Пепел разбитых звёзд - 3. Лилии не стоили цены

Над планетой, куда приземлился звездолёт Ролана — «Дикая орхидея» — шёл дождь. Эйлерт первым спустился по трапу и не сразу поверил, что в самом деле ощущает прохладные крупные капли на коже. Эйлерт не помнил, когда чувствовал дождь в последний раз. Он замер, запрокинув голову назад и позволяя дождинкам стекать по щекам. Приоткрыл рот, ловя губами, и тут же обнаружил, что Ролан рванул его вбок с такой силой, что стукнули зубы. — Что ты делаешь? — прошипел тот. Эйлерт в недоумении воззрился на него. — Отравишься! Ты знаешь, сколько в атмосфере бензонных паров? — Я, конечно, не эколог, — с сомнением произнёс Эйлерт, — но насколько помню географию Кадмуса, в облаках здесь всё-таки преобладает H₂O. Ролан поморщился. — Так было, пока в городе было мало личного транспорта, а общественный ходил на антигравитационных подушках. После революции большинство предпочитает иметь собственные аэромобили. А бензон дешевле того же фотона в десятки раз. Эйлерт моргнул, недоумение всё ещё владело им. — Не понимаю, — сказал он. — Но ты же осознаёшь, что это вредно для людей? Я имею в виду, бензонные пары в облаках. — Да, осознаю. Но это их выбор, и не мне им мешать. — Но ты можешь издать закон и запретить использовать бензон. Тем более что его производят не у нас, а в Иртхане, а если у нас не будут покупать фотон, то у Гесории не останется денег ни на что… — Начнём с того, — перебил его Ролан, — что я не могу издать закон. Закон может издать только Парламент, утвердив его большинством голосов. Эйлерт закатил глаза. — Ты шутишь? Ты не можешь обеспечить себе голоса? Зачем вообще тогда было затевать переворот? — Я не знаю, могу я обеспечить себе голоса или нет. Но я не хочу обманом заставлять людей голосовать за то, чего они не хотят. Потому и устраивал переворот. — А ты не пробовал предложить им проголосовать за бензонный дождь? — Бензонный дождь — явление природы. Парламент не регулирует его. — Мда… Эйлерт замолк. — Идём, — сказал ему Ролан, — машина уже ждёт. Они миновали зону досмотра — Эйлерта уже не удивлял тот факт, что кругом почти нет ни охраны, ни людей, зато на каждом углу красуется реклама «Мелберг-корп». — Ты женился на ней? — спросил Эйлерт, когда они садились в авто. — Что? — вскинулся Ролан. — На ком? — На Луане… На ком ещё. Эйлерт не стал говорить о том, что на эту мысль его навело то, сколько раз он прочитал на рекламных постерах фамилию Мелберг за несколько последних минут — эта семья явно находилась в чести. А значит, Ролан, видимо, не только женился на ней, но и по-прежнему любил. Эйлерт почему-то не сомневался, что для того, кого любит, он сделает всё — даже забудет про закон. — Она замужем за Ирвином уже много лет, — сказал Ролан и отвернулся к окну. Эйлерт поднял бровь. — Ирвин что… жив? Ролан не ответил, и тогда после долгого молчания Эйлерт задал другой вопрос: — Ты всё ещё любишь её? Ролан поморщился. — Конечно нет — и никогда не любил. Я любил… — он бросил на Эйлерта быстрый взгляд и замолк. Эйлерт сделал вид, что не заметил последних слов. Слишком просто было бы признаться в ответ сейчас, когда он полностью зависел от Ролана. И когда не знал толком, что тот представляет из себя по прошествии стольких лет. — И никогда не был женат? — только и спросил Эйлерт. Ролан покачал головой. Разговор снова на какое-то время угас, а потом Эйлерт произнес: — Мне хотелось бы пройтись по городу. Купить кое-что из личных вещей. Ты не отпустишь меня? Ролан вскинулся и внимательно посмотрел на него. Две мысли почти одновременно возникли у него в голове. Первая заключалась в том, что Эйлерт замыслил побег. Вторая — в том, что его могут арестовать. — Я не могу всё время сидеть взаперти, Ролан, — сказал Эйлерт, заметив, что тот колеблется, — я просто сойду с ума. — Тогда сначала нам придётся заехать ещё кое-куда, — Ролан поднёс руку к сенсорной панели и сменил маршрут. Аэрокар плавно ушёл с трассы, и через несколько минут они остановились у какого-то дома, на витрине которого красовались наручники и плеть. Брови Эйлерта поползли вверх. — Я уже говорил, что добровольное рабство практикуется, — напомнил Ролан, открывая для него дверь. — Моё было очень добровольным, — заметил тот, но внутрь вошёл. Они подошли к прилавку, за которым стоял неряшливого вида мужчина в серой футболке — видимо, продавец. Он молча кивнул посетителям и отложил в сторону журнал, который до того листал. — Нам нужен цифровой манжет, — сказал Ролан. Мужчина с любопытством оглядел Эйлерта — тот одел один из пиджаков, купленных перед вылетом, поверх футболки и джинсов. Полный парад, учитывая внешний вид этих городов, казался ему неуместным. Тем более что и Ролан все последние дни ходил не в запомнившихся Эйлерту со студенческих лет аристократических костюмах, а в обычных, принятых среди горожан чёрных джинсах и футболках, поверх которых на улицу надевал просторный чёрный плащ. Эйлерт ещё отметил про себя, что под таким хорошо прятать автомат. — Хорошо обращаешься с рабом, — заметил продавец, забираясь куда-то под прилавок в поисках нужного товара. Эйлерт вздрогнул, услышав подобное определение в отношении себя и обращение, сформулированное так, как будто он представлял собой неодушевлённый предмет. Прищурился, намереваясь ответить, но Ролан обжёг его таким взглядом, что Эйлерт решил промолчать. — Мне так нравится, — только сказал он. А потом, не сводя взгляда с Эйлерта, добавил: — Дорогой камень требует хорошей оправы. Эйлерт почувствовал, как на последних словах по спине пробежало тепло, а в следующее мгновение на прилавок лёг браслет с электронным датчиком, и рядом с ним — небольшой пульт. Ролан взял его в руки и осмотрел со всех сторон. — Какая у него дистанция? — спросил он. — Двести метров. Эйлерт удивлённо посмотрел на него, начиная понимать. — А что за пределами двухсот метров? — спросил он, но Ролан не ответил. — Нам нужно больше, — сказал он, обращаясь к продавцу, — не знаю, тридцать километров, может быть. Продавец усмехнулся. — Если ты его отпускаешь на тридцать километров, то зачем браслет? Никогда не встречал таких. — Насколько есть? — Пять тысяч метров, может быть. — Давай такой. — Настройки показать? — спросил продавец, доставая другой браслет. — Вот это воспитательный импульс, а вот тут… Ролан качнул головой. — Разберусь. Он положил на прилавок несколько купюр и, взяв Эйлерта под локоть, поспешил вывести на улицу — Ролана не оставляло чувство, что ещё через несколько секунд тот взорвётся без всяких импульсов. Взяв Эйлерта за руку, он защёлкнул на его запястье браслет. Эйлерт тупо следил за его действиями, не пытаясь сопротивляться. Только когда они вернулись в машину, спросил: — А чипа тебе было мало? Его тоже можно тут купить? — Эйлерт, перестань. Я бы никогда не поставил тебе чип. — Значит, они продаются, так? — Да. Эйлерт помолчал, обдумывая эту информацию. Закрытая технология, которая позволяла успешно провести любой допрос… в открытом доступе. Вот так легко. — А браслет затем, — сказал Ролан, вырывая его из раздумий, — что на нём высветится имя владельца, и если тебя остановит полиция, то ты скажешь, что принадлежишь мне. Иначе если твоё имя где-то всплывёт… — Догадываюсь, — обрезал Эйлерт и потёр запястье свободной рукой. Ему казалось, что-то зудит, хотя такого быть и не могло. Ролан не стал говорить, что вторая причина покупки браслета — возможный побег. Но Эйлерт сам подарил свой вопрос: — А если я окажусь на расстоянии сорока одного километра от тебя? — Активируется электрический разряд, который обездвижит тебя. Эйлерт кивнул, принимая этот факт. — На этом всё? — спросил он. — Я могу идти? — Да, только денег у тебя нет. Ролан достал бумажник и отсчитал ему несколько купюр. — Кредитку дать не могу. Если тебе потребуется что-то крупное — скажи мне. Эйлерт кивнул. Он надеялся, что этих денег хватит хотя бы на самый дешевый пистолет. Ролан остановил машину, и, выпрыгнув на тротуар, Эйлерт отправился изучать дивный новый мир, в который его занесло. Город, казалось, целиком состоял из прямоугольных зданий, сложенных из бетонных плит. Светящиеся сотнями окон, они походили на муравейники, и как две капли воды — один на другой. Небо продолжало хмуриться, и Эйлерт хотел было зайти и купить зонт, но решил обождать, пока не получится получить на руки оружие. Это было важней. Очень скоро он порадовался своей предусмотрительности, потому что на пистолет ему хватило в обрез — его продал Эйлерту странный человек в таком же, как у Ролана, широком плаще, под которым прятался целый набор. Эйлерт купил бы ещё и кастет — но денег уже не было, а грабить торговца оружием он не рискнул. Перезарядив оружие и спрятав за полу пиджака, Эйлерт сразу же почувствовал себя на порядок увереннее. Даже браслет смущал его теперь гораздо меньше. Оставалось ещё одно место, куда следовало заглянуть. В каждом припортовом городе у стражи было явочное место — обычно какой-нибудь бар. На Кадмусе таким служила пивная, находившаяся от космопорта в двух десятках шагов. Эйлерт, правда, опасался, что там его могут узнать, но ему не оставалось ничего другого, кроме как рискнуть. В баре ожидаемо царил полумрак. Экран на стене транслировал бой без правил. Эйлерт поёжился и, не оглядываясь туда, подошел к стойке. — Лунный бриз, — попросил он. По этому заказу его должны были узнать. На мгновение ему показалось, что бармен посмотрел куда-то мимо него и кивнул, а затем наполнил стакан. Он молчал, хотя должен был уточнить: «Лимон или лайм?» Эйлерт не слишком расстроился. Это была только первая попытка. Неторопливо опустошив высокий стакан, он попросил сигарету. Выкурил — эта привычка появилась у него, пока он торчал у Чокера. Трудно было ждать своей очереди и не делать ничего — и двинулся к выходу. Едва дверь закрылась за его спиной, две пары сильных рук вывернули ему локти и потащили куда-то. Эйлерт заехал одному в колено ногой, тот вскрикнул и выпустил его руку. Эйлерт попытался нанести ещё один удар, но второй оказался наготове — и к тому же заметно крупней. Он быстро взял Эйлерта в захват и сдавил сонную артерию, но потерять сознание Эйлерт не успел. — Отпустить! — рявкнули командным голосом совсем близко. Рука противника на горле ослабла, и, отлетев на пару шагов, чтобы выиграть пространство для контратаки, Эйлерт увидел две фигуры в чёрных плащах — одна стояла в полный рост, удерживая другую за вывернутое запястье. Ролан. Эйлерт испустил облегчённый вздох, но на всякий случай нащупал пистолет. Второй был лыс и широкоплеч, хотя и худ. Лицо его исказила гримаса боли. — Я сказал — отпустить, — повторил Ролан, — Ролан фон Крауз, — он свободной рукой извлёк из кармана какое-то удостоверение и продемонстрировал обоим, — этот парень — мой. — Не вопрос! — второй демонстративно поднял руки. — У нас приказ, только и всего. Ролан кивнул и, всё ещё не спуская взгляда с нападавшего, отошёл к Эйлерту. — Всё в порядке? — Бесподобно, — зло сказал тот. — Пойдём. Машина за углом. Уже в машине Эйлерт опустил взгляд на браслет. — Ты за мной следил, — констатировал он. — Нет. Я тебя искал. И вовремя нашёл.