Одна ночь

Когда я закрывала за собой дверь гостиничного номера, в котором оказалась по непонятным для меня причинам, Каролина все еще пыталась что-то мне сказать, наверное, извиниться за намек, что я ненормальная. Но моя гордость летела впереди меня, и я даже не стала слушать ее объяснения. Просто хлопнула дверью и быстрыми шагами направилась к лифтам. Спустившись на первый этаж, я нос к носу столкнулась с… Мишей. Парень был так увлечен перепиской в телефоне, что заметил меня, только когда задел плечом. — Изви… Кира?! – глаза Михаила стали размером с его линзы в очках. – А что ты здесь делаешь? — Оу… — пробормотала я. Никак не ожидала встретить знакомых в столь ранний час. Когда я еще не сообразила и не вспомнила, что же вчера произошло. – Привет, Миш. Я… Ну… Хожу тут… У меня были дела. А ты что здесь забыл? — Я к Каро, — пролепетал парень, делая ударение на второй слог, и оглядел меня с ног до головы. Да, я была умытая, но все еще в платье и с мешками под глазами от явно бессонной ночи. — К-куда? – наморщилась я, пытаясь включить свой мозг на полную мощность. — К Каро. К Каролине. Это моя сестра. Вы вчера должны были познакомиться. У нас обед у мамы с папой, я за ней должен был заехать. Правда, я звонил ей все утро, а она не отвечала. Может, телефон сел или еще что. Так… что ты тут делаешь? В… платье… — Ой, Михаэль, — заговорщическим тоном начала я, приобняв парня за плечо. – Знаешь, как говорят, у женщин свои секреты, — подмигнула я ему и развернулась. – Привет сестренке. Я поеду тогда к своей сестре – твоей невесте. Как она, кстати, не болеет с похмелья? Бодра и весела? — Она вернулась часа в три ночи, причем абсолютно трезвая. В отличие от вашей мамы. Они приехали вместе. Инга Алексеевна была в шляпе с резиновым членом, и я не уверен, что хочу знать, что было на вашем девичнике, — улыбнулся белозубой улыбкой Михаил. — О, Боже. Тогда я не поеду к вам, — простонала я. Я была не готова выяснять подробности своих приключений при маме. — Нет, Инга Алексеевна уже уехала. Ее забрал ее… жених, — выдавил Миша и прокашлялся. Ему все еще трудно было принять тот факт, что мамин будущий муж был на десять лет младше ее. Но все мамины мужья были ее младше. И от всех уходила она. И все умоляли ее вернуться. Не знаю, как ей это удается, но факт остается фактом. — О, тогда ладно. Поймаю такси и через полчаса буду уже у вас, надеюсь, ваш холодильник не пустой, — хихикнула я, делая шаг к выходу. — Наташа тебя накормит, я уверен, так что приятного аппетита. — Пока, — радостно помахала я рукой, и поспешила направиться к дверям. — Кир, — окликнул меня Миша снова. — М? – я повернулась, надеясь, что он не задаст самый очевидный вопрос. — Ты у Каро была? — Эм-м-м… Да нет, я… — тут, на мое счастье, зазвонил телефон, и я, сделав серьезное выражение лица, посмотрела на Мишу, — прости, это по работе. Очень, очень важный звонок. Скороговоркой выдав последнюю фразу, я поскакала к дверям, чтобы уйти от допроса, на ходу отвечая на звонок телефона: — Натали, мечи на стол все, что есть, я скоро буду! *** Заехав по дороге домой и переодевшись, а также проигнорировав мамин звонок, я отправилась на квартиру к сестре. Ехала я с одной-единственной мыслью, а точнее, с двумя – это подкрепиться и выяснить хоть какие-нибудь подробности о вчерашнем вечере. О том, что я проснулась с сестрой ее жениха, я решила пока не рассказывать, дабы не волновать невесту. У нее и так причин для волнения найдется еще множество. Из-за меня в том числе, к чему сейчас все усугублять? Поэтому, практически ворвавшись к ней в квартиру, я тут же пролетела в кухню и уселась на высокий барный стул. Мне очень нравилась квартира, в которой уже не первый год жили Наташа с Мишей. Вообще, она досталась нам от бабушки с дедушкой — хорошая просторная трехкомнатная квартира. Мы даже как-то жили в ней около полугода вместе с Наташей, но потом я съехала к девушке, потом съехала от девушки, уже в съемную квартиру, потом оформила ипотеку, в общем, в эту локацию я так и не вернулась. Но Наташа, как самая честная, выплатила мне половину стоимости за нее, так как наследницами мы были обе, и сама осталась в ней жить. И перевезла туда Мишу. Я не возражала. Выплаченной суммы мне хватило, чтобы оплатить почти половину своей двушки, а остальное я выплачиваю до сих пор. Но моя квартира мне нравится все равно больше, хотя и Наташину я тоже люблю. Она обставила ее очень красиво, со вкусом, не как я – стол, стул, диван, кровать и телевизор – больше мне ничего и не нужно. В кухне был «островок» с барной стойкой, которая была и столом, гарнитур под темное дерево, матовая мраморная поверхность столешниц, варочная панель, посудомойка, встроенная в шкаф… В общем, все прелести технологий и стиля. Я оперлась руками о стойку и заговорила: — Расскажи, как тебе девичник? Тебе все понравилось? — Подожди, — усмехнулась Наташа, зная мою способность заговорить любого, — сначала объясни мне, что ты делала в отеле сегодня утром? В том, где остановилась Каролина? – Наташа разбила на сковороде два яйца, предварительно перевернув бекон. — В отеле? – я нахмурилась, делая вид, что не понимаю, о чем она. – А, в оте-е-еле. — Да-да, в отеле. С Каролиной. — Миша уже доложил, да? – покачала я головой. — Не доложил, а поделился. Так что ты там делала? — У меня там была… встреча. И я не знала, что в этом отеле живет Каролина, — пожала я плечами, начиная теребить в руках баночку с зубочистками. — У тебя была встреча со вчерашней ночи? – подняла бровь Наташа, повернув ко мне голову. – В платье? — Господи, он настучал даже о том, в чем я была?! — Кира, — голос Наташи приобрел предупредительные нотки, — что ты делала в том отеле? — Да ничего я не делала. Поехала домой оттуда. Все, конец истории. Кстати, твой Миша такой же говнюк, как и его сестра. Я не успела доехать еще до тебя, а он уже разболтал, растрезвонил обо всем. — Чем, интересно, тебе не угодила его сестра? – усмехнулась Наташа, выключая плиту. – Вчера вы с ней были не разлей вода. — Действительно? – подняла я бровь. – На самом деле… — я горестно вздохнула, — я ни черта не помню. Вообще. — Ох-хо-хо, — засмеялась Наташа, накладывая яичницу в широкую белую тарелку. – Кто-то перебрал, да, вчера? Ты в мать пошла, Кирюха. — Я слышала о том, что она тоже вчера отличилась. Твой Миша рассказал, кстати. У него вообще ничего не держится, да? Все рассказывает, — я уже глазами пожирала ароматный завтрак, который вот-вот должен был оказаться у меня перед носом. — Да, пришлось ее увезти вчера. Она перебрала в последнем конкурсе. Пьяные шашки или что-то такое, — Наташа поставила тарелку передо мной и положила рядом вилку и нож. – Кофе? — Угу, пошалушта, — пробормотала я, уже впиваясь зубами в яичницу. — А вы во сколько закончили? Когда мы с мамой уезжали, ты и Каролина пили со стриптизёршей в подсобке. — Серьезно?! – я чуть не подавилась беконом и закашлялась. — Ага, я и тебя хотела забрать, но они сказали, что довезут тебя до дома. — Кто «они»? — не поняла я. — Ну… Каролина. И стриптизерша. Кстати, — Наташа треснула меня по плечу, — я же просила! Никакого стриптиза! — Эй! – я потерла ушибленное место. – Ты говорила про стриптизерОВ, а не про стриптизеРШ. Я решила, точнее, мы с мамой решили, что на женщин это не распространяется. Хотя я все равно ничего не помню, но, надеюсь, она танцевала неплохо. — Так неплохо, что трое моих подруг потом полезли на шест, чтобы она научила их паре трюков. — О, так это же круто! – ответила я, делая глоток свежесваренного крепкого кофе. — Ага, одна из них позвонила утром, сказала, что у нее растяжение и она сидит в «травме», — цокнув языком, сказала Наташа. — О, а это не круто. — Вот именно. Так чем закончился ваш вечер? И… — Наташа подняла руку прежде, чем я что-то сказала, — без твоих шуточек. Мне нужна правда. Черт. Когда Наташа говорит так, я совершенно теряю способность улизнуть от ответа или соврать. Она будто видит меня насквозь. Поэтому, отодвинув тарелку и сделав еще пару глотков, я вздохнула и сказала: — Я, честно, не помню, что вчера было. Вообще. Помню, как приняла Каролину за стриптизершу, а потом… Провал. — И ты не проводила с ней ночь? – продолжила меня допрашивать Наташа. — Ну… Я… Тебе не понравится мой ответ, – опустила я глаза. — Кира! – Наташа всплеснула руками. – Ты серьезно?! Опять?! — Нет-нет-нет! — начала я ее уверять. – Тут совершенно другая история! Я, наверное, должна пояснить это Наташино «опять». Дело в том, что я немного приврала, сказав, что мои ночи с незнакомцами закончились, когда мне было двадцать три. Если честно признаться, они иногда бывали и после. И об одной такой ночи Наташа до сих пор вспоминает с содроганием. Это был обычный августовский вечер прошлого года. Я пошла в бар с друзьями, а проснулась в постели какой-то девушки. Мы утром познакомились с ней еще раз и даже неплохо разошлись, но… Через месяц я пошла с Наташей на свадьбу ее подруги. Миши в городе не было, и она потащила с собой меня. И, угадайте, у кого была свадьба? Конечно, у этой девушки. Там был такой скандал. Она увидела меня, подумала, что я хочу украсть ее у жениха и все такое, но… Основная проблема была в том, что девушка хотела, чтобы я ее украла. Она говорила, что не может забыть ту нашу ночь, что поняла, чего ей не хватало все это время, что из-за того, что она напилась, она, наконец, поняла, кто она на самом деле. А теперь представьте лицо жениха и еще пятидесяти гостей, когда невеста все это говорит в микрофон и смотрит на меня. А потом срывает с себя фату и бежит ко мне. Как меня там не побили – я не понимаю до сих пор. Кстати, эта девушка так и не вышла замуж. Со мной, конечно, у нее тоже не вышло, но она вроде как разобралась в себе. Но после этого Наташа взяла с меня обещание, что я не буду спать с кем попало. И до вчерашнего вечера мне удавалось сдерживать свое обещание. Ну, практически. — Она лесбиянка, понимаешь, — сказала я, почему-то надеясь, что Наташу это успокоит. – Весьма высокомерная и наглая, но лесбиянка. Так что я не «разворовала колыбель». Ну, ты понимаешь. — Нет! Не понимаю! И как это должно выглядеть по-твоему? Я собираюсь выйти за Мишу, а ты спишь с его сестрой! – продолжала возмущаться Наташа. — И… что? Я не вижу в этом проблемы… Только если ты сама не хотела с ней переспать. — Кира! Это не смешно! — Ну, немножечко все-таки смешно, — улыбнулась я. – И, кстати, мы не спали в том смысле, о котором ты подумала. Ну, вроде как. Мы были почти одеты и ни одна из нас ничего не помнит. Мы были слишком пьяны, чтобы что-то сделать, я думаю. Так что я просто переночевала у нее, — пожала я плечами и отправила в рот печеньку. — А Миша знает? А ее семья? Мне он ничего не говорил об этом… Что она лесбиянка, в смысле. — Вот этого я не знаю. Она, вообще, скажу я тебе, совсем не милая. Она высокомерная, грубая и… все такое. Сказала, что я не в ее вкусе. Что ей нравятся «нормальные». Нет, ты представляешь? — И тебя это, очевидно, задело? – усмехнулась Наташа, видимо, успокоившись из-за того, что мы с Каролиной все же вроде бы не спали. — Конечно, задело! Я же лапочка! — Лапочка. Ага, — усмехнулась Наташа, вставая и убирая за мной тарелку. — Только, пожалуйста, маме – ни слова. Она будет смеяться надо мной еще года два, — предупредила я сестру. — Да, конечно, как скажешь, — кивнула Наташа, но я поняла, что как только я выйду из ее дома, она тут же позвонит маме. И еще полчаса они будут смеяться надо мной по телефону.