Второй шанс

      Питер замер, боясь шевелиться, даже дышать было страшно, а сердце так билось о грудную клетку, что, казалось, вот-вот пробьёт её и рухнет вниз, в толпу прохожих, что собралась у Stark Industries посмотреть, что произошло. Питер тоже сейчас задавался этим вопросом, что с ним произошло? Кажется, ещё секунду назад он сидел на полу гостиной Тони Старка с самим Тони Старком, а сейчас он уже хватается за этот пол руками, который склонился над землёй под пугающим углом. В действительности, Питер должен был упасть сразу, просто соскользнуть вниз и разбиться об асфальт, но его руки и ноги словно приросли к ламинатному покрытию. Питер не знал, чему ему ужасаться больше: своей неожиданно открывшейся способности или тому, что он висит на высоте девяносто двух этажей?       «Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! — повторял про себя Питер, отводя взгляд от вида внизу. Зря он вообще туда посмотрел, хотя вид наклонившегося пола тоже не успокаивал. — Что делать? Что, чёрт возьми, делать?! Это же невозможно! Невозможно! Мои руки просто держатся за ламинат, словно я насекомое какое-то! Это невозможно! Невозможно! Я же сейчас упаду! О, нет, нет, нет, я не хочу умирать. Там холодно, очень холодно и темно, не хочу туда снова! Страшно, чёрт, как же страшно», — Питер зажмурился, стараясь сдержать нахлынувшие слёзы. Он так долго не продержится. То, что сейчас с ним происходит, само по себе невозможно, а значит скоро он просто «отлипнет» от отломанного куска пола и полетит вниз. Неужели так закончится его жизнь?       — Питер! — послышался над головой сорванный крик.       Питер тут же поднял голову, над ним навис Тони Старк, смотрел он на него, как и тогда, с ужасом в глазах, но теперь в них ещё горел крохотный огонёк надежды.       — Питер, ты только держись, понял? Не отпускай! — скомандовал он, стараясь устроиться так, чтобы можно было дотянуться до Паркера. — Давай руку.       Питер поднял глаза на протянутую большую мужскую руку, он бы с радостью схватился за неё, вцепился, как в спасательный трос, но для этого нужно было бы убрать руку с пола, а значит, подвергнуть себя риску погибнуть от падения с высоты.       — Нет, мистер Старк, я не могу, — наверно, вёл он себя как ребёнок, да и выглядел так же со слезами на глазах, но ему действительно было страшно, так страшно, как никогда в жизни.       — Нет, Питер, ты сможешь, давай, возьми же её, прошу, — умолял Старк, стараясь дотянуться до мальчика, но он был слишком далеко. Он не может потерять его снова, и если есть шанс спасти, то он готов сделать всё. — Давай же, Питер, возьми её!       — Нет! — отрезал Питер, перекрикивая порыв ветра. Глупо, очень глупо, он понимал это, но страх потерять опору, за которую он хватался, был сильнее голоса разума.       — Питер, прошу, возьми мою руку, я не могу потерять тебя снова, — взмолил Тони, сам еле держась, чтобы не рухнуть вниз.       Питер снова поднял глаза на мужчину. В его взгляде читалась мольба, страх и отчаяние. Питер прикусил дрожащую губу. Он должен это сделать, он просто обязан пересилить себя и схватить протянутую руку. Он ещё раз опустил глаза вниз, от чего невольно закружилась голова. Толпа гудела, строя догадки что произошло и кто устроил взрыв, слышался вой сирены, у входа уже стояли полицейские машины, скорая и пожарные. Но все они вряд ли бы смогли помочь Питеру, если бы он сейчас сорвался.       Он перевёл взгляд на Старка. Почему-то хотелось доверять этим тёмным, глубоким глазам, немного печальным, но всё же не теряющие своей красоты, даже с тёмными мешками под глазами. Ему он мог верить. Казалось, никому другому он бы так не мог довериться, как ему.       — Питер, — прошептал он, стараясь улыбнуться, но Питер видел, как он натягивает эту улыбку. — Обещаю, я словлю тебя и не отпущу, так что возьми мою руку, пожалуйста. Не бойся, всё будет хорошо, я тебе обещаю.       И Питер поверил. Будь на месте Старка кто-то другой, возможно, он бы и не смог поверить. С ним за такое короткое время произошло столько странного и необъяснимого: новые, давно забытые воспоминания, неизвестно откуда взявшиеся способности и он. И только ему он сейчас был готов довериться, хотя всего несколько минут назад назвал лжецом.       Питер, сделав глубокий вдох и выдох, успокаивая по-прежнему бешено колотящееся сердце, осторожно и очень медленно оторвал правую руку от пола. Ничего не произошло, все остальные конечности по-прежнему держались. Хотя Питер до сих пор не мог поверить, что они смогут так долго продержаться. Он поднял глаза на протянутую руку и потянулся к ней, стараясь не двигать другими частями тела. До мозолистых пальцев Старка оставалось совсем чуть-чуть, ему нужно было лишь слегка подтянуться, он даже уже успел ощутить облегчение, как неожиданно его разум стал бить тревогу, волосы на руках стали дыбом, а в голове так и билось: «Опасность, опасность, опасность!».       Старк тут же заметил перемены в лице Питера, он понял, что сейчас что-то произойдёт, и подался вперёд, чтобы схватить тянущуюся к нему руку, но не успел. Раздался очередной взрыв, Питер не удержался и скользнул вниз, кончики их пальцев успели лишь еле ощутимо коснуться друг друга.       На какое-то мгновение время словно замедлилось. Вот Питер, оторвавшись от пола, отлетает чуть назад, его глаза округляются, лицо бледнеет от ужаса. Внизу раздаются испуганные крики людей и попытки полиции успокоить их.       — НЕТ!!!       Питер слышал крик Тони, но уже не видел его, перед ним было только небо, бескрайнее голубое небо. Как-то несправедливо было, что оно такое красивое в день его смерти. Второй раз он уже умирает, смотря на небо, что ж, значит, ему не привыкать. Хотя, в тот раз смерть была не столь болезненной, он просто рассыпался, стал прахом, а сейчас, наверно, будет очень больно, очень...       «Было бы неплохо сейчас выпустить паутину», — вдруг промелькнула мысль в голове Питера, и он тут же ухватился за неё.       Паутина! Точно! Всё было так просто! Он помнил! Помнил свой первый нелепый костюм, который он кое-как сшил сам. Он помнил тот день, когда впервые увидел костюм Человека-паука, подаренный ему Тони Старком. Тогда он не мог описать своего восторга и бури эмоций, которые ощутил, надев его. Он помнит те чувства, которые он испытывал, когда из обычного подростка Питера Паркера, он становился героем Человеком-пауком. Он был нужен, он был полезен, и это радовало его.       Разгадка была так близка, жаль, что он понял это так поздно. А ведь если бы он осознал это хотя бы несколькими мгновениями раньше, когда он ещё не сорвался, то он бы смог бы выжить. Но что сожалеть сейчас? Сейчас уже поздно, ему снова стоит смириться со смертью. Жаль только, что он снова не смог сказать Тони Старку те слова, что побоялся произнести в прошлый раз. И теперь ему придётся умереть, сожалея об этом.       Питер прикрыл глаза, ветер подхватывал его слёзы, унося куда-то ввысь.       — Простите, мистер Старк, я снова подвёл вас.       Он был готов. Готов принять боль, принять смерть. Он был...       Кто-то неожиданно подхватил его за руки чуть выше локтя. Он перестал падать, теперь он летел. От неожиданности сердце, которое, казалось, уже перестало биться, ухнуло вниз, но Питер почему-то не был удивлён, казалось, словно всё так и должно было быть, и всё же он с облегчением вздохнул.       — Вы всё-таки сдержали обещание, — с грустной улыбкой заметил он, ему даже не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, кто это.       Тони ничего не ответил, а по не выражающей ни единой эмоции маске Железного человека сложно было понять, что он чувствовал и о чём думал. Они так и летели в полном молчании, как и тогда над озером, где Питер чуть не утонул, а за спиной уже раздавалась стрельба.       — Спасибо, мистер Старк, я... — начал Питер, когда они приземлились на крыше какого-то здания, находящегося, по мнению Старка, на безопасном расстоянии.       — Уходи, — перебил его мужчина, так и не открыв своего лица.       — Что? — опешил Питер. — Вы понимаете, я... Я вспомнил. Я всё вспомнил! Я помню, что я был и есть Человек-паук. Конечно, простите, что я тогда назвал вас лжецом, но... — он взмахнул руками, не зная, как объяснить то, что сейчас чувствует. — Я хочу помогать людям, хочу быть им полезным. Снова спасать их, как и тогда. Я...       — Я повторяю: уходи, — механический голос Старка звучал грозно.       Неужели он злился? За что же? За то, что Питер не успел взять его руку? За то, что он чуть не погиб? За то, что ему бы снова пришлось взять за это ответственность? Питер не мог этого понять. Если бы он хотя бы видел его лицо...       Питер просто стоял, всматриваясь в светящиеся узкие полоски, служившие вырезами для глаз в маске Железного человека, и пытался понять, что же ему делать, что сказать и как на этот раз поступить с теми способностями, что он имеет?       — Сейчас мы оба сделаем вид, что ничего не произошло, — Питеру казалось, что голос Старка немного дрожал, но, быть может, ему это лишь показалось. — Тогда, когда ты... Когда ты умер, я попросил Стрэнджа повернуть время вспять, а Мантис сделала так, чтобы ты забыл всё, связанное с твоими способностями и заблокировала их, но, кажется, они всё же пробились снова, — Старк умолк на минуту, словно он что-то вспомнил, что-то очень давнее и печальное. — Но я не могу дать тому, что случилось в прошлом, случиться вновь. Я не могу подвергать тебя какой-либо опасности. Я боялся, что ты вспомнишь всё это, поэтому я не мог с тобой видеться. И сейчас, когда ты всё вспомнил, постарайся забыть это и не впутываться в неприятности. Ты можешь это сделать ради меня?       Старк умолк, выжидающе смотря на Питера, но тот долго не отвечал.       — Нет, — Питер отрицательно покачал головой. — Простите, но я не могу. Я не могу просто сидеть и наблюдать, как кто-то попадает в беду. Я не смогу пройти мимо, а потом с чистой совестью жить дальше, когда буду знать, что я мог бы помочь. Нет, мистер Старк, чтобы вы ни говорили, я снова буду дружелюбным соседом Человеком-пауком.       — Нет, Питер, я тебе не позволю, — Старк начал злиться, как этот мальчик не понимает, что всё это делалось для того, чтобы защитить его от этого геройства, защитить от страданий и боли? Почему он не может этого понять? — Человек-паук больше никогда не появится, и ты никогда не получишь свой костюм обратно. Ты будешь делать так, как я тебе скажу. Твоё дело — ходить в школу, учиться и быть хорошим человеком, а не геройствовать, рискуя жизнью. И я сделал всё, чтобы у тебя была такая жизнь, чтобы ты был жив и здоров, так будь добр и сделай так, как я прошу.       Питер сощурил глаза, насторожившись, и Старку не нравилось это выражение лица, словно этот мальчик до чего-то догадался.       — «Никогда не получу свой костюм обратно»? — переспросил Питер. — Значит, он всё-таки у вас есть.       Старк не нашёл что на это ответить. Он сболтнул лишнего, какой же он дурак! Теперь всё стало намного хуже, Питер точно попытается забрать костюм, зачем он вообще его сохранил?! Чёртова сентиментальность! Но сейчас ему не до этого, нужно было спасать Башню.       — Сейчас мне не до споров с подростком, — ответил он, собираясь уходить. — Ещё раз прошу, не делай ничего опрометчивого. Иди сейчас домой и сиди там, быть может, я ещё свяжусь с тобой, но не лезь на рожон. И, если ты хоть немного... — он невольно запнулся. Нет, это было бы смешно. Ему даже надеяться на такое не стоит. — Если ты хоть немного уважаешь меня, то так и поступишь. Пойми, Питер, я не могу потерять тебя снова.       Тони мягко положил руку на плечо Питера, надеясь, что так взовёт к его совести и честности. А он смотрел на него большими, невинными карими глазами, но такими серьёзными. Старку не хотелось уходить, ему хотелось прижать к себе Питера, ощутить тепло его тела, чтобы полностью осознать, что он жив. Но ему нужно было идти, долг — превыше всего, и ему оставалось только надеяться, что его слова достигли Питера.       — Не делай глупостей, — ещё раз повторил он, отходя на несколько шагов назад, чтобы взлететь.       Питер ничего не ответил, он молча наблюдал, как фигура Железного человека стремительно направляется к Stark Industries. Он был готов сделать всё, что ему скажет Старк, но не сейчас. Не сегодня. Только не в этом случае.