Концентрация зла

Это расследование выматывало сильнее, чем большая часть предыдущих дел. А последние события, словно издеваясь, окончательно выбивали из колеи. Посидев ещё несколько минут в тишине, Рогозина встала, намереваясь сначала сходить в буфет, а потом в изолятор, побеседовать с Малдером.

*****

Отель “Морской бриз” Номер Скалли Примерно сорок минут спустя Идя к номеру Скалли, Данилов чувствовал себя немного не в своей тарелке. Несмотря на рассказ начальницы и Антоновой о случившемся в номере Даны, он сомневался, что Скалли будет комфортно в его присутствии. Наконец - нужная дверь. С мгновение поколебавшись, Степан постучал, ощущая, как от волнения начинает чаще биться сердце. Дверь открыли практически сразу. - Можно, агент Скалли? - осведомился Степан. Она отошла, пропуская оперативника. Спросила: - Что-то с Малдером? - Села на кровать. - С агентом Малдером всё в порядке. - Данилов на всякий случай сохранял дистанцию. - Ему обо всём известно. Ответ Скалли поразил оперативника ещё больше. - Вы не виноваты, Степан Андреевич. Я видела, что происходило с вами в тот момент. Как сказал бы Малдер - вами управляли. - Он примерно так и считает, - ответил Данилов, присаживаясь на противоположный край кровати. - То есть? - Скалли нахмурилась. Степан в сжатой форме пересказал ей разговор с Малдером в изоляторе, не забыв упомянуть, что ничего подобного происходившему с Потаповым с Малдером не происходит. - Вы заехали извиниться, Степан Андреевич? - неожиданно спросила Дана. - Нет. Галина Николаевна приказала. Скалли вопросительно повела бровью, подразумевая, что ей нужны объяснения. Оперативник вкратце рассказал о совещании и разговоре с начальницей после него. - Я сейчас буду, - произнесла Дана. - Ждите меня в машине. Данилов кивнул, отнесясь к словам Скалли с пониманием. Выйдя из номера, он заметил, что дверь в номер Малдера приоткрыта, хотя, как помнил оперативник, когда он шёл к Дане, номер был заперт. Достав табельное оружие, вошёл. И тотчас заметил сумку с вещами спецагента, почти полностью выдвинутую из-под кровати, а рядом - лежащую лицом вниз женщину. Проверив пульс и убедившись в его отсутствии, как и отсутствии иных признаков жизни, перевернул незнакомку. И сразу же узнал - это была Инга Сливко, одна из пропавших. Обнаруженное при ней пенсионное удостоверение только подтвердило это. Данилов вышел из номера и столкнулся со Скалли, запирающей свой номер. - Пойдёмте, агент Скалли. В номер агента Малдера проникли. - Это одна из пропавших, - пояснил оперативник, надевая перчатки. - Агент Скалли, проверьте, все ли вещи напарника на месте. Дана кивнула, проверяя сумку. Все вещи, хоть и были в беспорядке, но оказались на месте. Данилов тем временем набрал номер начальницы. - Галина Николаевна, это Данилов. У нас труп. В трубке что-то спросили. - Инга Сливко, одна из пропавших. Найдена в отеле “Морской бриз”, в номере агента Малдера. Хорошо, ждём. - Всё на месте, - дождавшись окончания разговора, произнесла Скалли. - Но я, кажется знаю, что могла искать погибшая. - И что же? - Вот. - Дана извлекла из кармана тубу с таблетками. - Это снотворное. - Вы уверены, что это таблетки агента Малдера? - уточнил оперативник. - Малдер страдает хронической бессонницей, поэтому возит с собой снотворное, - уверенно произнесла Скалли. - Но принимает его нерегулярно, лишь в крайних случаях. - Тогда почему вы решили, что погибшую могло интересовать именно снотворное? - поинтересовался оперативник, осматривая тело. - Интуиция, - уклонилась от ответа Дана. - Позвольте. Он отошёл, позволяя Скалли осмотреть тело. - Предположительно, смерть наступила около двух с небольшим часов назад. Предположительная причина смерти - отравление, - произнесла Дана, внимательно осмотрев тело. Данилов удивился, но ничего спрашивать сейчас не стал, рассчитывая получить подробности позже или хотя бы в ФЭС. Тем временем на место происшествия прибыла труповозка и несколько штатных сотрудников ФЭС. Отправив тело и взятые на месте преступления все необходимые пробы в ФЭС, Данилов и Скалли ушли. Напоследок Дана глянула на опечатанный номер напарника, чувствуя, как защемило в груди. - Поехали, агент Скалли, - произнёс Данилов. - Нужно осмотреть квартиру погибшей.

*****

Здание ФЭС В то же время Рогозина после разговора с Малдером направлялась в лабораторию, когда встретила Холодова. - Галина Николаевна, а я вас ищу, - произнёс эксперт, стараясь особенно не волноваться. - Что-то выяснили? - Да. И это касается наших пяти интересантов. Рогозина внимательно посмотрела на подчинённого. - Похоже, все пятеро поставляли клиентов Потапову и Козленко. - Пойдём в кабинет, - произнесла Рогозина, понимая: подобные разговоры в коридоре лучше не вести. - Там всё расскажешь.

*****

Кабинет Рогозиной Пять минут спустя - Так вот... - начал Холодов, протягивая начальнице распечатки. - Мы проверяли деятельность всех пятерых после того, как они стали пациентами погибших психиатров. И обнаружили интересное совпадение. Поскольку все пятеро, невзирая на диагноз, были практикующими специалистами, мы стали проверять списки их пациентов и обнаружили совпадение со списками Потапова и Козленко. Оранжевым я выделил пациентов Потапова, жёлтым - Козленко. Рогозина внимательно просмотрела распечатки. Сравнила со списками пациентов обоих психиатров. Несколько минут в кабинете было тихо. - Ты уверен, что они не наблюдались у Потапова и Козленко до того, как стать пациентами наших фигурантов? - наконец спросила она, отложив распечатки. - Проверили в первую очередь, Галина Николаевна, - уверенно ответил Андрей. - До того, как стать пациентами наших психиатров, все эти пациенты обращались к кому-нибудь из пропавших. Как правило, причины обращения - на первый взгляд самые невинные: проблемы во взаимотношениях, на работе или в учёбе. Либо что-то сугубо личного плана. А через несколько консультаций или сеансов наши интересанты направляли своих клиентов к погибшим психиатрам - кого к Козленко, кого к Потапову. - И те уже выставляли диагноз шизофренического спектра... - констатировала Рогозина. - И, возможно, тогда понятно, почему схожие диагнозы стоят и у всех пятерых. - Чтобы те не могли просто так уйти. - Именно, - подтвердила она догадку подчинённого. - Они могли контролировать их не только с помощью субстанции, но и угрозой огласки диагноза, который мог быть и сфальсифицирован. - Галина Николаевна, но ведь разглашение диагноза без согласия пациента или его опекуна либо постановления суда, уже само по себе нарушение и чревато последствиями, - вспомнил Холодов. - Всё верно, Андрей, - согласилась - Рогозина. - Значит, было что-то ещё, сдерживавшее всех пятерых. Возможно, они знали что-то ещё, что и удерживало их, заставляя поставлять пациентов Козленко и Потапову для опытов. - Кстати, мы изучили найденное агентом Малдером в “Сандре”, - произнёс Андрей. - В капсулах всё та же субстанция, но пока пребывающая в состоянии анабиоза. В ампулах - препарат из крови Потапова. - Отличная работа, Андрей, - похвалила эксперта Рогозина. - А сейчас иди, собирайся. Он вопросительно посмотрел на начальницу. - Нужно провести обыски на рабочих местах всех пяти пропавших, - произнесла она. - Данилов и агент Скалли сечас обыскивают их квартиры. А обыски рабочих мест проведут полицейские под вашим руководством, капитан Холодов. - Понял, Галина Николаевна.

*****

В то же самое время Данилов и Скалли уже закончили обыски квартиры Сливко и ещё двоих из пяти пропавших. Не найдя в их квартирах ничего, они приехали по четвёртому адресу. И первым, что они увидели, подойдя, была приоткрытая дверь. Помня об инциденте в номере Малдера, достали оружие. Держа его наготове, обошли комнату за комнатой. - Степан Андреевич, скорее сюда! - раздался с кухни голос Скалли. Прибежав, увидел Дану, склонившуюся над телом мужчины. - Вызывайте “скорую”! - произнесла она. - Быстрее же! Но Данилов и так всё понял. - Алло, “Скорая”? Капитан Данилов, ФЭС. Примите вызов. Мужчина сорока пяти лет, без сознания. Пульс есть, дыхание слабое. Сообщив оператору всю необходимую информацию, набрал номер Рогозиной. - Галина Николаевна, мы на квартире Мирских. Он здесь же, едва живой. В трубке что-то спросили. - Да, уже вызвали. Агент Скалли оказывает первую помощь. Снова короткий ответ. - Понял. Убрав телефон, Данилов осмотрелся. И заметил неподалёку блистер, в котором не хватало четырёх таблеток. Чуть поодаль - осколки в небольшой лужице воды. Сфотографировав, взял пробы воды и блистер. Не забыл опративник и собрать осколки. Практически одновременно с тем, как он закончил, на кухню вошли приехавшие медики. Мужчину, которому благодаря помощи Скалли, стало немного легче, тут же увели. - Это один из пропавших пациентов, - объяснил Данилов, когда он и Скалли остались на кухне одни. - Козленко или Потапова? - уточнила она. - Обоих, - лаконично ответил оперативник. - Возможно, от него пытались избавиться. - У вас есть версии? - Потом, агент Скалли, - уклонился от ответа Данилов. - Нужно осмотреть квартиру.

*****

Выйдя от Мирских и сев в машину, Данилов произнёс: - Рядом с ним были найдены лекарства и разбитый стакан. - Значит, он мог принять препарат из ампул, которые мы нашли, - предположила Скалли, помня про найденные в мусорном ведре ампулы без названий. - Скорее всего, - согласился Степан. - Но вот осознанно ли Мирских это сделал - неизвестно. Скалли ощутила, как по спине пробежали мурашки. - Куда сейчас? В больницу? - В ФЭС, - коротко ответил Данилов, поворачивая ключ в замке зажигания.

*****

Лаборатория ФЭС Час спустя - Привет, Иван, - произнёс оперативник, входя в лабораторию. - А где Андрей? - Уехал по приказу Рогозиной, - ответил, не вдаваясь в подробности, Тихонов. - А в чём дело? Степан положил перед экспертом найденное на квартире Мирских. Вкратце рассказал о случившемся. - Выясню всё возможное. Данилов хотел ещё что-то добавить, но в этот момент в кармане зазвонил телефон. - Капитан Данилов. Выслушав собеседника, произнёс: - Я сейчас буду. - Звонили из больницы, - произнёс он по окончании разговора. - Состояние Мирских удалось стабилизировать. Я в больницу. - Давай, - отозвался Тихонов, загружая в хромотограф принесённые образцы воды.

*****

Городская больницы Палата Мирских Час спустя - Сергей Антонович, как ваше состояние? - спросил Данилов, присаживаясь на стул рядом с кроватью. Мирских чуть приподнялся. Посмотрел на оперативнника. - Кто вы? - ФЭС. Капитан Данилов, - представился Степан, предъявляя удостоверение. - Вы можете ответить на несколько вопросов? Мирских некоторое время колебался. - Спрашивайте, - наконец произнёс он. - Вы ведь были пациентом Виктора Козленко? Помедлив, Сергей кивнул. - Виктор Иванович наблюдал меня амбулаторно. В стационаре меня вёл другой врач. - Михаил Потапов? Сергей, ничуть не удивившись, кивнул. - Верно. - Вам известен диагноз, который вам поставили? - Конечно. Я сам настоял, чтобы мне его сообщили. “Даже так... Интересно...” подумал Данилов. Вслух же спросил: - И никого из врачей это не удивило? - Нет. Они знали, что я практикующий психотерапевт и отнеслись с пониманием. - И сообщили, что у вас шизотипическое расстройство. Мирских снова кивнул. Спросил: - А в чём, собственно, дело? - Вы знали, какие препараты принимаете? - проигнорировав вопрос, осведомился Данилов. - Разумеется. Поддерживающие дозы нейролептиков и антидепрессантов. При сильной тревоге мне был назначен один из новых транквилизаторов. И корректор нейролепсии*, тоже нового поколения. Данилов внутренне насторожился, услышав о новых препаратах. Спросил: - Что за препараты? Вы помните их названия? Сергей задумался, вспоминая. Несколько минут было тихо. Наконец он произнёс: - Кажется, центролекс и необаматин**. Данилов записал оба названия. - Можете рассказать о них подробнее? - Необаматин... Это транквилизатор. Он был в капсулах. Как мне объяснили, это сложно комбинированный препарат. А центролекс был в ампулах. Мне сказали, что их содержимое можно как вводить внутривенно, так и принимать, разведя в воде. Данилов кивнул, вспомнив осколки и остатки воды, найденные рядом с потерпевшим, а также блистер с недостающими в нём капсулами. - Что последнее вы помните, Сергей Антонович? - Я пошёл на кухню, чтобы принять центролекс. Мне было очень плохо, я смутно помню, как достал ампулу с препаратом. Что происходило дальше - не помню. - Вы уверены, что действительно хотели этого? - наконец решился Данилов. Мирских удивлённо посмотрел на оперативника. - Конечно. А что, что-то не так? - Нет, Сергей Антонович, - поспешно произнёс Степан. - Это просто формальность. Встал. - Отдыхайте. Выйдя из палаты, торопливо зашагал прочь. Сев в машину, глубоко вздохнул. Разговор с пока единственным выжившим немного прояснял ситуацию. Понимал Степан и то, что в результате беседы дело может существенно продвинуться. Стук в стекло со стороны водителя прервал размышления Данилова. Увидев Холодова, Степан опустил стекло. - Андрей?! А ты здесь как оказался? - Тебя жду, - невозмутимо ответил он. - Мне сказали, где ты. - Садись, - произнёс Данилов. - Давно ждёшь? Эксперт отрицательно покачал головой. Осведомился: - Как потерпевший? - Держится довольно хорошо, что, признаться, даже подозрительно, - поделился соображениями Данилов. - Рассказал довольно много. В сжатой форме пересказал эксперту разговор с Мирских. Холодов внимательно слушал. - В остатках воды и на осколках, что ты привёз, найдены следы всё того же препарата из ампул. Кстати, в кабинетах, где принимали все наши фигуранты, найдены капсулы с хорошо нам известным препаратом. И ампулы тоже. Но и это не самое интересное. - Тогда что? - То, где было найдено их содержимое. В графинах с водой, - сообщил Андрей. - Ведь на сеансах или консультациях пациентам по той или иной причине иногда хочется пить. А теперь представь, что будет, если здоровый человек примет неизвестную субстанцию с предполагаемым антидотом к ней. - Получается, от наших врачевателей души к Козленко и Потапову поступали уже готовые пациенты, - с мрачным видом констатировал Данилов. Холодов кивнул, соглашаясь.