Здесь

Она не могла уснуть. Казалось, будто бы Олаф мгновенно заснул, едва положив голову на подушку. Сама Вайолет несколько часов лежала без сна, пытаясь распутать мысли, которые вертелись у нее в голове. Она чувствовала себя так одиноко. Вайолет медленно и нерешительно положила на Олафа руку. Она почувствовала его тепло на своих ледяных из-за прохладного воздуха пальцах. Его слова не могут быть правдой, это просто невозможно. Но все же, какой смысл ему лгать? Сколько из сказанного им, если это возможно, было правдой? Вайолет закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание и желая больше об этом не думать. Девушка стала замедлять свое дыхание, которое соответствовало бы его, надеясь, что сможет таким образом уснуть. Тишина погрузилась в нее, как заостренный нож, и она открыла глаза. Без сомнений, он все так же безмятежно спит. Вздрогнув в темноте, Вайолет задалась вопросом, была ли она и раньше так по-настоящему одинока. Возможно. Это был глупый вопрос. Она тихонько приблизилась к Олафу, прислонив голову к его спине. Вздохнув, Вайолет закрыла глаза, слушая ритм его дыхания. Олаф рефлекторно наклонился к ее прикосновению. Ей нужен был человеческий контакт, какое-то утешение в этом скатывающемся в пропасть мире. Вайолет ощущала себя потерянной, отчаянной и готовой ухватиться за любую предоставленную ей любезность. Она слушала звук его глубокого дыхания, пока не уснула ранним утром.

***

Когда Олаф проснулся, то Вайолет лежала подле него, прижавшись головой к его груди. Ее волосы рассыпались вокруг нее, создавая беспорядочный темный ореол, компенсирующий ее мягкие черты. Уже был день, и свет лился сквозь открытое окно. Он приподнялся на локтях. Вайолет заворчала в полусне, когда Олаф ее приподнял. — Пора вставать, мы уже проспали. Он прищурился из-за резкого солнечного света, льющегося на пол. Вайолет удрученно вздохнула, приподнявшись на локтях и запуская руку в свои волосы. Казалось, она с самого начала поняла, что спала на нем, и поэтому смущенно отстранилась, скрывая это резкое движение за потягиванием. Решив не смущать ее еще больше, Олаф сделал вид, что ничего не заметил. Устало, он поднялся с постели и подошел к шкафу, принявшись лениво переодеваться. Вайолет выскользнула из постели и выскочила из комнаты. Пару минут спустя он услышал звук бегущей воды, а затем очень тихую мелодию. Его пальцы рассеянно скользнули по пуговицам.

***

К тому времени, как Вайолет спустилась вниз, Олаф уже сидел за столом и просматривал бумаги. Девушка проскользнула на свое место, потянувшись за приготовленной для нее чашкой кофе. Не поднимая взгляда от бумаг, Олаф схватил чашку за ручку, приподнимая ее подальше от ее рук. Вайолет смущенно замерла, а после посмотрела на Олафа. Чашку он не опустил и продолжил держать ее в нескольких сантиметрах от стола. Вайолет снова потянулась к чашке, но Олаф лишь приподнял ее еще выше. Она вздохнула. — Ладно, я сдаюсь, почему мы играем в «держи подальше»? Олаф вопросительно промычал в ответ, сосредоточившись на чтении. Вайолет снова потянулась к своей чашке, но Олаф встал, подняв ее вверх. С таким несправедливым преимуществом в росте у нее не было никаких шансов. Девушка недоверчиво посмотрела на мужчину: — Серьезно? Олаф продолжал читать, держа бумаги свободной рукой. Вайолет притянула к себе его чашку, сделав глоток и сморщив нос от горечи. — Тебе не понравится, он черный. — О, так мы все же разговариваем? — Мы и не прекращали. Я просто ждал, когда ты вспомнишь о манерах. Вайолет вздохнула и поставила чашку обратно на стол. — О боже. Спасибо за кофе, теперь-то я могу его забрать? Олаф снова сел, но держал чашку при себе. — Ты кое-что забыла. Вайолет неохотно наклонилась и легонько поцеловала его в щеку. Олаф приподнял бровь. — Какой ужасный энтузиазм. Девушка вздохнула, наклоняя его голову кончиками своих пальцев до тех пор, пока не смогла поцеловать его в губы. Улыбаясь, Олаф передал ей чашку. Крепко держа ее в руках, она сделала благодарный глоток. — Итак, сегодня… — Важный день, да, — Олаф сложил бумаги на столе и наконец посмотрел на Вайолет по-настоящему. Он нахмурился. — Ты ведь не будешь одета в это, не так ли? Вайолет в замешательстве взглянула на свое платье. Это был мягкий синий хлопок, правда подол и манжеты были немного изношены, но все же платье было хорошим. — Почему нет? Олаф недоуменно нахмурил лоб. — Ты и вправду плохая актриса, не так ли? — его слова были встречены ее стальным взглядом. — Нам нужно, чтобы они воспринимали тебя всерьез, чтобы думали, что ты взрослая. — Я взрослая, — ее тон был вызывающим. Вайолет почувствовала себя глупо, сказав это как какой-нибудь клишированный подросток-бунтарь. — Тогда приоденься, — Олаф посмотрел на свои бумаги, потягивая напиток. Возмутившись, Вайолет встала, оставив стынуть свой кофе.

***

Как бы ему не хотелось этого признавать, но он нервничал. Олафу не нравилось, что в его плане Вайолет отводилась такая значительная роль. Оставалось лишь надеяться, что она исполнит все правильно. Конечно, она не предаст его, она не может… но, может быть, он был слишком красноречив вчерашним вечером. Если она начнет задавать неверные вопросы, то этим она лишь все испортит. Олаф уставился на сценарий, который держал в руках; его глаза застеклились, а мысли запутались. Прошло несколько минут, а Вайолет все не возвращалась. Олаф нервно посмотрел на лестницу, а затем нерешительно встал из-за стола и пересек комнату. Он открыл дверь в спальню и увидел ее, стоящую перед зеркалом и отчаянно пытающуюся застегнуть свое черное платье. Олаф вздохнул, шагая к Вайолет и грубо беря ткань в свои руки. — Я трачу непропорционально много времени этого брака на то, чтобы одеть тебя. Вайолет покраснела, прижимая руки к груди, чтобы ткань не съехала. Его руки быстро застегивали пуговицы, прикасаясь кончиками пальцев к ее коже. Вайолет задрожала. Его пальцы зацепились за верхнюю часть ее ткани, нежно упираясь в ее кожу, когда он застегивал последние пуговицы. Олаф разгладил ткань на ее плечах, прижимая руки к ее бедрам, словно бы обыскивая ее. — Вот так. Идеальный образ, — он развернул ее вокруг, изучающе осматривая ее фигуру, прежде чем протянуть руку и спрятать торчащую нить в вырез ее платья. Вайолет удивленно промычала в ответ. — Успокойся, я видел тебя голой. Она сжала челюсть, но промолчала. Олаф держал ее на расстоянии вытянутой руки, пройдясь по ней взглядом. Мягко прикоснувшись пальцами к ее лицу, он заправил волосы ей за ухо, прижимая холодные пальцы к ее щеке и к мягкой коже ее шеи. Олаф пытливо уставился на нее. Вайолет смущенно опустила взгляд, обнаружив, что ее щеки покрылись румянцем. Олаф вздохнул. — Если бы ты еще не была такой бледной. Похоже, будто бы я тебя убил. Выпрямившись, он опустил руки и отвернулся, уже занятый своими мыслями. В груди девушки поднялось негодование. Вайолет посмотрелась в зеркало и провела своими длинными пальцами по волосам. Осторожно, она собрала их в длинную косу, которая опустилась ей на спину. Олаф посмотрел на нее со своего места у туалетного столика, поправляя разъехавшиеся бумаги. — Хорошая идея, так ты выглядишь намного старше. Вайолет провела пальцами по своей косе. Она была так похожа на петлю. Олаф плавно зашагал по комнате, остановившись позади девушки. Они оба изучали ее отражение в зеркале; его руки опустились на ее плечо, а пальцы один за другим скользнули по ее костлявому телу. Олаф улыбнулся медленной, победоносной улыбкой. — Они определенно проглотят тебя целиком. Ощущая тянущую тревогу в животе, Вайолет испуганно подумала, что точнее и не скажешь.