А что если...

Я часто вспоминаю детство. Наверное от того, что это было самое счастливое время в моей жизни. Время, когда люди не беспокоились о том, что их андроиды могут сломаться и зарезать их, а напротив с предвкушением ждали того момента, когда "Кибер лайф" впервые в истории человечества представит миру новое творение разума и науки. Сейчас воспоминания о прошлом напоминают мне, ради чего все это было сделано. Ради чего пришлось претерпеть столько изменений и расколоть общество...

***

Я с точностью до мелочей помню тот день, когда отец впервые привел меня в цех по сборке первого андроида. Это случилось всего лишь за полгода до страшной аварии, а мне едва исполнилось пять лет... Ее назвали Хлоя. Милейшее создание, которое имело все то, что имела я сама, восхищенно глядя на нее. Она была для меня большой игрушкой, прекрасной и недоступной. Едва Хлоя спустилась к нам, как моментально разоружила всех скептиков своей очаровательно улыбкой. Она была настолько непорочной, чистой, честной, что ни у кого не осталось сомнения, что Элайджа Камски создал нечто, способное изменить этот мир. Перевернуть его. И у него это в самом деле получилось... Когда Хлою подвели к нам, она еще раз улыбнулась и, заметив меня, спросила: - Привет, как тебя зовут? Я была настолько взволнована, что смогла лишь выдавить из себя: -Хоуп, мэм,- сказала я, особо еще не понимая, как к ней правильно обращаться. - Чудесное имя. Тебе нравится здесь? - Очень, мэм. А потом Хлою увели. Больше в живую я никогда ее не видела. Зато спустя несколько часов, когда прошли официальные заявления и наступило время банкета, к нам с отцом подошел сам мистер Камски. На его лице играла хитрая улыбка, от чего у меня создалось впечатление, что он был явно хорошо знаком с моим отцом. - Кого я вижу. Сам Генри Эмбер и его очаровательная дочурка. - Рад видеть тебя, Элайджа. Еще тогда меня насторожила то, что, судя по манере общения, папа и Камски были знакомы. Очень хорошо знакомы. - Трудно поверить во все это, да?- спросил мистер Камски, когда стал возле нас.- Еще несколько десятилетий назад мы могли лишь мечтать о том, чтобы разработать подлинный интеллект, что был бы воплощен в механике... - Мой папа помогал вам?- задумавшись, промолвила я, забыв о том, что приличнее было бы стоять тихо. Но Камски не обиделся, напротив, он присел около меня, излучая уверенность и обаяние. Некоторое время он рассматривал меня, после чего довольно кивнул. - О, он не просто мне помогал. Этого бы и вовсе не было, если бы не твой папа...- он оглядывает собравшийся зал, словно наслаждаясь зрелищем. От чего-то мне стало неуютно от его слов. Словно Камски говорил мне совершенно о другом человеке. Мой отец был скромным механиком, который чинит андроидов, что сломались еще до начала производства, а не лучшим другом Элайджи Камски. -... А хочешь ли ты взглянуть на андроида?- внезапно хитро улыбается он. - О, я уже видела сегодня Хлою, мистер Камски, она чудесная,- ответила я, не ведая, к чему он клонит. - Нет, нет, нет... Посмотреть, как работает их организм, какие они на самом деле... Я глянула на отца: тот стоял, ожидая моего ответа. В его глазах не было никаких противоречивых эмоций, потому я и решила, что могу согласиться. Если папа уверен, то в этом нет ничего страшного... - Да, я бы хотела посмотреть. - Ну и отлично. Я полагала, что мы придем в какую-нибудь просторную комнату, где такие же любопытные, как и мы, люди рассматривают шестеренки андроидов, разложенные на стендах. Но как же я ошиблась. Вместо светлой аудитории мы спустились в подвальное отделение, напоминавшее склад. Уже в который раз за сегодня мне стало не по себе. Когда Камски включил свет, я заметила по центру комнаты несколько столов, накрытых простынями, а вдоль стен стояли закрытые капсулы. Все это напоминало мне страшный сон. - Смелее, Хоуп, вставай сюда,- кивнул папа, ставя возле одного из столов ящик, чтобы я смогла быть на уровне гладкой поверхности стола. Я повиновалась и более была не в силах пошевелиться, глядя на очертания человеческого, но неживого тела. В мгновение ока Камски скинул простыню, и я увидела девушку- андроида, отдаленно напоминающую мне Хлою. Ее тело было лишь местами покрыто кожей, в то время как живот, область черепа и ладони были белоснежно-белого цвета пластика. Отец нажал на живот девушки, и моему взору открылись провода, до этого скрытые корпусом. Я с вниманием наблюдала, как папа присоединяет к различным клапанам иные проводки, что уходил к оборудованию, стоящему поодаль от нас. - Что вы хотите сделать?- спросила я, попеременно смотря то на отца, то на Камски. - Разбудить ее,- ответил отец, приманивая меня к себе,- Вот, смотри. Тот центр, к которому я присоединяюсь сейчас, отвечает за автоматизацию. Он заведет ее сердце и начнет разгонять голубую кровь. Именно она имитирует человеческую, но в несколько тысяч раз быстрее распределяет информацию и энергию по телу машины. - И она может нас понимать, слышать и отвечать нам? Да, папа? - Конечно, она в точности такая же, как и Хлоя... Почти такая же... - А как же она будет думать? У нее есть такой же мозг, как и у нас? - Да, он находится чуть выше системы автоматизации,- папа взял меня за руку и повел ее по направлению к системе, отвечающей за "мозг",- Безусловно, все основные сигналы поступают в голову, так же как и у нас, но если требуется перезагрузить систему или же провести ее обследование, то непременно проще взаимодействовать с этим отсеком, нежели с головным. Отец опускает мою ладонь на деталь, похожую на цилиндр. Холодная, гладкая, она сияла в тусклом свете. Отец надавил своими пальцами на мои, и под их тяжестью клапан щелкнул, и деталь оказалась у меня в руке. - Модуль памяти. Одно движение и можно полностью удалить все имеющиеся воспоминания. - Итак, Генри, я готов запускать. Папа забрал у меня из рук модуль и поставил на место. Камски в это время пустил энергию, после чего веки девушки задрожали, и голубые, как небесная синева, глаза устремились на нас. - Добрый вечер, личный помощник AX310, назови свое имя.- тихо, но твердо произнес отец, глядя прямо ей в глаза. - Здравствуйте, мое имя Хлоя. Желаете поручить мне какую-то работу? - Да, не могла бы ты принести для нас кофе?- невозмутимо ответил отец. Я подумала, что эта команда была отработанной, и именно поэтому папа начал с нее. - Слушаюсь. Хлоя встала, спустилась со стола и прошествовала в угол комнаты, где, как оказалось, стоял небольшой стол с кофемашиной на ней. Пока Хлоя управлялась с приказанием, я рассматривала ее со спины. Она, к слову, была не только не покрыта кожей, но и вовсе не прикрыта пластиком в некоторых местах. Я смотрела на ее двигающиеся суставы, как механизированное сердце бьется, давая ей жизнь. Тогда, в пять лет, мне все это казалось чудом, но по прошествии времени я поняла, что папа и Камски создавали лишь пародию на живой организм. Без сомнения, Хлоя была идеальной, настолько идеальной, что перестала казаться живой. Когда она закончила, то, обернувшись, держала в руках две дымящиеся чашки. Отец уже был готов забрать их у нее, но в последний момент она остановилась, молча глядя на нас. - Хлоя, передай мне чашки.- потребовал отец. В этот момент рука Хлои дернулась и с размаху кинула чашки на стол перед нами. Я едва успела закрыть лицо руками, от чего отлетевший кусок керамики полоснул мою бровь, оставив глубокий след. - Отключай ее, Элайджа!- крикнул отец, стащивший меня с ящика и укрывший собой. Спустя секунду Хлоя упала без чувств на пол, словно никогда раньше и не оживала.

***

Глупо было полагать, что тогда с Хлоей случился первый из наблюдаемых примеров девиации. Спустя какое-то время отец рассказал мне, что у нее замкнули провода, отвечающие за подвижность рук. Именно поэтому она сначала замерла перед нами, видимо, анализируя ситуацию. И если бы отец не приказал Хлое подать чаши, то этого и не произошло бы. Ведь, как известно, андроиды не могут нарушать приказания. По крайней мере так было до этого месяца... Но с тех пор я больше никогда не посещала тайную лабораторию Элайджа Камски, да и его самого увидела лишь на похоронах папы. Однако именно это воспоминание натолкнуло меня на одну мысль. Возможно ли все исправить? Возможно ли изменить положенный ход событий, если осознаешь, что единственная проблема состоит в том, чтобы переступить через себя? В тот самый миг я стояла перед зеркалом в ванной Хенка и смотрела себе в глаза, понимая, что это вовсе не страшно. Не страшно пойти против себя, чтобы спасти чью-то жизнь. Не жалко даже пожертвовать еще одним кусочком своей души ради этого. И в какой-то момент я честно признаюсь себе, что никогда не буду к этому готова, но другого выбора у меня нет.