Sincerely, me

То, чего двое не говорят друг другу, связывает их сильнее, чем откровенность. Ч.Паланик "Обреченные"

На удивление, я проснулась очень рано, когда солнце лишь касалось горизонта. Я определенно перебрала вчера с выпивкой, потому что совершенно ничего не помню, да и чувствую себя довольно скверно. Слава богу, сегодня суббота, и в школу мне торопиться не приходится. Последнее время я стала очень нервничать по поводу поступления в Cushing академию, ведь шансов у меня действительно мало. Но я старательно отбрасываю эти мысли на дальнюю полку, дабы не мучаться. Зейн обещал помочь мне, так что я рассчитывала на его «чуйку». Может быть, я и имею некоторые проблемы с алкоголем, но это не значит, что я совсем не помню вчерашних событий. Джексон действительно пытался меня изнасиловать, а Гарри и в правду поцеловал меня. Меня сводили с ума мысли о Джексоне, разве я заслуживаю такое отношение? Он кретин, и я больше не способна оправдывать его перед самой собой, его попытки разрушить наши дружеские отношения увенчались успехом. Я лежала посередине кровати, раскидав ноги и руки в разные стороны, наслаждаясь прохладой простыни. Мои мысли разрушил телефонный звонок. Я потянулась за телефоном и, не удосужившись посмотреть номер звонящего, ответила: — Да? — я попыталась сделать свой голос как можно более «не сонным», но, кажется, у меня не вышло. — Доброе утро, мисс Кляйн, — послышался голос консьержа. — Надеюсь, я Вас не разбудил. — Нет, нет, — соврала я, потирая глаза. — Ночью к вам пришла посылка, я оставил её у вас под дверью, — теперь понятно, зачем ты звонишь мне. — Доброго дня! — И Вам, — на этом наш разговор оборвался, и я, спохватившись, помчалась к двери. Если это снова подарки от Зейна, то я сожгу их прямо перед его глазами. Так они меня достали. Неужели ему кажется, что оставлять подарки под дверью — очень романтично? Открыв дверь, я заприметила очередную коробку, упакованную так же, как было упаковано колье. «Эх, Зейн», — пронеслось у меня в голове, когда я поднимала коробку. Зайдя в квартиру, я упала на диван, разворачивая милую упаковочную бумагу с кроликами. Внутри лежала обычная крафтовая коробка от обуви с чёрными буквами «Nike». Так, это уже интересно. Я молниеносно оторвала крышку от коробки, развернув белую хрустящую бумажку, увидела белые кроссовки с красной галочкой в стиле «Фореста Гампа». Я устремила взгляд на такую же пару обуви в углу комнаты, выглядели они чудовищно, особенно после вчерашнего вечера. Хотя, по какой-то причине там лежал лишь один кроссовок, что не могло не смутить меня. Сразу же вспомнила о том, что вытворяла в машине Стайлса. Затем мне на глаза попался небольшой белый конверт. Раскрыв его, я увидела обычный белый лист, на котором аккуратным, каллиграфическим почерком были выведены слова: «Береги эту пару, Белла Мари Sincerely, Harry».        Черт возьми, эти подарки были от Гарри. Я схватила колье, лежащее на столе, и внимательно рассмотрела предмет. На застежке цепочки аккуратным почерком были выведены заветные буквы «Cartier». Мое лицо вспыхнуло. Неужели он действительно тратит такие баснословные деньги на эти нелепые подарки? Зачем ему дарить их МНЕ? Его бессовестные, яростные проделки заставили меня усомниться в его человечности. Признаюсь, я вообще сомневаюсь, что Гарри человек. Неожиданно ко мне подступили слезы, и я со всей силы кинула коробку с колье в стену, оставляя в ней небольшую вмятину. Упав на колени, я попыталась заглушить слезы, но у меня никак не выходило. Я сама не понимаю, от чего плачу. Не могу разобраться в наших отношениях, то он пытается меня задушить и убить в моей же квартире, то целует и дарит дорогущие подарки. Мне хочется задушить его так же, как он сделал в первый день нашего знакомства. Злость и грусть смешались огромным водоворотом внутри меня, вызывая самые разнообразные чувства.

***

Мои попытки привести себя в порядок увенчались успехом, и через двадцать минут я выглядела гораздо лучше. Я не знаю, в какую игру играет Гарри, но мне это не нравится. Я позвонила Зейну и попыталась назначить встречу, но он сослался на занятость и сбросил трубку. Порой он кажется мне таким холодным, но, возможно, это просто издержки его профессии. Мне не оставалось ничего делать, как провести день дома в полном одиночестве.

***

— Зачем ты пришёл? — спросила я, стараясь сделать свой голос как можно более приятным. Из-за неожиданного прихода Гарри мне пришлось отбросить все свои планы на вечер, включающие просмотр «Друзей» и поедания всего, что есть в холодильнике. Хотя, в нем сейчас совершенно пусто. — К тебе, — улыбнулся Гарри, облокачиваясь о косяк двери. — Я не звала тебя, — мои ноги заледенели от сквозняка. — Я сам пришёл, — промычал он, входя в квартиру. — У меня к тебе есть вопрос, ответишь и можешь оставаться, — я прошла вслед за ним, закрывая дверь на ключ. Гарри развалился на диване, выбрасывая телефон рядом. — Валяй. Я присела на кресло, хищно пялясь на парня. Он совершенно спокойно чувствовал себя, словно он у себя в квартире. — Зачем ты присылаешь мне эти подарки? — наконец выдала я, пытаясь скрыть неловкость и лёгкую панику. Его же лицо не выдавало никаких эмоций. — Как ты думаешь? — Не знаю, поэтому и спрашиваю, умник. — Хотел сделать тебе приятно, Белла Мари, — он улыбнулся своей противно-притворной улыбкой. Черт, что ты творишь? — Неужели? — спросила я, подбирая коробку от колье со стола. — Тогда забери это, мне не нужны твои подарки, — прошипела я, кидая в парня коробку. Гарри с легкостью поймал предмет, вертя в руках. Затем он открыл бархатную коробочку и внимательно рассмотрел колье. — Не бойся, блестяшки не выпали, — хмыкнула я, подбирая коробку от обуви. — Это бриллианты, Белла Мари, — интересно, он хоть догадывается, что пару часов назад его бриллианты полетели в стену? Ты чокнутый, Стайлс. Я совершенно не понимаю, зачем ты делаешь это. Я попыталась сделать вид, будто мне всё равно на это. Но в моей голове буквально всплывали облака воспоминаний о том, как моя семья пыталась накопить на новый телевизор в зал, о том, как мало денег у нас всегда было. Гарри — сноб и он не в состоянии это отрицать. Маленький мамин мальчик. — Но этот подарок я оставлю себе, — мои руки потянулись к паре великолепных белых кроссовок моей любимой модели. Я всеми силами старалась не выдавать своего отвращения к парню. Раз ты начал игру, Гарри, то я всеми силами её выиграю. — Нравятся? — Очень, — я улыбнулась, не поднимая взгляд на парня. Разумеется, я достаточно горда, чтобы не принять его подарки, но эти кроссовки действительно чудо. Думаю, моя гордость немного подвинется ради этого. — Как ты узнал мой размер ноги? — спросила я, наконец устремляя взгляд на парня. Гарри сидел уже в другой позе, сложив руки в замок. Мне показалось, или его глаза действительно искренне светились? Нет, что за бред. — Ты вчера оставила один кроссовок у меня в машине, — усмехнулся он, заставляя меня вспыхнуть от воспоминания того, что мы делали в его машине. — Насчёт вчерашнего, — мне очень важно объяснить ему, что это была всего лишь «пьяная издержка». — Я не скажу ему, — Гарри встал с дивана и направился на кухню. — Зейн не узнает, не волнуйся, принцесса, — через минуту он появился в комнате, держа в руках бутылку от газированного апельсинового сока. Что он имеет в виду, говоря о том, что не скажет Зейну, и почему он лазает в моем холодильнике? Я уже была готова спросить его, но он снова меня перебил: — Обуйся, надень их, — выдал он, указывая на кроссовки, мирно лежащие в коробке. — Зачем? — я наблюдала за тем, как он медленно отпил из горлышка. — Хочу видеть тебя в них. Я потянулась к коробке и надела обувь, предварительно зашнуровывая. Эти кроссовки и в правду невероятные. — Спасибо, — улыбнулась я, вставая с дивана. Гарри наблюдал за тем, как я плавно передвигалась по квартире в красивой обуви. — У тебя есть что-нибудь поесть? — спросил он, опираясь о спинку дивана. Я прошла на кухню, открывая полку. В моем холодильнике давно мышь повесилась, из еды у меня были только мармеладки «Sour Patch». Гарри не предупреждал о своём приходе, поэтому, уверенно схватив пачку, я швырнула её в парня. Гарри опешил от неожиданности, но всё же поймал мармелад. — Серьёзно? — он вскинул одну бровь. — Это всё, что у тебя есть? — К сожалению, у меня нет лобстеров и чёрной икры, Гарри. Прошу прощения, — я встала напротив парня, не отрывая взгляда. Его зеленые глаза исследовали мое лицо в деталях, он выглядел так, словно ему сейчас станет дурно. Неужели я так плохо выгляжу? — Очень смешно, — саркастически выдал он, открывая упаковку. — Сам виноват. — О чем ты? — Не нужно было дарить мне этот «ошейник» за хренову тучу денег, — вспыхнула я, прищуриваясь. — Девушки любят дорогие подарки, — он закинул в рот очередного цветного человечка. — Не чавкай, — выкрикнула я, видимо, переполненная эмоциями, хотя парень совершенно не чавкал. — И не думаю, — улыбнулся он, откладывая упаковку кислого мармелада. — Ну что с тобой? Я изучающе уставилась на него, постепенно приходя в себя после легкого «срыва». — Что? — Ты такая нервная, ладошки вспотели, — его взгляд упал на мои руки, переплетённые в замке. Я резко разомкнула руки, проводя ладонями о брюки. — Гарри, — я насторожилась, когда парень стал медленно приближаться. — Что ты делаешь? Его глаза горели ярко-зелёным цветом, а острая линия подбородка сейчас была особенно видна при свете дня. — Хочешь потанцевать? — неожиданно выдала я, пытаясь выкрутиться из ситуации. Гарри устремил на меня свой взгляд и, по всей видимости, немного замешкался, но всё же протянул мне руку и притянул к себе за талию. — А как же музыка? — спросил Гарри. Я непонимающе уставилась на парня. — Зачем нужна музыка, когда есть голос?

***

Весь вечер Гарри провёл у меня, мы мило распевали песни, танцевали. Он отдавил мне все пальцы, но я всё ещё пребывала в хорошем настроении. Мое отвращение к нему исчезло, и я старалась наслаждаться моментом. — Ты отлично поешь, — сказала я, закидывая очередного зеленого человечка в рот. Гарри вскинул одну бровь и, надменно улыбнувшись, ответил: — Конечно, а ты как думала? Я лучший во всём, что касается... всего, — я кинула в него мармелад, заливаясь смехом. — Дурак. Иногда Гарри вполне терпим. — У тебя есть гитара, почему ты не играешь? — спросил он, кивая в сторону инструмента, установленного у стены. — Хочешь услышать? — я встала с дивана, направляясь в угол комнаты. Подобрав инструмент, я вернулась на своё место, устанавливая гитару на коленях. POV Harry Styles Белла уселась на диван, устанавливая гитару на коленях. Признаюсь, я не ожидал, что она действительно начнёт играть. Девушка прикрыла глаза, затем, проведя пару раз по струнам, запела. В твоём сердце Есть место, Я знаю, что оно для любви И что оно могло бы быть Гораздо Светлее, чем завтрашний день... Если ты приложишь усилия, То поймёшь, что нет необходимости Плакать... В этом месте ты почувствуешь, Что боли и страданий не существует... Белла плавно играла, периодически поглядывая на меня и нервно улыбаясь. Её глаза светились ярким огнём, что заставляло желать смотреть на неё. Она иногда моргала, взмахивая густыми ресницами. Есть способы Попасть туда. Если тебе небезразличны Другие люди, Сделай хотя бы кусочек Этого мира лучше.. Исцели этот мир, Сделай его лучше Белла прекратила петь, отложила гитару и, уперевшись руками о колени, стала смотреть на меня, словно выжидая моей реакции. Она выглядела такой притягательно невинной, что мне хотелось завернуть её в одеяло и спрятать в шкафу, чтобы никто никогда не причинил ей боли. Стоп, что? Что, черт возьми, творится со мной? — Майкл Джексон? — спросил я после паузы. Она энергично закивала, вставая с дивана и напевая какую-то мелодию. — Что ты делаешь? — усмехнулся я, наблюдая за плавными движениями её тела. — Танцую! — на ней были обычные чёрные леггинсы, отлично обтягивающие её задницу, и большой белый свитер, что делал её такой хрупкой и маленькой. — Давай со мной! — она поманила меня своей рукой, наклоняясь ко мне ближе. — Я знаю, что ты лучший... во всём! — Нет, — замялся я, ощущая подступающую нервозность, которой до этого случая никогда и не было. Белла взяла пульт и включила музыку, заиграла Billie Jean, и она закружилась под музыку, поднимая руки вверх. Её бёдра стали двигаться в такт музыке. Она закрыла глаза и полностью отдалась танцу. Я и не заметил, как пристально наблюдал за танцующей девушкой. Она двигалась довольно энергично, но при этом её движения казались мне очень плавными. Музыка подходила к логичному завершению, и Белла, увлечённая танцем, выгнулась, большой свитер немного отошёл от её разгоряченного тела, и буквально на секунду показалась обнаженная грудь. Она совершенно никогда не носит белье? И тут я осознал, что её тело кажется мне очень привлекательным. — Что скажешь? — она уперлась руками о мои плечи, заглядывая в глаза. Её грудь медленно вздымалась, затем снова опускалась. Даже её попытки отдышаться вызывали во мне смешанные чувства. Я не отводил глаз с её груди, хотя она уже давно была спрятана под толстым свитером. От неё исходил приятный запах клубники, и мое желание впиться в её пухлые губы само по себе воплотилось в реальность. — Поцелуй меня, Белла, — я притянул к себе девушку, отдавая себе отчёт в том, что я хочу её только потому, что у меня давно не было женщин, что вполне нормально. Это природное влечение, и мы оба это понимаем.