Одна ночь

Я вылезла из душа, обрадованная тем фактом, что я хотя бы частично вспомнила вчерашний вечер. Значит, она сестра Миши. Та, которая недавно вернулась из Лондона. Тогда какого фига она остановилась в гостинице? У нее что, своего дома нет? Или она не может пожить у родителей? Если ее мамаша опекает ее так же, как и ее брата, то странно, что ночью за ней не приехала карета и не увезла в их «дворец». К слову, моя сестра нашла себе очень выгодную партию. Нет, честно, многие девушки просто мечтают о таком женихе. А точнее, многие меркантильные девушки. Потому что Миша – наследник огромного состояния. Его родители – врачи, которые еще в конце девяностых открыли частную клинику, которую до сих пор никто закрыть не может. А все почему? Потому что отец Миши и, как выяснилось, Каролины, настоящее светило медицины, а точнее, он хирург-ортопед. Когда он только задумывался о частной практике, ему повезло оперировать сына одной государственной «шишки» — у парня были большие проблемы с ногами, он почти не мог самостоятельно передвигаться. После операции и длительной реабилитации мальчишка не только смог сам ходить, но и даже бегать. Стоит ли говорить, какую известность это принесло Герману Алексеевичу? И когда он основал свою клинику, то, само собой, ему помогли с депутатских верхов. Вот только Герман Алексеевич тогда не знал, что его талант распространяется лишь на врачебный кабинет. В бизнесе он полный профан. Тогда-то на помощь и пришла его жена. Она, напротив, врачом была сомнительным. Терапевт, который голову от задницы с трудом отличит. Зато есть коммерческая жилка и хватка, как у аллигатора. И сама она похожа на аллигатора, но не об этом речь. И вот уже много лет их частная клиника становится все популярнее, а их счета растут вместе с ее популярностью. И заведует всем этим Анжела Павловна. Честно говоря, мне даже немного жаль их отца семейства. Поскольку она верховодит не только на работе, но и дома. Бедный робкий Герман Алексеевич и слова иногда не может вставить, потому что его женушка контролирует буквально все. Мне кажется, он бы с радостью подал на развод, просто он ее боится. Так или иначе, все их несметные богатства унаследуют их детки. И их мамаша всегда в каждой потенциальной девушке видела угрозу их капиталу. Может, поэтому, Миша до двадцати шести оставался девственником. Но моя сестра быстро показала будущей свекрови, что не собирается упускать ее сына. И со временем мнение Наташи стало для Михаила первостепеннее. Моя сестра умная женщина, она умудряется создать видимость того, что Миша в их паре – ведущее звено, но на самом деле, именно Наташа – шея, которая крутит головой. По-моему, это гениально. Анжела Павловна недолюбливает мою сестру еще потому, что именно по ее совету Миша и бросил медицину. Он и учиться-то пошел на врача, только потому что его мать так сказала. А на самом деле он просто гениальный программист. Он знает о компьютерах все от и до. И когда он начал встречаться с Наташей, то моя сестра и вбила ему в голову, что заниматься нужно тем, что нравится. А если он не хочет быть медиком, то и врача из него хорошего не получится. И Миша забрал документы из института. Его мать даже месяца три с ним не разговаривала из-за этого. Но со временем свыклась с мыслью, что в медицине ее сын пустое место. К чести Миши, он вообще никак не относится к семейному капиталу. Ему просто на него плевать. Мне иногда кажется, что деньги волнуют только Анжелу Павловну, поскольку ее муж тоже поглощен работой, его вдохновляют сложные случаи, операции и возможность помочь людям, но никак не новая дорогая машина или очередная шуба жены. Он даже раз в неделю проводит бесплатные операции и консультации для тех, кто не в состоянии оплатить лечение самостоятельно. Я думаю, будь его воля, он бы и за бесплатно работал, если бы не опасался получить «втык» от жены. В любом случае, через пару недель должна состояться свадьба моей умной сестры и долговязого ботаника-богача. А мы породнимся с этой семьей к явному неудовольствию их королевы-матери. Осталось выяснить, на какой из сторон баррикад находится эта Каролина. — Ты — сестра Миши! – радостно воскликнула я, выйдя из душа и заматываясь на ходу в полотенце. — Эм-м-м… Я в курсе, но спасибо, что сказала, — ответила мне девушка, которая уже успела переодеться в гостиничный халат. — Я не напоминаю, — вздохнула я, закатив глаза. Ну что за несносная особа. – Я говорю, что немного в моей памяти прояснилось. Я вспомнила, что приняла тебя за стриптизершу. Кстати, извини за это, — улыбнулась я, решив начать наше общение на трезвую голову с более положительной ноты. — Ага. Надеюсь, я в своих трусах не найду купюры или, что еще хуже, мелочь. Если найду трусы, конечно, — ответила она, обводя взглядом комнату. – Не понимаю, где они могут быть. — А почему ты в гостиничном номере? Неужели Анжела Павловна не пускает тебя домой? Или ты тоже разочаровала их и не пошла учиться в мед? – я села на кровать, начиная вытирать мокрые волосы. — Я закончила мед с отличием и проходила практику в Лондоне, — заявила Каролина таким тоном, будто я оскорбила ее. — Ладно-ладно, я разве спорю, — подняла я ладони в знак капитуляции. — А в гостинице я потому, что в свою квартиру я смогу въехать только через неделю. У родителей жить я не хочу. Я люблю распоряжаться своей жизнью сама. — Сильно, — хмыкнула я. – А что с твоей квартирой? — А ты всегда такая любопытная? – Каролина сложила руки на груди и подняла бровь. Снова. — Не хочешь – не отвечай, — фыркнула я, — я просто поддерживаю беседу. Раз уж я не знаю, было ли у нас что-нибудь, то хотя бы о тебе я могу узнать побольше? Кстати, ты не выглядела удивленной, когда проснулась в одной постели с девушкой, — забросила я удочку. — Ты тоже. — Я не удивляюсь этому уже лет десять, — хихикнула я. — Ну, вот и я. И я не думаю, что у нас что-то было, — покачала она головой. Вот это сюрприз. Дочь кикиморы – лесбиянка? Серьезно? Интересно, а она осведомлена об этом? Вот бы увидеть ее лицо, когда она узнает, если она еще не в курсе. — Почему это? Ты не занимаешься сексом? – я растрепала свои волосы, чтобы они быстрее высохли. — М-м-м… Во-первых, я не занимаюсь сексом с незнакомцами, — начала загибать пальцы девушка, — во-вторых, у меня вроде как есть партнер, а я не склонна к изменам. А в-третьих… — она осмотрела меня как-то особенно критически и выдала заключение, — Ну, ты просто не в моем вкусе. Ничего личного. — Не в твоем вкусе? – честно признаться, это меня немного обидело. Нет, я не претендую на звание «Мисс Вселенная», но я очень даже мила. У меня красивое лицо, правильные черты, скульптурный нос, широкие четкие скулы, красивой формы достаточно полные губы. И у меня очень запоминающиеся глаза. В том плане, что они красивые. Взгляд, цвет, я не знаю. Но мне сотни раз делали комплименты о моих глазах. А маленький шрам от носа к верхней губе только придает моей внешности какой-то изысканности. И я, видите ли, не в ее вкусе. — Ну да. Ты такая… — она помахала руками в воздухе. – А мне нравятся… ну, такие… — она продолжала махать руками, а я окончательно запуталась. — Такая – это какая? — Ну… — она горестно вздохнула. – Давай просто закроем эту тему. Или тебе так не понравилось то, что ты не в моем вкусе? Ладно, ты в моем вкусе, ты великолепна. Так лучше? — Нет! – возмутилась я. – Такие подачки мне не нужны. ТЫ сказала, что я не в твоем вкусе, будто со мной что-то не так. Вот я и спросила, какие тогда в твоем вкусе? — Боже… Извини, если это тебя обидело. Мне просто нравятся… другие. Более… спокойные, что ли. Более нормальные. Я не знаю. — Нормальные… — повторила я, будто пробуя это слово на вкус. – И спокойные. Занудные, то есть. Ага. Ясненько. Да, ты права, вряд ли у нас что-то могло быть. Ну, что ж. Я переоденусь и освобожу твой номер, чтобы ты смогла остаться в своей спокойной и нормальной обстановке. — Кира, я не имела в виду… — начала бормотать девушка, но я уже снова скрылась в ванной комнате со своими вещами, чтобы переодеться и поскорее сбежать от этой высокомерной сучки. — Теперь ясно, насколько она милая, — бурчала я себе под нос, надевая майку. – Очень милая. Очень.