Паутина лжи

Они шли по ночным улицам Нью-Йорка, которые, даже несмотря на тёмное время суток, были весьма оживлёнными. Клэри понятия не имела, что задумал Алек и куда он её ведёт. Она полностью доверилась ему. Неожиданно он остановился и спросил: — Ты мне веришь? — Да. Удивительно, но в данный момент Клэри была готова доверить ему свою жизнь и душу. Алек завязал ей глаза мягкой тёмно-синей лентой, а потом вёл за собой, детально объясняя, куда ей делать каждый шаг. Постепенно Клэри утратила чувство направления. Ориентируясь лишь на слух, сделала вывод, они, вроде как, ехали на лифте, куда-то вверх. Всё это время Алек не отпускал её руки. Потом он вдруг взял Клэри на руки. Несколько секунд, и в лицо ей ударил холодный, свежий воздух. После чего она вновь ощутила землю под ногами, а с глаз исчезла ткань. Оглянувшись, Клэри поняла: они находятся на крыше. Не просто на крыше, а на крыше ужасно высокого небоскрёба. Кровь мгновенно обратилась в лёд. Мёртвой хваткой она вцепилась в Алека, дыша часто и испуганно. — Ты спятил? — произнесла Клэри. — Я же боюсь высоты! Он не забыл о её страхе перед высотой. Клэри писала ему об этом. И всё же он надеялся, что магия этого места, какую всегда чувствовал он, победит страх. — Успокойся, Клэри, — мягко произнёс Алек. — Ты самая невероятная девушка из всех, кого я встречал. Ты сильная и смелая. И я уверен, ты можешь победить эту фобию, если только захочешь. Вопреки словам Алека, Клэри не ощущала в себе ни одного из вышеперечисленных качеств. Её трясло, стопы ног и ладони стало мелко покалывать, так всегда случалось, когда страх высоты брал верх. Странно, но на крыше Института его не было. Может, потому что там были мощные каменные ограждения, тогда как тут Клэри увидела лишь их жалкое металлическое подобие, которое высотой не доходило ей и до колена. — Я тебя разочарую, — прошептала она, — но я совсем не сильная и уж точно не смелая. Давай уйдём? Я не могу, Алек. — Клэри, посмотри на меня, — сказал он, приподнимая пальцами подбородок Клэри и заглядывая в испуганные зелёные глаза. — Ты сильнее многих. Не каждый мужчина справился бы с тем, что тебе выпало. Когда случилось… когда я смертельно обидел тебя, ты не заперлась в комнате, не стала сутками лить слёзы. Ты дала мне отпор и этим поразила меня. Вела себя с удивительным достоинством. И сейчас, перед лицом страшного горя, ты не сдалась. Ты нашла в себе силы бороться не только за себя, но и за своего отца. Тот же Джонатан этого не смог. И да, я считаю тебя смелой до безрассудства. Не каждый смог бы решиться посмотреть в глаза человеку, которому лгал кучу времени. И не просто посмотреть, а всеми силами стараться заслужить прощения. Другая на твоём бы месте, скорее всего, пряталась бы от меня по всему Институту. Но это ты. Местами странная, иногда глупая, но шокирующе смелая и сильная, Кларисса Моргенштерн. Эти слова согрели Клэри и успокоили. Паника улеглась, и она смогла вздохнуть полной грудью. Правда отпустить Алека ей было не под силу. Страх всё равно остался. Зачем только он приволок её сюда? — Алек, это сильнее меня, — тихо произнесла Клэри. — Это фобия, которой мне нечего противопоставить. — Просто поверь в себя, — ободряюще улыбнулся Алек и хотел было потянуть её ближе к краю крыши. — Нет! Не могу! — замотала она головой, чувствуя, как возвращается паника. — Так, — Алек чуть нахмурился, но потом его лицо разгладилось, и он посмотрел ей прямо в глаза, — не паникуй. Клэри, доверься мне. Она ощутила, как сильные руки сомкнулись на её талии. Потом Алек повернул её лицом к городу и прижал к своему крепкому телу. — Я держу тебя, — услышала Клэри его голос, — и буду держать. Я ни за что тебя не отпущу и не дам тебе упасть. Веришь? Верила ли она Алеку? Да. Клэри осознала — да, она ему верит. И готова рискнуть, бросить вызов своему страху, потому что этот невероятный парень не даст ей оступиться. — Верю, — прошептала Клэри. Медленно они подошли к самому краю. Сама бы Клэри ни за что в жизни не смогла этого сделать, но от Алека, обнимающего её, исходили волны такой уверенности и спокойствия, что невозможно было не поддаться им. — Не смотри вниз, — тихо произнёс он ей на ухо, — смотри вокруг себя. Так Клэри и делала — смотрела на давно знакомый, считай родной город, с высоты птичьего полёта. — Я нашёл это место, когда мне было пятнадцать, — раздался тихий голос Алека. — Это был один из самых жутких дней в моей жизни. Я окончательно осознал, что мои чувства к Джейсу далеки от братских. Проклятое половое созревание. Я возбуждался от любого контакта с ним, и, когда понял причины, почему так реагирую на присутствие тогда ещё просто названного брата, мне захотелось умереть. Меня с детства готовили стать преемником родителей. Будущим главой Института и продолжателем рода Лайтвудов. Открытие, что меня привлекают мужчины, рушило всё разом. От одной мысли, что об этом может кто-то узнать, кровь стыла в жилах, ведь это величайший позор. «Нет человека — нет проблемы», — так я размышлял, сбегая тем вечером из Института. Не знаю, сколько я бродил по городу, прежде чем обнаружил себя здесь. Помню только, как подошёл к краю, намереваясь спрыгнуть, оглянулся и забыл обо всём на свете. Смотрел на город, на миллионы огней и чувствовал, как отчаяние уходит. На смену ему пришла какая-то эйфория. Все проблемы показались ничтожными и решаемыми. Именно тут я принял решение продолжать жить и бороться. Я пообещал себе, что сделаю всё возможное, чтобы Джейс никогда не узнал о моих постыдных желаниях и что я оправдаю надежды родителей, даже если для этого придётся ломать себя и свою природу. Годами я держался этой клятвы. До встречи с Магнусом. И как ни странно, я ни о чём не жалею. Я понял, это моя жизнь, и приносить её в жертву чужим идеалам — глупо. Так что, это действительно особенное для меня место. Я всегда прихожу сюда, когда мне плохо и кажется, больше не выдержу. Тут уникальная энергетика. Она заряжает меня силами и верой в себя. Затаив дыхание, Клэри слушала откровения Алека. Он ещё никогда не рассказывал ей об этом. Это место правда было особенным для Алека, который её сейчас прижимал к себе. Только сейчас Клэри осознала, что он в очередной раз приоткрыл ей свою душу. И от этого накатывало странное ощущение признательности и счастья. С каждой минутой рядом с Алеком он становился ей всё дороже. Из-за рассказа Алека или ощущения сильных рук, которые держали её крепко, Клэри причин не знала, но страх ушёл. Совсем. Она смотрела на окружающий её сейчас мир другими глазами. Увидела то, о чём говорил Алек. Родной, такой знакомый город, сейчас виделся ей сказочным видением. Миллионы огней завораживали, проспекты, полные машин, виделись огненными реками, а над головой сияли яркие и загадочные звёзды. Чувство невероятной лёгкости заполнило душу Клэри. Она ощущала себя свободной, как никогда. Казалось, за спиной выросли крылья и она того и гляди взлетит над городом. Не в силах держать этот восторг в себе, она раскинула руки в стороны. — Алек, это потрясающе, — восхищённо выдохнула Клэри. — Мне кажется, я сейчас взлечу. Ты подарил мне крылья. Спасибо тебе. Произнеся это, Клэри повернулась в Алеку лицом. Он смотрел на неё с лёгкой улыбкой, а глаза сияли, подобно двум сапфирам. Наверное, ещё ни разу Алек не казался Клэри таким красивым. Словно Ангел, сошедший с небес. Всё в нём притягивало её. Клэри буквально затопило чувствами любви и нежности по отношению к Алеку. Невыносимо хотелось поцеловать его, раствориться в нём без остатка. Не в силах противиться себе, она, встав на носочки, припала к его губам. Это был порыв, шедший из самого сердца. Сейчас Клэри не думала, правильно это или нет. Не боялась, что Алек может её оттолкнуть. Она целовала его, вкладывая в этот поцелуй всю невероятную гамму чувств, что буквально распирала её изнутри. И Алек ей ответил. Умопомрачительно нежно, головокружительно сладко. Аккуратно и чувственно он ласкал её язык своим, целовал так, что подгибались ноги. Эта был личный рай Клэри. И лишь когда стало отчаянно не хватать воздуха, она прервала поцелуй. И тут же нахлынуло жгучее смущение. Что она творит? Может, Алек и не хотел этого поцелуя, и ответил лишь, чтобы не обидеть. Чувствуя, как горят щёки, Клэри посмотрела в лицо Алека. Чувственные губы припухли, он часто дышал, а глаза казались совсем тёмными из-за расширившихся зрачков. Определённо, он не остался равнодушен. И всё равно ей было неловко за свой порыв. — Прости, — произнесла Клэри и потупила взгляд. — Эй, — тихо отозвался Алек, приподнимая подбородок и заглядывая ей в глаза, — тебе совершенно не за что просить прощения. После он коснулся губ Клэри мимолётным, невинным поцелуем, от которого разряд тока в тысячу вольт пробежал по её телу. — Пошли, — улыбнулся Алек и потянул Клэри в сторону двери, — а то я тебя совсем заморозил. И только после этих слов она ощутила, что и в правду замёрзла, и с радостью пошла за Алеком, мысленно дав себе обещание вернуться сюда. Теперь это место особенное и для неё.

***

Никто из его близких не знал об этой крыше и не слышал этой истории. Ни Иззи, ни Джейс, ни даже Магнус. Алек не говорил о своём особенном месте никому. А Клэри он не просто сказал, он привёл её туда. И что удивительно, он совершенно об этом не жалел. Это место в своё время помогло ему справиться с отчаянием, и Алек надеялся, что поможет оно и Клэри. И она почувствовала это — совершенно уникальную энергетику этой крыши. Поразительно. Алеку хотелось верить, что теперь ей будет легче пережить своё горе. Алек совершенно запутался в себе и своих чувствах. Одно знал точно — он хочет, чтобы Клэри была рядом. Само её присутствие наполняло душу теплом. Но слова Джона вселяли сомнения. Он же правда гей. Алек, сколько себя помнит, всегда чувствовал влечение к представителям своего пола. Но Клэри… Она ломала все привычные стереотипы, выпадала из картины мира Алека. Он не раз ловил себя на мысли, что рано или поздно придёт момент, когда ей будет мало платонических отношений. Но сможет ли он? Часто, смотря на Клэри и её красивые губы, он хотел поцеловать их, но вопреки мыслям о том, захочет ли он её, он так же боялся повторения прошлого раза, страшился утратить контроль над собой. И вот Фрэй, нет, Моргенштерн поцеловала его. Сама. Первая. И будь он проклят, если ему это не понравилось. Это рассеяло часть его страхов. Алек ощутил возбуждение, да что там, оно накрыло его с головой, и ему огромных усилий стоило держать себя в руках. Наперекор привычной логике и здравому смыслу, Алек хотел Клэри. И вместе с тем не мог себе сейчас этого позволить. Прошлый раз был унижением для неё и позором для него. Алек видел, чувствовал, она не готова к подобной близости. Ему оставалось лишь ждать, совершенствовать самообладание. Глядя на румяную Клэри и сияющими изумрудными глазами, Алек поклялся себе, что в следующий раз всё будет иначе. А пока он наслаждался обществом Клэри. После крыши они направились в кафе, где взяли по горячему кофе и куску вишнёвого пирога. Алек слушал её непринуждённую болтовню и ощущал себя почти счастливым. Клэри внесла в его жизнь хаос, перевернула все с ног на голову и вместе с тем подарила поразительное ощущение правильности происходящего.