Здесь

Миссис Квегмайр действовала скрытно, быстро запустив Вайолет в свой дом и еще раз бросив недоверчивый взгляд на улицу. На этот раз вместо того, чтобы сразу отвести Вайолет в комнату, женщина направилась в противоположную сторону, а затем свернула налево, проходя через залы, двери и изысканные комнаты, прежде чем, наконец, остановиться перед большой деревянной дверью. Миссис Квегмайр стола перед дверьми, взявшись за ручку и напряженно вглядываясь в Вайолет. Когда она смотрела на девушку, то ее губы превратились в тонкую линию. Вайолет неловко переступила с ноги на ногу. — Осознаешь ли ты вес своих поступков? Сердце Вайолет упало. Она ведь не знает, верно? Но лицо женщины не выдавало ни намека на осуждение. — Вес? — Порой правда становится тяжким бременем, — глаза женщины были пронзительно пусты, сосредоточившись на лице Вайолет. Вайолет изо всех сил старалась не делать никаких лишних движений. — Я понимаю. Я готова. Легким поворотом дверной ручки и благоговейным толчком миссис Квегмайр распахнула дверь. Посреди комнаты за столиком сидел мужчина — Вайолет предположила, что это, скорее всего, и есть мистер Квегмайр. Когда они вошли, то мужчина посмотрел на вошедших и поднялся со своего места. Миссис Квегмайр пропустила Вайолет в комнату, и девушка смогла с трепетом ее осмотреть: комната была заполнена от пола до потолка книжными деревянными шкафами, до отказа заполненными книжными томами. Ей потребовалось бы посетить целых три библиотеки, чтобы насобирать такое же количество книг, как здесь. В комнате веяло легким ароматом старых книг, ароматом, в состав которого входили чернила и перья, используемые в качестве закладок, когда ты шевелишь пальцами ног у близлежащего ручья, читая на грязном берегу это олицетворение нежного подарка, впервые открывая книгу, осторожно, чтобы не порвать корешок. Комната пахла солнечным светом, застрявшим в пыли и остающимся после сна, чтобы направлять твои пальцы во время игры на расстроенном пианино. Комната пахла домом. Вайолет стояла, ворочая головой из стороны в сторону, пытаясь впитать в себя все это — это было прекрасно. — Вайолет? Девушка вздрогнула и повернулась ко все еще стоящему мужчине. Сделав два быстрых шага, Вайолет подошла к нему на достаточное расстояние, чтобы пожать ему руку. Мужчина грустно улыбнулся. — Ты так похожа на свою мать. — В ней больше от Бертрана, чем может показаться на первый взгляд, — миссис Квегмайр подошла к мужу, взяла его за руку и села. Вайолет перенесла свой вес с одной ноги на другую, чувствуя себя неловко перед этими людьми, словно ее собирались осуждать. Мистер Квегмайр жестом позволил ей сесть, чему Вайолет повиновалась, неловко пригладив свою юбку. — Моя жена говорит, что ты пришла к нам за помощью? — Да, — Вайолет заколебалась, тщательно подбирая слова. — Мне нужны ответы. Улыбнувшись, он жестом указал на многочисленные книги в комнате. — Что ж, тогда ты обратилась по адресу. Вайолет позволила себе еще раз осмотреть комнату, наполняясь благоговением перед ее величием. — Мои родители всегда говорили, что мир в библиотеках тих. Миссис и мистер Квегмайр снова замолкли, пытаясь скрыть накрывшую их скорбную бледность. Им бы это удалось, если бы не их выразительные глаза. — Что конкретно ты ищешь? — Откуда вы знаете моих родителей? Над чем они работали? Это правда, что их смерть может оказаться… не такой уж случайностью? — Вайолет не могла заставить себя сказать слово «убийство». Мистер и миссис Квегмайр обменялись быстрыми взглядами, их мысли вертелись у них на языке. Миссис Квегмайр заговорила первой, ее голос оставался спокойным: — Разве, эм, ты ни с кем это не обсуждала? — она сделала паузу, уставившись в потолок в попытке подобрать правильные слова и глубоко вздохнув. — Мы почти не разговариваем друг с другом, мы просто живем вместе, — Вайолет держалась стойко, пытаясь избежать предмета разговора. — Да, что ж, это было ожидаемо, — женщина прочистила горло. Мистер Квегмайр слегка наклонился вперед: — Но прошло уже четыре года. Прости за мою дерзость, но это довольно долго. За это время он ни разу не предложил тебе поговорить на эту тему? Более того, он не против, что ты пришла поговорить с нами об этом? Вайолет стиснула зубы. — Он не знает, что я здесь, — она сжала пальцы. — Он много чего не знает. Мистер и миссис Квегмайр обменялись еще одним взглядом. Мистер Квегмайр повернулся, глядя на Вайолет оценивающим взглядом. — Вайолет, чего ты хочешь? Вайолет сделала паузу, опешив. Чего она хотела? В первую очередь, свою свободу и, по-видимому, она готова была купить ее за совершенно любую цену. — Я хочу знать, из-за чего мы с моими братом и сестрой оказались в данной ситуации. Я хочу знать, почему умерли мои родители и что в моих силах исправить. — Что ты готова отдать за это? Вайолет тихо выдохнула, ее сердце сжалось. — Все. Мистер и миссис Квегмайр еще раз оглянулись друг на друга, прежде чем подняться со своих мест. Миссис Квегмайр отступила, позволяя мужу поднять крышку стола. Стол был сконструирован с помощью ухищренного комплекта соединений так, что его крышка легко поднималась вверх и в сторону, останавливаясь у его основания. Вайолет смотрела на стол в изумлении, когда внутри него обнаружилась маленькая металлическая дверца, запертая сплетением проводов, подсоединенных к, казалось бы, маленькой клавиатуре. Вайолет смотрела на все это с удивлением, шестеренки закрутились в ее изобретательной голове. Мистер и миссис Квегмайр улыбнулись ей. — Ты знаешь, что это такое? — голос миссис Квегмайр был низким. Вайолет медленно покачала головой. — Это называется вернакулярно прочной дверью, это своего рода замок, который можно открыть, только если ты знаешь три слова-пароля, которые вводятся по порядку и тогда дверь отпирается. Вайолет подошла ближе, слегка касаясь ее. — Суть ключа в том, чтобы использовать знания, которые хоть и очевидны для тех, кто нуждается в доступе, но злоумышленников поставят в тупик. Тут вряд ли есть повод для беспокойства, так как начитанные злодеи встречаются довольно-таки редко. Первый вопрос достаточно прост: имя драматурга, сочинившего «Зомби на снегу». Вайолет нахмурилась. — Не сочтите меня за злоумышленницу, но я никогда о таком не слышала. Миссис Квегмайр пожала плечами, совсем этому не удивившись. — Я и не ожидала иного. Правильный ответ — Густав Себальд. Ты должна как-нибудь ознакомиться с его творчеством. Вайолет нахмурилась, но кивнула, наблюдая, как пальцы женщины порхают над клавиатурой. С первым замком было покончено. — Следующий вопрос: имя пятой дочери Владимира Склодовского. — Мария Кюри, это было несложно. Супружеская пара улыбнулась нежной, если не грустной улыбкой. — Видишь, я знала, что ты справишься. Благородство требует некоторых знаний, — она напечатала «Мария Кюри» на клавиатуре. Еще один замок был открыт. — И, наконец, поэт, написавший «Сад Прозерпины». Вайолет молчала. Она знала имя, ее родители хранили тома его авторства в своей собственной библиотеке, прежде чем все они не были утеряны. Девушка заколебалась. — Суинберн. Элджернон Чарльз Суинберн. С окончательным щелчком защелка отворилась, позволив двери отъехать в сторону. Вайолет заглянула внутрь, ее сердце бешено заколотилось.