Паутина лжи

Снова в Институте Нью-Йорка царила обстановка траура. Во время штурма логова Люциана погибло восемь сумеречных охотников, ещё четверых покусали оборотни. Теперь никто не мог поручиться за их судьбу. Будь они примитивными, то наверняка обратились бы, а так их шансы были пятьдесят на пятьдесят. Так же все нефилимы надышались дыма, но сотрудники лазарета быстро свели последствия на нет. А ещё была Клэри, которая вот уже почти сутки металась в лихорадке, не приходя в себя. Иратце, мази и разнообразные настои не помогали. Мариза даже разрешила Алеку пригласить мага, услугами которого они с Джейсом пользовались. Увы, его сил было недостаточно. Зато он смог определить причину столь плачевного состояния. Помимо того, что с неё варварским способом срезали руну, лезвие ножа или того, чем было сотворено данное зверство, было отравлено редким ядом. Илас, так звали мага, не мог приготовить противоядие ввиду отсутствия некоторых редких компонентов. Потому охотникам оставалось только молиться Ангелам и верить в чудо. И всё же, несмотря на все негативные моменты, был и безусловный повод для радости. Их враг был повержен. Узнав, что Валентин убил Люциана, не дав ему в очередной раз сбежать, ему даже простили то, что он отправился за отрядом без разрешения. Да и сам Валентин, свершив долгожданное возмездие, словно сбросил огромный груз с плеч. С Алеком и Джейсом мини-консилиум, состоящий из Роберта, Маризы и Имоджен, провёл жёсткую беседу-внушение. Им ясно дали понять, это последний раз, когда им спускают с рук подобное пренебрежение правилами. И то делают это исключительно из-за того, что во время их самоволок никто не пострадал и им удалось найти логово отступника. Но впредь они будут нести наказание наравне с другими охотниками. Ни Лайтвудам, ни Эрондейл не нравилось то, что им приходится внаглую использовать служебное положение, прикрывая ошибки молодёжи. Как и предполагал Люциан, все были бесконечно подавлены осознанием того, что, пока они кляли Клэри на чём свет стоит, она жила в Аду. Нет, близкие её были рады открытию, что она не предавала их. Они не могли простить себе, что отреклись от неё, поверив в умелую ложь. Пока они бездействовали, предаваясь злости и унынию, Клэри страдала в плену. Чувство вины иссушало их души. Стейси и Иззи виновато опускали глаза. Джонатан был готов на стены лезть от глухой ненависти к себе, которая раздирала его душу. Как он мог усомниться в сестре? Как не почувствовал ложь? А Валентин, который внешне был спокоен, принял решение: если дочь погибнет, он уйдёт вслед за ней. Это его вина, что Люциан пленил её. Он оказался плохим мужем и отцом. Не смог защитить ни жену, ни дочь, и если не станет его второго рыжего солнышка, то и ему жить незачем. Сын уже взрослый, может и не поймёт, но переживёт. Ему есть ради кого жить. Проще всего было Джейсу, он сделал всё, что мог, чтобы помочь Алеку найти его девушку. И сейчас ог искренне переживал за Клэри и Алека. Но тут он был не в состоянии что-то сделать. Потому упорно навёрстывал упущенное время со Стейси. Она была сокровищем для Джейса. За всё время, которое они с Алеком без устали искали Люциана, Стейси не устраивала ему сцен. Она бесконечно переживала за него, молила быть осторожным, но отпускала. Понимала, как важен Джейсу Алек. Сам Алек буквально поселился в лазарете, покидая его только по естественной нужде или вызову начальства. Он боялся оставлять Клэри одну. Ему казалось, если он позволит себе надолго выпустить её из поля зрения, случится беда. И потому он дневал и ночевал в этом безрадостном помещении. Время шло, а лучше ей не становилось. А после вердикта Иласа Алек ощутил, как новая волна ужаса и паники выворачивает душу. Он не успел. Слишком долго искал. Не справился. И теперь Клэри на грани жизни и смерти, и это его вина. Он её подвёл. Но он не даст ей умереть, не позволит. Клэри на больничной койке опять слабо застонала и попыталась сбросить одеяло. Не отпуская горячей от лихорадки руки, Алек поправил одеяло и убрал влажные от пота пряди с лица. — Я скоро вернусь, — тихо прошептал он, касаясь губами раскалённого, влажного лба, — ты только дождись меня. К чёрту всё! Глупые клятвы и потрёпанную гордость. Это ничто по сравнению с жизнью любимой девушки. Он принял решение и испытал небольшое облегчение. Появилась надежда. Последний раз сжав руку Клэри, Алек покинул лазарет.

***

Когда Магнус вышвырнул его из квартиры и своей жизни без особых объяснений, Алек, подыхая от унижения и сердечной боли, поклялся себе, что никогда и ни при каких обстоятельствах не будет просить его о чём-либо. Решение это он принял не сразу, а после того, как собственноручно растоптал остатки собственного достоинства, звоня Магнусу по нескольку раз в день и строча десятки смсок. Тогда он настолько хотел понять «почему», что напрочь забыл о гордости. А когда наконец начал приходить в себя, дал себе эту клятву, которой придерживался до этого дня. И сейчас, стоя у двери лофта бывшего парня, Алек сознавал всю ничтожность подобных обещаний на фоне обрушившейся беды. — Ты? — прошипел Ричард. — Так и знал, ты всё же имеешь виды на Магнуса! Уходи. Я ни за что не впущу тебя. Глядя на ухоженного и немного женоподобного паренька, который стоял, враждебно нахохлившись, на его пути, Алек ощутил лишь раздражение, готовое перерасти в бешенство. Грёбаный ревнивый идиот! Ему было не до разборок с молоденьким магом, поэтому он просто сгрёб в кулак футболку на его груди и прорычал Ричарду в лицо: — Не стой у меня на пути. Я уже говорил, что не имею видов на Магнуса, и твоя неспособность уяснить простую истину — только твоя проблема. Я тут по срочному делу, и, если не уйдёшь с дороги, тебе же хуже. — Да я тебя… — заголосил Ричард. — Александр? — услышал Алек голос Магнуса и, оторвав взгляд от недоразумения в своих руках, посмотрел на него. — Довольно неожиданно, надо признать. Не знаю, что привело тебя ко мне, но угрожать моему возлюбленному — не лучший способ налаживать деловые связи. — Тогда научи его вести себя и втолкуй наконец, что между нами всё в прошлом, — отозвался Алек, отпуская Ричарда. Магнус парой фраз и грозных взглядов велел Ричарду удалиться, после чего снова сосредоточил внимание на Алеке. Он был на взводе. Чёрные волосы взъерошены, глаза лихорадочно блестят, сам бледный, как простыня. — Что тебя привело сюда, Александр? — прямо спросил Магнус, не желая разводить словесные реверансы. — Мне нужна твоя помощь, — выдохнул Алек. — Клэри, она может умереть, если ты не поможешь ей. — С чего ты решил, что я могу это сделать? — вздёрнул Магнус бровь. — Ты самый сильный маг, которого я знаю. И если этого не сможешь ты, то никто не сможет… На лице и во взгляде Алека застыло такое отчаяние, что даже привычного ко многому Магнуса пробрало. — Что же, говори, в чём, собственно, проблема, — вздохнул он, приглашая жестом Алека следовать за ним. Сбивчиво и нервно Алек поведал обо всём, что знал. Рассказал про похищение Люцианом, как нашли Клэри еле живую. О её травмах и заключении другого мага, о том, какое нужно ей противоядие и общая помощь. После рассказа Магнус нахмурился. Он узнал и яд и противоядие. Маг, работавший с нефилимами был прав, для зелья нужны чрезвычайно редкие компоненты. Но переводить их вот так, даром? — Магнус, — облизнул Алек пересохшие губы, — если можешь, помоги. Пожалуйста. Я отдам тебе всё, что попросишь, и сделаю, всё что хочешь. В голове Магнуса мигом пронесся вихрь мыслей, чего можно было бы потребовать от молодого, достаточно обеспеченного и очень соблазнительного парня. Он тряхнул головой, прогоняя всё лишнее. У него есть Ричард. Александр — его прошлое, и он всё же задолжал ему, Наверное, Рагнор всё же был прав, и он слишком мягкосердечен для колдуна. — Мне нужно примерно час, чтобы приготовить зелье, — в конечном итоге вздохнул Магнус. — Возвращайся в Институт и жди меня там. А оплата… мне хватит обыкновенных денег. Сумму назову позже. С плеч Алека словно гора упала. Ему стало легче дышать. Он лишний раз убедился, что поступил верно, отбросив всё лишнее и придя сюда. Да, по сути, и не было никакого выбора, были только его глупые предубеждения.

***

Все в Институте, кроме одного человека, желали, чтобы Клэри выздоровела. Но для него это будет крах. Люциан по глупости сдал его ей, и если она придёт в себя, то его ждут суд и, скорее всего, казнь. Нет, он так не хочет. К сожалению для Клэри, она должна умереть. Вся проблема была в Лайтвуде, который торчал в лазарете день и ночь. Но сегодня он наконец-то куда-то ушёл. Весь персонал лазарета был сейчас на обеде. Предусмотрительно отключив камеры наблюдения, мужчина проник в лазарет. — Прости, ничего личного, — тихо прошептал он и положил подушку на лицо девушки. Клэри слабо завозилась, пытаясь сбросить подушку. Только силы были не равны. Ему правда было жаль её, но между ней и собой он выбирал себя. Она уже почти перестала сопротивляться, как его одним рывком отшвырнули в стену. Удары посыпались один за другим. Мужчина пытался дать отпор. Сцепившись, двое охотников покатились по полу, сшибая мебель. — Мразь! — в ярости кричал Джонатан. — Я тебя самого удавлю! За считанные минуты лазарет наполнился людьми. Дерущихся растащили в разные углы. — Что тут происходит? — властно потребовал Роберт Лайтвуд. — Вы месяцы искали предателя, — прошипел Джон, — и вот он. Этот ублюдок пытался убить Клэри, потому что она наверняка знает о том, что он крыса, которую мы ищем. — Что? — изумленно округлил глаза Роберт. — Ходж? — Ложь! — заголосил тот. — Щенок лжёт! — Мы с этим разберёмся, — раздался голос госпожи Инквизитора. — Задержать Ходжа Старквезера до выяснения всех обстоятельств. Имоджен почему-то сразу поверила молодому охотнику. Да хотя бы потому, что дело касалось непосредственно его семьи, которую тот обожал. Так или иначе, Меч Душ скоро прояснит ситуацию окончательно.

***

Переступив порог Института, Алек сразу понял, что народ чем-то излишне взбудоражен, а узнав причины, быстрее ветра бросился в лазарет. Медслужащие пытались успокоить его, что с Клэри всё в порядке и ничего непоправимого не произошло, но Алек всё никак не мог успокоиться. Он был в ужасе и ярости. Окажись Старквезер сейчас здесь, он бы от него и мокрого места не оставил. После этого происшествия Алек наотрез отказался отходить от Клэри. Даже Магнусу, когда тот пришёл, не удалось выставить его за дверь, хотя Алек, нервно маячащий в поле зрения, ощутимо действовал ему на нервы. И всё же Магнус был профессионалом и потому отбросил всё лишнее в сторону, приступил к исцелению девушки. На то, чтобы заставить её выпить зелье, ушло минут пять, а потом он ещё пару часов потратил на исцеление различных травм, с которыми не справились иратце и недомаг, который колдовал над девчонкой до него. Под конец Магнус был сильно измотан. Не думал он, что это будет столь сложно. — Сделал всё, что мог, — устало произнёс он. — Сейчас она спит, но скоро должна проснуться. После Магнусу протянул Алеку листок, где черканул сумму за свои услуги, и, сгорбившись, скрылся в воронке портала. Алек, бросив взгляд на цифру, мрачно присвистнул, понимая, что в одиночку такие расходы не потянет. Но этой проблемой он займётся чуть позже. Сейчас он неотрывно дежурил у постели Клэри. Его не раз пытались отправить поесть и поспать, но он никого не слушал. — Алек, — услышал он задремав бесконечно дорогой голос, от которого буквально подпрыгнул. — Клэри, — взволнованно зашептал Алек, заглядывая в любимые зелёные глаза. — Милая, как ты себя чувствуешь? — Странно, — слабым голосом ответила она. — Сил нет совсем, но ничего не болит. Совсем ничего не болит. Спать хочется. Клэри выглядела откровенно удивлённой. Алек ощутил прилив злости на мёртвого врага. До чего довёл её этот урод, раз она изумляется отсутствию боли! — Силы скоро восстановятся, — мягко улыбнулся Алек, — и ты будешь в полном порядке. А сейчас отдыхай. Спи. — Нет, Алек, — занервничала Клэри, — я должна сказать. То видео, это было не по-настоящему. Пожалуйста, поверь. Он убил Натали и сказал, что продолжит убивать дорогих мне людей, если я не подчинюсь, и мне пришлось. Но я никогда не любила его. Я люблю и любила тебя, потому и постаралась убить его на свадьбе… Она говорила отчаянно, скороговоркой, глотая окончания слов, словно боясь не успеть сказать. В зелёных глазах была боль и стали скапливаться слёзы. — Тише, — прошептал Алек, прикладывая палец к губам Клэри, — я всё знаю. И я тоже тебя люблю. — Любишь? — как-то неверяще и потеряно произнесла она. — Конечно, глупая, — улыбнулся Алек. — А как же Магнус? — произнесла Клэри. — При чём здесь он? — непонимающе нахмурился Алек. — Ну как же… — закончить фразу Клэри не успела, так как уже спала. Сейчас, смотря на спящую Клэри, Алек впервые почувствовал спокойствие и душевный подъём. Впервые за множество дней он верил, что всё будет хорошо. Угроза Люциана больше не нависает над ними. Клэри скоро поправится. Он знал, им многое предстоит обсудить, о многом поговорить, но они со всем справятся. Иначе быть не может. Алек для себя уже давно понял, что хочет быть только с Клэри и любит её, как ещё никогда никого не любил. И судя по тому, что он сейчас слышал, у него есть все шансы на взаимность. Эта мысль вызвала на лице Алека счастливую улыбку.