Последний человек на земле

      -То есть, лекарство готово?       Женщина поморщилась. Её покровителя как назло не оказалось на месте, а его заместитель растрезвонил о результатах всем вокруг, так что к приезду группы исследователей их уже ждали журналисты и «видные деятели науки». Где эти «профессионалы своего дела» были, пока разработчики вакцины ночей не спали, почему-то не волновало наглых фотографов, которые в основном отвлекали.       Консилиум заседал вот уже несколько дней, с раннего утра и до поздней ночи. Группа политиков терзала её однотипными вопросами, ответы на которые были в кратком отчёте, лежащем сейчас на столе. И Алисе очень хотелось думать, что хоть один из них его прочёл. Правда хотелось, пусть все вокруг пока и демонстрировали обратное.       -Доктор, как оно работает?       Ампула в пальцах очередного «эксперта» тихо хрустнула, едва не разваливаясь на части, и женщина с трудом удержалась от того, чтобы закричать. Ей стоило огромных душевных сил не сойти с ума, потому что вот уже два дня она была вынуждена жить в отеле и проводить всё свободное время в окружении людей, в компетенции которых насчёт вируса сомневалась.       -То есть, вы говорите, что какая-то жидкость способна справиться с живым организмом? – надменно уточнил человек, у которого, на взгляд Алисы, не было достаточной компетенции даже для того, чтобы задницу подтирать, но он всё равно лез ко всем с нравоучениями, - А знаете ли вы, что в теологических книгах прошлого тысячелетия писали об этой эпидемии? «И пролил господь дождь из лягушек на головы нечестивцев и да…»       Алиса опустила голову и закрыла лицо руками. Происходящее напоминало цирк. Там, за дверями душного конференц-зала, ежесекундно умирали сотни людей, пока они тут рассуждали о политике, религии и «проблемах современности», которые не имели ни малейшего отношения к теме вопроса.       -Доктор, расскажите, как вы сделали это открытие?       Женщина подняла голову. Весь зал, молча взирая на неё, ждал ответа, вот только она совершенно не собиралась становиться куклой, покладисто открывая рот в нужный момент. Следовало закончить всё это как можно быстрее, пока ещё есть возможность спасти как можно больше людей.       -Простите, я совсем не понимаю, что мы все тут забыли. Наша лаборатория работала над вакциной от вируса, пытающегося уничтожить человечество. Теперь, когда оно готово, разве не стоит провести полномасштабные испытания и начать распространение? Каждый член команды не спал ночами и практически не ел, потому что на кону стояли жизни. Неужели прямо сейчас это не стоит того, чтобы избавить нас от необходимости играть на публику? Мы устали, прошу, дайте нам и дальше заниматься наукой.       -Вы что, не верите в Бога? – тут же среагировал «эксперт».       -Я верю в то, что если завтра кто-то из нас выпьет отравленной воды, он заболеет, и, как показывают мои исследования, изменить ничего уже будет нельзя. Сила вакцины в предварительном применении. Уже заразившиеся умрут.       -Нечестивица! – завопил мужчина, - Неужели вы не понимаете, что это испытание было послано нам свыше и потому полагается принять его, покорно склонив голову?       -Скажите, в вашей семье кто-нибудь умер? – подскочила на месте Алиса, направляя горящий взгляд на обвинителя.       -Нет… - нерешительно проблеял тот.       -А вы хотели бы?       -Да как вы смеете?!       -Вот видите… Эта ампула – то, что отделяет вас от смерти. Завтра заражение может произойти и на этом континенте. И вы, - она ткнула пальцем в мужчину с камерой, - И вы, - женщина, попавшая под «прицел», испуганно вздрогнула, - И даже я. Мы все умрём. Так раз появился шанс, может, стоит использовать его, а не обсуждать без конца чей бог правильней?       -Вы считаете, что есть другие боги, кроме…       Дальше можно было уже не слушать. Как и вчера, все камеры тут же развернулись в сторону «эксперта» и тот начал вдохновенно вещать об испытаниях, о смирении и испытаниях, «кои надо пережить, ибо так велел нам Бог». У Алисы снова закололо в висках. Вероятно, так сказывались недосып и общая напряжённость. Ей бешено хотелось вернуться домой, залезть в ванну и просто отмокать несколько десятков часов подряд, не реагируя на стук и не отвечая на звонки. Но время поджимало и, если эти «специалисты» могли как-то сдвинуть дело с мёртвой точки, позволив начать полномасштабные испытания, то… пусть говорят, в конце концов, вакцина – главное…       ***       Р-330 смотрел в окно. Сегодня с утра по радио объявили о необходимости ношения противогазов при выходе на улицу, потому что было зафиксировано заражение из-за испарения воды. Летние деньки принесли подъём температуры и увеличение количества вируса в воздухе. Интеллектуальные воздушные фильтры, целью которых было очищение воздуха, подводили, водяные насосы не справлялись, в итоге закрытому городку пришлось перейти на бутилированную систему, где на каждого ребёнка выдавались по полторы бутылки в день. Робот боялся, сообщения о движении людей перестали поступать несколько дней назад, могло случится что угодно. Из-за остановки некоторых систем упало количество доступного электричества – пришлось отказаться от ряда вспомогательных систем и перейти на собственные солнечные батареи, которые он уже не использовал незнамо сколько лет. Алиса выходила на связь всё реже – несмотря на возвращение на континент, она не смогла приехать домой, а из-за нервного напряжения начала худеть. Острые скулы смотрелись ужасно и, пару раз намекнув, Р-330 в конце концов не выдержал и прямо спросил, когда она в последний раз ела. Женщина грустно улыбнулась и прервала разговор.       Ему нравилось вставать рано и смотреть на городок, который только просыпался от тихой дрёмы. В такие моменты робот мог дать руку на отсечение, что всё в порядке и вот-вот пойдут за свежими продуктами первые помощники, встающие раньше хозяев. К радости, пока не было желающих получить металлическую руку старого и уродливого робота.       Р-330 знал, что уродлив. Некогда, только выйдя с конвейера, он пару раз смотрелся в зеркало, но старался не думать о том, как выглядит. Люди вокруг были похожи, он не выделялся особо, а в остальном – по большому счёту, это не имело для него значения. Потому что купившая его семья не отличалась необходимостью в очередном украшении своей жизни, а набора функций вполне хватало для полноценной работы. Так до того момента, как хозяин, подцепив край ножом, фактически содрал с него резиновую накладку кожи лица, Р-330 даже не думал о себе как о роботе. Он вообще о себе не думал: интеллектуальная система оказалась полностью занята заботой о доме и детях, после – о постаревших хозяевах. За долгие годы жизни он ни разу не думал о том, что… Робот вообще не думал – у него не было времени.       А сейчас появилось, и выводы были не самые позитивные.       Человечество, поражённое вирусом, вместо того, чтобы объединиться для борьбы и начать бороться с возникающими проблемами, приложило все усилия для ещё большего разделения внутри групп с последующим ущемлением прав. Отсюда пошли и бунты, и еда по талонам, и нежелание четвёртого континента, раньше считавшегося исключительно курортом, принимать беженцев.       Р-330 задумался: первый континент, сейчас полностью захваченный болезнью, умирал в страшных муках, дроны-разведчики круглосуточно транслировали картины, лишающие всякой жизнерадостности: трупы усеивали всё свободное пространство, мешков не хватало, люди тянулись к побережью, штурмуя уже давно опустевшие аэродромы и порты, строили самодельные плоты и пытались перебраться через океан. Второй континент, изначально занимаемый военными базами, сначала отстреливался, отрезая потенциальных заражённых от пока «чистых», но из-за восстания и появления многочисленных «потрошителей», желающих «отнять и снова поделить», сдался. Военные части были расформированы, боеспособные единицы армии отзывались в тыл, куда спешили группы медиков с проверками на предмет наличия вируса. Платформы, соединяющие второй и третий континент, по приказу Правительства, открыли, поднимая и создавая своеобразный барьер между бунтовщиками и их настоящей целью.       После введения Чрезвычайного Положения и прекращения забора океанской воды встал прямой вопрос о выживании. Третий континент пока держался, но уже появились слухи о заражении. Точечное и имеющее огромный разброс по территории, оно пугало значительно больше, нежели обычное прибрежное. Всем было очевидно: болезнь просачивается в глубь континента, и люди никак не могут её остановить. Однако страшнее всего было встретить кого-то на улице: тут и там замечали группы вооружённых до зубов людей в порванной грязной одежде.       Потрошители.       Почти сошедшие с ума от голода и нечеловеческих условий содержания трудовых лагерей, они штурмовали квартиры и дома, пока соседи мирно отсиживались, прячась за занавесками и стараясь не издавать звуков. Это были в основном мужчины, так что кроме пропитания их интересовали женщины. И дети, что было страшнее всего. Правда, пока нападениям подвергались только одиночные поселения, настолько большие как их взять штурмом было сложно, к тому же совсем недавно город пополнился семьями военных, которые теперь по ночам охраняли собственных родных. Так что можно было какое-то время спать спокойно.       Р-330 слишком много знал о человеческой психологии, чтобы спокойно встречать новый день. Ведь у него на руках было трое детей. Кто в случае чего сможет их защитить?       Судя по звукам, кто-то завозился у самого подъезда. Р-330 осторожно выглянул: женщина с огромной сумкой торопилась покинуть городок, волоча за собой упирающегося ребёнка. Робот прикинул расстояние до ближайшего населённого пункта и предположил, что до вечера эта колоритная пара не доживёт. Облачившаяся в красный тренировочный костюм, она станет отличной мишенью для нападения.       Кто-то рядом закашлялся. Р-330 обернулся: проснувшийся раньше обычного старший почему-то хлюпал носом, расчёсывая плечо. Помощник поднялся и, подхватив мальчика с пола, усадил его к себе на колени. Тот, несмотря на свою взрослость, сразу уткнулся в металл и успокоено засопел. Всё ясно – плохой сон…       ***       Алиса не понимала, что происходит. Она уже несколько дней обивала пороги Министерства, однако старый друг не торопился её принимать, словно намеренно исключив из числа знакомых. Сначала ей говорили, что он отсутствует, потом – что занят. И, когда женщина уже обезумела, секретарь, заикаясь, пояснил, что почти месяц не видел начальство, а руководствовался старыми распоряжениями. И тогда она начала звонить, надеясь на лучшее. У неё ушло ещё несколько дней на то, чтобы поймать мужчину в сети.       -Пойми, сейчас нам не нужно начинать борьбу с болезнью, - пробормотал окончательно поседевший счастливый дедушка, качая внука на руках, - Это всё бессмысленно, пока существуют потрошители.       -То есть, вы собираетесь просто позволить людям умирать?       -Нет, мы изолируем в специальных убежищах гражданских, пока военные разберутся с этой проблемой, а потом, когда станет чуть спокойнее, снова начнём заселение.       -Но могут пройти годы!       -Ох… - он тяжело вздохнул и вдруг улыбнулся, - Не бойся, для тебя в убежище тоже найдётся место.       -Да причём тут это?! Мы на грани настоящей катастрофы, а вы рассуждаете о том, что главная проблема – разбойники!       -Ты не совсем понимаешь то, как действует система. Возможно, из-за молодости и ограниченности. Земля огромна, нам всегда будет куда отступать, в конце концов – остаётся шанс переселиться на орбитальные станции. Да, они порядком устарели, так что придётся заменить часть обслуживающих систем, но… Не нужно геройствовать, здесь справятся и без вас. Просто живите, этого будет достаточно.       -Для чего достаточно?       -Для вас. Синтия…       -Алиса. Меня зовут Алиса.       -Не важно, - ей показалось, что на мгновение он замешкался, однако мужчина тут же взял себя в руки, - Мы на пороге великой эры – Эры Очищения. Сами небеса дали нам шанс очистить планету от лишних людей, которые только потребляли и перерабатывали предметы первой необходимости в мусор. Когда волна схлынет, вы вернёмся на все континенты и заново отстроим всё, что было разрушено в процессе. Эти жертвы необходимы для успеха, пойми. Пройдёт совсем немного времени, и ты поймёшь, я уверен. А пока… живи.       И отключился. Алиса с размаху бросила планшет на пол, и по экрану поползла глубокая трещина. Ей уже порядком надоели отговорки, которые исследовательская группа получала вместо ответов. Финальное решение, необходимое для начала производства, ещё не было получено, а в лице последних фактов может не быть получено никогда. Похоже, Правительство таким хитрым образом решило уменьшить население, не предупредив людей.       -Что же делать? Что же делать? – бормотала женщина, забравшись с ногами на подоконник и обхватив лицо руками, - Что же делать?.. ***       Р-330 боялся.       Он не знал, когда вернётся хозяйка и поэтому оставил ей письмо на столе. Их семью непонятно почему отправили на эвакуацию в числе первых, и робот очень надеялся, что это из-за успеха Алисы. Та, позвонив в последний раз пару дней назад, молчала, больше не выходя на связь. Старший снова захныкал: после проведения через специальный сканирующий аппарат его заставили выложить любимого мягкого мишку, и никто теперь не был способен успокоить ребёнка. Вся ситуация ударила по детям: несмотря на возраст, мальчик выглядел на пять и вёл себя соответственно. Прилежно выполняя все задания наедине с помощником, он превращался в полного истерика в обществе и Р-330 чувствовал свою вину.       Андре вёл себя более спокойно, что не делало его взрослее: нет-нет, да и косился мальчик на горки, с которых так хотелось покататься хоть разок. Ему было тяжело сидеть в стенах квартиры, так что, когда их попросили выйти с вещами, малыш первым делом направился к детской площадке. И Р-330 с трудом смог объяснить ему, почему нельзя побегать.       Младший мирно сопел, в кой-то веки не проявляя характер и не заставляя робота смущённо объяснять, что смеси не усваиваются полностью и потому у малыша болит живот.       -Этого на обследование, - ткнул пальцем в старшего мужчина в медицинском халате, - А робота на проверку деталей.       -Погодите, - попытался протестовать Р-330, но его грубо толкнули в сторону металлической рамки, установленной внутри фургона, - Ребёнок же! Ребёнок!       Однако его никто не слушал: малыша заставили положить на ледяной металлический стол, пока старший вырывался из рук держащих его мужчин. «Экстренный анализ крови, - понял робот, - Странно, он совсем не выглядит заражённым, да и болезнь не проявляется».       -Пятна! – ахнул кто-то из толпы, - У него пятна на спине!       Р-330 вытянул спину, чтобы рассмотреть мальчика, но его снова пнули, поторапливая и жалуясь, что «эти старые модели очень медленные, невозможно так жить». Выйдя, робот обнаружил только малыша Андре, пытающегося успокоить бьющегося в истерике младенца. Старшего нигде не было…       ***       -И зачем мы везём железку, а? – зло уточнил один из конвоиров, косясь на пытающегося укачать ребёнка помощника, - Могли бы вместо него бабу взять, посимпатичнее.       -Только попробуй – генерал из тебя самого бабу на базе сделает. В распоряжении сказано: «Робот-помощник+трое», столько и надо взять.       -Но ведь одного ребёнка нет...       -Это уже не наша забота. Сказали, если привезём лишнего – из своих пайков будем его кормить.       -Ох, вечно они так – ни стыда, ни совести. Не бы, как в старые добрые времена, «спасаем красивых женщин и детей», нет – обязательно нужно выставиться: списки, отчёты, счёт по головам. Даже дополнительный паёк за выезд не дадут…       Р-330, наконец, смог успокоить ребёнка и, пользуясь возможностью, отложил его на сиденье. Они ехали по лесополосе, где проходила ровная дорога, так что можно было посвятить немного времени Андре. Тот, казалось, совершенно потерял интерес к происходящему, без какой-либо мысли в глазах уставившись в окно. И, если обычно робот критиковал такое поведение, сейчас он частенько сам поступал аналогично.       -Андре… - позвал помощник тихо, но мальчик не среагировал, - О чём ты думаешь?       -Ни о чём.       -И всё-таки?       -Ни о чём, - упрямо повторил ребёнок и снова отвернулся к стеклу.       Потеря старшего, пусть и вынужденная, сказалась на нём: теперь малыш, ещё буквально вчера радостно тянувший руки ко всем вокруг, напоминал черепашку, норовившую закрыться в собственном панцире. Завибрировал в сумке планшет, нашедший подключение к интернету: Алиса писала, что уже прибыла в лагерь и будет ждать их там. Р-330 ответил, что автобус уже в пути, опустив деталь со старшим мальчиком. В конце концов, возможно, болезнь окажется грязью, а общее повышение температуры – результатом простуды.       -Что это там? – вдруг насторожился один из конвоиров, на что тот только нахмурился, - Это дерево на дороге?       -Тормози, выйдем посмотрим.       -Может, обратно развернёмся?       -Да ладно, что может случиться? Мы совсем рядом с базой, в случае чего – пошлём сигнал бедствия, они за десять минут сюда примчатся. Мы же их семьи везём, не свои, а тут… - мужчина обвёл глазами притихших пассажиров автобуса, - Дети и жёны, а не воины. Если что – нас спасут.       -Я тогда подам сигнал.       -Зачем?       -Ну… чисто на всякий случай…       -Не надо, говорю же! Никого тут нет. Всего лишь дерево упало.       -Ну, раз ты говоришь…       Они разблокировали двери и вышли. Точнее – попытались. Не успев сойти на землю, один начал заваливаться на бок, схватившись за живот, а второй, отступив назад, нажал кнопку блокировки. Однако забраться в автобус не успел: просчитавшая уровень опасности интеллектуальная система предпочла два десятка жизней одной и закрыла проход перед его носом, оставляя наедине с толпой вооружённых людей.       Р-330, прочитавший в своё время в сети тонну литературы, сбросил детей на пол, и, скомандовав остальным пассажирам «ложись», метнулся к приборной панели. Ему надо было всего лишь нажать клавишу вызова базы, чтобы получить помощь. Если войска и вправду настолько близко, то они смогут прийти на выручку даже быстрее, чем через десять минут. Кнопки под пальцами ожили, посылая сигналы антенне на крыше, и спустя миг на экране высветилось «ваше сообщение получено». Одновременно с этим снаружи раздался полный боли крик выжившего...