Best Mistake

Тони переминалась с ноги на ногу, а в это время по телу разливалось гаденькое чувство, что она навязывается. Вообще-то, она была здесь бессчетное количество раз, но сейчас-то останется здесь — по меньшей мере, на ночь. Очевидная роскошь здания всегда привлекала ее внимание, но сейчас заставляла чувствовать себя здесь нежеланной. Все в доме будто пялилось на нее, говоря, что она из Саутсайда и не имеет с такой роскошью ничего общего. Однако Шерил, в свою очередь, делала все, что было в ее силах, чтобы ночная гостья чувствовала себя как дома — и первым делом заварила чай. — Тебе необязательно все это делать, принцесса, — заверила ее Тони, отказываясь от чая. — Я ценю это, правда ценю, но я слишком устала, поэтому тебе не стоит так суетиться. К слову, Шерил была не из тех, кто так легко сдается. Она не собиралась отступать. — Ты привезла с собой вещи? — спросила она и только потом подумала, кто дернул ее за язык, ведь девушка пришла с пустыми руками. — Извини. Но ты не будешь спать в этом, я не переживу. Я дам тебе чистую пижаму. Блоссом молниеносно вернулась с черными шелковыми шортами и футболкой с эмблемой школы. Тони не могла отрицать, что чистая уютная одежда была сейчас как никогда кстати. — Спасибо, — улыбнулась она, — за все. — Обращайся. Я оставлю тебя переодеться. Как только Шерил вышла из спальни, Тони стащила с себя одежду и влезла в шорты и футболку, которые ей дали. Определенно было удобно. — Ты можешь заходить! Тони сидела на кровати и, сдавшись, пила чай. — Ну привет, — осторожно произнесла Шерил и присела рядом. Что-то изменилось во взгляде Тони сегодня. Она выглядела потерянной — практически уязвимой. Когда Шерил ее увидела на пороге Тислхауса, то испугалась, что та вот-вот расплачется. Они будто поменялись местами, потому что такой уязвимой всегда была Шерил. Ей хотелось сделать все от нее зависящее, чтобы успокоить девушку и поддержать ее так же, как та когда-то поддерживала ее. Может, хоть сейчас у нее появиться возможность позаботиться о Тони. — Ти-Ти, что сегодня произошло? — спросила она. Она медленно перевела взгляд с кровоподтеков на лице девушки рядом на ее руки и ноги, синяки и царапины на которых теперь не скрывали длинные рукава и джинсы. — Выглядишь, будто тебя порядком избили. Топаз вздохнула: — Это нормально… Разборки Змеев. Так все обычно и происходит. Шерил вскинула бровь: — Так ты часто влезаешь в драки? — Ну, не только я, все Змеи, но да… — Ясно, — произнесла Блоссом, наклоняясь вперед. Она докоснулась до одного из синяков на руке Тони, аккуратно проводя по нему пальцами. — Принести лед или что-то еще? — Нет, все нормально, — девушка дернула плечами. — Тебе не нужно волноваться за меня, принцесса. Я занимаюсь этими делами уже очень давно. Лицо Шерил по-прежнему выражало беспокойство. Ей нужно было больше — больше знать. Она жаждала узнать что-то еще о Тони и ее жизни, но Топаз почему-то вовсе не торопилась удовлетворить ее жажду. Только поверхностно. — Я доверяю тебе, Тони, — произнесла Шерил. — То есть, я доверила тебе некоторые самые личные вещи из моей жизни, так что… Я просто хочу, чтобы ты знала, что тоже можешь мне доверять — можешь рассказать все, что угодно. С нее довольно. Тони хотелось чего-то настоящего с девушкой, а это означало, что придется показать ей каждую сторону своей жизни. — Это правда была битва Змеев, клянусь. Такое часто случается. Мы же банда, прежде всего, — напомнила Топаз. — Если ты Змей, то должен быть готовым к синякам каждый раз. Тони подняла голову, ища в глазах напротив осуждение или непонимание из-за всех этих разговоров, но вместо этого натолкнулась лишь на беспокойство. Шерил выглядела такой взволнованной из-за нее. Она аккуратно водила пальцами вверх и вниз по ее руке, аккуратно дотрагиваясь до фиолетового синяка. Топаз на мгновение остановилась, сжимая губы и просто изучая взглядом девушку перед собой. Господи, даже в такие поздние часы, без макияжа и перед сном, она выглядела потрясающе. Тони пришлось приложить немало усилий, чтобы прекратить восхищаться, насколько красивой та была сейчас — как и всегда. — Могу я быть откровенной с тобой? — спросила она. — Насчет кое-чего еще. — Разумеется. Тони не знала, придется ли ей пожалеть, что она расскажет Шерил обо всем, что происходило в последние дни, но она не собиралась останавливаться. — В последнее время я… избегала тебя, — нервно призналась она. Она знала, что девушки наподобие Шерил не любят быть «продинамленными», так что смириться с этим будет нелегко. — Ага, Ти-Ти, я заметила, — ответила Шерил с какой-то грустной усмешкой. — Могу я спросить, почему? — Я не боюсь практически ничего, — начала Тони. — Но я боюсь… не знаю… сближаться с тобой? Или того, что ты сразу же уйдешь, узнав, как я живу в Саутсайде и какова я, как член банды. Во взгляде Шерил читалась грусть. Она взяла руку Тони и слегка сжала ее. — Послушай, я не виню тебя. Я понимаю, как отвратительно вела себя со Змеями бессчетное количество раз, но ты должна знать, как больно мне осознавать, насколько я ошибалась во всем. Я не понимала, о чем говорю. Знаешь, мой образ жизни дурно сказывается на мне. Тони уставилась на нее: то, что она слышала, по меньшей мере было шокирующим. Ей хотелось поверить каждому слову — и, следуя какому-то наитию, она так и сделала — но часть ее будто интересовалась, вдруг Шерил говорит это все, потому что хочет выглядеть понимающей, а не из-за того, что на самом деле все принимает. Помимо всего, Шерил еще не сталкивалась с худшими сторонами жизни юга и Змеев. — Ти-Ти, — мягко произнесла Блоссом, прочитав на лице девушки сомнение. — Я хочу знать все, слышишь? Я хочу знать тебя — все о тебе. Тони опустила взгляд вниз на темный паркет под ногами. Она заметно колебалась, но медленно ее губы пришли в движение, и Шерил поняла, что девушка сдалась. — Помнишь тот вечер, когда мы ели еду на вынос в твоей машине после фильма у «Попса» и ты предложила подвезти меня до дома? — неожиданно спросила она, поднимая взгляд обратно на девушку. — Эм-м… да, — та медленно кивнула, не понимая, к чему Тони клонит. — Тогда я сказала, что не стоит меня подвозить, — продолжала Топаз. — И причиной тому было то, что я не хотела, чтобы ты увидела, что у меня, вообще-то… нет дома. Шерил приоткрыла рот от удивления. Она всегда считала, что Тони есть, где остановиться, пусть даже это какая-нибудь грязная маленькая хижина на юге города. Но чтобы нигде? — Что? — воскликнула она. — Тони, я не имела понятия! Почему ты не сказала мне раньше? Тони горько усмехнулась: — Серьезно? Ты спрашиваешь, почему я тебе не сказала? Может, все потому, что я не хотела, чтобы девушка, которая мне нравится, знала, что у меня нет дома? Шерил почувствовала, как краснеет. Да, сейчас у них был очень серьезный разговор и Тони рассказывала ей личные вещи о своей домашней жизни — или ее отсутствии — но Блоссом не могла не залиться румянцем, когда ее назвали «девушкой, которая мне нравится». Несмотря на то, что она и так знала, что Тони влюблена в нее, слышать такое было все равно приятно. — Ти-Ти, это не твоя вина, — Шерил мотнула головой. — Пожалуйста, ты не должна стыдиться рассказывать мне о таком. Я хочу быть рядом с тобой так же, как ты постоянно была рядом со мной, хорошо? Тони и так знала, что Шерил — вовсе не холодная сучка, какую из нее делают в школе, но сердце по-прежнему учащенно билось при виде ее настоящей, а не окруженной толстыми, тщательно защищенными стенами. Шерил правда была чем-то… чем-то нереальным. Тони влюблялась в нее все больше и больше каждый раз, когда они были рядом. — Где же ты тогда спишь? — с любопытством спросила Блоссом. Тони дернулась: — Ну, обычно перебиваюсь в Саутсайде. Джагхед, Свит Пи и Фэнгс обычно без проблем предлагают свободные диваны в своих трейлерах. Но я терпеть не могу навязываться… а сегодня у каждого какая-то встреча, так что я не хотела их беспокоить. В последнее время я спала в трейлере дяди, потому что он был в Толедо, но… он вернулся слишком рано. И был пьян как черт, так что наорал на меня и сказал убираться оттуда. Вообще-то, когда он трезвый, тоже так делает… Домашняя жизнь Шерил была отвратительной, учитывая ее отношения с родственниками, но она даже не могла сравнить ее с тем, через что проходит Тони каждый день. У нее-то, по крайней мере, был хороший теплый дом с большой кроватью, на которой она спит каждую ночь. У Тони не было ничего — даже места, где можно остановиться. Шерил выворачивало от этой мысли. — Почему дядя не дает тебе оставаться в своем трейлере? — спросила она в замешательстве. Тони пожала плечами: — Ну да, я тоже думала, что в семье все должны друг другу помогать, но… он сумасшедший, мягко говоря. Он выставляет меня за дверь и говорит мне «зарабатывать собственные деньги», так что… Шерил видела перед собой лишь хрупкую девушку. Тони была по-настоящему уязвимой сегодня, и Шерил никогда ее такой не видела. Вообще-то, Топаз была довольно жесткой, прохладной: спокойной и собранной. Блоссом всегда чувствовала себя гиперэмоциональной, потому что Тони обычно была такой невозмутимой, что бы то ни было. Едва ли она хоть раз проявила слабость, всегда была такой собранной. Тони была какой угодно, но не уязвимой. Только не сегодня. Шерил поднесла руки к щекам Тони и аккуратно дотронулась, мягко, нежно проводя пальцами по линии подбородка. — Я не хочу, чтобы ты сталкивалась с этим когда-либо еще, — Блоссом замотала головой. — Это неправильно. Это нечестно. Я могу купить тебе трейлер в Саутсай… — Шерил, нет! Я ценю это, но не хочу, чтобы ты делала для меня такое. — Отлично, тогда ты остаешься здесь. Тони практически отпрыгнула назад. — Что? — Ты слышала меня, Ти-Ти. Ты будешь жить у меня. Уверена, это куда лучше, чем перебиваться на диване Джагхеда, — произнесла Шерил. — Ты хочешь, чтобы мы жили вместе? — у Тони пересохло во рту. — Тебе не кажется, что мы движемся слишком быстро? Девушка пожала плечами: — Я не думаю, что это такое уж серьезное решение. Все просто потому, что тебе негде жить, и я хочу, чтобы тебе всегда было, куда податься. Я не дам этому продолжаться. Хочу, чтобы ты была здесь со мной. Тони молчала. У нее никогда не было настоящего дома, и внезапно перед ней возникла перспектива обменять свое «ничего» на огромное поместье и бесконечный шведский стол? Это было как будто… неправильно. — Послушай, хотя бы подумай об этом. Это может быть на время, пока ты не найдешь место для постоянного проживания, — сказала Шерил, убирая руки. — Сейчас я пытаюсь добиться эмансипации с помощью Сиерры МакКой, поэтому моя мать здесь больше не живет. Здесь будем только мы. Теперь Тони, будто отзеркаливая предыдущее действие Шерил, поднесла руки к ее щекам. Она посмотрела в эти бездонные глаза, на мгновение переводя взгляд на пухлые губы и отводя его обратно. — У тебя золотое сердце, принцесса, — отрывисто произнесла она, заправляя выбившуюся прядь рыжих волос за ухо девушки. — И ты сводишь меня с гребаного ума. Во рту Шерил было сухо, как будто всю слизистую обожгло алкоголем. Однако причина заключалась в том, что сердце бешено трепыхалось и грозилось выскочить из грудной клетки, а все, чего хотелось — наклониться вперед и поцеловать девушку, сидящую рядом на этой самой кровати. Ей не нужно было подбирать взаимное признание — она была уверена, что и без того предельно очевидно, насколько Тони сводила ее с ума в свою очередь. После битвы и происшествия в трейлере Тони была истощена, и ей больше всего хотелось просто найти место, где можно поспать. Но пребывание рядом с Шерил заряжало, и вся ее энергия вернулась обратно. Внезапно она поняла, что готова сделать все, что угодно. Честное слово, можно было бы вступить еще в одну драку прямо сейчас или пробежать марафон, если захочется. Но намного больше ей хотелось поцеловать девушку, сидящую рядом на кровати. Одна рука Тони уже была на щеке Шерил, вторую она аккуратно переместила на ее шею, притягивая ту к себе и сокращая расстояние между их губами. Шерил тоже подалась вперед, и спустя считанные секунды их губы соприкоснулись, накаляя до невозможности электрическое напряжение, повисшее в воздухе. Каждая жаждала большего, слегка приоткрыв губы и позволяя другой вторгнуться в свое личное пространство. Тони переместила обе руки на плечи замешкавшейся на секунду Блоссом, настойчивым движением откидывая ту на кровать. Не разрывая поцелуя, она свела расстояние между ними на минимум, теперь полностью оказавшись сверху. Шерил опустила руки на талию девушки, но вновь вскинула их вверх к щекам. Они целовались, как в первый и в последний раз, и между губами пылал настоящий пожар. Тони позволила языку Шерил проникнуть в ее рот, ненадолго задержавшись у нижней губы. Все смешалось в неразборчивый ураган, сводивший с ума куда сильнее, чем каждая могла себе представить. И одна, и вторая думала о наступлении этого момента долгое время. Он определенно был неминуем, не так ли? И для запуска этой бешеной машины совершенно не обязательно было топливо в виде алкоголя: достаточно было той искры, что проскочила между ними еще давно. Наконец Тони отстранилась, прерывая поцелуй, но по-прежнему нависая над ней. — Ты хочешь… сделать это? — спросила она шепотом, хотя знала, что их никто не может услышать. — Я хочу сделать это так давно, — выдохнула Шерил. — И в этот раз я хочу запомнить все. С нее хватит. Тони притянула Шерил к себе, чтобы вновь добраться до ее губ: теперь рыжеволосая красавица сидела на ее бедрах, охватывая ее спину ногами. Тони медленно провела пальцами по гладкой коже девушки, упиваясь мурашками, которые вызывали у той её прикосновения, и прильнула губами к шее. Вскоре Шерил захотелось большего: она схватилась за края черной кожаной куртки Тони, передвигая руки до ее плеч, а затем резким сдвижением стащила с нее ненужную тряпку, позволяя той шлепнуться на пол. Тони отстранилась, изучая девушку перед собой. Чем дольше она на нее смотрела, тем красивее она становилась, и Топаз, славившаяся отличным самообладанием, едва ли могла контролировать себя рядом с ней. Шерил была чертовски потрясающей — как кто-то настолько идеальный мог вообще существовать? И, что более важно, как ей, Тони Топаз, могло так повезти? Она наклонилась к поясу шелковой накидки. Тяжело сглотнув, Тони развязала его, и Шерил стряхнула накидку с плеч — та оказалась на уровне талии. От открывшегося вида у Тони пересохло во рту: кроме черных трусиков под легкой шелковой накидкой на девушке не было ничего, а грудь была полностью обнажена. Топаз не могла ни говорить, ни дышать, парализованная на несколько мгновений — просто сидела, не отрывая взгляда от голой груди девушки, оседлавшей ее бедра. — Черт, ты волшебна, принцесса. Шерил ухмыльнулась: — Вся в тебя. Тони наконец потеряла весь остававшийся контроль. Больше не было никаких колебаний, и она наклонилась вперед, обхватывая губами и обводя языком один из затвердевших сосков, сжимая вторую грудь рукой. Твою мать. Тони едва ли могла поверить, что это происходит, но была бесконечно счастлива, что утром будет помнить все до мелочей, не так, как в первый раз. Она поменяла позиции, по-прежнему посасывая левый сосок Шерил и рукой массажируя правый, и Блоссом запрокинула голову, закрыв глаза от разливающегося по телу удовольствия. С ее губ сорвался тихий стон, удовлетворяющий слух Тони пониманием, что она делает все правильно. Не отрывая губ, свободной рукой девушка стащила шелковую тряпку с Шерил до конца и отбросила ее на пол. Вероятно, в другой ситуации Блоссом успела бы возмутиться, что с ее вещью обошлись так непочтительно, но сейчас это было последним, о чем она могла подумать. Вместо этого она зарылась рукой в розовые локоны, не решаясь открыть глаза. В конце концов, Тони отстранилась от груди девушки: хотя она была восьмым чудом Света, от которого невозможно устать, Топаз понимала, что не может потратить на нее вечность. Она через голову стянула с себя футболку, бросая ее на пол. Теперь, когда практически вся кожа Тони была обнажена, Шерил почувствовала настоящее возбуждение. Ей хотелось стащить с нее всю остальную одежду как можно быстрее. Она слезла с Тони, отползла к изголовью кровати и прислонилась головой к стене, и Тони последовала за ней, как завороженная. Шерил едва уловимо коснулась рукой обнаженной кожи на спине девушки, мучительно долго скользя вверх, пока не нащупала застёжку чёрного бюстгальтера. Она проворно расстегнула ее, и тот послушно упал Тони на колени. Шерил тяжело сглотнула: вид на сочную подтянутую обнаженную грудь был до неприличного прекрасен. Кончиками пальцев она пробежалась по коже на животе, поднимаясь выше, очерчивая грудь и слегка касаясь большими пальцами темных сосков. Великолепно. Довольно скоро Тони вновь взяла контроль в свои руки, забираясь верхом на девушку и оставляя на влажных губах короткий поцелуй. Затем стремительным движением стянула с себя надетые недавно шорты, оставляя обеих девушек в одних трусах. Пальцем Топаз зацепила за резинку трусиков Шерил, медленно стягивая их вниз по длинным кремовым ногам, а затем избавилась от собственных. И как только она это сделала, ей до невозможности сильно захотелось прикоснуться к этим ногам вновь. Они были такими гладкими, и руки Тони буквально сводило судорогой от желания по ним провести. Она так увлеклась ногами Шерил, что практически забыла, что перед ней сейчас сидит обнаженное божество. Впрочем, Тони довольно быстро нашла решение этой проблеме. Она аккуратно, но требовательно схватила бедра девушки, медленно раздвигая ее ноги, и до крови закусила губу. Тони подняла взгляд на Шерил и прочитала в них лишь отчаянное желание. Обе хотели этого так сильно — это было очевидно. Теперь стопы Шерил Блоссом соприкасались с матрасом, ноги были согнуты в коленях и разведены в стороны, что давало Тони легкий доступ. Голова Шерил покоилась на мягкой подушке. Топаз спустилась вниз так, что была теперь в опасной близости от нужной точки, и через несколько мучительных секунд медленно приоткрыла рот и провела языком вдоль горячих складок, пробуя девушку на вкус — раньше она могла лишь догадываться, насколько сильно сейчас желанна, а теперь у нее были физические доказательства. Рукой Шерил придерживала голову Тони, не давая той подняться, и комнату пропитали громкие стоны, не способные означать что-либо, кроме удовольствия. — Тони, — собравшись с последними силами, выдохнула Шерил. — Черт, да. Топаз едва заметно улыбнулась и вернулась к своему занятию. Она сходила с ума.