Здесь

Вайолет сидела в своей маленькой комнатке, листая книгу. Она провела так все утро, поглощенная этим тихим беспокойством. Олаф наблюдал за ней, стоя в дверном проеме. Ее темные волосы упали ей на лицо, когда девушка кусала ноготь большого пальца. — Такими темпами тебе вскоре понадобятся очки. Вайолет бросила на него испуганный взгляд. — Ты только и делаешь, что весь день читаешь. Ты едва ли выходила из комнаты. Что ты задумала? Вздохнув, девушка закрыла книгу. — Я просто читала. Прости, за легким чтением я и не заметила, как пролетело время. Олаф заглянул ей через плечо, притянув к себе книгу. — Эдгар Аллан По — Лучшие Рассказы? — он нахмурился. — Как я и сказала. Легкое чтение. Он встал рядом с Вайолет. — Скоро прибудут мои люди. У нас много дел после вчерашнего… перерыва. Вайолет встала из-за стола, обойдя Олафа. — Извини, да, все будет готово. Он схватил ее за запястье, когда Вайолет проходила мимо. Она остановилась с протянутой рукой и посмотрела на него. Все еще держа ее за руку, Олаф притянул ее к себе. Когда Вайолет подошла к нему, то он обвил свои длинные пальцы вокруг ее шеи, пристально всматриваясь в ее лицо. Она не шевелилась, изучая его лицо: в его глазах промелькнула печаль, а уголок его губ слегка дрогнул. Он высоко держал свою голову, изучая ее. Намеренно медленно, Олаф притянул ее ближе к себе, приподнимая ее лицо, чтобы поцеловать ее. Он наклонился вперед, сокращая оставшееся между ними расстояние, все еще держа ее за запястье. Спустя какое-то время Вайолет отстранилась, разрывая затянувшийся поцелуй. Олаф стоял в нескольких сантиметрах от нее и от его взгляда по ее телу пробежала нервная дрожь. — Я должна идти, а не то ты испортишь себе аппетит, — упрекнула она его, пытаясь придать своим словам шутливый тон и вытаскивая запястье из его хватки. Вайолет неслышно выдохнула, выходя из комнаты, чтобы переодеться во что-нибудь более презентабельное, прежде чем заняться приготовлениями. Она тихо шла по коридору, затерявшись в своих мыслях. Вайолет довольно быстро остановила свой выбор на одном из платьев, которое Олаф подарил ей в надежде, что она сможет вновь утвердить себя в глазах его труппы после фиаско, произошедшего во время их последней встречи. Вайолет выбрала внушительное черное бархатное платье с четким силуэтом. Она подумала, что выглядит так, будто собирается на похороны, а не на званый ужин. Девушка распустила волосы, позволив им рассыпаться по ее спине. Когда Вайолет посмотрела на себя в зеркало, то поняла, что похожа на призрака. Она коснулась пальцами своего лица. И когда это она стала такой бледной?

***

Его труппа предоставила ей больше места для маневра, когда Вайолет ходила между ними, собирая грязные тарелки. Конечно, они, вероятнее всего, больше боялись реакции Олафа, чем ее недовольства, но Вайолет нравилось иметь возможность перемещаться без всяческих подталкиваний и перешептываний. Когда она проходила мимо Олафа, то тот подал ей бокал вина. — Видимо тебе оно нужнее. Вайолет сделала небольшой глоток из бокала, пробираясь к кухне. Девушка закрыла за собой дверь, заглушая громкую беседу в другой комнате. Груда грязной посуды с издевкой выглядывала из раковины. Вайолет вздохнула, прислонившись к столешнице и делая большой глоток из бокала.

***

— Не слишком ли это рискованно? Олаф посмотрел на говорящую женщину, которая от беспокойства нахмурила брови. — Где ваша жажда славы? — произнес граф медленным тоном, закручивая виски в бокале. — В ее словах есть смысл, Олаф, — заговорил мужчина с серебряным носом, неуверенно жестикулируя. Олаф наклонился вперед, поджав губы: — Рискованнее, чем оставить их в живых? Двое выступавших смущенно замолчали. — Эти отродья слишком быстро взрослеют. Нечего и говорить, что новое поколение уже наступает нам на пятки. Самое меньшее, что мы можем сделать — это уравнять силы, — Олаф откинулся на своем стуле, сложив вместе руки. — Нам не нужны лишние проблемы, не оставляем после себя ни улик, ни выживших. Труппа начала нервно перешептываться. — Не говоря уже о богатстве, которое мы приобретем в процессе. Это их оживило. Его подчиненные были тщательно подобраны, но все же у них была эта раздражающая привычка трусить в самый неподходящий момент. Другая женщина нервно заговорила: — Но как мы туда попадем? Каков наш план? Губы Олафа медленно расползлись в злобной ухмылке. — Что ж, нам нужен доброволец.

***

С тех пор, как Вайолет исчезла на кухне, прошло много времени. — Где виски? — спросил Олаф с порога, ожидая обнаружить ее с головой в работе. Вайолет стояла, прижавшись к столешнице и скрестив руки на груди; ее плечи были расслаблены и наклонены вперед. Девушка смотрела на него с ухмылкой на лице, склонив голову влево; кончики ее ушей и нос были красными. Взгляд Олафа переключался с почти пустого бокала в ее руке на полупустую бутылку вина на столе и обратно. На его лице появилась удивленная улыбка. — Так-так-так. Что это тут у нас? Вайолет неохотно выпрямилась, поставив бокал на столешницу. Она вздохнула, открывая находившийся позади нее шкафчик. — Ты правда не знаешь, где оно? Олаф пожал плечами и подошел к ней. — Мне нравится держать свои любимые вещи при себе. Ничем не могу помочь, если ты настаиваешь на том, чтобы прятать их. Вайолет развернулась, опершись рукой о столешницу. Олаф взял предложенную бутылку одной рукой, а другой передал ей бокал. Вайолет тихонько улыбнулась, чокнувшись бокалом о бутылку. Они оба сделали по затяжному глотку. Вайолет снова скрестила руки на груди, прислонившись бедрами к шкафчикам. — Что-нибудь еще? Олаф расслабил плечи, прикасаясь к ней с самодовольной ухмылкой на лице. — Нет, просто наслаждаюсь видом. Мне нравится, когда ты пьяна. Девушка обиженно вскинула голову. — И что это должно означать? — Ты более раскрепощена и менее строга к себе. Не говоря уже о том, как приятно видеть тебя с естественным цветом кожи. Вайолет цокнула языком. — Тебе не обязательно все время быть таким мудаком. — Язык. К тому же тебе следует научиться принимать комплименты. Вайолет недоверчиво на него посмотрела. — А тебе следует научиться их делать. Граф улыбнулся ей. — Ты даешь мне не слишком много поводов для этого, — он сделал еще один глоток из бутылки. Вайолет закрутила жидкость в своем бокале и посмотрела на Олафа. — Что это должно означать? — Ты предпочитаешь, чтобы твои слова были резкими, моя дорогая. Ты всегда действуешь оборонительно. Она фыркнула. — Да, ты ведь тот, от кого не нужно обороняться. Он улыбнулся ей злой, ужасной улыбкой. — Неужели я и вправду столь ужасен? Девушка отвела взгляд, ощущая одновременно и вину, и желание. Она чувствовала себя комфортно, когда Олаф был рядом. Как никак, они вот уже четыре года как вместе. — Твоим гостям что-нибудь нужно? — Забудь о них, — он поставил свою бутылку на столешницу, подходя к ней ближе. Вайолет подняла бровь. — Я бы с радостью, но это ты тот, кто их приглашает. — Они могут сами о себе позаботиться. Он схватил ее за талию и прижал к себе. Вайолет вывернулась из его объятий, подняв вверх руку. — Как скажешь. Но если ты продолжишь их игнорировать, то велик риск бунта. Единственное, что пугало ее больше, чем сами его люди, так это мысль о том, что они начнут действовать без его руководства. Девушка вздрогнула. Олаф нахмурился: — Они справятся. — Да неужто? В ее тоне была слышна нотка сарказма. После непродолжительной паузы Олаф схватил бутылку и, ворча, ушел. Вайолет улыбнулась, хрипло засмеявшись и делая еще один глоток из своего бокала. Благополучно возвращаясь к своим обязанностям она окинула взглядом груду немытых тарелок. Вайолет осушила бокал и поставила его рядом с остальными. Что ж, пора за работу.