, что делиться такой важной информацией со Скаем было опрометчиво. Принц же не успокаивался: — Может, ты тоже участвовал в этом плане, а? Что дальше, поможешь им захватить Красный Фонтан? Гелия и Брендон вскочили со своих мест: после таких обвинений в свой адрес, правдивые они или нет, Ривен точно набросится на Ская, и им ещё повезёт отделаться порчей школьного имущества. Но Ривен молчал, на его лице вновь появилось странное выражение: словно он испытывал невероятную скуку или же спал с открытыми глазами. Отсутствие реакции лишь рассердило Ская сильнее, и он шагнул к Ривену ближе, готовясь вылить на него ещё одну порцию недовольств, а может быть, и стукнуть его пару-тройку раз. Перед ним появился Брендон. Он крепко обхватил его за предплечье и притянул к себе. — Хватит, Скай. Ты ничего этим не добьёшься. Скай даже не повернул голову, продолжая сверлить Ривена взглядом. Но тот лишь хмыкнул и поднялся с кровати. — Прислушайся к совету своего близкого товарища. А мне пора — я всё ещё нужен вселенскому злу, сам понимаешь. Он прошёл мимо Ская, который не бросился на него лишь благодаря крепкой хватке Брендона, которому пришлось навалиться на принца всем свои весом, чтобы удержать его на месте. — Пусти! — вырывался Скай. — Я сказал: пусти! — Зачем? Чтобы ты бросился за ним вдогонку, как сторожевой пёс? — Эти слова заставили Тимми тихо захихикать, но он быстро смолк, стоило Брендону тяжело на него посмотреть. — Ты ничего не изменишь, бегая за ним по пятам и ругая каждый его шаг. Если он с ведьмами — свой выбор он сделал. Казалось, можно было услышать, как от злости у Ская заскрипели зубы. Он явно не мог мириться с поведением Ривена, это шло против всего его существа. Каждое столкновение с ним ощущалось как аллергическая реакция. Не реагировать не получалось от слова совсем. Хотелось догнать Ривена и выбить из него всё дерьмо, чтобы он перестал усложнять жизнь всего отряда, его, Ская, жизнь в конце концов. Он дёрнулся изо всех сил, вырываясь из стальной хватки Брендона. Тот потянулся за ним вновь, но Скай смог увернуться. — Его выбор — неверный, и он подвергает опасности нас всех! Почему вам всё равно?! — возмущался он. — Вы собираетесь просто закрывать глаза на то, что он помогает Трикс?! — Ты этого не знаешь, Скай, — напомнил Гелия. — Их встречи могут ограничиваться сам-знаешь-чем. У тебя нет никаких доказательств того, что он им как-то помогает. Было не похоже, что слова Гелии хоть как-то повлияли на Ская. Он упрямо покачал головой. Спорить было бесполезно, поэтому он резко развернулся и зашагал из комнаты. Ривен не мог уйти далеко. Пришло время поставить ему мозги на место. — Скай! — выкрикнул ему в след Брендон, но остался проигнорированным. Скаю даже не пришлось переходить на бег, чтобы догнать Ривена — тот шёл не торопясь. Он наверняка слышал громкие и тяжёлые шаги Ская, но даже не обернулся и никак не дал понять, что знает, кто идёт за ним по пятам. Ривен замер у смотровой площадки. В ней не было ничего примечательного, кроме прекрасного вида на лес, что открывался с высоты самого высокого этажа жилого крыла. Скай тоже замер, остановившись на расстоянии пяти шагов. Сколько ещё Ривен сможет игнорировать принца прямо за его спиной? Вместо того, чтобы обернуться и обвинить Ская в преследовании, Ривен шагнул ближе к ограде площадки. Он продолжал молчать. Порыв ветра поднял табун мурашек на коже Ская. Его вдруг охватило непонятное чувство тревоги, взявшееся из ниоткуда. Он сжал руки в кулаки и приготовился приблизиться к Ривену, но тот резко дернулся вперед и облокотился на перила. Миг спустя Скай понял, что тот отталкивается от перил, чтобы… сброситься со смотровой площадки! Лишь превосходные рефлексы и полный фокус внимания на Ривене помогли Скаю успеть совершить рывок и, свесившись с ограды по пояс, поймать специалиста на руку. Взгляд Ская тут же устремился на лицо этого сумасшедшего. Лицо Ривена не выражало ничего, но глаза его горели неественным лиловым светом.

* * *

Они вновь были в библиотеке. Барбатея проводила Винкс в дальний зал и сообщила, что временно закроет библиотеку для остальных учениц, чтобы девушек ничего не отвлекало. Винкс поблагодарили её и направились к уже знакомым стеллажам. Новости, что девушки узнали в кабинете у директрисы, угнетали своей серьёзностью. Как быстро катастрофа вышла за линию, разделявшую личные проблемы и проблемы, застрагивающие всё Волшебное Измерение. Несмотря на полученное от Фарагонды задание, Винкс не могли не чувствовать беспомощность: что кучка первокурсниц могла противопоставить ковену могущественных ведьм, которые к тому же владели Огнём Дракона? Отчаянное желание принести хоть какую-то пользу заставило фей полностью сосредоточиться на работе с книгами. Безусловно погруженные в поиск нужной информации, время от времени Винкс всё же бросали любопытные взгляды на Музу. Наверное, то, что она прятала свои эльфийские уши магией, должно было шокировать фей намного меньше, учитывая другие насущные события. Однако этот секрет казался таким безобидным в сравнении с кознями ведьм, что неохотно выходил на первый план, и Винкс всё чаще задерживались взглядом на Музе. Разумеется, им хватало такта не пялиться, а лишь глядеть исподтишка. В отличие от Стеллы, что не сводила глаз с феи музыки с момента, как они вышли из кабинета директрисы. Это выглядело почти комично: Муза вела себя так, словно совершенно не замечает любопытных взглядов подруг, в то время как глаза Стеллы жадно ловили каждое её движение. Воздух в библиотеке словно наэлектризовывался, а щёки Музы с каждой минутой алели всё сильнее. Она начала недовольно хмуриться: делать вид, что она не чувствует груз пристального внимания Стеллы и остальных Винкс, было всё сложнее. Раздражение зудело под её кожей. Наконец она не выдержала. Громко захлопнув книгу, что была у неё в руках, Муза резко обернулась и возмутилась: — Ты можешь перестать? Она смотрела прямо на Стеллу, что вздрогнула из-за неожиданного зрительного контакта. Та отвела глаза, чувствуя, как теперь её щёки наливаются румянцем. — Перестать что? — включила дурочку она. — Я ничего не делаю! Это рассердило Музу ещё сильнее. — Ты пялишься! — Стелла открыла рот, чтобы сказать что-то в своё оправдание, но Муза не дала ей и слова вставить. — Мне казалось, принцесс учат правилам этикета. И вы, — она обратилась к остальным девушкам. — Думаете, я не вижу, как вы смотрите на меня?! Я прячу эльфийские уши, а не вторую голову! Неужели, это такое событие?! Повисла неудобная тишина. Девушкам нечего было сказать в свою защиту. Они действительно вели себя не совсем корректно, снедаемые любопытством. Не получив ответа на свой вопрос, Муза лишь фыркнула. — Это просто смешно. Если у вас есть какие-то вопросы — лучше спросите. Я не собираюсь играть роль цирковой мартышки! Лейла поморщилась от этих слов. Ситуация выходила из-под контроля, и единственная тому причина — каждая из фей боялась честно задать вопрос. Себя Лейла трусихой считать не хотела, а потому решила обратиться к Музе первой: — Извини нас, Муза. Мы просто очень удивлены, вот и всё. Думаю, девочки согласятся со мной в том, что ничего странного в твоих ушах нет. — Она обвела взглядом Винкс, и те, разумеется, тут же согласно закивали. — Это просто очень неожиданно. — Да, — включилась в разговор Блум. — Я даже немного согласна с директрисой Фарагондой. Я бы никогда не подумала, что ты будешь скрывать что-то подобное. — Что это ещё должно значить? — тут же вспыхнула Муза. Блум поспешила объясниться: — Ты всегда такая уверенная и смелая, что мне и в голову не приходило, что тебя тоже могут затронуть такие предрассудки. Впервые я увидела эльфийские уши у Палладина, и я, конечно, удивилась, но ничего такого в этом не нашла. На Земле некоторые люди даже покупает себе специальные накладки, чтобы придать свои ушам заострённый вид. Это круто выглядит! Мне не очень понятно такое отношение к эльфийским ушам в Магиксе. С эльфами что-то не так? Вид Музы немного смягчился после слов Блум. — С эльфами всё в порядке, просто волшебники и волшебницы любят ставить себя выше остальных магических существ, в том числе и эльфов. Некоторые считают, что любые межрасовые отношения — это неправильно и отвратительно. — Она закатила глаза. — Разумеется, к полукровкам вроде меня у таких людей тоже много вопросов. Гораздо легче просто спрятать уши и избежать допросов, чем пытаться переубедить каждого неудачника, которого заботит форма моих ушей. По крайней мере, так мне говорил отец. Блум скорчила кислую мину. Магический мир не перестаёт разочаровывать. Ей открываются всё новые и новые несправедливости, коими кишит Волшебное Измерение. Похоже, никакая магия не поможет убежать от человеческих пороков. Текна, что всё это время сохраняла молчание, так как была в курсе всей ситуации, взглянула на Музу. — Раз уж секрет больше не секрет, тебе стоит последовать совету директрисы Фарагонды и снять заклинание. Оно лишь истощает тебя. Вид Музы вновь сделался неуверенным, но она, сжав руки в кулаки, кивнула. Текна была права: ей больше нет нужды прятаться. Она закрыла глаза и сосредоточилась. Мгновения спустя взору Винкс открылись настоящие уши Музы: они были в полтора раза длиннее, острые и немного оттопыренные. Они придавали Музе ещё больше дерзости, дополняя её и без того яркий образ. Блум услышала приглущённый вздох со стороны, и обернулась. Ей стоило огромных усилий не рассмеяться от вида Стеллы: покрасневшей, с приоткрытым ртом и блестящими глазами. Неужели настоящий вид Музы так сильно её поразил? Блум пихнула подругу локтем. — Прикрой рот, — прошептала она. Стелла вздрогнула. Она, видимо, даже не заметила приближения Блум. Придав лицу настолько невозмутимый вид, насколько это было возможно, Стелла схватила первую попавшуюся под руку книгу и раскрыла её. Блум сомневалась, что то, что было на тех страницах, интересовало Стеллу больше вида Музы, но принцесса усиленно делала вид, что это было так. Интересно, что именно в истории волшебных храмов заставляло румянец теплиться на её загорелых щеках? Блум решила оставить свою подругу наедине с её новоиспечённым кризисом, и обратила своё внимание на Флору. Девушка вела себя тише травы всё это время, а сейчас выглядела так, словно её разрывал внутренний конфликт. Она смотрела на Музу, и в глазах у неё будто бы плескалась некая тоска. — Флора? — осторожно окликнула девушку Муза, почувствовав её странное внимание. — Всё в порядке? Флора будто вынырнула из пучины собственных мыслей, услышав мягкий голос подруги. На её лице появилась решительность, и она молча потянулась к своим волосам. Блум вновь подумала о том, что никогда не видела Флору с собранными волосами, и причина этому наконец стала ясна. Под карамельными локонами Флоры прятались такие же эльфийские уши, что и у Музы, немного меньшего размера. Увидев это, Муза расхохоталась. — Поверить не могу! Аха-ха-ха! — фея налетела на Флору с крепкими объятиями и закружилась, продолжая смеяться. — Ты тоже полукровка? Это так круто! Флора была явно смущена такой реакцией, но обняла Музу в ответ. — Моя мама — эльфийка, — тихо пояснила она. — На Линфее браки между волшебниками и эльфами — это совершенно нормально, но тут в Магиксе люди часто ведут себя странно, поэтому я тоже прятала уши. Я… было здорово видеть, как ты показываешь настоящую себя, Муза. Мне тоже захотелось сказать вам правду, девочки. В конце концов, вы мои лучшие подруги. Блум растроганно охнула и поспешила присоединиться к объятиям Музы и Флоры. Стелла, Текна и Лейла тут же последовали её примеру. Здесь, посреди пыльной библиотеки, в объятиях подруг Блум вдруг ощутила, как на неё снежным комом обрушивается спокойствие. Словно она вновь может чувствовать под ногами крепкую почву, а мир вокруг неё перестаёт крошиться тяжёлыми обломками, погребая её под ними. Глаза Блум увлажнились, и ей пришлось закусить губу в попытке сдержать слёзы. Она уткнулась в плечо Стеллы и вдохнула знакомый запах, зажмурившись. Когда она откроет глаза, её проблемы не исчезнут волшебным образом, а над головой всё ещё будет висеть страшная угроза, но это больше не казалось таким страшным. Она знала, что не одна, что у неё есть Винкс. Девушки разорвали объятия, немного неловко посмеиваясь и вытирая мокрые глаза. Текна поправила слегка смявшуюся одежду, пытаясь проанализировать свои эмоции. Всю её наполняла какая-то необъяснимая теплота, и она никак не могла дать ей конкретное описание. Тихо вздохнув, она сдалась, решив просто насладиться этим чувством. Вдруг Текна вспомнила, что они с девочками хотели поговорить с Флорой по поводу её питания. Она решила не откладывать это на потом. — Флора, тебя беспокоят проблемы пищевого поведения? Улыбка исчезла с лица Флоры. Она замерла, как маленький зверёк, что почувствовал надвигающуюся опасность. — Текна! — отдёрнула её Стелла. — Что? — не понимала Текна. — Мы же договаривались поговорить с Флорой об этом. Почему не сейчас? Мы только что пережили душевный момент, который укрепил нашу дружбу. Мне показалось, сейчас самое время для этого разговора. Стелла раздражённо вздохнула. Упрёки в бестактности уже были готовы сорваться с её губ, как она заметила тяжёлый взгляд Музы, направленный на неё в предупреждении. Почувствовав, как по её щекам вновь поднимается жар, она решила промолчать и отвернулась. — Рано или поздно, нам бы пришлось об этом поговорить, — твёрдо произнесла Лейла. Она повернулась к Флоре, но та не стала ждать вопроса и, тяжело вздохнув, сказала: — Это правда. У меня действительно нездоровые отношения с едой. Я знаю, что вы это заметили, особенно ты, Блум, — Блум виновато улыбнулась, но Флора успокаивающе похлопала ей по руке. — Я догадываюсь о том, что вы хотите мне сказать. Поверьте, я полностью осознаю свою проблему. На самом деле, сейчас дела обстоят даже лучше, чем раньше. Я стараюсь вернуться к нормальному питанию. Просто это… тяжело. И физически, и морально. — Как давно у тебя эта проблема? — спросила Блум. — Если не хочешь — не отвечай. Флора покачала головой. Текна была права: когда, как не сейчас, она сможет поделиться своей историей с подругами? Возможно, их поддержка — как раз то, что поможет ей наконец всё исправить. — Да, давно. Сколько я себя помню, меня зачаровывали рассказы о лесных нифмах — дриадах. На Линфее они настоящее воплощение природной магии. Стать дриадой — мечта едва ли не каждой феи природы в детстве. Эта мечта захватила и меня. Я была одержима историями о дриадах. И во всех книгах и текстах они изображались такими… изящными. Тонкие и воздушные. Мне хотелось быть такой, как они. Я узнала, что есть целое сообщество волшебниц, которые отказываются от привычной еды в пользу специфической диеты. Травяные отвары, древесная кора, солнечная энергия… Это всё преподноситься как полное единение с природой, а значит — шаг к образу настоящей дриады. Винкс внимательно слушали рассказ Флоры, не перебивая её. Когда она замолчала, Лейла осторожно произнесла: — А разве дриады изначально не природные духи? Это ведь другой вид волшебного существа, конечно они будут выглядеть иначе. Флора грустно улыбнулась. — Я знаю, всё это звучит глупо. — Феи запротестовали, а Лейла тут же принялась извиняться, но Флора прервала их, выставив руку вперед. — Это и правда глупо, но я была юна и попала в плохую компанию. Когда мои родители поняли, что со мной происходит, я уже успела значительно подпортить своё здоровье. Последний год я стараюсь уйти от всего этого. Это сложно, но я правда пытаюсь. Блум вновь почувствовала желание обнять Флору и не стала ему противиться. Флора тихо рассмеялась. — Ну же, цветочек. Ничего страшного не случилось. Теперь, когда вы знаете, справиться с проблемными мыслями будет легче. Текна, что всё ещё чувствовала себя неудобно из-за того, что не самым корректным образом завела этот разговор, поспешила предложить свою помощь. — Я могла бы составить тебе рекомендации по поводу рациона. Чтобы твой организм плавно возвращался к стандартной диете, со всеми микроэлементами и витаминами. — Отличная идея! — поддержала Лейла. Согласно кивнув, Флора благодарно улыбнулась. На душе у неё было по-странному легко: всего за один вечер с её плеч упали два больших секрета. И это не только не привело ни к каким проблемам, но ещё и сблизило её с Винкс сильнее. Она погладила Блум, что всё ещё обнимала ей, по спине. Вот чьи проблемы точно оставались не разрешёнными. Флора с неохотой решила напомнить девушкам цель их визита в библиотеку. — Кстати говоря о нимфах. У вас получилось найти что-нибудь? Девушки лишь покачали головой. — Всё, что есть в этих книгах, — прокомментировала Текна, — это и так известная нам информация. Возможно, директриса думает, что работа с этими данными натолкнёт нас на новые идеи? Иначе, особого смысла во всё этом нет. Вот что мы имеем: Дафна — нимфа Домино. Она получила этот статус рано, когда ей был всего двадцать один год. Её сила, вопреки традициям, не совсем Огонь Дракона, а четыре основных элемента. Такая сила — всё равно дар Великого Дракона, и остальные три элемента были под сильным влиянием огненной стихии. — Что это значит? — спросила Стелла. — Источники заявляют, что магия элементов Дафны была скорее продвинутой, более мощной версией силы Огня Дракона. Её огонь, как один из элементов, был тем самым Огнём, элемент земли часто манифестировался как лава, вода как пар, а воздух — как энергия. И лишь предельная концентрация могла помочь манифестировать элемент в чистом виде. Это чрезвычайно огромная сила. Лейла задумчиво постучала пальцем по губам. Лицо её посуровело. — И даже обладание такой силой не спасло её от Трёх Ведьм. Что они такое? И как справиться с ними теперь? — Это не наша задача: для это есть более сильные и мудрые волшебницы. — Но мы же не можем просто сидеть на месте! — возмутилась Муза, приняв воинственный вид. Но Текна с ней не согласилась. — Конечно, можем. Для борьбы с тёмными силами и существуют такие структуры как феи-хранительницы, Команда Света и легионы специалистов. Это не наша борьба. — Я бы так не сказала, — заявила Стелла, сложив руки на груди. — Блум непосредственно втянута во всё это, а она наша подруга! У Ведьм явно какие-то личные счёты с Блум, и кто как не мы можем быть на её стороне? — Блум — студентка Алфеи, — голос Флоры звучал неуверенно. — Её безопасность — ответственность Фарагонды. — Которая очень удобно отказывается говорить мне правду, — раздосадовано выплюнула Блум. — Она догадывалась о том, кто я, но всё равно молчала и разрешила мне отправиться на Землю, где на моих родителей и меня напали Ведьмы! Но ничего страшного, ведь «иногда поиск правды важнее, чем сама правда», — она передразнила Фарагонду. — Теперь она не хочет рассказывать мне о Дафне, хотя я уверена, что она что-то знает! Я вижу её во снах, слышу её голос, но этого недостаточно. Я понятия не имею, что это значит! Я даже нарисовала Дафну, в надежде, что это мне как-то поможет. Она направилась к столу, где лежал её рюкзак. В последнее время ей было не до того, чтобы разбирать вещи, а потому сейчас там был ужасный беспорядок. Она копошилась в поисках нужного рисунка, доставая оттуда черновики, фантики и прочий мусор. Под руку ей подвернулся рисунок Айси, который она нарисовала в кабинете директрисы, и Блум поспешила смять его и запихнуть обратно, пока девочки не увидели. Она подняла глаза и увидела, как Стелла с недоумением смотрит на неё. «Чёрт!» — испугалась Блум, ожидая неудобного вопроса, но Стелла никак не прокомментировала это, а остальные девочки, кажется, действительно ничего не заметили. Наконец, Блум нашла нужный рисунок и положила его на стол перед Винкс. Дафна на рисунке была размытой фигурой в маске, ленты её наряда застыли в движении, словно нимфа была под водой. Текна зацепилась за эту деталь. — Этот рисунок — один из моих снов, — пояснила Блум. — Мне снилось словно мы были в воде, на дне, наверное, озера, так как это не было очень глубоко, и свет проникал под воду. Она вновь звала меня, но больше ничего не говорила. — Возможно, она сохранила связь с каким-либо магическим местом? — задумалась Текна. — Нам стоит проверить. Я видела книгу о волшебных храмах где-то на столе. Нам нужна информация о водных источниках в таких местах. Лейла, может быть, ты знаешь что-нибудь о связи нимф с водными хранилищами? Лейла, что в это время уткнулась в телефон, вздрогнула от неожиданности. — Эм, извини, что? На лице Стеллы возникла хитрая ухмылка. — Лейла, дорогая, с кем это ты так увлечённо переписываешься, что это отвлекает тебя от нашей невероятно важной миссии? Винкс с любопытством уставились на Лейлу, что тут же сильно смутилась. — Не преувеличивай. Я просто иногда перебрасываюсь парой слов с Набу, только и всего. Стелла ахнула, с удовольствием вцепившись в эту новость. — Набу? Твой предполагаемый жених? Не может быть! Неужели, он тебе всё-таки понравился? Лейла закатила глаза. — Мы просто решили поддерживать общение. Оказалось, что ему тоже не душе вся эта затея с браком. Я рассказываю ему, что на уме у моих родителей, а он — о своих. Это выгодный обмен информацией. Стелла согласно закивала головой, всем своим видом демонстрируя, что абсолютно не верит Лейле. — Ну конечно, это сугубо деловая переписка. Это лишь вызвало у Лейлы усталый вздох. — Разве у нас нет дел по важнее? Вы хотите поговорить про это сейчас? Уже зная, что ответит Стелла, Блум её опередила: — Ты права, давайте вернёмся к нашим поискам. Чем скорее мы найдём что-нибудь полезное, тем скорее уйдём из библиотеки. Меня уже начинает подташнивать от этого места. Стелла надулась, но послушно вернулась к своей стопке книг. Остальные феи сделали тоже самое. Их ожидало много работы.