Песнь лживого самоубийцы

На следующий день у меня был план, как сблизиться с нашим участковым. Я не спал почти всю ночь, продумывая, мечтая. В один из моментов у меня промелькнула мысль, что мое поведение выглядит какой-то одержимостью, но я быстро откинул эту мысль, назвав свое поведение по-другому: надежда, толкающая на различные поступки. В итоге, вечером после работы я заскочил в магазин, купил необходимых продуктов домой и заодно… алкоголь. Несколько бутылок горячительного помогут мне осуществить мой план. Я мало общался с соседями, хотя, признаться, мне и не хотелось. Но в этот вечер все будет по-другому. Я, после того, как зашел домой, переоделся и поел, с пока что одной бутылкой, постучал к соседям. Конечно, они были уже не в самом трезвом состоянии, но до скандалов еще не дошло. Андерсон открыл мне дверь, и я сразу почувствовал такой запах, что у меня закружилась голова, и меня затошнило. — Че тебе? Его голос был очень хриплым, до жути прокуренным, грубым. Я попытался выдавить из себя улыбку, дабы не раздражать своим настоящим отношением к нему. После показа бутылки сосед более выпрямился, секунду назад он был ниже меня, а сейчас я выглядел по сравнению с ним ребенком. — Так чего тебе? Я с отвращением и насмешкой заметил, как он сглатывает слюну, смотря вовсе не на меня, а на бутылку. — Я… Заметил, что мы почти не общаемся, хоть и соседи. Это неправильно, кто, как не сосед, может быть отличным другом? Я выделил слово «друг», чтобы он прекрасно понял намека. И вот его губы растянулись в пьяной ухмылке, ведь он понял это слово как «собутыльник». — Ну, раз другом, то заходи. Я вежливо извинился и сказал, что эта бутылка — подарок, а сам я зайду позже, и тогда мы хорошо отдохнем, как друзья. Он купился и, выхватив бутылку у меня из рук, ушел вглубь квартиры, пнув дверь ногой, но его опьянение позволило ему лишь промахнуться, так что дверь я закрыл сам. Облегченный вздох, наконец-то пропитанный кислородом, а не той вонью, что исходит от моего соседа и его квартиры, стал для меня еще и первой победой. Скоро сосед начнет буянить, а после вырубится (ведь в бутылке не только алкоголь), но к этому времени старушка Стэнсбери уже вызовет участкового Дугласа. Со спокойной душой я ушел к себе, чтобы спрятать все улики и немного прибраться. К тому времени, как начался скандал, я заканчивал уборку, а тогда, когда к подъезду подъехала машина, я уже почти уснул, сидя за столом на кухне. Походив некоторое время по квартире и прислушиваясь к каждому шороху, я, наконец-то, дождался. Ко мне в дверь постучали быстро, но терпеливо. Я неторопливо подошел к двери, тщетно попытавшись поправить волосы. Открыв ее, я чуть улыбнулся, снова увидев Дугласа. — Здравствуйте… — Здравствуйте, как вы знаете, ваши соседи снова устроили скандал, а после заснули…и чтобы усмирить их, мне стоит остаться здесь, а не ждать нового вызова… У меня есть к вам небольшая просьба. Я чуть не улыбнулся, услышав это, но сдержался и посмотрел на него непонимающе и вопросительно. — Я бы остался у них, но там…не самые комфортные условия. На улице довольно прохладно, а эти полицейские машины-развалюхи… Так что, вы не против, если я побуду у вас, до того момента, как они проснутся, или же мой помощник все-таки их разбудит, хотя это у нас не получилось в первые четыре раза… Но все же? Я изобразил крайнюю растерянность и задумчивость, потом посмотрел ему в глаза, чтобы понять, с какими эмоциями он меня попросил. В глазах цвета темного шоколада смешались строгость и смущение. Я неуверенно кивнул и отошел, пропуская его в квартиру. *** Через час мы сидели на кухне, пили чай и обсуждали все вокруг. Ему было скучно сидеть, поэтому он говорил тихо и лениво, а я был рад общению хоть с кем-то, поэтому говорил оживленно и бодро, несмотря на время и на завтрашние проблемы из-за недосыпа. Вскоре и он втянулся в разговор, хотя был еще спокоен и рассудителен. Только через два с половиной часа, за которые Дуглас несколько раз собирался уйти, чтобы не нарушать мой покой и дать мне поспать, но я был непреклонен и останавливал его, говоря, что все равно в это время еще не сплю, хоть это и было ложью, к нам заглянул помощник Дугласа и сказал, что Андерсоны более-менее проснулись, а потом он отрезвил их известным методом: окунанием в холодную воду. Дуглас сразу собрался уйти, поблагодарив за гостеприимство и сказав, что не пожалел о том, что все-таки решил не уезжать обратно в участок. Я сохранял спокойствие и легкое смущение от благодарностей до того момента, как он ушел, а потом же радостно улыбнулся, потому что, возможно, если это повторится еще несколько раз, то мы можем стать друзьями. Я хотел друга больше всего на свете, ведь тогда в моей жизни было бы больше смысла, больше радости. Тем более, Дуглас как никто подходил на эту роль, ведь общаться с ним сегодня мне очень понравилось, и он не проявлял недовольства, даже иногда улыбался мне, искренне, чего я никогда в жизни не видел. С радостными мыслями и мечтами я лег спать, но из-за них же долго не мог уснуть, даже не думая о том, что завтра на работу. *** Пробуждение действительно было тяжелым. Я поспал от силы часа три, так что недовольный мозг наградил меня с утра головной болью и головокружением. Но это не сломило моего (уже не такого, конечно) радостного настроения. Я быстро собрался и даже приготовил себе более-менее вкусный завтрак, в силу своих возможностей. Я не опоздал на работу, а даже пришел раньше, работал весь день усердно и даже заметил некоторые приятные моменты в моих обязанностях, хотя, конечно, работой моей мечты это было не назвать. Моему начальнику, то есть упырю, не предоставилось даже шанса на повышение голоса в мою сторону или недовольного взгляда, так что он ходил и угрожающе-строго сопел, крича на всех, кроме меня, наконец-то. *** Домой я шел довольно быстро, чтобы быстрее продолжить следовать своему плану. Я снова постучал к соседу, перед этим взяв две бутылки. Он встретил меня немного грубо и недовольно, ведь я так и не пришел вчера. Я решил извиниться за это тем, что сегодня мы выпьем вместе. Протянув ему одну из бутылок, я прошел в его квартиру, старательно сдерживая рвотные позывы. Что я увидел… По сравнению с квартирой Андерсона, я — чистюля. Везде разбросаны бутылки, бычки от сигарет, пепел прямо на ковре, который был облезлым и грязным, грязная одежда, запах от которой распространялся по всей квартире, посуда с едой, которая уже покрылась плесенью, лужи алкоголя на всех горизонтальных поверхностях, множество коробок, будто они не жили здесь несколько лет, а только что переехали. В общем, меня сильно затошнило, но я сдерживался из последних сил. Мы уселись на такой же ужасной кухне, но в которой, слава богу, было открыто окно. Естественно, он был к моему приходу изрядно пьян, так что он не заметил, как я подливал ему из одной бутылки, а себе из другой. Притворяться пьяным было не так сложно, так что он ничего не заметил, а к ночи сильно опьянел. К слову, до этого времени к нам присоединилась его супруга, которая, как и он, выглядела хуже бездомных и источала такой запашок, который несколько раз заставлял меня удалиться в туалет и как можно тише блевать. Она даже пыталась приставать ко мне, делая комплименты, на что я решительно и даже показательно отталкивал ее, чтобы она получила затрещину от мужа. В итоге, когда я ушел, я тут же услышал ревнивые выкрики и грохот. Мне было не жаль ее, ведь она сама виновата в таком образе жизни, сама виновата, что регулярно получает от мужа. Дуглас приехал через два часа. Удивительно, что мисс Стэнсбери продержалась так долго, слушая этот скандал, но не звоня. Я был готов. Полный порядок в квартире и открытое окно, впускающее свежий ночной воздух, позволяли притягивать в мою квартиру Дугласа, как магнитом, ведь, я уверен, после ужасной квартиры Андерсонов, любому моя квартира показалась бы раем. Ему тоже. Он снова немного смущался, стоя на пороге, но я не дал ему договорить, просто пропуская его внутрь. Мы разговаривали целых три часа, он делал это уже более оживленно, а я все еще с жаждой общения. Оказалось, что Дугласа зовут Ричард, он не хочет иметь жену, ему не нравятся вредность и брезгливость, он очень богат, и он сделает все, чтобы получить повышение. *** Я размышлял о полученной информации, когда нас снова прервал его помощник, что меня немного разозлило, но я сохранял спокойствие, ведь Дуглас, то есть Ричард, тут только потому, что у него есть здесь работа. Он ушел, а я все еще обдумывал его жизнь. Он сложный. Иногда в его глазах я видел смущение, но когда он говорил про работу, в его глазах была холодная решимость. Мне нравилось такое сочетание, мне хотелось раскрыть его больше. Поэтому завтра я снова проведу свою маленькую операцию, не сомневаясь, что Андерсон ничего про меня не скажет, ведь я покупал ему выпивку. *** Следующий день был выходным, поэтому с самого утра я только и сделал, что собрался, прибрался и приготовил завтрак, настолько вкусный, насколько я мог сделать. Ведь он был не только для моего уже готового ко всему желудка. Я нагрянул к соседям в отличном настроении, так что соседу досталось даже несколько бутылок алкоголя. Сегодня я сильно напоил его, чтобы Дуглас остался со мной как можно дольше. Но я не подумал о кое-чем… И это кое-что стало моей самой большой ошибкой…