Бунтарка и Революционер

      Сегодняшнее занятие проходило в небольшой комнате с музыкальными инструментами. Лишних звуков не было, что позволяло миссис Халп и всем присутствующим сосредоточиться на голосе. Директриса сообщила, что сегодня будет прогон номеров к новогоднему концерту.       Из раза в раз Люси старалась спеть в полную силу. Добавляла голосу приятную глубину, иногда пыталась взять верхние ноты. Однако, все её попытки заканчивались фееричным провалом.       Сюзи откровенно злорадствовала. Эта чертовка, как бы Хартфилии не хотелось этого признавать, была просто неподражаема. Миссис Халп попросила девушку исполнить кусок для школьного фестиваля. Сюзи элегантно улыбнулась и своим нереальным фальцетом пропела песню про море. Люси была в восторге, хотя и умело это скрыла.       Блондинка сразу поняла, что Сюзи — главная претендентка на славу.       Аннэт обладала сильным приятным голосом, но таких в мире было немало. Люси с ограничением поняла, что и она является такой же. Однако, миссис Халп строго отчитала девушку, дала несколько дельных советов. Когда девушка учла их, голос зазвучал настолько чисто и пронзительно… Вскоре Люси услышала, что эта девушка отлично расщепляет свой голос, что давалось далеко не каждому.       Клэр находилась в этом классе исключительно как талантливая гитаристка. Она не пела, но миссис Халп ценила девушку за её умение привнести что-то своё каждой песне.       Тэцу обладал мощным оперным голосом. Когда впервые блондинка услышала, как его голос плывёт по комнате, ей показалось, что всё внутри переполняется теплом. Она заметила по реакции ребят, что они наслаждаются пением одноклассника.       Голоса Хэппи и Томми были чем-то похожи. Рокерские нотки они старались подавлять в своих классических отрывках. Однако, два брата из ларца частенько надрывали голоса, вызывая строгий взгляд директрисы.       Во время обеда миссис Халп удалилась и предупредила, что следующей пары не будет. Томми и Хэппи заговорчески переглянулись. Сюзи закатила глаза. — Ну что, Япония, — крикнул Томми, подлетев к Люси. — Чем займёшься в свободный час? — Практика, — ответила за неё Сюзи. Девчонки сцепились взглядами. — Дорогая, мои кошки воют мелодичнее. — Тебе подпевают, — фыркнула Люси, закинув ногу на ногу. — У вас, уверенна, прекрасное трио.       Слова абсолютно не задели Сюзи. Она усмехнулась, подхватила сумку и сказала: — Ну, они хотя бы в ноты попадают. Удачи, звёздочка наша.       Люси показала ей средний палец. Сюзи лишь рассмеялась и вышла из кабинета.       Тэцу и Клэр переглянулись, что-то буркнули про столовую и вместе ушли. — Как бы меня не бесила эта курица, — отозвалась Аннэт, — она права.       Люси недовольно вскинула бровь. Аннэт мягко улыбнулась. — У тебя зажим. Из-за этого не получается петь. Начни с более простых произведений. — Я могу лучше! — колко сказала Люси. — Да все это знают, — Томми подошёл к барабанам, ловко подхватил палочки. — Япония, пойми. Нам посрать, как круто ты умеешь петь. — Мы уже слышали это всё, — кивнул Хэппи. — Ты лучше здесь разберись, — Томми ухмыльнулся, постучал палочкой себе по голове. — Начни с простого. Что тебе нравится?       Люси отвела взгляд. Она уже и забыла, когда в последний раз пела что-то для себя. Параллельно Хэппи подхватил гитару, а Томми заиграл на барабанах.       Люси с удовольствием вслушивалась в гром инструментов. Перед глазами мелькали яркие воспоминания. Она сжимала пальцы. Грустно улыбнувшись, девушка призналась, что уже разучилась играть на барабанах. — Эй, Том, — вдруг позвала она. Томми затих, кивнул. — Научишь?       Он самодовольно улыбнулся, подпёр руками лицо. — Будешь звать меня «семпай»? — Все рассмеялись. Люси вскочила со своего места. — Не в этой жизни. — Томми уступил ей место. — Семпай.       Аннэт улыбнулась. Она заметила выпавший из сумки Люси блокнот. Вспомнив что-то, она быстро спросила: — Люси, можно листочек?       Та лишь кивнула и продолжила слушать Томми. Он активно разъяснял как играть.       Аннэт взяла блокнот, аккуратно вырвала пустую страницу. Она искренне не хотела… но взгляд зацепился за текст, написанный от руки. Она быстро прочитала строчки, удивлённо подняв брови. Из-за Хартфилии, стучавшей по барабанам, никто не услышал восхищённого вздоха девушки. — Кстати! — вдруг крикнул Хэппи, привлекая внимание. Аннэт тут же засунула блокнот в сумку. — А как же?.. — Чего? — Люси вскинула бровь.       Её одноклассники хитро улыбнулись. Томми и Хэппи подошли к Люси и театрально положили руки ей на плечи. Аннэт встала перед девушкой и, парадируя глашатого, объявила: — Люсьена Хартфилия, теперь вы являетесь частью нашей семьи. А в каждой семье есть свои правила. Для каждого новичка мы проводим… — Парни загудели, нетерпеливо затопали ногами и выкрикнули вместе с Аннэт: — Посвят! Он состоит из двух частей. — Что за фигн… — Слушай внимательно!       И они быстро рассказали Хартфилии в чем заключалась её задача. С каждой брошенной фразой её брови поднимались всё выше. — И сколько у меня времени? — поддавшись азарту, Люси встала со своего места, хрустнула пальцами. — До конца ланча.       Парни торжествующе переглянулись. Люси подбежала к сумке, схватила её. — Что ж, готовьте место за семейным ужином, — блондинка улыбнулась и выбежала из комнаты.       Парни улыбнулись, дали друг другу «пять». Аннэт проводила её задумчивым взглядом. Томми подошёл к девушке, дотронулся до её плеча. — Что такое, красота? — он широко улыбнулся. — Я случайно… — они встретились взглядами. Аннэт неуверенно пожала плечами. — Я случайно прочитала у неё в блокноте… — В чужих вещах рылась? — насмешливо спросил Хэппи. Аннэт строго фыркнула. — Да вы бы видели текст этой песни! Я хочу его спеть! — парни не успели толком удивиться, как Аннэт спросила: — И вообще, почему до конца ланча? Всегда же давали на следующий день. — У неё шило в заднице, — усмехнулся Томми. — До конца обеда не успеет… — Инфа сотка, — кивнул Хэппи. — В любом случае, будет интересно.       Они друг другу кивнули и вышли из кабинета.       У Люси практически получилось оставить все записки в кабинетах. Выполнить «обряд посвящение» нужно на высшем уровне, поэтому девушка действительно заморочилась.       Однако, времени у неё не хватило. Миссис Халп перехватила её в столовой и забрала на индивидуальное занятие. Люси сдержала недовольное фырканье. Всего две записки!       Оставалось надеяться, что в четыре часа всё пройдёт, как по маслу.       Оказалось, что директриса отменила занятие ради индивидуального прогона с Хартфилией. Та из кожи вон лезла, но кусок, который ей предстояло спеть, никак не поддавался. Халп, как на зло, выбрала песню, в которой певица говорила, что она с любимым пройдёт все испытания, пока он держит её за руку. Голос срывался из раза в раз. — Нет, Люси, так не пойдет, — женщина устало вздохнула и подошла к окну.       Люси отвела стыдливый взгляд. Миссис Халп казалась холодной глыбой, которую ничего в этом мире не потревожит. — Ты же одна из тех, — спокойно начала она, привлекая внимание девушки, — кто выражает все свои мысли и чувства в творчестве? — Люси зацепилась за её пронзительный взгляд. — Я права.       Хартфилия просто физически не могла солгать, пока глаза миссис Халп смотрели в самую душу. Женщина подошла к девушке, подставила стул и с грацией на него опустилась. На лице блондинки появился стыдливый румянец. Тонкие длинные пальцы Эмилии Халп сжали ладони девушки. — Вот как мы поступим. Расскажи мне всё, что тебя гложет. Обещаю, дальше меня эта информация не уйдёт. — Люси внимательно смотрела на Эмилию. Неожиданно та сладко улыбнулась, положив руку девушке на щеку. — Я поверю во всё, что ты скажешь. — Я… — неуверенно начала Люси. Миссис Халп наклонилась чуть вперёд, чтобы лучше слышать. Глаза Хартфилии заслезились и она выпалила: — хочу жить.       Миссис Халп была готова услышать всё, что угодно, но… Слова девушки пронзили её сердце. Она смотрела в карие глаза и понимала: блондинка сейчас расскажет ей то, что ни один человек не знает. — Как только у меня что-то налаживается, жизнь поворачивается ко мне задницей. Влюбилась. Он оказался не тем, за кого себя выдавал. Простила. Врал, — по щекам Люси потекли слёзы, ей было нечем дышать, но слова лились из горла. — Начала всё сначала, опять влюбилась. Он тоже полюбил. А теперь… Он может умереть в любую минуту, а я здесь! — её растерянный взгляд бегал по комнате, пока миссис Халп с горечью и сожалением следила за гаммой эмоций на юном лице. — Мы больше не встретимся… Джуд.       Дальше Люси не смогла говорить. От стен отлетали её всхлипы и немые рыдания. Давно миссис Халп не видела настолько юного человека с таким багажом. Она слушала девушку с безэмоциональным лицом. Только глаза были готовы разрыдаться от волны боли, исходившей от это девочки. — Дорогая, — миссис Халп вытерла её слезы. Люси медленно осмотрелась, приходя в себя. — С этого дня в городе ты больше не одна, — Эмилия поджала губы. Она вернула привычный холод своему тону и виду:  — Моя мастерская отличается тем, что все ученики — члены моей семьи. Для них мои двери всегда открыты, — она погладила Люси по голове, растрепав её волосы. Миссис Халп увидела искреннюю улыбку на лице девушки. — Легче? — Немного. Я думала больше не заплачу. — О, поверь мне, за твою долгую жизнь поводов для слёз будет предостаточно. Особенно хороших.       Она улыбнулась, встала со своего места. Люси глубоко вздохнула. Она уже и забыла, как слёзы иногда помогают. Миссис Халп взяла из угла комнаты две гитары, подошла к девушке и протянула ей одну. Люси неуверенно взяла инструмент, удивлённо осмотрев мастера. — Я увидела некоторые твои зажимы, не позволяющие тебе нормально петь, — она пожала плечами. — Что ж, Люси. А теперь сыграй мне самую трагичную песню из всех, что ты когда-либо написала.       Люси осмотрелась. Текст она вспомнила сразу же. Девушка улыбнулась. В кончиках пальцев приятно заболело из-за металла. Блондинка легко провела пальцами по струнам. Комната тут же наполнилась музыкой.       Миссис Халп внимательно смотрела на девушку.

Stairs — Маленький

      Эмилия с интересом наблюдала за ребёнком, которому пришлось повзрослеть слишком рано. Она вслушивалась в текст и от осознания в горле вставал ком. Блондинка иногда фальшивила, стараясь сдержать слёзы.       Миссис Халп взяла гитару и иногда подыгрывала девушке. Приятная мелодия плыла дальше кабинета.       День Вайолет не задался с самого утра и она хотела как можно скорее оказаться в репетиционной, чтобы окунуться в излюбленную профессию. Она торопливо поглядывала на часы, когда вдруг услышала голос сестры. Она недовольно закатила глаза, однако…       Строчки песни заставили её остановиться, вслушаться. Блондинка прижалась к стене, её сосредоточенный взгляд бегал. Она настолько погрузилась в песню, что не заметила, как подошёл Майкл. Парень тоже узнал исполнительницу, шутливо помахал перед носом Вайолет, но вдруг решил послушать чуть дольше нескольких секунд…       Танцоры простояли вплоть до конца песни. Вайолет сдерживала слёзы. Казалось, песня была написанная про неё. Майкл полностью разделял её чувства. Богатые детки с самым обычным детством, в которое так хотелось вернуться…       Люси пела с закрытыми глазами. Она представляла маленький дом в России, куда приезжала крайне редко в детстве. Мама и дедушка, Дея…       Вокруг запахло травой и старыми игрушками, пирожками, которые Михаил готовил исключительно для своих любимых правнучек. Шум речки и всплески, которые на солнце казались бриллиантами. Как же хотелось туда вернуться.       Вскоре миновало три часа дня. Вайолет расслабленно лежала на лавке во дворе школы. Приятный запах глубокой осени бодрил, а ветер приятно обдувал её фигуру. Сидеть в тепле она совершенно не хотела. Блондинка смотрела в экран телефона. Вся её компания ещё была на занятиях, а до ланча был целый час. Блондинка убивала время, проверяя соцсети.       Внезапно раздался звонок. Она нахмурила тонкие брови, подняла трубку. — Да? — девушка быстро и грациозно села на лавке, кокетливо улыбнулась. — Конечно ждала, дорогой. Сегодня всё в силе? — она прикусила губу и томным шёпотом сказала: — если мы погуляем по белым тропинкам, буду хоть мартовским кроликом, — Вайолет рассмеялась. Она обернулась, улыбка тут же пропала с её лица и она добавила громче: — Тогда встретимся в классе. До связи.       Она бросила трубку, широко улыбнулась идущему к ней Джуду. Суровое лицо вдруг потеплело. Он подошёл к девушке, поцеловал её в макушку. Вайолет незаметно закатила глаза, но когда отец сел рядом, она улыбнулась ему, как ребёнок. — Почему ты здесь? — У меня к тебе просьба, — сразу сказал он. Джуд придирчиво осмотрел лицей, перевёл взгляд на ожидавшую Вайолет. — Когда-то и Нэрмон здесь учился. Помню он… — Папуль, время, — любезно напомнила Вайолет. Слушать очередную историю про дядюшку она совсем не хотела.       Джуд несколько раз кивнул, достал из внутреннего кармана пиджака чёрную карту и протянул дочери. Она удивлённо уставилась. Эту безлимитную красотку она хотела получить на протяжении нескольких лет. — Я не хочу конфликтов в нашем доме и, поскольку ты явно самая разумная, пожалуйста, — он с нажимом посмотрел на неё, — пойди на встречу своей сестре.       Вайолет оскорблённо глянула на него, недовольно поднялась, схватив свои вещи. Джуд крепко схватил её за руку, требовательно посмотрел в глаза дочери. — Я на много закрывал глаза, Вайолет. Ты же послушная девочка, да? — И что мне делать? — фыркнула она. — Кредитка твоя. Но! — строго перебил он, заметив победный блеск в её глазах. — Минимум ссор… — Меня тошнит от неё! — Значит не общайся, — Джуд поднялся, выпрямил спину. — Купишь ей подарок.       От возмущения у Вайолет перехватило дыхание. Мало того, что эта девка ворвалась в их жизнь, так она должна ей ещё что-то покупать?! Да с какой стати! — Я устал от ругани. Ты умная девочка. Теперь возвращайся к занятиям.       Джуд развернулся и ушел по-английски. Девушка чуть не рявкнула ему в спину. Она искренне не хотела понимать эту белобрысую стерву, а тут ещё… Бесит!       Хартфилия стремглав бежала в столовую. Она обежала все этажи, заглянула во все классы, даже с Тайлером смогла договориться! Если уж этот упёртый баран пошёл на уступок (конечно же попросив услугу за услугу), то всё должно пройти… идеально.       Как Люси и предполагала, в столовой яблоку некуда было упасть. Она нашла глазами Хэппи и Тэцу, подсела к ним, сдержанно улыбаясь. Хэппи многозначительно вскинул бровь, Люси прикрыла глаза в знак согласия. Тэцу недовольно фыркнул, но когда до него дошёл смысл этих переглядок, он возмущенно шепнул им: — Вы совсем идиоты? — Хэппи и Люси переглянулись, Тэцу хлопнул по столу, но от резкой боли быстро затряс рукой. — Всевозможные нарушения дисциплины… — Дорогой, расслабься и получай удовольствие, — усмехнулась Люси. Он уже хотел на неё закричать, как в столовую ворвались Клэр и Аннэт. Они с трудом сдерживали улыбки.       Вайолет вошла в столовую совершенно обессиленная. Она заметила Сюзи со своими дружками. Они, как и всегда, плотной кучкой сидели у окна. А вот компании Вайолет, как на зло, не было. Она старалась скрыть растерянности, ибо свободных мест уже не было. Сюзи заметила одиноко стоящую Сердоболию и гадко захихикала. — Вай! — раздался крик на всю столовую. Блондинка заметила сестру. Люси подняла руку, и подзывала Вайолет к себе. — Сколько тебя ждать? — Ты чего творишь?! — негодовал Хэппи. Аннэт и Клэр переглянулись.       Люси знала, что у всех с Вайолет напряженные отношения, но она настойчиво продолжала подзывать сестру. Та, накинув сумку на плечо, гордой походкой подошла к столику сестры. Люси убрала сумку рядом с собой, чтобы блондинка села. — Не думай… — начала Вайолет, но Люси её быстро перебила: — Это моё перманентное состояние, дорогуша. — Хэппи и Клэр рассмеялись. Люси посмотрела на часы, быстро набрала номер. — Ты готов?       Люси усмехнулась, повесила трубку. На немой вопрос Вайолет, девушка, хитро улыбаясь, ответила: — Покажу, как мы веселились в Японии. — Но… отец запретил тебе петь! — Вайолет откровенно не понимала сестру. — Я и не буду, — Люси наклонилась к ней и шепнула: — Я могу устроить взрыв одной спичкой.       Хартфилия подмигнула сестре. Внезапно гул в зале стих. Все услышали, как настраивается громкоговоритель для связи со студентами.

Градусы — Грязные стёкла

      Неожиданно вся школа наполнилась музыка. Люди удивлённо перекрикивались. Одна лишь Хартфилия довольно наблюдала за происходящим. Она в упор смотрела на столик танцоров. Несколько девушек неуверенно переглянулись. Одна всё же улыбнулась и поднялась на стол. Балерина принялась танцевать в такт песни.       Томми барабанил в закрытой студии. Люси объяснила, что ей нужно и теперь барабаны звучали по всей школе. Закрытая на ключ дверь обезопасили его на некоторое время.       Тайлер пел из будки связи. Он пел точно по тексту, написанному на вырванной из блокнота Люси страницы.       Хартфилия организовала всё на высшем уровне. В разных частях школы ребята играли на музыкальных инструментах точно по нотам и аккордам, оставленными девушкой. Любое нарушение дисциплины строго каралось, однако Люси позаботилась о том, чтобы разместить инструменты в тех кабинетах откуда есть запасной выход и двери запирались на ключ. Из громкоговорителей долбила музыка.       В столовой все балерины повскакивали на столы и танцевали выученные к зимнему выступлению танцы, который подозрительно хорошо подходили под ритм песни.       Вайолет с восхищением смотрела на этот балаган. Все танцевали, снимали на телефоны и веселились. Никто не слышал криков завуча и охраны. Все коридоры и классы наполнились этой песней, развязав ученикам руки.       План Хартфилии сработал безупречно. Пока пытались найти зачинщика, песня уже подойдёт к концу и ребята смогут избежать наказания. Она сидела совершенно спокойно, наблюдала за людьми, снимающими это всё.       В душе она искренне надеялась попасть в кадр хоть к кому-нибудь. По плану Люси, этот кто-то выложит данный балаган в интернет, а кто-нибудь из Бунтарей или её поклонников заметит знакомые светлые волосы. Джуд запретил ей связываться с ребятами, но даже у него не хватит влияния стереть все публикации. Хотя бы на одной она точно засветится.       Из этих мыслей её вывела Вайолет. Она вцепилась в руку Люси, восторженно рассматривая танцующих. Люси едва заметно улыбнулась.       Вайолет давно так не веселилась. Когда она поняла, что держит сестру за руку, она стыдливо отдёрнула ладонь и молча ушла. Хартфилии хватило тех нескольких секунд во время выступления, чтобы заметить заинтересованность Сердоболии.       Миссис Халп сразу догадалась, что виновниками данного балагана являются её ученики, вот только кто конкретно… В закрытых комнатах не было ни ребят, ни инструментов. Голос Тайлера узнали, конечно, но он пошёл в полный отказ, так и не выдав своего «нанимателя».       День был долгим, но приятным.       Хартфилия сразу поехала домой и, как только попала в комнату, рухнула спать. Она понимала, что её, скорее всего, ждёт наказание, но об этом блондинка решила подумать завтра.       Вайолет направилась в ближайший торговый центр. Подарок старшей сестре был куплен довольно быстро. Классическая чёрная кожаная сумка. Вместительная, удобная, стильная. Довольная собой, Сердоболия сел в машину и отправилась домой.       Проверяя почту, слушая музыку, даже болтая по телефону с подругой. Она никак не могла отделаться от мыслей о старшей сестре. То ли слова песни засели так глубоко в душе, то ли пустой взгляд во время всеобщего веселья. Сердоболия не могла понять эту девчонку. А может и не хотела.       Она приехала домой поздно вечером. В коридоре девушка встретила отца, демонстративно подняла пакет с сумкой и, под его одобрительные кивки, отправилась в комнату Люси. Та не заперла дверь и уже видела десятый сон.       Вайолет вошла тихо, как кошка, поставила пакет рядом с кроватью и, осмотрев её ещё раз, вышла из комнаты.       Утром Люси сильно удивилась, увидев красивый подарок. Разумеется, она сразу догадалась, кто являлся отправителем. Всё в стиле Вайолет: дорого, роскошно, но не вычурно.       Хартфилия любезно приняла подарок. Однако, её не покидала мысль, что сестрица задумала что-то неладное. подумать как следует она не успела, ибо вышеупомянутая ворвалась в её комнату, вбросила фразу о том, что через десять минут они должны быть внизу и исчезла из её комнаты так же быстро, как и появилась.       Блондинка торопливо собралась, накинула поверх формы джинсовку с китайским драконом и, прихватив подарок (наспех напичканный всем нужным и ненужным), Люси выбежала вниз.       Вайолет, по своему обыкновению, сидела в телефоне, попивая яблочный йогурт. Не только старшая дочь Джуда проспала завтрак. — А к чему вообще спешка? — наконец спросила Люси, пристёгивая ремень.       Вайолет закатила глаза, нашла что-то в телефоне и сунула блондинке под нос. Из небольшого сообщения в беседе лицея, Хартфилия поняла, что сегодня состоится общий поход в театр. А поскольку миссис Халп обожала всё, что связано с движением, она решила сводить детей в музей скульптур. Времени было предостаточно.       Сёстры отвернулись друг от друга. Вскоре машина остановилась у входа в школу. У школы стояло несколько автобусов. У каждой стоял куратор. Как только дочери дома Сердоболиев подъехали, их распределили в разные автобусы.       Хартфилия не могла не почувствовать на себе заинтересованно-высокомерные взгляды. Вайолет провожали с восхищёнными вздохами, оттого она, выходя из машины, выпрямляла спину, а едва заметная естественная улыбка превращалась в высокомерную гримасу.       Блондинка заметила в толпе Майкла. Он ухмыльнулся и отсалютовал ей двумя пальцами от лба. Люси кивнула и вошла в свой автобус.       Это была её первая экскурсия со сверстниками за всё время обучения. Нет, конечно, когда-то давно они хотели с Бунтарями поехать на экскурсию на фабрику ёлочных игрушек с классом, но парни накосячили, Грей попытался всё исправить… Всё закончилось отстранением от занятий на две недели. Девушка села на свободное место у окна. Воспоминания отобразились на лице тёплой улыбкой.       Раздался громкий смех где-то впереди. Девушка недовольно повела бровью. За то время, которое она здесь училась, Люси поняла, что лучше не связываться с этими детками. Хартфилия, заводящаяся с полуслова, решила, что будет сидеть тихо-мирно. Устроить словесную перепалку, перерастающую в драку она всегда успеет. Но разве ей это надо?       В автобус зашла невысокая женщина с огромной папкой в руках. Она воодушевлённо о чём-то говорила, пока ученики её открыто игнорировали. Водитель недовольно нажал на клаксон. Все замолчали. Женщина смущенно поблагодарила водителя и продолжила говорить. Автомобиль тронулся с места.       Люси прислушалась к монотонному рассказу той самой женщины. Она представилась экскурсоводом. Введя ребят в курс дела относительно выставки, женщина села на первый ряд кресел и принялась наблюдать за дорогой.       Поставленная на соседнее кресло сумка избавила Хартфилию от нежелательного соседа. В животе неприятно заурчало, когда парни с переднего сиденья начали шуршать чипсами. Она фыркнула и залезла рукой в сумку в поисках наушников. Внезапно её пальцы нащупали продолговатый предмет. С удивлением, она достала небольшую бутылку яблочного йогурта. Люси усмехнулась, вспомнив, что подобный пила Вайолет, сидя в машине.       Блондинка принялась «завтракать», написав в телефон заметку: «Поблагодарить В».       Хартфилия уже хотела надеть наушники, но её привлекли по особенному шумные парни. Они что-то бурно обсуждали и громко смеялись. Это раздражало Люси, но она старалась держать себя в руках и не вмешиваться. Девушка всматривалась в окно и пыталась разглядеть хоть что-то через сильный ливень. Сейчас она искренне жалела, что не надела водолазку и штаны.       На очередном светофоре автобус остановился. Этим воспользовалась та самая шумная компания парней. Люси стала невольной свидетельницей их диалога. На протяжении какого-то времени они упомянули какую-то Лилу. Блондинка приподнялась со своего места и догадалась, о ком шла речь.       Они оравой подлетели к неприметной читающей девочке. Она испуганно на них смотрела и тихо что-то лепетала. Парни гоготали, без разрешения трогали её вещи и волосы. Бедняжка боялась им ответить.       Люси внимательно осмотрела девушку. Она была прижата к окну крупным парнем, который периодично неприятно усмехался. Сердце Хартфилии сжалось. Люси отодвинула сумку и пролезла через сидение. Она не успела себя остановить. Через пару мгновений блондинка уже стояла за спиной самого крупного парня. — Ты свалишь? — Все одномоментно замолчали. Парень медленно повернулся к ней.       Девушка, сидевшая возле окна, боязливо смотрела то на разозлившегося парня, то на безэмоциональную Хартфилию. Люси с трудом сдерживалась. — Че вякнула? — Ты тупой? — он замахнулся на Люси, но девушка сделала шаг в сторону, перехватила руку и прижала её к сидению. Девушка пискнула. Хартфилия выделила каждое слово: — Место мне освободил. — Не долго в благородство играла. — Парни загоготали, но сцепиться с Люси не решились. Она мило улыбнулась. — Ну раз ты знаешь, какая я на самом деле, — она приблизилась к его напряжённому лицу, — неужели думаешь, я тебе член в бантик не завяжу?       Парень нервно сглотнул. Люси ухмыльнулась. Она наклонилась и что-то шепнула парню. Никто не услышал её слов, однако, лицо паренька, искривлённое ужасом, было весьма красноречиво.       Вся компашка быстро расселась на места. Люси спокойно подошла к своему месту, подхватила сумку и вернулась. Одного её взгляда хватило, чтобы парень уступил ей место рядом с девушкой.       Хартфилия села, положила ногу на ногу надела наушники. Девушка облегченно выдохнула и вернулась к чтению, изредка посматривая на свою спасительницу.       Дальнейшая дорога прошла в тишине и спокойствии. Люси закрыла глаза и вскоре задремала. Приятные переливы в наушниках уносили её куда-то далеко.       Вскоре её разбудила девушка с книжкой. Она легко тормошила Хартфилию за плечо. Люси недовольно открыла один глаз и уже хотел возмутиться, но когда заметила, что в автобусе почти никого не осталось, молча кивнула, сняла наушники и вышла.       Премерзкая погода. Неизвестная ей местность. Судя по недовольному шепоту ребят, они были далеко за городом. Моросил дождь, огромная толпа школьников стояла напротив музея и слушала восхищенный рассказ экскурсовода.       Люси отошла в сторону. Она поймала на себе долгий взгляд Майкла. Почему-то она чувствовала, что ничем хорошим это не кончится. Блондинка отвела взгляд. Он уже хотел к ней подойти, сопровождаемый ошарашенным взглядом Вайолет, но вдруг к Люси подбежала девушка из автобуса.       Запыхавшаяся, она вдруг выпрямилась и, стараясь не смотреть в холодные глаза Хартфилии, выдала: — Спасибо! — Да не… — Как я могу тебя отблагодарить? Деньги? Билеты на футбол? У меня папа… — она что-то быстро тараторила, пока Люси её осматривала. Вдруг, Хартфилия тихо сказала: — Телефон.       Девушка на несколько секунд замерла. Люси подошла ближе и тихо сказала: — Мне нужно позвонить, но…       Девушка мгновенно достала из кармана телефон и протянула Люси. Хартфилия удивлённо подняла брови, взяла телефон и благодарно кивнула. — Через пять минут он будет у тебя. — Девушка замахала руками. — Не торопись.       Люси улыбнулась ей, осмотрелась. Она вновь встретилась взглядом с Майклом. Она жестом указала ему на Вайолет и попросила её отвлечь. Тот лишь кивнул.       Девушка ухмыльнулась, отошла в сторону и набрала номер. Она взволнованно дергала рукой, взгляд бегал. Всего один звонок… Другого такого шанса могло не представиться.       Девушка изредка поглядывала на Люси. По мимике блондинки было понятно, что она говорит сама с собой, нежели ведёт диалог. Блондинка отняла телефон от уха, грустно улыбнулась. Подойдя к девушке, она сказала одну фразу: — Не взял.       Они понимающе кивнули друг другу. Вайолет так ничего и не заметила. Восхищённая речь была окончена. Ребят погнали в музей.       В его маленькой комнатушке всегда стоял приторный запах кофе. Покупать напитки в кофейнях — бесполезная трата денег. Именно так думал Расс, по этой причине в комнате стояли две банки самого дешёвого кофе, купленных на распродаже. В тумбочке всегда было несколько пачек сахара. В помойке лежали коробки из-под молока.       Сам же хозяин этого беспорядка сидел перед массивным компьютером и красными от бессонных ночей глазами снова и снова проверял списки с именами.       Внезапно в дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в комнату вошёл Лексус. Хмурый вид, растрёпанные волосы. Они обменялись презрительными взглядами, и Рейзер вернулся к работе. — За мной, — холодно бросил внук мастера.       Расс полностью его проигнорировал, открыв очередную папку на компьютере. Лексус недовольно цокнул языком, хлопнул по двери. — Дед тебя ждёт. Я не воспитатель, чтобы за тобой бегать и сопли подтирать. — Парни снова грозно посмотрели друг на друга. Дреяр кивнул в сторону выхода.       Расс демонстративно поднялся. Бунтарь пошёл в другую сторону. Просьба была доставлена, поэтому он не видел смысла сопровождать одного из смертников.       Когда Рейзер дошел до кабинета мастера, он вспомнил о телефоне, брошенном в спешке на кровать. Парень недовольный цокнул языком и открыл дверь в кабинет мастера.       Именно в этот момент на его телефон поступил звонок… На том конце провода его ждала девушка. Она переминалась с ноги на ногу, нервно теребя сумку в руках. Пока Рейзер получал наставления от Макарова, выслушивая грозный тон, Хартфилия пугливо оборачивалась, стоя под дождем.       Звонок прервался.       Макаров смерил парня тяжелым взглядом. Расс закатил глаза. За разговор мастер несколько раз повторил, что это задание ЛИЧНО от Михаила.       Парень уже развернулся чтобы уйти, как вдруг старик бросил ему небольшую цепочку. У Рейзера прекрасно развиты рефлексы, поэтому он ловко схватил медальон. Ошарашенный взгляд, сердцебиение участилось. Он вопросительно посмотрел на мастера. — Теперь понимаешь насколько это важно задание? — Но… — Свободен.       Он не успел ничего ответить. Именные жетоны, как правило, выдавали людям в отставке. Инвалиды, вышедшие на пенсию гильдийцы, супруги погибших. Такой жест мастера мог значить только то, что Расса исключили (пусти на время) из особого отряда.       Идя по коридору, он надел на шею жетон. Имя и фамилия, группа крови. Такая маленькая вещица, дарящая ему свободу…       Он старался скрыть лихорадочную улыбку. Жетон давал полную неприкосновенность и зарплату, за которую раньше человек мог умереть. Он был свободен… Единственный из особого отряда. Парень прекрасно знал, что в один день Макара заберёт жетон и отправить его на очередное задание. Но когда наступит этот день — неизвестно.       Когда он пришел в комнату, даже не заметил телефон. А ведь… Если бы он прямо сейчас набрал номер, то услышал бы голос этой девчонки. Но парень села за компьютер, а через несколько мгновений она отдала телефон владелице.       К её огромному счастью, экскурсия закончилась достаточно быстро. Вдалеке она видела и сестру и Майкла, но им так и не пришлось близко увидеться.       Если честно, Люси обожала искусства, но сегодня явно был перебор. Музей, театр, потом ещё какая-то лекция, которую, честно говоря, она уже не слушала.       Вскоре автобусы их забрали, ученики отправились в школу. Обратная дорога была тихой и спокойной. Парни, которые представили к девчонка, сидели смирно, вздрагивая каждый раз, когда безынтересный взгляд Хартфилии падал на них.       Автобусы остановились, и ученикам было объявлено, что они могут ехать домой. Радостные вскрики, суета, и вот через пять минут никого уже не было. Люси тяжело вздохнула и хотела набрать Люку, как вдруг её кто-то тронул за плечо. Она обернулась, удивлённо посмотрев на позвавшего. Почему-то именно его кошачья улыбка первой бросалось в глаза. Майкл поправил волосы и сказал: — Ты, я, ресторан? — Я, водитель, домой. — Не будь такой букой, — он, как ребёнок, надул губки. — Ты же обещала мне ужин. — Извини, дорогуша, — она пошла по тротуару. Майкл поплёлся за ней. — Сегодня на ужин брокколи, — она постаралась улыбнуться, представляя нелюбимые овощи на тарелке. — Обожаю. — Это, конечно, прекрасно, — он обогнал её, улыбнулся, перегородив дорогу. — Но я жуть как хочу лазанью. — У девушки вдруг заискрились глаза. Он хмыкнул, подав руку, — и полагаю, ты тоже этого хочешь. Почему бы нам просто не поужинать? — Люси вскинула бровь. — Исключительно как друзья. — Что ж, друг, — она специально голосом выделила последнее слово, — сегодня платишь ты. — Разумеется, — рассмеялся он.       И они бодрым шагом направились в ближайший ресторан, где продавали превосходную лазанью. Непринуждённая беседа, мягкие подколы и дружеские смешки. Она сразу поняла, когда парень попытался с ней флиртовать, но девушка быстро пресекла его попытки. Майкл лишь пожал плечами и продолжил их беседу, четко зафиксировав, что Люси Хартфилия — не больше, чем просто друг.       Да и, признаться честно, она была не в его вкусе. Но разве мог главный красавец балетного класса не пофлиртовать с такой звездой. Когда «официальная» часть, в которой он строил ей глазки, была завершена, Майкл с приятным удивлением отметил, что Люси отличный собеседник.       Они передразнивали друг друга, один раз даже подрались вилками за последний кусок лазаньи на его тарелке. Девушка искренне повеселилась, забыв на некоторое время о своих проблемах.       Кто бы мог подумать что именно в этот момент, как назло, мимо ресторанчика с витражными окнами пройдёт Вайолет. Она что-то тихо напевала себе под нос, представляя встречу с сестрой. Уж очень сильно ей хотелось увидеть намёк благодарности в её глазах за подарок. Зазвонил телефон и пришлось повернуться, чтобы достать его. Именно в этот момент голубые глаза мельком заглянули в небольшое кафе…       Внутри что-то надорвалось. Она тяжело задышала, в ушах зазвенело. Майкл и Люси сидели друг напротив друга и радостно что-то обсуждали. Ей вдруг стало так предательски противно. Звонок прервался. Поправив своё пальто, она быстро ушла. — Я думаю твоя сестрица будет не против, — Майкл ухмыльнулся и жестом позвал официанта. — Будьте добры ещё одну порцию с собой. — Как любезно с твоей стороны, — Люси довольно фыркнула, проводив официанта взглядом.       Ребята поболтали ещё несколько минут. Официант принёс упакованную порцию лазаньи, и они решили разойтись. На улице начался мелкий противный дождь, да и ветер был слишком сильный. Майкл резво вызвал такси. Парень галантно забрал у неё сумку и пакет с едой, предложил свой шарф, но Хартфилия любезно ему отказала. Пока они ждали машину, он пригласил девушку на свой день рождения. Сначала она отказалась, но его уговоры заставили Люси рассмеялась и пообещать прийти.       Машина подъехала, она отпустила язвительно шутку, забрала свои вещи и уехала домой. Машина плавно мычала сквозь город, пока пассажир на заднем сидении улыбался своим мыслям. Конечно, изначально он показался ей редкостным козлом. Теперь, после часа общения, Люси догадалась причину такого общения со всеми. Она увидела себя пару лет назад. Язвительность, прикрывающая добрые намерения. Может из этой скорости они сошлись?       Рейзер опомнился глубокой ночью. Глаза слипались, а телефон жалобно пищал, умоляя поставить его на зарядку.       Он что-то бурчал себе поднос, неосознанно вертя в руках подвеску. Он решил, что сегодня совершенно точно нужно поспать, поэтому выключил компьютер, подключил телефон к зарядке и положил его на небольшую тумбочку. Гаджет дал о себе знать тихим смс. Расс недовольно нахмурился, но всё-таки решил посмотреть кто ему написал.       Неизвестный номер, голосовое сообщение. — Какого черта? — проворчал он.       Парень терпеть не мог, когда кто-то отправлял голосовые. Иногда ему взломать компьютер было легче, чем всё настроить для прослушки одного сообщение.       Он ожидал чего угодно, но не её встревоженный торопливый голос. Сон как рукой сняло. После Расс ещё десятки раз переслушал её короткое голосовое сообщение:       Привет Рейзер. Это я. Он даже дышать перестал, вслушиваясь в её голос. Торопливый, взволнованный. Жива, здорова, не голодаю. Я… Не знаю, когда вернусь. Телефон взяла у прохожего. С этого места я уеду с минуты на минуту. Не ищи меня, ладно? У меня всё под контролем. Если… Тихая усмешка, на фоне шум машин. Мне понадобиться помощь — дам тебе знать. Никому об этом сообщении не рассказывай, ладно? Хорошо спи и питайся. Я в порядке. Люблю тебя. — Дура, — Рейзер уткнулся лицом в колени. Он тяжело дышал, по носу и щекам стекали слёзы. Волна облегчения смыла тяжёлые камни с его плеч. — Я понял… Всё понял. Только себя береги.       Он накрылся одеялом с головой. Давно холодная голова Рассела Рейзера так не кипела от эмоций.       Духота сменилась прохладным воздухом. Огромная толпа людей быстро рассасывалась: они уезжали на такси, встречались с любимыми после долгой разлуки и, сонно клюя носом, садились в машины своих родителей.       Драгнил стоял в тёплом пальто около здания аэропорта. В своих руках крепко сжимал небольшой коричневый дневник. Обшарпанный, углы листов погнулись, обложка в некоторых местах была прожжена сигаретами. Почему-то уже некоторое время он таскал его повсюду с собой. То ли его манило содержание, которое он так и не решился прочесть, то ли надеялся встретить его неугомонную хозяйку, которая сбежала, так и не удосужившись забрать этот дневник.       Он хмыкнул, вспомни, как девушка оберегала в своё время эту книжку. Она тогда только-только пришла в себя, каждый день был спокойным и размеренным.       Однако, тёплая ностальгия быстро исчезла из его головы. Он заметил выходящего из аэропорта отца, и быстро убрал дневник в карман. Игнил торопливо поправил крупный шарф, недовольно осмотрелся. — Терпеть не могу такую погоду, — ворчал он, подойдя к сыну. Нацу полностью проигнорировал отца. Тот недовольно на него покосился, но претензию высказать не успел. — За нами приедут? — Драгнил-старший кивнул.       Он быстро рассказал сыну план действий: вещи отправиться на отдельной машине домой к его бизнес партнёру. В доме они проживут около месяца, пока не будет заключена определённая сделка. Нацу не интересовался делами отца настолько, что даже не удосужился уточнить фамилию его партнёра. Он лишь знал, что в доме есть его ровесники и девочка помладше.       Игнил проверил телефон, и, когда увидел машину с нужным номером, дёрнул сына за рукав. Они быстро сели в автомобиль, водитель уточнил, что встречающего придётся захватить по дороге до особняка. Игнил попытался возмутиться, но Нацу был совершенно не настроен слушать возмущение отца, поэтому попросил сделать радио погромче. Играла приятная мелодия. Юношеский голос не затронул сердца Драгнила, но если бы он вслушался в текст, то удивился, насколько тот ему подходил. Окей, мы просто играем в жизнь, часто не понимая роль…       Драгнил и не представлял, что через десять минут он будет круглыми глазами смотреть на Нэрмона, а пазл в голове мгновенно сложится.       Пока же молодой человек незаинтересованно наблюдал за мелькающими улицами, медленно поглаживая шершавый дневник. Окей…