А что если...

"...На первых порах после внедрения практики использования автоматизированных устройств в системе общественного транспорта и правоохранительных органов в Детройте стали нередкими случаи сбоя механизма, которые повлекли за собой ранения, а порой и гибель гражданского населения. Ярким примером стал случай, произошедший несколько дней назад, когда погибшим стал работник компании "Cyber Life" Генри Эмбер. Так же серьезно пострадала его единственная дочь Хоуп. Городское управление начинает всерьез задумываться о том, чтобы приостановить ход эксперимента, но, как сообщают эксперты, это не произойдет по многим причинам, одной из которых является слишком большая зависимость населения от современных технологий. "Люди попросту не готовы отказаться от всего этого."- сообщает мэр Детройта Карлос Феймс..." - "Detroit Time" от 25 августа 2022 года.

***

Лейтенант Хенк Андерсон никогда не называл Хоуп Эмбер своей дочерью. По факту она не была ему даже дальней родственницей. Но в душе Хенк беззаветно любил ее. На столько сильно, насколько позволяло сердце мужчины, который однажды потерял своего ребенка. Впервые Хенк увидел Хоуп в тот ужасный день, когда в семье Эмбер случилось несчастье. Отец Хоуп погиб в страшной аварии, а его дочь лежала в больнице, борясь за жизнь, которой она едва не лишилась. Хенк был тогда на месте событий, видел, как из под искореженного металла, что некогда был машиной, достали два тела. Мужчина уже не дышал, но девочка, будучи накрытой телом отца, ещё держалась за жизнь, хоть и рисковала не пережить даже грядущую ночь. Хенк наблюдал, как ее хрупкое тельце аккуратно переложили на носилки, словно она была куклой, которую злые дети сломали и бросили лежать под дождем. Ее медного цвета кудри размещались вокруг головы, словно лучи заходящего солнца, а светло-зелёные глаза померкли, став безразличными к происходящему... После этого мужчина тысячи раз заставлял себя забыть об этой девочке все последующие дни, но чем сильнее пытался, тем чаще вспоминал Коула и то, как и он сам держал на руках умирающего сына, будучи не в силах ему чем-то помочь. Коул и Хоуп не были похожи, но вместе с тем Хенка тянуло вновь увидеть эту девочку. И вот спустя несколько дней Хенк приходит навестить Хоуп в больницу. Это не была та же самая больница, в которой скончался Коул, но Хенк долго сомневался в здравости своего поступка, боясь обострения прошлых воспоминаний. На стойке регистрации Хенку сообщили, что девочка и в самом деле пришла в себя после операции и уже идёт на поправку, но видеть ее можно было только родственникам. На что Хенк ответил, что пришел от полиции Детройта поговорить с девочкой, и его, не решаясь перечить, впустили. Хоуп лежала на кровати: ее голова, правая рука и грудь были перевязаны, но сама она была жива. В ее глазах застыл страх и тяжёлая скорбь, которую испытывают только те люди, что потеряли глубоко любимого и почитаемого человека. Хенк знал этот взгляд, ведь именно его он наблюдал в последнее время и в своих глазах, когда случайно обращал внимание на отражение в машинном стекле или зеркале. Возможно, именно это и объединило их в первый раз. Возможно, именно поэтому Хенк в тайне от всего мира поклялся, что не оставит эту девочку. Едва Хоуп перевела взгляд с окна на вошедшего Хенка, как он поразился тому, с какой серьезность девочка взглянула на него. - Вы тоже пришли меня спрашивать о папе?- ее голос был хриплым от слез. Хенк догадался, что был далеко не первым ее гостем, от чего в душе ещё раз проклял продажность, на которую способен человек. - Нет, вовсе нет. Я пришел помочь.- проговорил Хенк, хоть ещё и не понимал, чем вообще можно помочь ребенку, у которого жизнь отобрала все. - Кто вы?- вскинув брови, спросила Хоуп. - Мое имя Хенк Андерсон. А как зовут тебя? Но Хоуп словно проигнорировала его вопрос, продолжая разглядывать пришедшего. - Кажется, я вас видела в тот день... Вы стояли возле машины, когда меня вытащили. - Да, я был там. Ты что-то ещё помнишь? Возможно, как произошла авария? Хоуп задумалась. Ей никому не хотелось рассказывать то, что она действительно помнила. Те люди, что приходили до этого, записывали каждое ее слово. Она понимала, что им хочется написать об этом в своих газетах, изменив ее историю до неузнаваемости. Но этот человек от чего-то внушал ей доверие. Она не знала чем он ей собирался помочь, но то, что он не хотел ей навредить, Хоуп поняла сразу. И Хоуп рассказала ему всю свою историю, едва сдерживая слезы и переводя дух на тех моментах, которые будут ей сниться ещё долго в ее самых худших кошмарах. В какой-то момент в ее палату пришла медсестра и сообщила, что Хенку пора уходить. - Вы придёте же еще раз? Завтра?- встрепенувшись, проговорила Хоуп. Хенк посмотрел на нее, на спущенную и печальную, и от чего-то ему захотелось пообещать ей, что он будет приходить к ней не только завтра, но и все остальные дни. - Конечно, я приду. И когда Хенк уже собирался уходить, Хоуп вдруг вспомнила, что забыла что-то важное. - Мистер Андерсон? - Да? - Меня зовут Хоуп Эмбер, сер. - Рад знакомству, Хоуп Эмбер.

***

Последующие дни бежали более стремительно, но не менее болезненно. Спустя несколько недель Хоуп позволили встать с кровати, а ещё через пару дней она начала учиться ходить заново. Хенк был свидетелем всего этого. Однако если днём он забывал о своем прошлом, то вечерами на него вновь накатывала безмерная тоска по Коулу. Он представлял себе, что его сын все ещё жив и то, что он ходит в больницу именно к нему, а не к Хоуп. Однако ситуация обострилась ещё сильнее, когда встал вопрос об удочерении Хоуп. По базе данных Хенк узнал, что у Хоуп была дальняя родственница по стороне отца. Амелия Эмбер, родная тетка Генри Эмбера. Единственная, кто мог бы дать девочке новую семью и кров над головой. Единственная, помимо Хенка. Он не спал всю ночь перед судом, однако, как бы ему не хотелось взять Хоуп под свою опеку, судья принял решение, что жизнь среди родственников пойдет девочке больше на пользу, нежели общество одинокого лейтенанта, который проявляет все признаки депрессии. И Хоуп отдали как трофей эксцентричной тётке, которая, без сомнения, пожалела не девочку, а ее наследство, которое до совершеннолетия Хоуп явно будет пропадать зря. - Все будет хорошо, Хенк,- проговорила Хоуп, словно успокаивала его,- Амелия живёт не далеко от города. Мы будем часто видеться, да? - Да, Хоуп, обязательно.- улыбнулся он ей, стараясь скрыть окутавшую его печаль. Амелия и в самом деле заботилась о Хоуп... Ровно до тех пор пока, унаследованные Хоуп деньги не кончились. Первое время Хенк не решался приближаться слишком близко к дому Амелии, но уже спустя несколько лет, когда Хоуп впервые пошла в школу и скрывать синяки от побоев было больше невозможно, Хенк старался все чаще и чаще вызываться на инспекции в тот район Детройта, где жили Хоуп и Амелия. Они говорили не часто, пока Амелия не наблюдала за Хоуп, однако из этих небольших разговоров Хенк понимал все отчаяние происходящего. Но он ничем не мог ей помочь, хоть однажды ей и обещал свою помощь. У Хоуп была живая опекунша, которая юридически не нарушала закон, а судить ее за то, что Хоуп постоянно "падала" или "ударилась", никто не мог. И все это продолжалось вплоть до того момента, когда однажды ночью Хоуп не пришла в дом Хенка. Вся мокрая от дождя и дрожащая она переступила порог его дома впервые, когда сбежала из дома. - Ты что здесь делаешь?- испуганно спросил Хенк, глядя на нее, словно та была приведением. - Я ушла от нее.- коротко ответила Хоуп, снимая мокрую куртку и усаживаясь на диван, чтобы погладить спящего Сумо. Лишь через несколько секунд Хенк увидел свежие кровоподтёки на шее и руках Хоуп. Внутри у него начала подниматься буря. - Она опять тебя била...? Что на этот раз? - Заставила танцевать перед ее гостями, словно зверушку... Нарядила в это тупое платье, как куклу, и потащила в зал к своим расфуфыренным подружкам. А я сказала, что не стану скакать перед ними. И плюнула в самую противную из них. Ну, она и отлупила меня... Как обычно, впрочем... - Ты понимаешь, что тебя станут искать? Я не смогу долго тебя прятать: она видела нас вместе и знает, что ты приедешь ко мне. Хоуп подавила тяжёлый вздох. Ей едва исполнилось тринадцать, но от побоев Амелии она выглядела старше. Намного старше. - Я хочу работать с тобой... Смогу заработать денег и уехать от нее. Меня тогда никто не найдет. - Для начала ты должна окончить школу.- проговорил хмуро Хенк.- Иначе тебя и близко не подпустят к участку. Если получится, то ты закончишь ее экстерном. Хоуп покосилась на него - верный признак того, что она заинтересована. - Она меня убьет за это время... Я боюсь даже находиться с ней в одном доме... - Я могу брать тебя с собой в офис, но многого не обещаю. Это не работа, но так ты будешь меньше попадаться ей на глаза. В любом случае никто не запрещал мне брать в помощь кого-то... - Типа стажёр? Наполовину полицейский?- глаза Хоуп загорелись. - Сначала ты должна.... - Закончить школу... Да, да, да... Ох, поверь... Ради этого я ее закончу! Ту ночь и несколько последующих дней Хоуп все же провела у Хенка. Он понимал, что это не правильно, но ничего не мог сделать, кроме как оградить девочку от встреч с Амелией. Та, к слову, не на шутку разозлилась, узнав, где все это время была Хоуп, но Хенк, привезшей девочку тогда, тактично напомнил старшей мисс Эмбер, что вполне вероятно, что существует множество иных способов привлечь ее к ответственности. Амелия же намекнула на огромные связи в Детройте, но это Хенка нисколько не волновало. - Если девочка ещё раз пострадает от ваших рук или рук кого-то из вашего окружения, вы будете иметь дело непосредственно со мной. И уж поверьте... Это сомнительное удовольствие. И это, как ни странно, помогло. Амелия отстала от Хоуп, что дало уверенность самой девочке, что она доживёт до своего совершеннолетия. Хенк же сдержал свое слово. Когда позволяло время, он брал Хоуп с собой в участок или же на какие-то мелкие дела. Девочка впитывала все увиденное, как губка. Когда кто-то из друзей Хенка рассказывал что-то важное, Хоуп даже записывала их слова, в надежде, что это ей когда-то пригодится. Конечно, были и те вечера, когда Хенк пропадал, оставляя Хоуп один на один с Амелией. Тогда она понимала, что на него опять накатывала волна печали и отчаяния. Она знала о погибшем сыне Хенка, он сам ей однажды рассказал... И Хоуп безумно печалило то, что в обмен на его помощь она не может помочь ему. Она по себе знала, что некоторые раны никогда не заживают. В день, когда Хоуп закончила школу, Хенк так же был рядом. Незаметно, само собой, но Хоуп знала, что он рядом. Девушка была самой младшей в выпуске, что очень сильно бросалось в глаза. И Хенка невероятно радовали перешептывания с вопросами о том, кто она и сколько ей лет, от чего она выглядит такой юной. И в следующую ночь после выпуска Хоуп собрала все свои вещи, которые уместились в маленький чемоданчик, и демонстративно покинула дом Амелии, не обращая внимания на ее крики и попытки ударить ее. Теперь все было не важно. Теперь она была свободна. Дальше жизнь Хоуп шла только в гору. Хоть в итоге она и не смогла стать полноценным полицейским из-за обострившихся травм прошлого, но место в участке она уже имела. В итоге, почувствовав тягу к механике, Хоуп пошла по стопам отца и стала изучать строение и функционал андроидов. Что, впрочем, пригодилось ей очень скоро. С началом дела о девиантах Хоуп днями начала пропадать в архивном отделе полицейского участка, рассматривая отдельные части разрушенных андроидов и старалась понять истинные причины "поломки" механизма. А потом появился андроид по имени Коннор. И заставил пересмотреть убеждения Хоуп, что они всего лишь машины.

***

Сейчас Хенк безмолвно смотрел на пробуждающегося к жизни Коннора. Тот уставился на него, анализируя и сканируя. - Лейтенант Андерсон? Что вы здесь делаете? Хенк покачал головой, помогая Коннору подняться. Сейчас ему было нечего ответить. Все его мысли были с Хоуп, стремительно исчезнувшей и полностью разрушенной. Не для того они бились за свободу Хоуп, чтобы она попала ещё в большую ловушку, на этот раз созданную ее чувствами к этой жестянке. Хенк хотел облегчить ей жизнь, думал, что если все решится быстро, то она не станет убиваться из-за него... Но он ошибся. Эта девочка слишком часто терпела лишения, и ей нужен был кто-то, чтобы перестать бояться. Но кто бы мог подумать, что ее судьбой стал тот, кого Хенк внутренне презирает и никогда бы не стал защищать...