Barricade

Йен просыпается за час до рассвета. После того, как Микки уснул, он перешел в старую комнату Мэнди к Евгению, позволив ребенку свернуться рядом с ним, впитывая тепло тела Йена. Йен опасается, что Евгению станет слишком холодно, заболеет. Перед тем, как покидает комнату, он удостоверяется, что Ев плотно закутан в одеяло, надевает на него шапку с ушками, целует малыша в лоб, из-за чего Ев ворчит во сне. Потом Йен начинает перебирать запасы продовольствия, которые сумел собрать Микки. Он выкладывает очередность по тому, как скоро они портятся. Выстраивает оружие по калибру пуль. Находит металлический поддон, заполняет его снегом из снежного сугроба снаружи, растапливает снег, а потом кипятит его для стерилизации, выливает воду в большой кувшин на два галлона, что он нашел лежащим рядом. Он делает это снова и снова, пока кушин не оказывается почти полным. Когда он выходит, чтобы наполнить поддон снегом, Йен обнаруживает небольшую кучку зомби, собравшихся снаружи дома — возможно, их привлек шум его копания в снегу. Он весело отмахивается от них, и они рычат, начиная подтаскиваться ближе к дому. Йен заныривает внутрь, хватает биту, потом выпрыгивает на ступеньки крыльца Милковичей. — Утра, парниши, — громко говорит он, потом крутит битой и расквашивает голову ближайшему. Тот валится на землю и Йен поднимает биту над головой двумя руками, хляснув ею по кумполу упавшего зомби так, что кусочки кости и мозга брызжут в окружающий снег. Гниющие руки хватаются за одежду Йена, и зубы щелкнули в нескольких дюмах от плеча. Йен ныряет прочь, снова крутит биту, заваливая следующего. Он, кажется не перестает улыбаться. Евгений в безопасности. Микки в безопасности. — Йен! Он поворачивается, видит как Микки прыгает по ступенькам в одной только майке и боксерах, босиком, держа пистолет с глушителем. Йен улыбается, машет, отталкивая одного из зомби битой. — Хэй, Мик, — произносит он, смутно понимая, что говорит слишком громко. — Не переживай, я справлюсь. Иди готовь завтрак… Рядом с его ухом громкое грудное рычание и внезапно Йена оттаскивают назад, у горла вонючее холодное дыхание. Он выбрасывает локоть назад, разворачивается и разбивает рукояткой биты нос монстра. Позади он слышит тихий плевок пистолета Микки, и вот во лбу зомби уже зияет дыра, прежде чем Йен успевает закончить с ним сам. Он хмурится, поворачивается к Микки, который добивает оставшихся зомби. — Зачем ты это сделал? — спрашивает он. — Я справлялся. Микки стреляет в голову последнему зомби и поворачивается к Йену, глядя расширенными и злыми глазами, зубы оскалены и сжаты. — Зайди нахуй в дом, — шипит он, хватая Йена за футболку сзади словно непослушного щенка и затаскивая его назад сквозь ворота. На крыльце стоит Игги Милкович, наблюдая за ними. Йен широко улыбается, говорит Игги как рад его видеть. Игги просто смотрит, а потом сплевывает в снег и говорит Микки: — Итак, твой психованный бойфренд вернулся. — Что ты сказал? — допытывается Йен, поворачиваясь лицом к Игги, но прежде чем тот успевает ответить, Микки берет его за оба локтя и втягивает внутрь, хлопая за собой дверью. Оказавшись внутри, Микки шагает взад-вперед как бульдог, глядя на Йена. Его кулаки сжаты и он определенно сдерживает себя со всей силой воли, что у него есть. — Какая у тебя проблема, Мик? — спрашивает Йен, подступая ближе к нему. — Не надо. Блять, не надо, — трет рукой лицо, зажимает переносицу. — Извини меня за чистку зомби перед твоим домом, — говорит Йен на повышенных тонах. — В шесть часов ебанного утра? — кипятится Микки. — Самостоятельно. С ебучей бейсбольной битой. Йен пожимает плечами. — Это срабатывало до сих пор. — Они были, блять, повсюду! Ты почти…- Микки обрывает себя дыхательным приемом. — Со мной все норм. — С тобой все норм, потому что я вышел и спас тебя. Охуеть, если бы я не проснулся… — Микки перестает вышагивать, перемещается в личное пространство Йена, хватает его за голову и смотрит ему в глаза. — Давай, Йен, ты ведь знаешь, что происходит? Просто… просто, блядь, скажи мне, что знаешь, что это. Йен пытается отвести взгляд от Микки, оглядывая тщательно сложенную еду и оружие, внезапно осознает, как чрезвычайно холодно после прогулки наружу без пальто. Неохотно он переводит взгляд на лицо Микки, пропускает мимо гнев и видит, как охуенно напуган Микки. — Ты думаешь, я не знаю? — наконец говорит Йен. Он резко отталкивает Микки. — Я месяцами без лекарства. Думаешь, я, блядь, не знаю что это? Иди нахуй, Мик. Иди нахуй. — Йен… — тянется Микки, но Йен отшатывается. — Не смей, блять, не смей снисходительно относиться ко мне из-за моей болезни. — Йен настолько разъярен, что почти ослеп от этого, его мозг взбудоражен и возбужден. — Ты ни хрена не знаешь, Микки. — Я знаю, что ты ведешь себя как ебанутый! — парирует Микки и тут же сожалеет об этом. Но Йен ужасно рад. Теперь он знает, что Микки в действительности думает о нем. Он проходит мимо Микки, толкая его плечом, следуя к комнате Мэнди. — Я заберу Евгения, — объявляет он. — Мы уходим. — Да нихуя подобного! — говорит Микки, бросаясь перед ним, блокируя Йену дорогу. — Если ты думаешь, что я позволю тебе забрать моего ребенка… — Твоего ребенка? Твоего, блядь, ребенка? — дико хохочет Йен, хватает в горсть рубашку Микки, пихает его, крепко прижимая к дверной раме, его сердце колотится в груди. — Тебе не насрать ли на этого ребенка! Это я нашел его. Я был тем, кто хранил его живым, когда все вокруг развалилось. У тебя нет понятия, каково это, присматривать за ним в то же время, пока я теряю мой ебучий разум. — Он тянет Микки на себя, а потом снова хлопает им об стену для пущего акцента, игнорируя гримасу боли на лице Микки. — Ты просто думаешь, что я псих. Ты хочешь забрать его у меня. Ну так, я не позволю тебе, не позволю тебе… Его прерывает внезапный хнык из-за двери. Их ссора разбудила Евгения. Йен смотрит на Микки, но Микки облокотился на стену, выглядя потрясенным и побежденным, поэтому Йен отпихивает его в сторону и врывается в спальню. — Хэй, мелкий, — говорит он, широко улыбаясь, наклоняясь поднять малыша, садясь на кровать и позволяя Еву встать на его коленки, смахивая слезы с его покрасневшего личика. — Мы тебя разбудили? Прости. Хочешь позавтракать? Ев оттопыривает нижнюю губу, тянется к нему обеими ручками, и Йен услужливо затягивает его в объятия. Ев зарывается лицом в плечо Йена, хныкая и вытирая сопли о тонкий материал его рубашки, немедленно промокший. Йен мягко качает ребенка из стороны в сторону, издавая бессмысленный звук, пока Евгений медленно успокаивается. Наконец, Йен смотрит вверх. Микки стоит в дверном проеме. Он выглядит разбитым. Одна рука крепко обвита вокруг тела, второй он зажимает рот. У него мокро на глазах. — Я никогда не причиню боль Евгению, — тихо говорит Йен. — Никогда. Микки медленно опускает руку, кивает, одинокая слеза пробегает по его щеке. — Да, — говорит он, длинно выдыхая. — Да, я понимаю. Он шагает через комнату, опускаясь на одно колено перед Йеном и Евом, Йен все это время наблюдает за ним с недоверием. Микки протягивает руку, как будто похлопать Ева по спине, колеблется, потом роняет руку на колено Йена, мягко потирая его большим пальцем. — Ты болен, Йен, — произносит он, но это больше похоже на вопрос, чем на обвинение. Йен вздыхает, кивает. Его разум все еще кружится, миллион идей и побуждений закручиваются вокруг. Он чувствует себя как Дороти, попавшая в центр торнадо, не в состоянии затормозить или осмыслить что угодно. — Ага, — хрипло соглашается он. Микки сжимает челюсть. Линии на его лице становятся глубже, преждевременно старя его. — Что я могу сделать? — спрашивает он, пытаясь звучать твердо. — Что тебе нужно? Йен пожимает плечами, толкая Евгения. — Просто будь тут, чувак. Это все, что ты можешь сделать. Микки кивает. Он выглядит измотанным. — Не уходи, блять, — выпаливает он. — Я никуда не уйду, — уверяет его Йен. — Ты всегда, блять… — Микки обрывает себя, прикрывая рот, словно тот предал его. Йен протягивает одну руку, захватывая горстью лицо Микки, нежно трет его щеку. Микки поворачивает голову, прижимаясь к его ладони поцелуем. — Вот, — говорит Йен, вставая. Микки быстро следует за ним. — Можешь присмотреть за Евгением, пока я приготовлю нам завтрак? Микки немного нервничая смотрит на ребенка. — Ага. Конечно. Йен передает Ева Микки, который сначала держит его на вытянутых руках. Хотя, когда Йен достигает двери и оглядывается, он видит как Микки, скрестив ноги, сидит с Евгением на полу, бросая что-то, чтобы развлечь ребенка. Он находит забытый гриндер для марихуаны* под кроватью Мэнди и показывает Евгению, который выглядит очень заинтригованным. Йен улыбается. Микки замечает его, задержавшего в дверях, смотрит вверх, нерешительно усмехаясь. — Хули ты пыришься? — спрашивает он. Йен все еще невыдохшийся и взбудораженный их противостоянием, но он смеется, посылая жестом Микки, и втайне осмеливается поверить, что трое из них просто смогут пройти сквозь эту хрень живыми. ====== Weed grinder — кому непонятно, погуглите. Переводчик охуел, когда увидел такое))))