Здесь

— Я перенесла пару своих вещей в комнату. Надеюсь, ты не против. Олаф послал девушке многозначительный взгляд с другого конца стола. Вайолет вперила глаза в тарелку, явно пытаясь сохранить невозмутимость. — О? Моя кровать уже подпилена пилой? — Нет, я перенесла кое-какую одежду и всякую мелочь, — сказала она, взмахнув рукой. — Лишь на некоторое время. Для удобства. — Ах. Для удобства. Конечно. Олаф поднял чашку, скрывая за ней ухмылку. Вайолет сделала вид, что ничего не заметила. Она опустила вилку. — Вообще-то, у меня есть к тебе просьба. Граф посмотрел на неё с приподнятой бровью.  — Для моей графини всё, что угодно. — Я… надеялась, — Вайолет покраснела, опустив взгляд. — Как ты думаешь… ты сможешь ещё раз взглянуть на мою рану? — Вчера она выглядела просто отлично. Она едва ли в шесть миллиметров глубиной. — Да, но… — девушка замолчала, колеблясь, — я не думаю… не думаю, что она заживает. Да и у тебя, вероятно, больше опыта с ножевыми ранениями, чем у меня. — Так и есть, хотя в таких ситуациях я обычно нахожусь по другую сторону, ну да ладно, — граф проворно подошёл к Вайолет. — О, я не имела в виду прямо сейчас, это может подождать… — Нет- нет, никаких потом, только сейчас! Помогая ей встать, Олаф усадил девушку на край стола. — Но сперва, — он поднял палец вверх, — ты должна кое-что для меня сделать. Вайолет почувствовала тревогу. — Да? Он злобно ухмыльнулся. — Ты должна сказать мне, что я красивый и привлекательный мужчина. Девушка удивлённо приподняла брови. — Эм, ладно, ты… — И ты с этим согласна, — добавил он. Вайолет вздохнула. — Ты красивый и привлекательный мужчина. Олаф посмотрел на неё многозначительным взглядом. — И я с этим согласна. Он победоносно улыбнулся. — Хорошо, давай посмотрим. Олаф легонько приподнял подол платья, обнажая рану. Вайолет придерживала ткань рукой, в то время как мужчина переместил руки к её животу. После чашки обжигающего кофе, его длинные пальцы были приятно тёплыми. Олаф стал внимательно изучать рану. — Что ж, она покраснела, но это просто ушиб. С тобой всё будет в порядке. Подожди пару дней. — Ты уверен в этом? — Вайолет нервно нахмурилась. — А вдруг у меня столбняк? — В этом предложении слишком много негатива. Я понятия не имею, что ты только что сказала, — прошептал он, всё ещё не отводя алчного взгляда от раны. — Но тебе не о чем беспокоиться. Ты в полном порядке. Граф рассеянно положил одну руку на бедро девушки, а другую — на талию, чуть ниже груди. Вайолет тихо выдохнула. Олаф с нажимом провёл большим пальцем над раной, мягко касаясь обнажённой алебастровой кожи. Девушка задержала дыхание. — Тебе больно? — Нет, — она покраснела. Его глаза быстро скользнули по лицу Вайолет и вернулись обратно к ране. В животе Бодлер запорхали бабочки, которые, размахивая своими крылышками, опускались чуть ниже её бёдер. Вайолет надеялась, что румянец не распространился по всему её телу. — А если так? — Ауч, а вот так уже больно, — она отодвинулась назад, подальше от давления на рану. — Извини. А если так? — он ловко провёл пальцем чуть ниже раны. Вайолет вздрогнула. — Немного. — А так? Олаф провёл пальцем по выступающей косточке её бедра. Внутри Вайолет загрохотал вулкан, угрожая извергнуться. Она замерла. — Да. Олаф бросил на неё вопросительный взгляд. — Ладно… А так больно? — он осторожно завёл ладонь под резинку её пояса, прижимая палец к коже. Вайолет резко вздохнула. Олаф обеспокоено посмотрел на неё. — Больно? — Да. То есть, нет. Нет, всё… всё хорошо. Он осуждающе покачала головой. — Если тебе больно, то не молчи. Вдруг проявились осложнения. Вот, один момент. Олаф завел руку ей за спину, прижимая большой палец к её бедру. Он скользнул указательным и средним пальцами по её коже чуть ниже раны, а затем прижал их к спине девушки. — Больно? Вайолет схватилась за стол и отвернулась, чтобы он не заметил подбирающийся к щекам румянец. — Нет, всё в порядке. Его вдруг осенило. Ему потребовалось использовать весь свой актерский талант, чтобы не расплыться в широкой, злой зубастой ухмылке. Граф небрежно посмотрел вниз. — Ладно, хорошо. Вот, позволь мне ещё раз проверить. Он снова прикоснулся к её плоскому животу, пробегая ногтями по коже, ощущая её дрожь. Он осторожно положил руку на бедро девушки. Одной рукой граф сжал его, а два пальца другой руки просунул ей за пояс и провёл кончиками пальцев по нежной коже, слегка дотрагиваясь до неё ногтями. Вайолет громко сглотнула и закашлялась, прикрывая рот кулаком и отводя взгляд в сторону. — Да…я…эм, я в порядке. — А так? Он прижал большой палец к мягкой коже около кости, немного царапая её ногтями и крепко удерживая Вайолет на месте. — Да, я всё ещё в порядке, — её голосок стал слишком высоким. — Хорошо, как скажешь. Подушечками больших пальцев граф начал описывать маленькие круги по коже её бедра. — Если это всё, что тебе нужно… — он смотрел на неё так невинно, как только мог. Вайолет снова прочистила горло, отводя взгляд. — Да, гм, спасибо. — Рад был помочь, — его голос сочился приторной сладостью. Олаф наклонился и запечатлел лёгкий поцелуй на пухлых губах девушки, довольствуясь ощущением того, как напряглись её мышцы, а сама она задрожала. — Для моей графини всё, что угодно. Выпрямившись, граф встал между разведённых ног Вайолет, опустив свою костлявую ладонь на её бедро. — Ты уверена, что я больше ничего не могу для тебя сделать? — Нет, я… я в порядке. — Знай, — Олаф наклонился к Вайолет, пока не почувствовал её неровное дыхание на своих губах, — я всегда готов осмотреть тебя более тщательно. — Ты… Нет. Нет, я порядке. — Хмм, ты уверена? — расстояние между их лицами было минимальным. Олаф замер, желая, чтобы на этот раз она сама проявила инициативу. — Твоя рана выглядит весьма серьёзно. Он ухмыльнулся, поддавшись желанию поддразнить её чуть подольше. — Тебя что-нибудь беспокоит? Позволь мне помочь. — Нет, спасибо. — Ну же, для чего ещё я здесь, если не для того, чтобы до безумия любить мою дорогую жену? Олаф почувствовал, что она согнула ноги в коленях и напряглась, когда он пробежался по ним руками. — К чему такое благородство? — Разве я не всегда такой? — Не всегда, — её слова прозвучали резко, но сказав это, Вайолет прильнула к его губам, пытаясь казаться совершенно безразличной. Эта шарада, однако, закончилась почти так же быстро, как и началась: кости девушки предали её, выгнув спину дугой и распрямив ноги. Ответив взаимностью, Олаф неторопливо провёл ладонями вверх по её стройным ногам, совершенно не заботясь о том, что руки случайно проскользнули под подол юбки. Девушка мгновенно застыла, и Олаф остановился, не желая спугнуть её, но ожидаемых упреков так и не последовало, и он просто решил оставить свои руки там, где они находились в данный момент. Ладошки Вайолет пригладили его воротник, нервно переключаясь на лацканы. Он ничего не мог с собой поделать, представив и в то же время стараясь не думать о том, как её тонкие пальчики расстёгивают его пуговицы, прикасаясь к его обнаженной коже. Испытывая удачу ещё раз, граф коснулся пересохшими губами шеи девушки, медленно и чувственно, как в прошлый раз. Олаф неспешно скользил губами по шее девушки, целуя нежную и мягкую, как лепестки роз, кожу. Вайолет крепче вцепилась в него, её пальцы сжались как никогда медленно. Олаф неспешно поднимался ладонями вверх по её телу, задевая пальцами бёдра, до тех пор, пока его руки не замерли на её талии. Он был очарован знанием того, как мало слоёв ткани их разделяло. Чувствуя себя смелее, граф позволил себе провести языком по ямочке под её ухом, а потом случилось это. Из горла Вайолет вырвался всхлип, напоминающий стон. Она тут же замерла, а её руки сильно напряглись. Опустив подол до самых ног, девушка поспешно вскочила на ноги и развернувшись, бросилась прочь. — Да, что ж, мне нужно идти, ещё увидимся. Когда девушка вышла за дверь, Олаф крикнул ей вслед: — Не забудь, что сегодня вечером у нас будут гости. — Да, конечно, — ответила Вайолет из соседней комнаты всё тем же высоким голосом. Олаф откинулся на спинку стула, довольно ухмыляясь.